Ржавый рыцарь

— Храни братья Гримм, Янг и её кошелек… — устало пробормотал Жон, буквально рухнув на скрипучую кровать. Матрас жалобно застонал под его весом. После целого дня на ногах, ходьбы по Мистралю и постоянной боли в сломанной руке тело наконец-то сдалось. Они с Нео сняли самый дешёвый двухместный номер в небольшой гостинице на окраине. Две узкие кровати, потрёпанные обои, старый деревянный пол и одно окно, выходящее на тихую улочку. На неделю вперёд — больше они себе сейчас позволить не могли. Нео села на свою кровать напротив и с тихим вздохом облегчения сняла чёрное пальто, оставшись в одной лёгкой розовой рубашке. На слова Жона она согласно кивнула, достала свой свиток и быстро написала сообщение. Затем повернула экран к нему. — «Сколько у нас ещё осталось льен, которые нам дала Янг?» Жон прочёл текст, кивнул и, кряхтя, потянулся за своим свитком. Открыв банковское приложение, он несколько секунд изучал баланс. — Около двух тысяч… — ответил он наконец. — Этого хватит на наши расходы, если не будем сильно тратиться. Нео снова кивнула. Она потянулась, разминая затёкшие шею и плечи, после чего легко поднялась с кровати. Проходя мимо Жона, девушка ловко выхватила его свиток прямо из рук. — А?! Нео, ты куда?! — удивлённо воскликнул Жон, приподнимаясь на локте. Девушка замерла у двери. Не оборачиваясь, она быстро напечатала ответ на своём свитке и показала ему через плечо: — «Я в магазин. Куплю нам поесть. Сиди тут». Жон моргнул, глядя на её удаляющуюся спину. Он тяжело вздохнул и снова откинулся на подушку, глядя в потрескавшийся потолок. — …Ну конечно. Как всегда. В комнате стало тихо. Только где-то за окном слышался приглушённый шум вечернего Мистраля. Жон закрыл глаза, чувствуя, как усталость медленно наваливается на него тяжёлым, тёплым одеялом. Резкий, настойчивый стук в дверь заставил Жона резко сесть на кровати. Сердце мгновенно ушло в пятки. Он судорожно сглотнул, чувствуя, как по спине пробежал холодок. После всего, что произошло за последние дни, любой неожиданный звук вызывал тревогу. Жон осторожно встал, поморщившись от боли в сломанной руке, и подошёл к двери. — Кто там? — громко спросил он, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. За дверью на секунду воцарилась тишина. Затем послышался тихий шорох одежды, и знакомый женский голос ответил: — Это Вайс. Вайс Шни. Жон замер. На целую секунду в комнате повисла звенящая тишина. Его мозг отказывался верить услышанному. Вайс? Здесь? Спустя мгновение он всё-таки щёлкнул замком и распахнул дверь. На пороге действительно стояла Вайс Шни. Её белоснежные волосы слегка растрепались, а на лице застыла грустная, усталая улыбка. В глазах читалась целая смесь эмоций: облегчение, удивление и лёгкая тревога. Она выглядела так, будто тоже прошла через тяжёлый день, но даже сейчас сохраняла свою фирменную гордую осанку. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. — Привет, Жон… — тихо произнесла она, и её улыбка стала ещё чуть грустнее. — Я, кажется, вовремя. Жон стоял в дверях без рубашки, с рукой на перевязи и растрёпанными светлыми волосами, совершенно не в состоянии подобрать слова. Из всех людей, которых он ожидал увидеть сегодня в этом дешёвом отеле, Вайс была где-то в самом конце списка. Жон на мгновение остолбенел, а в следующую секунду рванулся вперёд и крепко обнял Вайс, прижав её к себе здоровой рукой. Девушка тихо захрипела от неожиданной силы объятий, чувствуя, как рёбра протестующе скрипнули. Она несколько раз похлопала его ладонью по спине, пытаясь привлечь внимание. — Жон! Воздух! — выдохнула Вайс уже с более весёлым, почти смеющимся голосом. Жон смущённо ослабил хватку, но не отпустил её полностью. Он чуть отстранился, держа девушку за плечи, и посмотрел на неё так, будто всё ещё не верил, что она действительно стоит перед ним. — Вайс… Чёрт, это правда ты, — выдохнул он, и на его лице появилась усталая, но искренняя улыбка. — Я думал, мне мерещится. Вайс слегка поморщилась, потирая бок, но улыбнулась в ответ — уже по-настоящему, без той грустной тени, что была минуту назад. — Это я. Живая и в одном экземпляре, — ответила она, окидывая его быстрым взглядом. — А вот ты выглядишь так, будто тебя через мясорубку пропустили. Что с тобой случилось? Она кивнула на его сломанную руку, длинные волосы и отсутствие рубашки. Жон только тяжело вздохнул и отступил в сторону, пропуская её в комнату. — Долгая история… Заходи. Он закрыл за ней дверь, всё ещё не до конца веря, что этот день решил подкинуть ему ещё и такую встречу. Жон закрыл дверь за Вайс и устало прислонился к ней спиной, глядя на девушку. В маленькой, тускло освещённой комнате повисла неловкая, но тёплая тишина. Только старые половицы тихо поскрипывали под ногами. — Извини за... объятия, — пробормотал он, почесав затылок здоровой рукой. — Просто... я уже думал, что мы с Нео одни в этом городе. Вайс легонько улыбнулась и оглядела комнату. Дешёвый отель и вправду соответствовал своему статусу: две узкие кровати с продавленными матрасами, обшарпанные обои в мелкий цветочек, одно маленькое окно с потрёпанными занавесками и старый деревянный стол, на котором стояла одинокая лампа. Запах сырости и дешёвого моющего средства витал в воздухе. — Я, если честно… тоже не знала, что не я одна вернулась из будущего… — начала Вайс нервно тараторить, слова вылетали быстро и сбивчиво. — Ну, типа… знала. Я следила за вами. Жон замер уставившись на неё в полном недоумении. — Стоп. Ты следила за нами?! Как?! Вайс едва заметно покраснела. Она отвела взгляд в сторону, явно чувствуя себя неловко под его пристальным взглядом. — Эээм… в общем, я запустила… то есть у меня были информаторы, — попыталась она объяснить, тщательно подбирая слова. — Они отсылали мне фотографии: кто где находится, что делает. Не бойся, ничего такого! Просто информация. А на последних снимках я увидела тебя с Блейк и Нео, а потом Руби с Янг вместе… Вот я и подумала, что вы, как и я, вернулись из будущего. В комнате повисла тяжёлая тишина. Жон провёл здоровой рукой по лицу. — Ясно… — устало выдохнул Жон, опустив взгляд. — Ладно, это многое объясняет. Вайс посмотрела на него с беспокойством. В её голубых глазах отражалась искренняя тревога. Она пересела на его кровать и осторожно села рядом. Взяв его здоровую руку в свои ладони, она тихо произнесла: — Жон… Он поднял на неё взгляд. — Ты… ты в норме? — спросила она мягко, но настойчиво. Жон невесело усмехнулся и покачал головой. — Нет, что за глупый вопрос? У меня рука сломана, конечно, я не… — Я не про руку, — мягко, но твёрдо перебила его Вайс. Она слегка сжала его пальцы, не давая отвести взгляд. — Жон… зачем ты тогда спрыгнул в озеро Гримм? От этих слов Жон мгновенно замер. Челюсть напряглась. Он попытался отвернуться, но Вайс не позволила — продолжала смотреть ему прямо в глаза. — Почему ты не попросил у нас помощи? — продолжила она чуть дрожащим от эмоций голосом. — Мы твои друзья. Ты мог нам довериться… мог рассказать о своих проблемах, и мы бы помогли! Жон нахмурился. Он резко отвернулся, глядя в тёмное окно, и напрягся всем телом. Голос прозвучал глухо, с едва сдерживаемой горечью: — А смысл?.. Какой смысл мне было тогда вам что-то рассказывать, если у всех и так своих проблем хватает? В комнате повисла тяжёлая тишина. Только приглушённый шум улицы едва доносился сквозь тонкие стены. Вайс не отпустила его руку. Она смотрела на его профиль — на напряжённую линию скул, на длинные светлые волосы, падающие на лицо, на усталые глаза, в которых сейчас плескалась смесь боли, вины и упрямства. — Жон… — прошептала она. — Мы не идеальные. У каждого из нас были свои демоны, свои страхи. Но это не значит, что мы бы тебя бросили. Ты не должен был нести всё в одиночку. Особенно тогда. Жон зарычал — низко, гортанно, почти по-звериному — и резко вскочил с кровати, выдернув руку из ладоней Вайс. Он смотрел на неё сверху вниз, глаза горели смесью боли, гнева и давно копившейся горечи. — Вот поэтому я и молчал! — выкрикнул он, голос сорвался. — Мне не нужна твоя жалость, Вайс! И тем более — твоя помощь! Я помогал всем! Я был лидером! Я был для всех щитом! А что я получил в ответ?! Он тяжело дышал, здоровая рука сжалась в кулак так сильно, что костяшки побелели. — Смерть напарницы! Мой лучший друг, почти брат, обвинил меня в том, что я виноват во всём! А когда я наконец решился высказать своё мнение — я чуть не разругался со всеми! Чуть не порвал отношения с Руби в Эвер Афтер! Жон сделал шаг назад, словно боялся, что не выдержит и сорвётся ещё сильнее. Голос стал ниже, но в нём звенела такая боль, что у Вайс сжалось сердце. — Знаешь, какая истинная причина, почему я хотел умереть после смерти Салем? Мне не было места в том будущем! Я был изначально обречён! Я был лишним! И мне к чёрту не сдалась ваша поддержка! Он ударил себя кулаком в грудь, прямо по старому шраму. — Даже сейчас, когда мы вернулись в прошлое, я ничего не могу сделать! Я бесполезен! Я — чертова ржавчина, от которой трудно избавиться! Вот кто я такой! Жон Арк? Я — чёртов ржавый рыцарь! Последние слова он почти выплюнул, как проклятие. В комнате повисла оглушительная тишина. Жон стоял посреди неё, тяжело дыша, с растрёпанными светлыми волосами, голым торсом, покрытым синяками, и горящими глазами. Рука на перевязи дрожала. Вайс сидела на кровати, глядя на него снизу вверх. На её лице не было страха — только глубокая, щемящая боль и понимание. Глаза девушки слегка блестели. Она медленно поднялась, не отводя от него взгляда. — Жон… — тихо начала она, но голос предательски дрогнул. Жон низко опустил голову, пряча лицо за длинными светлыми волосами. Без единого слова он быстрым, тяжёлым шагом направился к выходу. Рывком распахнул дверь — так резко, что та едва не слетела с петель. Прямо на пороге он чуть не врезался в Нео. Девушка как раз возвращалась с пакетом еды в руках и от неожиданности отпрянула назад. Пакет слегка хрустнул в её пальцах. Нео удивлённо посмотрела ему вслед: Жон прошёл мимо, даже не взглянув на неё, с опущенными плечами и напряжённой спиной. Нео проводила его растерянным взглядом, потом повернула голову и заглянула в номер. Посреди комнаты стояла Вайс Шни. Белоснежные волосы, идеальная осанка, слегка растерянное и виноватое выражение лица. Нео несколько секунд просто смотрела на неё, прежде чем быстро достать свиток. Пальцы пробежались по экрану с непривычной резкостью. Она развернула свиток к Вайс: — «А ты, блять, кто такая?» Вайс прочитала сообщение и тяжело застонала, закрыв лицо ладонями. — Ох, просто прекрасно… — пробормотала она сквозь пальцы. — Всё. Всё примирение, весь разговор — к чертям собачьим. Из-за моего чёртового любопытства.