Безумный лагерь

От чего вы обычно просыпаетесь? Может, вас будит надоедливый будильник, который орёт уже минут десять, потому что вам лень встать и выключить его? А может, вас будит собака, которая забирается к вам на лицо и начинает его облизывать? А просыпались ли вы когда-нибудь от того, что в вас сначала прилетает подушка… а через пару секунд — человек, который локтем почти пробивает вам рёбра и живот? Нет? А вот наш Лёшка — да. Сначала в него влетела подушка. Мягко, но достаточно резко, чтобы вырвать из сна. А уже через секунд пять сверху буквально рухнуло тело. Лёша резко подорвался, толком ещё не проснувшись, и с силой спихнул «нападавшего» с себя. «Что за… сначала мама будит меня и орёт про какие-то наркотики, — пронеслось у него в голове, пока он пытался сфокусировать взгляд, — а теперь я просыпаюсь от того, что в меня влетает Костя… КОСТЯ?! Да что тут вообще происходит?!» Он опустил взгляд вниз. На полу, корчась и тихо матерясь, лежал Костян. — Блять… — выдохнул Лёша, садясь на кровати и натягивая одеяло на себя. — Либо вы мне сейчас объясняете, что это было… либо я вас всех к чёрту разнесу. Голос у него был хриплый, сонный, но звучал вполне серьёзно. В ответ послышался смешок. Костя, потирая поясницу, с трудом поднялся с пола. — Да это не я… — протянул он, морщась. — Этот… — он махнул рукой куда-то в сторону Сатира, — маразматик начал в меня подушки кидать. Потом промахнулся… потом попал… а я не ожидал — и полетел в тебя. Он сам тихо усмехнулся, будто понимая, как это звучит. История выглядела так себе, но Лёша, не до конца проснувшийся, всё-таки кивнул. — Ладно… — протянул он, проводя рукой по лицу. — Смертные. Ночью вам конец. Запомните. Комната на секунду замерла. А потом все переглянулись — и разразились смехом. Костя снова сел на свою кровать, Сатир что-то буркнул сквозь смех, Илья тихо улыбался, наблюдая за всей этой картиной. Лёша потянулся и посмотрел на электронные часы. 7:59. — Во сколько подъём? — лениво спросил он. — В восемь тридцать, — ответил Илья. Лёша тяжело вздохнул. Спать уже не хотелось. Да и смысла особо не было. Он встал, потянулся и подошёл к шкафу. Достал первую попавшуюся серую футболку, натянул чёрные джинсы, надел носки. Комната постепенно оживала. Кто-то ещё валялся в кровати, кто-то уже вставал и зевал, кто-то пытался прийти в себя после резкого пробуждения. Лёша, глядя на остальных, машинально заправил кровать — скорее «чтобы было», чем из реального желания. Потом он достал из рюкзака свою одноразку и сделал затяжку. — Дай, — тут же появился Костя, как будто ждал этого момента. — Ты вообще живёшь ради этого, да? — усмехнулся Лёша, но всё же протянул ему. Костя довольно кивнул и уселся рядом. Через пару минут в дверь постучали. — Подъём. Восемь тридцать. Встаём, умываемся, — раздался знакомый картавый голос. — В девять тридцать — завтрак. Шаги удалились — Александр пошёл будить другие комнаты. Ребята начали окончательно подниматься. Кто-то лениво потянулся к умывальникам, кто-то ещё пару минут сидел, собираясь с мыслями. Через некоторое время они вышли в коридор. Там уже было заметно оживлённее. Двери открывались, из комнат выходили такие же сонные подростки, кто-то зевал, кто-то шёл умываться, кто-то просто стоял, пытаясь проснуться. Лёша остановился и огляделся. И где-то дальше по коридору он увидел его. Александр Владиславович шёл неспешно, стучал в двери, что-то говорил другим, иногда останавливался, чтобы дождаться ответа. Он выглядел так же спокойно, как и вчера. Будто утро его вообще не касалось. Лёша на секунду задержал на нём взгляд. И сам не заметил, как снова начал наблюдать. Внутри что-то слегка сдвинулось. Он быстро отвёл взгляд. — Пошли, — сказал Костя, толкнув его плечом. — Ага, — коротко ответил Лёша. И они вместе направились дальше по коридору — навстречу новому дню в этом, уже немного «своём», безумном лагере. Утро в лагере постепенно набирало обороты. После умывания и ленивых сборов Лёша с ребятами вышли на улицу. Воздух был свежий, прохладный, но уже чувствовалось, как солнце начинает пригревать. Лагерь просыпался: где-то слышались голоса, смех, кто-то уже бегал по дорожкам, кто-то сидел на лавочках. — Классно тут, — протянул Костя, щурясь на солнце. — Только вставать рано, — буркнул Сатир. Илья ничего не сказал, просто оглядывался по сторонам, будто всё запоминал. Лёша шёл рядом, иногда бросая взгляд вперёд… туда, где мелькала знакомая фигура. Александр уже был где-то среди других отрядов, что-то объяснял, иногда улыбался, иногда просто слушал. Лёша быстро отвёл взгляд. — Пошли на завтрак, а то без нас всё съедят, — сказал Костя. — Ты уже переживаешь? — усмехнулся Лёша. — Я всегда переживаю за еду. Они направились в столовую. Там уже было шумно: звенела посуда, кто-то громко разговаривал, кто-то спорил из-за мест. Ребята взяли подносы и нашли свободный стол. Еда была простая — каша, хлеб, чай — но после дороги и раннего подъёма всё выглядело даже не плохо. Костя ел быстрее всех, Сатир параллельно комментировал происходящее, Илья спокойно пил чай. Лёша иногда просто смотрел по сторонам, ловя обрывки чужих разговоров. После завтрака все вышли обратно на улицу. Солнце уже поднялось выше, стало теплее. Александр подошёл к их группе, хлопнув в ладоши, чтобы привлечь внимание. — Так, ребят, кто на зарядку? Наступила пауза. Костя переглянулся с Сатиром. — Мы старшая группа, — лениво протянул он. — Нам уже можно не страдать. — Поддерживаю, — добавил Сатир. Илья только чуть улыбнулся. Лёша пожал плечами: — Я морально не готов. Александр на секунду посмотрел на них, затем усмехнулся. — Ну как хотите. Потом не жалуйтесь. — Будем,если туда пойдем — почти хором ответили они. Он покачал головой, но без раздражения, и ушёл к другим. — Вот это мы отказались от спорта, — довольно сказал Костя. — Исторический момент, — добавил Сатир. Оставшееся время до обеда прошло спокойно. Ребята гуляли по территории лагеря, сидели на лавочках, знакомились с другими. Постепенно круг общения расширился — к ним присоединились ещё несколько человек из отряда: пара парней и две девочки. Разговоры шли легко, иногда глупо, иногда неожиданно интересные. Кто-то рассказывал про школу, кто-то — про прошлые лагеря. Лёша всё больше втягивался в это. Казалось, будто он здесь уже не первый день. Обед прошёл так же шумно, как и завтрак, только теперь все были уже более бодрые. После него, ближе к пол четвертому, Александр снова появился рядом. — Кто хочет на озеро? — спросил он. Реакция была мгновенной. — Я! — первым отозвался Костя. — Я тоже, — сказал Сатир. Илья кивнул. Лёша ничего не сказал, но уже шёл ближе. В итоге собралась небольшая компания: Лёша, Илья, Сатир, Костя, ещё пару парней и несколько девочек из их отряда. Александр повёл их по тропинке в сторону леса. Дорога шла между деревьями, в тени было прохладно, слышались птицы, где-то трещали ветки под ногами. Разговоры постепенно стихали — все просто шли и наслаждались атмосферой. Через несколько минут деревья начали редеть, и впереди показалась вода. Озеро. Оно было спокойным, почти зеркальным, отражало небо и деревья вокруг. У берега лежали камни, кое-где была трава. — Ого… — тихо сказал кто-то. Все начали расходиться по берегу. Костя сразу пошёл ближе к воде, Сатир сел на траву, Илья остановился чуть в стороне. Лёша тоже подошёл к берегу… но взгляд его снова зацепился за Александра. Тот стоял чуть дальше, разговаривал с кем-то, потом просто смотрел на воду. Лёша сам не заметил, как начал наблюдать. Солнце падало под углом, свет ложился на его волосы, на лицо, на плечи. И именно тогда Лёша заметил деталь. Маленькую, но почему-то сразу бросившуюся в глаза. Серьга. В правом ухе. Он чуть прищурился, будто проверяя, не показалось ли. Нет. Она действительно была. Лёша резко перевёл взгляд на ребят. — Слышьте… — тихо сказал он. — Что? — откликнулся Костя. — У него… — Лёша кивнул в сторону Александра. — Серьга. Костя сразу повернул голову. — Где? — В правом ухе. Сатир тоже посмотрел, затем усмехнулся: — Ого… Илья молча наблюдал, чуть склонив голову. — Неожиданно, — сказал Костя. — Вожатый с секретом. Лёша ничего не ответил. Он снова посмотрел в ту сторону. И почему-то уже не мог перестать замечать такие детали. — Ну, может он пират, — усмехнулся Сатир. — Может, — подняв уголок губ ответил Лёша. Время у озера тянулось медленно и приятно. Кто-то уже вовсю плескался в воде, нырял, кричал, смеялся. Костя с Сатиром давно зашли почти по горло и что-то там бурно обсуждали, иногда брызгая друг в друга водой. Илья держался чуть в стороне, но тоже уже привык к температуре и стоял в воде, щурясь от солнца. Девочки сидели ближе к берегу, сняв обувь, и осторожно мочили ноги. Они смеялись, обсуждали что-то своё, иногда визжали, когда волны заходили чуть дальше, чем ожидалось. Всё было живо. Шумно. Легко. А Лёша всё так же сидел на берегу. Он устроился на тёплом песке, поджав колени к груди и обняв их руками. Волны время от времени докатывались до его ног, касались пальцев — прохладно, неожиданно, но приятно. Он каждый раз чуть вздрагивал, а потом невольно улыбался. Как будто в этом было что-то простое и детское. Он смотрел на воду. На то, как она двигается, как свет отражается, как кто-то плескается вдалеке. И в какой-то момент он понял, что ему здесь… спокойно. Без разговоров. Без шума. Просто сидеть. Поэтому, когда сзади кто-то подошёл, он это почувствовал почти сразу. И, честно говоря, не обрадовался. Он хотел побыть один. Лёша слегка напрягся, но всё же обернулся. И замер. Рядом с ним, по правую сторону, сел Александр. Он не смотрел на него. Он смотрел вперёд — куда-то за горизонт, туда, где вода сливалась с небом. Он сел почти так же, как Лёша: поджав колени, опершись на них руками. Пальцы его медленно перебирали мокрый песок, словно он даже не замечал этого. Несколько секунд они просто сидели молча. Потом Александр заговорил. — Чего тут один сидишь? — спросил он спокойно, даже не поворачивая головы. Голос был тихим, без давления. Просто вопрос. Лёша на секунду задумался, потом ответил: — Я не люблю плавать… да и не хочу. И не в чем мне плавать. Он посмотрел на профиль Александра, на его лицо, на линию челюсти, на волосы, слегка подсвеченные солнцем. А потом тоже перевёл взгляд вперёд. — Понятно, — коротко ответил тот. Снова тишина. Шум воды, голоса ребят, ветер. — Не скучно одному? — через пару секунд спросил Александр. Лёша чуть сильнее прижал колени к себе и опустил на них голову. — Не знаю… — тихо сказал он. — Может, и скучно. Он немного повернул голову, всё ещё не поднимая её с колен. — А вы чего не купаетесь? Александр тихо усмехнулся. — Не хочу. Этот короткий смешок был почти незаметным, но Лёша его уловил. Он сам невольно улыбнулся. И в этот момент почувствовал, как на него смотрят. Он поднял взгляд. Александр повернулся к нему. И смотрел прямо в глаза. Этот взгляд был… другим. Спокойным, но внимательным. Тёплым. И будто улыбался не рот, а именно глаза. Лёша замер. На секунду. И почему-то не отвёл взгляд сразу. Александр чуть наклонил голову, словно рассматривая его. А потом — почти машинально — провёл рукой по его волосам. Лёгкое движение. Будто просто поправил. Но этого оказалось достаточно. Лёша чуть вздрогнул, совсем незаметно, и снова опустил взгляд. Александр уже отвернулся. Снова смотрел на воду. Будто ничего не произошло. Будто это был самый обычный жест. А Лёша сидел. С тем же положением, с тем же взглядом… но уже не тем же состоянием. Он смотрел на волны. Но почти не видел их. Сзади кто-то снова закричал, плеснул водой, раздался смех. Мир продолжал двигаться. А внутри у него что-то опять тихо сдвинулось. И стало немного… сложнее, или же легче? *** Они ещё долго сидели у воды. Сначала молча. Потом иногда перебрасывались короткими фразами — ни о чём важном, просто чтобы разбавить тишину. Волны всё так же мягко накатывали на берег, солнце постепенно начинало уходить ниже, делая свет теплее и мягче. Лёша уже не пытался понять, почему ему не хочется уходить. Он просто сидел. Иногда смотрел на воду. Иногда — на руки, перебирающие песок. Иногда — украдкой на Александра. И каждый раз, когда их взгляды случайно пересекались, он быстро отворачивался… но всё равно через пару минут снова смотрел. Будто проверял. Будто сам не мог остановиться. Примерно через час голос Александра прозвучал уже громче: — Так, народ, собираемся! Ребята в воде недовольно загудели. — Ну ещё чуть-чуть! — Да мы только привыкли! — Последний заход! — Потом ещё придём, — спокойно ответил он. — Сейчас выходим. Постепенно все начали выбираться из воды, отряхиваться, собирать вещи. Лёша тоже поднялся с песка, стряхнул его с рук и одежды. Он почувствовал, как ноги немного затекли от долгого сидения. Александр уже стоял чуть в стороне, следя за тем, чтобы все собрались. Лёша, проходя мимо, снова поймал его взгляд. На этот раз — дольше. И не сразу отвёл. Александр чуть улыбнулся. Лёша резко посмотрел вперёд и пошёл дальше. Дорога обратно была чуть шумнее. Все делились впечатлениями, кто-то обсуждал, кто как нырял, кто кого облил, кто чуть не утонул «из-за Кости». Костя, конечно, отрицал всё. — Я вообще никого не трогал! — Ты чуть Сатира не утопил. — Он сам виноват! Сатир возмущался, но смеялся. Илья шёл рядом с Лёшей, иногда что-то говоря, но в целом тоже был в своём настроении — спокойном, наблюдающем. А Лёша… Лёша снова иногда смотрел вперёд. На Александра. И иногда ловил ответные взгляды. Короткие. Но заметные. Будто это уже стало чем-то… негласным. Когда они вернулись в лагерь, их почти сразу собрали на небольшой «интерактив». Это было что-то вроде знакомства в движении: разные задания, быстрые игры, вопросы, на которые нужно было отвечать, переходя от человека к человеку. Сначала все немного стеснялись. Но Костя быстро «разогрел» атмосферу. — Если кто-то скажет, что он скучный — я лично разочаруюсь! — заявил он. Сатир подхватил, начав пародировать ведущего какого-то шоу. И через пару минут все уже смеялись. Лёша тоже втянулся. Он отвечал, слушал других, иногда шутил. Но даже в этом шуме он ловил себя на том, что всё равно замечает, где находится Александр. Как он смотрит. Как улыбается. Как иногда наблюдает за всеми со стороны. И каждый раз, когда их взгляды пересекались, внутри что-то слегка сжималось. В шесть часов всех позвали на ужин. После активностей все были голодные, поэтому столовая снова наполнилась шумом, но уже более «живым», чем утром. Лёша сел рядом с ребятами. Костя ел быстро, как обычно. Сатир снова комментировал всё подряд. Илья рассказывал что-то про музыку, но уже без вчерашнего «лекционного режима». Лёша ел и иногда смотрел вперёд. Там, за столами, среди других вожатых, сидел Александр. Он тоже иногда поднимал взгляд. И иногда — прямо на него. После ужина был ещё один, уже более спокойный интерактив. Их собрали в небольшие группы и предложили придумать что-то своё — мини-игру, сценку или просто историю. Кто-то сразу начал активно придумывать, кто-то просто смеялся. Лёша с ребятами решили не заморачиваться и сделали что-то смешное и абсурдное. Костя, конечно, играл главную роль. Сатир добавлял «драму». Илья неожиданно хорошо вписался. Лёша просто наблюдал… и иногда включался. Когда они выступали, Александр стоял чуть в стороне. И смотрел. Лёша снова это почувствовал. И почему-то именно в этот момент начал немного больше стараться. Сам не понимая зачем. К девяти вечера всех позвали на перекус. Это было что-то лёгкое — чай, печенье, что-то сладкое. Все уже были уставшие, но довольные. Сидели, разговаривали тише, чем днём. Смеялись, но уже без той громкости. Лёша сидел рядом с ребятами, держал в руках кружку и смотрел в сторону. На лагерь. На людей. На этот день. И вдруг понял, что он… пролетел. Быстро. Слишком быстро. Где-то недалеко стоял Александр. Разговаривал с кем-то, потом замолчал и просто посмотрел в их сторону. Лёша поймал этот взгляд. На этот раз — не отвёл. И просто… остался в нём на пару секунд. А потом опустил глаза в кружку. И тихо выдохнул. День подходил к концу. Но внутри было ощущение, что это только начало. *** До отбоя оставалось примерно полчаса. Комната постепенно наполнялась вечерней ленивой атмосферой: кто-то лежал на кровати, уткнувшись в потолок, кто-то просто болтал, перекидываясь фразами без особого смысла. Лёша сидел на своей кровати, упершись спиной в стену, и рассеянно крутил в руках телефон, почти не глядя в экран. Мысли всё ещё цеплялись за прошедший день — озеро, смех, разговоры… и периодически возвращались к одному и тому же человеку. Костя в комнате не было. И это уже само по себе вызывало подозрения. — Где этот пропал?.. — протянул Сатир, лежа на животе и свесив голову вниз с кровати. И будто по сигналу дверь резко распахнулась. Костя буквально влетел внутрь. На лице у него была такая ехидная, самодовольная улыбка, что всё стало понятно ещё до того, как он открыл рот. Он закрыл за собой дверь, оглядел всех и, чуть приглушив голос, но с явным удовольствием произнёс: — Я нашёл… кое-что интересное. Он прошёл внутрь комнаты, будто тянул момент. Все сразу напряглись. — Ну? — приподнялся Лёша. — Не тяни, — добавил Сатир, уже прищурившись. По его взгляду было видно — он примерно догадывается. Костя остановился посреди комнаты, выдержал паузу и, чуть наклонившись вперёд, сказал: — Я нашёл бухло. На секунду повисла тишина. А потом— — О-о-о! — Да ладно! — Серьёзно?! Комната взорвалась реакцией. Костя довольно ухмыльнулся, явно наслаждаясь эффектом. — Где?! — сразу спросил Лёша, уже с интересом. — Места знать надо, — гордо ответил Костя. — Я же не просто так исчезаю. Сатир тихо хмыкнул: — Я знал, что ты что-то мутил. — Конечно знал, — кивнул Костя. — Ты меня слишком хорошо знаешь. Он сел на край кровати и начал объяснять, где именно он это нашёл, но уже тише, почти шёпотом, чтобы никто лишний не услышал. Все слушали внимательно. Даже Илья, который изначально выглядел самым спокойным из всех, слегка наклонился ближе. Он не выглядел как человек, который горит желанием что-то подобное делать, но и полностью отстраняться не собирался. Скорее… просто не хотел выпадать из общей атмосферы. — Я не особо… — тихо начал он, но потом махнул рукой. — Ладно, немного можно. — Вот и правильно, — сразу отреагировал Костя. — Всё в меру. Лёша усмехнулся, наблюдая за этим. В комнате снова стало шумнее. Кто-то начал шутить, кто-то обсуждать «план», кто-то просто смеялся с самого факта. Настроение стало каким-то заговорщическим. Как будто у них появилась маленькая тайна. Лёша откинулся назад, опёрся руками о кровать и посмотрел на всех. На Костю, который уже что-то активно рассказывал. На Сатира, который подхватывал каждую шутку. На Илью, который всё ещё немного сомневался, но уже улыбался. И вдруг он понял, что ему снова хорошо. Просто хорошо. Он на секунду перевёл взгляд в сторону двери. Будто проверяя, не появится ли кто-то ещё. Но в комнате были только они. И их вечер. Пока ещё впереди.