Не покидай меня

Понедельник точно не его день. Абсолютно. Он начался с того, что Фламбе и Самира дружно проспали всё и вся, из-за чего впопыхах собирались в школу и на работу, не успев толком поесть. У героя была мысль вместо поездки на машине воспользоваться летающей суперсилой, но во-первых, он не хотел рисковать благополучием племянницы, всё-таки скоростные полёты с пассажиром всё ещё давались ему с трудом, и во-вторых, ему совершенно не хотелось после работы лететь уставшим и рассеянным. Поэтому, Фламбе ехал настолько быстро, насколько это было вообще возможно во время час-пика. В результате, Самира полностью опоздала на первый урок и на добрых 35 минут второго урока, и ему пришлось задержаться в школе, чтобы наплесть учительнице о важных семейных делах. Учитывая её осведомлённость трагедией в их семье, она, видимо, решила, что это как-то связано и не стала допытываться до подробностей. Хоть на том спасибо. Затем Фламбе чуть не столкнулся на перекрёстке с каким-то мудилой, определённо точно купившим права, который абсолютно не знал правил дорожного движения. Спасибо развитой реакции за то, что он смог быстро вырулить и избежать аварии. Фламбе проклинал этого водилу всю оставшуюся дорогу. В итоге, герой явился на работу только спустя два часа после начала смены. И, конечно же, именно сегодня он столкнулся в холле с начальницей в виде Блонди Блейзер. Она многозначительно посмотрела на него, затем на часы, а затем снова вернула ему взгляд. Мда, он прекрасно знал, что плюсика в его копилку это не добавит. Кажется, на еженедельных собраниях опять начнётся идиотское обсуждение важности пунктуальности. Вишенкой на торте его нервного утра стал заклинивший замок на ящике в раздевалке. Ключ тупо застрял в скважине и не проворачивался дальше. В какой-то момент Фламбе настолько осточертели попытки его открыть, что он просто расплавил этот замок к чертовой матери и наконец-то получил доступ к геройскому костюму. Теперь в его шкафчике сквозила прожжённая дыра. Заебись. Поэтому, когда он наконец-то подключился к рабочему каналу и услышал ряд ехидных замечаний и подколок вроде «блудный герой опять шлялся по заброшкам, поджигая округу», Фламбе находился почти в точке кипения. Он ощущал себя спичкой, облитой керосином. Ещё хоть малейший повод, и он сожжёт здесь всё дотла. И себя в первую очередь. И, кажется, этот повод намеревался появиться. Фламбе услышал в наушнике слегка обеспокоенный голос диспетчера: – Эй, с тобой всё в порядке? О да. Разумеется. Лучше не бывает. Чёртов Роберт и стал причиной его тяжелого утра. После субботней встречи, голова Фламбе была забита исключительно им. Он пытался решить что теперь делать с внезапно нахлынувшими комплементарными мыслями о коллеге. Каждый раз, когда он не был чем-то занят, Фламбе возвращался к воспоминаниям обо всех их встречах, начиная с самой первой. Он не знал какого-то черта тот, кто ранее нанёс ему одну из самых глубоких эмоциональных травм, теперь становился объектом его воздыхания. Почему среди всего окружения, Фламбе зависал исключительно на нём. На его глубоких карих глазах, на очаровательных веснушках и на его низком успокаивающем голосе. Он буквально не мог нормально спать эти дни, потому что каждый раз, закрывая глаза, видел перед собой лицо Роберта. Когда-то смущённое его очередным пошлым высказыванием, когда-то очень серьёзное и сосредоточенное, а когда-то абсолютно благоговейное и восхищённое чем-то в лице самого Фламбе. Последнее ему хотелось бы видеть чаще. И это всё его вымораживало. Он не мог позволить себе подобные чувства. Это было неэтично и непрофессионально, а с недавних пор, подобные факторы стали важны для Фламбе. Ему была важна эта работа, особенно сейчас, когда не только он один зависел от неё. А потому, Фламбе принял решение, что с этого дня будет стараться реже сталкиваться с Робертом на работе и вне её. Пусть это и совсем не то, чего хочет его сердце, но Фламбе просто нужно перетерпеть этот период. Ему не впервой справляться подобным образом с нахлынувшими эмоциями или проблемами. Он сможет с ними справиться, даже если придётся переступать через себя. Но чёртов Роберт нарушил его план с первого же дня, когда подключился к личному каналу с ним: – Фламбе, поговори со мной. С тобой всё хорошо? – настойчиво потребовал голос в ухе. – Господи, да, всё нормально. Я проспал, только и всего, не устраивай драму из-за этого, сучка, – раздражённо шикнул ему в ответ Фламбе. – Я не... ладно, надеюсь, что это правда так, – Роберт звучал немного растерянно и это совсем слегка ткнуло что-то внутри Фламбе. По-хорошему, он был бы рад сейчас прийти к диспетчеру, взять его лицо руками и прижаться губами к его губам. Это бы так хорошо объяснило его опоздание и нервное поведение на смене, и точно сделало бы этот день намного лучше, но увы, такой роскоши он не мог себе позволить. Вместо этого он отправился на первое попавшееся задание, даже не спрашивая разрешения Роберта. Плевать. Ему всего лишь нужно окунуться в работу с головой и отвлечься от навязчивых мыслей.

***

Как ни странно, Фламбе почти удавалось придерживаться своего плана по избеганию Роберта. Разумеется, полностью игнорировать его существование он не мог, как и собрания всей команды, где они обсуждали работу и иногда переводили диалог на личные темы. Однако он смог сократить встречи один на один до нуля. Пару раз Роберт, кажется, хотел поговорить с ним о чём-то, но Фламбе находил отговорки и по-быстрому сливался. И он мог бы этому радоваться, если бы каждое чёртово собрание, коих становилось всё больше из-за успехов в расследовании, он не чувствовал на себе взгляд. Он силился не поворачиваться, игнорировать его, но с каждым разом это становилось тяжелее. Фламбе никогда не чувствовал влияние жара на своё тело, но диспетчер буквально прожигал его, и это сводило Фламбе с ума. Какого хрена? К четвергу его это так достало и утомило, что на очередном собрании во время речи Малеволы о потенциальном логове злодеев Фламбе, снова уловив этот взгляд, всё-таки повернулся к его обладателю и посмотрел прямо на него. Роберт стоял рядом с экраном, проецирующим карту, и не обращал на неё никакого внимания. Он задумчиво и сдержанно смотрел на Фламбе. Встретившись с ним взглядом, Роберт, кажется, не ожидавший этого, широко раскрыл глаза, моргнул и повернулся в сторону экрана. Ахуеть. Фламбе решил напоследок насладиться этой крупицей возможности поразглядывать Роберта. Он мог позволить себе такую маленькую награду за страдания последних дней. Его взгляд прошёлся по тонкой шее с поддергивающимся кадыком и маленькими, но заметными шрамами. Фламбе подумал о том как много таких же шрамов скрывается под слоем одежды. Будь у него шанс, он бы прикоснулся к каждому из них по очереди, сначала руками, а затем мог бы наклониться и... – Фламбе, ты слышал? – Призма щелкнула пальцами перед его лицом. – А? – герой потряс головой в стороны, пытаясь вернуться к обсуждению. – Дорогуша, давай повнимательней, – Призма цокнула в ответ. – Я сказала, что во время завтрашнего наступления, мы вместе зайдём с западной стороны и должны будем попасть в охранный пункт. Если не получится – вся операция будет провалена, ты понял? – Блять, конечно, ты во мне сомневаешься? – Фламбе раздражённо хмыкнул, осознав, что был пойман. – Никогда, сучка – она хлопнула его по плечу, ехидно улыбнувшись. Напоследок Фламбе бросил быстрый взгляд в сторону Роберта. Тот смотрел будто сквозь него и выглядел очень скованным и встревоженным. Фламбе бы очень хотел узнать причину подобного поведения, но тогда он бы вновь нарушил свой план. А сейчас он не в состоянии этого делать.

***

На следующий день вся команда стояла на своих позициях. Как и было оговорено ранее, по плану Фламбе и Призма незаметно проникают в комнату охраны, снимают защитную блокировку с остальных входов на заброшенный завод. Затем оставшиеся группы героев заходят в здание, нейтрализуют злодеев и добираются до центрального пункта, предположительно расположенного на самом верхнем этаже здания. К тому моменту Роберт уже получит полный доступ к камерам и сможет точно подсказать куда двигаться. Их целью был захват всех преступников и предотвращение работы над новым оружием, предположительно, бомбой. План оказался очень удачным, ведь герои смогли чётко ему следовать. Дуэт Фламбе и Призмы был настолько слаженным, что им совершенно не составило труда проникнуть в комнату охраны. Смотря на них, Роберт даже слегла завидовал. Он сам всегда работал в одиночку, опасаясь лишних проблем из-за работы с напарником, но иногда ему не хватало подобного. Поддержки, ощущения того, что на вражеской территории ты не один и тебя всегда готовы подстраховать. Я-команда успешно справилась с зачисткой завода и арестовала всех участников. В центральной комнате на верхнем этаже они действительно обнаружили главного инженера, моментально попытавшегося скрыться, но Призма со своей иллюзией не оставила ему и шанса. В результате они обнаружили многочисленные чертежи и микросхемы для создания оружия массового поражения. Фламбе мало что понимал в этом, но был уверен, что, если бы они успели воплотить эти чертежи в жизнь – Торрансу пришлось бы очень несладко. Хотя, никто не отменял вероятности существования уже созданных роботов, напичканных взрывчаткой и припрятанных где-то в городе, но выбиванием информации об этом займётся уже полиция и центральный филиал. Я-команда должна была только поймать всех причастных злодеев, с чем прекрасно справилась. После успешной миссии Сонар и Малевола агитировали всех собраться у них в квартире и отпраздновать. Выпивать после сложных смен вошло уже в привычку, но сегодняшний вечер должен был быть особенным, ведь они наконец-то смогли поймать главную банду, не дававшую им спокойно жить последний месяц. Фламбе в последнее время отказывался от участия в подобных пьянках, но прилив дофамина и адреналина от сегодняшней облавы сделал своё дело и он не раздумывая согласился прийти и как следует отдохнуть. Он знатно устал за прошедшие недели и хотел выплеснуть всё своё напряжение.

***

Роберт стоял на пороге квартиры с весьма очевидным номером 666 в молодёжном районе Торранса. Пока в остальных уголках города люди мирно спали после рабочей недели, здесь жизнь кипела на всю катушку. По дороге до квартиры Роберт прошёл мимо компании громко смеющихся и распивающих алкоголь подростков. Почти все окна горели неоном, а из соседних квартир доносилась музыка разной степени громкости. К слову, его место назначения мало чем отличалось от всего перечисленного. Роберт нервно распрямил подол своей рубашки, переступил с ноги на ногу и только после этого постучался. Он сам не знал почему нервничает. То ли потому что это была первая тусовка спустя продолжительное время, то ли потому что он сам не помнил когда последний раз был у кого-то в гостях. В голове всплыл совсем недавний момент нахождения в квартире Фламбе, но это было другое. Совершенно другое. Спустя пару секунд дверь ему открыла Малевола: – Рооооберт, как я рада тебя видеть! Заходи, мы уже тебя заждались, – она широко улыбнулась, пропуская его внутрь квартиры, почти сразу вкладывая в его руку банку пива. Роберт быстро огляделся: внутри почти не было основного света, зато по разным углам, стенам и поверхностям располагались светильники разных цветов радуги. Светлый широкий коридор встретил его фиолетово-оранжевыми оттенками, напольными цветами и яркими постерами. Комната слева излучала более яркий и тёплый свет, а также шум музыки и гостей, хорошо проводящих время. В гостиной к нему сразу же подлетела Невидива с расспросами о причине его опоздания и комплиментами внешнему виду. Было приятно это слышать, учитывая, что он впервые за последние несколько лет всерьёз задумался о том, что надеть. Он достал из закромов своего комода тонкую черную водолазку и надел её, закатав рукава, с излюбленными тёмно-синими прямыми джинсами. Это был верх его стилистических возможностей, но всё же лучше, чем рабочая голубая рубашка или потёртая толстовка. Невидива потащила его к барной стойке, попутно рассказывая новую сплетню, подслушанную в их столовой. Роберт никогда не признается в том, что ему на самом деле это было интересно. Он осмотрелся, продолжая слушать подругу. Рядом с ними у стойки сидел Голем, кивающий в такт какой-то попсовой песне. Роберт был рад, что у Малеволы и Сонара достаточно высокие потолки для его нахождения здесь. К слову, они сами громко что-то обсуждали с Водобоем в противоположном углу комнаты. На диване в центре в обнимку сидели Купе и Громила, а недалеко от них танцевали Призма и Фламбе. Роберт задержал свой взгляд на них, не в силах смотреть куда-нибудь ещё. Фламбе выглядел таким расслабленным в своём образе: бордовая атласная рубашка с привычным V-образным вырезом, широкие черные брюки и множество золотых украшений на шее и руках. Роберт впервые видел его таким нарядным. Впрочем как и всех остальных, решивших по-видимому, что сегодняшняя тусовка того стоит. – Хей, Роб, привет, – Блонди или же Мэнди, судя по отсутствию на ней костюма и блондинистых волос, похлопала его по плечу, привлекая внимание. – Я не смогла тебя сегодня поймать после операции, но хотела сказать, что вы отлично сработали. Центральный офис очень доволен. – Рад слышать, мы правда старались, – он тепло улыбнулся ей. – Что с ними будет дальше? Мы же поймали только одну треть из всей предполагаемой группировки. – Пока это не наша забота, полиция и супергерои из А-команды будут допрашивать преступников и скорее всего добьются информации по местоположению остальных банд, – она отпила своё пиво, оглядывая комнату. – Так или иначе, вы поймали центр их группировки и главных инженеров, так что большой угрозы они больше не представляют. – Надеюсь, что это так, – Роберт тяжело вздохнул. – А чего ты такой грустный? Всё в порядке? – Мэнди взволнованно посмотрела на него. – Да, не переживай, просто думаю о... всяком, – он сделал большой глоток алкоголя и поспешил перевести тему. – Я и не знал, что Малевола и Сонар живут вместе, да ещё и в такой квартире. – Насколько я знаю, они съехались недавно из-за финансовых проблем Сонара, он говорил что-то провальной сделке. Я не вдавалась в подробности, но, кажется, его махинации всё-таки не всегда такие успешные, – она хихикнула, смотря в сторону упомянутого подчинённого, который в данный момент, видимо, пытался продвинуть очередную свою идею Водобою. – Что-то мне подсказывает, что если сейчас его не остановить, у нас станет на одного нищего сотрудника больше, – Роберт кивнул в их сторону и Мэнди рассмеялась. Следующие пару часов он ходил от одной компании к другой, перекидываясь диалогами со всеми участниками Я-команды. За это время Роберт выпил около 3-х банок пива и не планировал останавливаться. Приятная музыка и весёлая компания расслабляли его. Он был так благодарен всем окружающим людям, ведь без них, он, вероятно, закончил бы своё существование ещё месяц назад. И он знал, что эта благодарность взаимна, ведь то, что они имеют сейчас – их взаимный вклад в общее дело. Спустя ещё одну выпитую банку он обнаружил себя на просторном балконе с видом на ночной город. Прохладный ветер приятно обдувал покрасневшее от выпитого алкоголя лицо. Роберт закрыл глаза и глубоко вздохнул, слушая приглушённую дверьми музыку и отдалённые звуки сирен и машин. Только спустя пару минут он открыл глаза и заметил справа от себя силует. Фламбе стоял у края балкона и задумчиво смотрел вниз. Роберт только сейчас осознал, что за весь вечер ни разу к нему не подошёл. Не потому что не хотел, Фламбе каждый раз пропадал из его поля зрения будто нарочно и Роберта перехватывали другие коллеги. Что-то внутри него сжалось при виде огненного героя. Они давно не разговаривали вот так, наедине и Роберт чувствовал некоторую тоску, поэтому был рад появившейся возможности сейчас. – Хей, Фламбе, наконец-то я тебя нашёл, – диспетчер непринуждённо улыбнулся и подошёл ближе. – Ты меня искал? Зачем? – его собеседник выглядел таким же напряжённым, каким он видел его последние недели. – Поговорить. Мне показалось, или ты меня избегаешь? – Роберт всегда был прямолинейным, но алкоголь в крови усиливал эту черту характера вдвое. – Я? Избегаю тебя? Что за бред, – Фламбе рассерженно выдохнул продолжая смотреть куда-то вперёд. Роберт легко считывал ложь собеседника, даже будучи нетрезвым. И он терпеть не мог, когда ему лгут. – Зачем ты придуриваешься? Я тебя насквозь вижу, – он подошёл совсем близко и размашисто повернул Фламбе к себе лицом за плечо. Возможно, это движение было слишком сильным и резким, но так он станет вынужден смотреть непосредственно на диспетчера, а не куда-то вдаль. Роберт сощурил глаза и попытался всмотреться в его лицо в поиске ответа на свой вопрос. – Ты чё творишь? Совсем охренел? – Фламбе сейчас был больше похож на закипающий чайник, чем на настоящего человека. Кулаки сжались в готовности прописать кое-кому по лицу, а от тела шёл сильный жар. Роберт много думал последние дни. О том, что он думает о работе, о своих коллегах; о том, что его окружает и хочет ли он что-то поменять в своей жизни. Роберт привык жить один, он давно для себя решил, что путь одиночки – единственный верный для его геройской и опасной жизни. Он не хотел подвергать риску кого-то ещё, ведь раньше это ничем хорошим не заканчивалось. Однако с обретением новых друзей в лице Я-команды, он стал задумываться о своей возможной неправоте. Эти люди каждый день рискуют своей жизнью даже больше, чем он сам, но продолжают получать от неё всё. Они не ограничивают себя в чувствах, эмоциях и действиях, наоборот, нынешние обстоятельства привели их к новой связи с такими же как они сами. На фоне этого Роберт стал по-другому смотреть на свою жизнь и отношения с людьми. Что если он ошибался? Возможно, он не хотел всю жизнь оставаться одиночкой. Смотря на тёплые дружеские отношения Сонара и Малеволы, на удивительно крепкую любовь Купе и Громилы, на семейную связь Фламбе и Самиры, он чувствовал, что в глубине души хотел бы ощутить это самостоятельно. Любовь, поддержку, тепло. Холодное одиночество его пустой квартиры, в которую он вернулся после визита к Фламбе в выходные ещё больше усилило его сомнения. Сам Фламбе делал это с ним всё время. Начиная с момента их первого дружеского диалога после раскрытия личности Роберта, когда Фламбе признался, что готов принять и простить его, чтобы двигаться дальше. Заканчивая моментом, происходящим прямо сейчас. Усталость от насыщенных рабочих будней, алкоголь в крови и тепло, заметно ощутимое вблизи его тела мгновенно послали мысль о желании контакта. Роберт смотрел ему в глаза, игнорируя напыщенную злобу и гнев. Он хорошо разбирался в людях, а также верил в свою интуицию. И именно она подсказывала ему, что сейчас он может прижаться к человеку напротив, закрыв глаза и медленно выдохнув. Он сократил минимальное расстояние между ними и положил свою голову на плечо Фламбе, обхватив широкую спину руками. Он мгновенно почувствовал жар, исходящий от героя, и Роберт подумал, что если бы не слои одежды, возможно, он даже смог бы по-настоящему обжечься. Он почувствовал как сначала все мышцы под его руками напряглись, став почти каменными. Фламбе резко выдохнул где-то над головой Роберта и на пару секунд застыл, а затем, аккуратно положил свои большие горячие руки на спину диспетчера. В этом объятии Роберт ощущал себя будто укутанным в тяжёлое пуховое одеяло морозной зимой. Он чуть сильнее прижался к Фламбе, сосредотачивая всё своё внимание на глубоком дыхании, повышенном пульсе и ощущению лёгких поглаживаний рук на своих плечах. Это чувствовалось так правильно и приятно, что Роберт даже не ожидал. Ранее он несколько раз думал о том, каково это – прикоснуться всем телом к Фламбе, почувствовать его запах так близко. Он всегда ощущал терпкий одеколон, но никогда не имел возможности глубоко вдохнуть его аромат. И сейчас, прикоснувшись носом к его шее, он чувствовал цитрусовые и древесные нотки, сводящие его с ума. Возможно, сегодня он выпил больше, чем стоило. Он искренне не хотел, чтобы этот момент заканчивался. Отдалённый шум сирен, машин и музыки убаюкивал его. Впервые за долгое время он чувствовал себя таким расслабленным. Возможно, ему стоило раньше так бесцеремонно подойти к Фламбе и успокоить всю свою тревогу. Одна из последних разумных мыслей в голове была связана с тем, что делать дальше. Но он быстро отсёк её, не желая разбираться в этом сейчас. Все проблемы могут подождать до завтра.

***

Завтра наступило слишком резко с трезвонящим будильником и лижущим его лицо Бифом, который уже с нетерпением ждал своего вкуснейшего дешёвого корма. Открыв глаза и потянувшись на тонком футоне, подаренном Блонди и Чейзом несколько месяцев назад, он осознал насколько сильно болят мышцы и голова. Последние три банки пива определённо были лишними. С трудом дотянувшись до телефона, он выключил будильник и с ощущением тяжести во всём теле поплёлся к кухне в поисках воды и чего-то, похожего на аспирин. Голова Роберта давно так не гудела и теперь он мечтал о том, чтобы всё пришло в норму как можно скорее. Однако его мозг, видимо, считал иначе, поэтому подкинул ему воспоминания прошедшего вечера. Музыка, танцы, сумрак, балкон, жар, шея Фламбе. Чёрт возьми. Роберта будто ударили по голове сковородкой. Сейчас он испытывал что-то смешанное из стыда за собственные действия, непонимания своих мотивов и отголосков приятного тепла. Он не мог поверить, что просто пришёл на балкон, сказал два слова в сторону Фламбе и почти сразу упал ему на плечо, ведомый непонятно чем. Его никто не заставлял это делать, не было даже никаких предпосылок к подобному сближению, однако он зачем-то это сделал. – Да ну, все коллеги могут так сделать. Мы же друзья как-никак, это простой дружеский жест, да, Биф? – ему было жизненно необходимо обсудить это с кем-нибудь, а его главный компаньон был лучшим слушателем. Пёс слегка наклонил голову в сторону и дёрнул ухом, будто находясь в недоумении. – Я просто замёрз на балконе, а Фламбе буквально ходячая печка, поэтому любезно согласился мне помочь, и в этом нет ничего странного, так ведь? – Роберт не был уверен в том, рассуждает ли он логически, или пытается найти себе хоть какое-то оправдание. – Алкоголь. Это всё алкоголь, я просто перепил, – он резко поставил опустевший стакан на столешницу и кивнул сам себе в знак подтверждения. Но в глубине души он прекрасно знал, что стоит за всем этим. Роберт не хотел себе признаваться в том, что впервые за долгое время начал испытывать какие-то чувства к другому человеку. Он думал, что давно перерос это, решил раз и навсегда отказаться от любой романтики в своей жизни. Она только всё усложняла и приносила больше боли, чем радости. По крайней мере в его жизни было так. Все его отношения начинались с восторгом и порывом чувств, и также эмоционально заканчивались с криками и спорами, в основном о работе и её несовместимости с личной жизнью. Он прекрасно понимал всех своих бывших, в какой-то момент он даже начал ненавидеть себя за то, какой он был в отношениях, но ничего не мог с этим сделать. Каждый раз всё сводилось к тому, что его партнёры ставили ультиматум: либо он бросает работу, либо они уходят. И всегда уходили они. Роберт не был точно уверен в какой момент общение с Фламбе начало вызывать в нём что-то кроме смеси раздражения и негодования. Неожиданно для себя самого он успел привязаться к этому надоедливому человеку и начал видеть во всех их взаимодействиях подтексты. Он боялся, что придумал их самостоятельно из-за банального одиночества, с которым так и не смог смириться за всё это время. Он так хотел видеть в этих огненных глазах весь спектр тепла и любви, что это сводило его с ума. С этими мыслями он был похож на инфантильного пубертатника, который впервые увидел в коридоре школы «любовь всей его жизни». Он не был уверен в том что его чувства взаимны и не знал будет ли рад если окажется, что да. Всё-таки они продолжали быть коллегами, а портить только-только поднявшуюся репутацию Я-команды он совершенно не хотел. Поэтому, Роберт решил, что можно свести весь свой надуманный образ их взаимоотношений к обычному проявлению дружбы. Это будет наиболее безопасным исходом в любом случае, и его это вполне устроит. По крайней мере, он охотно в это верит.