Стыдно

Стыдно чувствовать, стыдно думать каждый ебаный день, стыдно на что-то надеяться и додумывать. Такие восхитительные, воодушевляющие чувства и с этим же – отвратительные. Он был влюблен и влюблен конкретно – в того, в кого влюбляться нельзя было. В человека, который не подозревает об этом, да и не будет никогда – не подумает даже. Хочется намекнуть всем этим 17 миллионам, хоть прозрачно совсем, вот просто чтобы легче стало, но обманывать себя долго не получится – раскрытым быть тоже хочется. Любишь ты не противоположный пол вовсе и признаться в этом не можешь никак – это одна проблема, другая – что это твой давний знакомый, не друг даже. Подобраться ближе не можешь – вы не друзья, никогда ими не были и не будете, слишком разные, хоть и такие похожие. Получить такое нужное общение и контакт слишком трудно, сложно преодолеть себя и свой ненормальный страх быть отвергнутым, раскрытым именно им. Чтобы он додумался лишь по бегающим глазам, губам, которые постоянно нервно облизывают и кусают, по дергающемуся кадыку – он глотает слюну каждые три секунды, ведь горло невероятно сушит, по неловкой улыбке и смеху с каждой сказанной рыжим шутки, даже если та не смешная ни капли. Нет, нельзя. Они не друзья, лишь переписываются изредка, чаще всего по инициативе Тарасенко. И он чувствует себя навязчивым, через чур давящим и совсем ненужным, словно другому было в тягость общаться с ним. Казалось, что он всё видит, понимает, и ему противно, просто яиц сказать не хватает. Но, подумав об этом ещё немного, выстроив какие-то логические цепочки и взяв в учёт слова самого мужчины, складывается вот такая картина: всё в порядке, он себе всё это сам надумал. Тяжело быть слишком известным в медиа, когда миллионы любопытных глаз хотят заглянуть тебе в трусы и в душу, покопаться и найти там что-то нужное для себя, чтобы потом недели две мусолить такую интригующую многих тему, снимать об этом видеоролики во всех возможных социальных сетях и в них перемывать все возможные кости. Тяжело, когда ты сам до конца не определился что тебе вообще нужно от этой жизни, помимо творческих целей. Тяжело, и ты бы так хотел под это общество подстроиться. Найти девчушку, ведь родители ждут этого, беспокоятся за счастье сына и, конечно же, ждут внуков. Через несколько лет счастливого брака, может быть, признаться и раскрыть аудитории свою женщину. Быть примерным семьянином. Даже звучит смешно. Нужно ли ему это, хочется ли? Определенно нет. Избегание вопросов о личной жизни, неопределенность в формулировках, касающихся пола и вообще хоть какой-то информации – единственный выход из этой ситуации, ведь ты честный человек. Ты не соврал, лишь увильнул и не досказал. Одновременно с этим же намекнул, ведь где-то глубоко внутри хочется, чтобы люди всё понимали. Чтобы люди понимали, но доказательств не было. Рассказать друзьям – значило подвергнуть себя и всё, что ты так долго выстраивал, определенным рискам. Он, безусловно, доверяет Яну, Насте и Егору, но вдруг проболтаются случайно? Вдруг не поддержат? А вдруг скажут, что всё хорошо, а сами начнут отдаляться? Нельзя. Можно лишь дальше уходить от темы, увиливать от вопросов и залипать на стримы Кашина, чтобы как-то быть ближе. Он не пропустил ни одного. Как же всё это смешно. Парень пересмотрел каждую реакцию Дани на свои ролики по многу раз, наизусть их выучил. И всё равно из раза в раз пытался найти в них что-то новое – что-то, что не увидел и в первый, и во второй, и в третий раз. Выцепить что-то, а потом додумывать и мечтать, зная, что всё это бред собачий. А демка их общего трека голосом Данилы была заслушана до дыр. Он обожал тембр его голоса. Обожал, когда моментами он понижался до хрипоты - по спине пробегали мурашки. Обожал и частенько вспоминал этот тембр, когда уткнувшись в подушку, вводил в себя несколько пальцев. Снимать "Не сей любовь" оказалось намного легче в связи с тем, что находились они не одни и всем всё время что-то от него было нужно. Фокус сместился с Кашина на съёмки, а сам он серьезно настроился выкладываться на полную. Но, прийдя домой и осознав, Тарасенко свалился на кровать, в неверии закрыв лицо руками и свернувшись в клубок. После выхода клипа люди в комментариях все как один писали о заметных изменениях в поведении Максима, как изменились его шутки и подача контента. Довольно часто проскакивали локальные приколы со стримов Дани, колкости и шутки, совсем нехарактерные парню – также прямое влияние рыжего. Мы перенимаем у тех, кого любим, правда? Парень начал копировать повадки, жесты, манеры и стиль общения рыжего. В его случае, это происходило очень даже осознанно. Эмоциональная связь и потребность в близости – любовь заставляла стремиться быть ближе к объекту привязанности хотя бы так. Во время съёмок пранка над подписчиками его сердце бухнуло и перевернулось, когда от Данилы пришло несколько голосовых сообщений. В них он посочувствовал и от всего сердца дал совет Максиму на счёт ситуации со "сталкершами". Нельзя передать словами того, как это было приятно. Сказать Дане в кружочке, что всё это постанова – стоило огромных усилий. Ему не наплевать, это ведь что-то значит, да? Каждое сообщение, будь оно не самого приятного содержания – заставляло глупо лыбиться, сердце биться быстрее, а ладошки потеть. Осознать и принять это было сложнее всего на свете, он и по сей день порой сомневается. Сколько же во всем мире людей, и из всех них его угораздило запасть на ебучего Данилу Кашина – агрессивного рыжего мужчину с ахуенным чувством юмора и харизмой. Временами Максим чувствовал себя типичной 16-летней фанаткой рыжего, ждущей каждый стрим, слушающей все его песни и влюбленной в своего кумира по уши. Он был одержим. Все видосы, в которых когда либо участвовал Кашин – были пересмотрены по сто раз точно также, как и реакции Дани на видео Максима. Просмотрен был каждый влог с концертов в телеграм-канале Дани, и, как бы стыдно не было, даже попадающиеся эдиты в тик-токе пролистать сил не хватало. Сравнение с малолетней фанаткой казалось еще более удачным, ведь однажды, от скуки и нехватки контента с Кашиным, он прочел фанфик с участием их двоих – тогда он позорно возбудился лишь от картинок, которые представил в своей голове, и также позорно кончил, только прикоснувшись к себе. И он действительно хотел почувствовать руки рыжего на себе – где-то интимнее плеч и рук, ощутить его вес на себе. Пиздецки хотел почувствовать Данилу в себе. Хотел, чтобы его грубо вдавили в кровать и вытрахали до звёзд в глазах. Хотел цепляться руками за широкие плечи, утыкаться носом тому куда-то в шею и стонать громко-громко. Его возбуждала их разница в размерах, комплектация Данилы и то, как он сложен. Возбуждал запах Даниных духов, таких тяжёлых и оседающих где-то в лёгких и отпечатывающихся в сознании. Возбуждало то, как он общался и вёл себя. Всё это сводило с ума. Он мог написать в любой момент; предложить ещё одну коллабу, позвать посидеть где-нибудь, да хоть просто поговорить на отвлеченную тему – чисто физически не мог пересилить себя. В последний раз Тарасенко жалел, что написал, ведь следующую неделю ощущал себя до одури навязчивым. Кашин же, напротив, в переписке вёл себя через чур непринужденно, заставляя Макса запутываться в своих додумках и чувствах всё сильнее. И он завидовал приближенным Кашина белой завистью. Завидовал родственникам и близким друзьям, что уж там, его девушке завидовал. Ещё более гадко на душе стало после осознания, что тяга эта живёт с ним с того самого скетча, снятого в 2018 году. Ещё тогда, впервые пообщавшись вживую и проведя с Кашиным пару часов за съёмками, он ощутил сильную пустоту после того, как всё это закончилось. Лучше бы и не начиналось. Безысходность этой ситуации пожирала грудную клетку, хотелось просто по щелчку пальца научиться не чувствовать ничего. Чтобы не было "Не сей любовь", не было того скетча в 2018-ом, чтобы не было Данилы. Но он не может ничего, кроме как продолжать следить за Кашиным со стороны. Теплить надежду, что однажды он перестанет чувствовать к рыжему хоть что-то. Просто надеяться, что всё пройдёт само.