Правило органического молчания

— Рид, ты слушаешь вообще? — Карпер дёрнул коллегу за плечо. Гэвин медленно перевёл рассеянный взгляд с оголённых кистей андроида на лейтенанта. Перед глазами мелькали элегантные запястья, еле заметные блики на проступающих костях, перекатывание костяшек под кожей. — Что думаешь, я спрашиваю? — Да. — Пизда, Рид, — съязвил Карпер, пытаясь найти глазами заинтересовавший коллегу объект. Андроид стоял у кофеварки, оперевшись о столешницу бедром и скрестив руки на груди, ожидая, когда кружку заполнит кипяток. Ничего примечательного. — Кофе так сильно хочешь? — Хочу, — прохрипел детектив, невольно возвращаясь глазами к андроиду, снова осматривая его с ног до головы. Он вздрогнул, поморщился, поправляя манжеты зелёной рубашки в белую полоску. — Ты что хотел-то? — Экспертного мнения, — возмущённо буркнул тот, бросив на стол папку с делом. — Я пять минут до тебя достучаться не могу. Ты вообще спать перестал или в чём прикол? — Да дело это дурацкое… — Так скинь его на Декарта, — Карпер пожал плечами. Это была стандартная практика — передавать тяжёлые дела стажёрам под видом практики. Все знали, что это лишь один из них легальных способов избавить себя от лишней рутины. Если бы не особенности Ричарда, Гэвин бы уже давно скинул с себя это бремя, но, увы, приходилось батрачить на пару с ним во избежание недопониманий и лишних подозрений. — После третьей жертвы это дело стало достоянием отдела. — И ФБР, хочу напомнить, — Рид цокнул языком. — И что в этом плохого? — Ну даже не знаю… — он выдержал паузу, притворно задумавшись. — В их напыщенности, например? Вот надо было тебе Уилла подключать. — Иди нахуй, — бросил Рид и, увидев, как андроид поворачивается к нему, резко опустил взгляд в стол. Карпер, заметив несвойственное другу поведение, непонимающе оглянулся на Декарта. — Поссорились, что ли? — Гэвин покачал головой. — Блять, Рид, мне некогда с тобой возиться. Ты мне экспертизу проведёшь, нет? — Да проведу, Господи, просто положить и уйти не мог? — Мне с этой экспертизой сейчас выезжать надо, — не менее раздражённо прошипел Дейв, присаживаясь у стола на корточки. — Давай уже реще, мне ещё на опознание и встречу с родственниками надо успеть, — Рид тяжело вздохнул, пробегаясь по документу глазами. В воздухе повис аромат кофе и озона. Андроид снова стоял слишком близко, наклонившись, почти касаясь его плеча, пристально осматривая документ. Дёрнулась щека. — Что, есть мысли? — не поворачиваясь спросил он, протягивая ему документ. — Нет, детектив, — соврал тот, медленно отстраняясь, протягивая ему горячую чашку. Карпер хрустнул коленями, выпрямляясь. Гэвин обвёл карандашом несколько улик, конкретизировал порядок учёта, сопоставлял уже проделанную работу с результатами лабораторных исследований, подтверждая уже сделанные выводы и фиксируя обвинения. Расписавшись в конце документа, Рид отдал его лейтенанту. — Всё, вали отсюда. — Премного благодарен, ваше детективное высочество, — Карпер шуточно поклонился, всё ещё будучи крайне недовольным рассеянным состоянием коллеги. — Давай как-то пособраннее на работе-то. — Отсоси, — буркнул Рид, чувствуя на себе пристальный взгляд андроида. Тот всё так же стоял у него за спиной. Лейтенант закатил глаза, но не ответил — его ждала работа. Ричард закрутил манжеты рубашки, зафиксировал брошенный на него взгляд детектива и повышение уровня стресса. [Причина не определена. Внешний вид не отличается от стандартов. Внимание не интерпретируется как негативное или позитивное] — Детектив? — Что? — Вы обеспокоены, — снова утверждение. Он даже не пытался имитировать незнание, впрочем, как и всегда. Гэвин снова поднял на него короткий взгляд, тут же опуская его вниз. [Нарушение паттерна. Несвойственное архитектуре личности избегание зрительного контакта. Вероятность потери эмоциональной связи 8%, требуется уточнить информацию] — Не выспался. — Ложь. — Не твоё дело, слушай, — Рид на мгновение поднял взгляд. По коже пробежала холодная дрожь, живот скрутило, сердце пропустило удар. Он прикрыл лицо ладонью, непонимающе коснулся горящих щёк. Реакции неопытного подростка перед сексапильной старшеклассницей — до скрежета зубов знакомо. — Отмечается повышение уровня стресса при зрительном контакте. Причина? — Глаза у тебя красивые, аж кишки сводит, — съязвил Гэвин, чувствуя, как от собственной шутки в зобу дыхание спёрло. — Поменять цвет глаз на среднестатистический оттенок? — Рид хрипло рассмеялся, замечая, как губы снова бесконтрольно расплываются в этой дурацкой, лишенной интеллекта улыбке. Он покачал головой. Андроид, приняв ответ, вернулся к работе. «С каких пор вообще?..» — он снова поднял на него взгляд. Ричард тут же посмотрел в ответ, ожидая указаний. Его не надо было звать, просить обратить внимание, заинтересовывать — он всегда откликался, чувствуя его запрос. — Слушаю, — Гэвин, признавая несвойственное ему поведение, попробовал завести с ним человеческий разговор. Может, ему просто нужно было внимание? — Как… как погодка? — 23 градуса по Цельсию, пасмурно, с 60% вероятностью в 2 часа ночи начнётся ливень, — Гэвин тяжело вздохнул. — Я имел в виду, как тебе погода лично. — Индифферентно, — андроид пожал плечами. — Услышал, — Гэвин покачал головой: явно не во внимании дело. Может, ему просто нравится, как Ричард подчиняется? — Проверь документ, — он протянул ему папку с рапортом, прислушался к ощущениям. Ничего. Лишь сердце ёкнуло, когда андроид улыбнулся ему одними уголками, принимая из рук листы. Тут же захотелось снова увидеть эту полуулыбку, запечатлить в памяти, впечатать в сознание на века. Он отбросился на спинку стула, запрокидывая голову назад, бестолково рассматривая серый потолок. «Я долбоёб, что ли? — размышлял детектив, протирая пальцами уставшие глаза. — Ну да. Красивый. Мало на свете мужиков красивых? Он вообще не в моём вкусе. Мне рыжие как-то больше заходят, блондины всякие» Он снова посмотрел на андроида, пытаясь найти глазами то, что его зацепило. Хоть он и обладал среднестатистической внешностью, в нём была особая притягательность. Контрастирующие с чёрными волосами ярко-голубые глаза, плавные черты лица, элегантность в каждом движении, неторопливость. Андроид периферийным зрением заметил внимание детектива, отмечая про себя уже седьмой за пять минут запрос на контакт. — Шторы не эффективны? — Рид в недоумении приподнял бровь. — Те зелёные, что ли? — андроид кивнул. — Эффективны, почему спрашиваешь? — Вы сказали, что не выспались. Вероятная причина — ранний рассвет. Просмотрел пять вариантов на замену, — Гэвин тихо рассмеялся. За грудиной разлилось мягкое, обволакивающее внутренности тепло. — Так ты ж сказал, что я вру. — Сказанное не соответствует действительности, но ваши внутренние ощущения имеют высший приоритет, — Гэвин улыбнулся. — Хорошо сплю. Спасибо за шторы. Просто день какой-то… тяжёлый. Пасмурно же, — обрывочно объяснялся он, пряча в ладонях вспыхнувшее лицо. «Идиотия» — Гэвин отвернулся в сторону зазвонившего рабочего телефона, поднял трубку. — Департамент полиции Детройта, убойный отдел, детектив Рид слушает, — он резко нахмурился, вытащил из стопки пустой листок и быстрым движением записал продиктованный адрес. — Принял. Выезжаем, — андроид поднялся, накинул лёгкую куртку. — Труп. На служебной поедем. Маккензи, Карпер где? — На опознание уехал, — рыжеволосый пожал плечами, продолжая писать рапорт. — Ллойд? — Курит. — Да ёпта, — буркнул Рид, вытаскивая из кармана телефон, отправляя каждому по сообщению. — На моей тогда поедем, пошли они нахуй, — Ричард кивнул, вытаскивая из кармана ключи. — Ты поведёшь? — Как скажете. — Ну давай, — Рид кивнул, тут же выбегая из департамента.

***

Гэвин сидел на корточках около трупа, озадаченно рассматривая маску смерти, синяки на теле, распоротую грудь. Он поднёс рацию к губам, начав короткий доклад. — Центр, седьмой отдел, приём, 7-12 на месте, адрес — Брайар-стрит, 142. Труп, мужчина, 40-45 лет. Предварительно — бытовое убийство. Ждём судмедэкспертов, — рация тут же зашипела, передавая ответ центра. — Принято. Бригада выехала. Ожидаемое время прибытия — 15 минут, — Гэвин закрепил рацию на поясе, ещё раз осмотрел ножевые ранения, сфотографировал. — Тупым ножом била? — Да, — ответил Ричард, уходя в другую комнату, чтобы зафиксировать улики и забрать вещдоки. — Сильные же у неё руки. Гэвин всё ещё смотрел на труп. В голове вертелись совершенно неуместные мысли. Он скользнул взглядом по кистям рук, отметил их изгиб, сравнивая их с красивыми кистями Ричарда, вспоминая, как они элегантно печатали текст или нарезали овощи. Посмотрел на потускневшие голубые глаза. Холодные, почти такие же, как и у андроида — пустые. Его передёрнуло. «Ты его ещё выеби здесь» — буркнул он про себя, отворачиваясь от трупа в сторону лежащего на полу блокнота — такого же пустого. Он ничего не записал. Бездумно рассматривая белые листы, он рассеянно постучал кончиком ручки по лбу. «Меня это возбуждает?» — он снова поднял взгляд на окоченевшие кисти рук, открытые глаза, длинные пальцы. В нутре ничего не отзывалось. Обычный труп, ничего особого. Андроид вышел из кухни с упакованным в зиплок ножом. Белая рубашка, закатанные рукава, оголённая бледная кожа, чёрные латексные перчатки, облегающие кисти. Дрогнуло сердце, выворачивало кишки. «Ебать, серьёзно? Влечение? К нему?» — Детектив, — андроид сел напротив, показал орудие убийства. — Центр сообщил, что убийцу нашли. Отпечатки на рукояти зафиксированы, совпадают с отпечатками супруги, судмедэксперты на подходе. Указания? — Рид перевёл на него недоумённый взгляд, пытаясь увидеть на его лице причину своего странного состояния. Абсолютно непримечательный, стандартный андроид. Он таких десятками перестреливал, так что изменилось в этот раз? — Детектив? — В департаменте доделаем, — он опустил глаза, неловко чиркнул в блокноте ручкой, быстрым движением выписывая данные жертвы и характер повреждений. — Всё сфоткал? — кивок в ответ. — Супер, погнали тогда. — Принято, — андроид поднялся следом, передал офицеру вещдок, снова возвращаясь к детективу. «Да это бред какой-то, какой в этом смысл» — он ускорил шаг, невольно остановившись на проходе. Взгляд снова скользнул по убранству дома, заметил распечатанные письма на кухонном столе. — Вы замедлились. Причина? — Гэвин подошёл к столу, сфотографировал письма, натянул перчатки. — Рекламные объявления, счета, счета… о, результаты скрининга, — Гэвин поднял документ, вчитываясь в текст. — Убийца беременна? — Что ж этот урод с ней такого делал, чтобы она согласилась на тюремный срок? — Гэвин осмотрел кухню, приметил стоящие в вазе цветы, сложенные в контейнер у раковины украшения. — Не похоже на абьюзивные отношения. — Мотив не определён, это ваша компетенция. — Да как обычно, блять, — Гэвин, тяжело вздохнув, снова посмотрел на цветы. Полевые. Свежие. — Что, он подарил ей этот роскошный букет, а потом забуллил? Бред какой-то. — Букет полевых цветов, срезан не позднее пяти часов назад, отношения к убийству не имеет, — Гэвин потупил взгляд, осмотрел стеклянную, прозрачную вазу. — А вдруг он был аллергиком? Насмерть зачихался. — Шутка? — Шутка. — Смешно, — Рид тихо хмыкнул, потёр пальцами вспыхнувшие кончики ушей, насильно успокаивая усилившееся сердцебиение и натягивая на себя образ профессионала. — Тебе не кажется это странным? — Цветы не влияют на реконструкцию преступления, — брюнет раздражённо цокнул языком. — Да знаю я, — он хотел было настоять на своих подозрениях, но осознал, что они действительно были беспочвенны и никак не влияли на картину преступления. Отпечатки совпали, преступление подтверждено, осталась лишь фиксация и коррекция досудебных обвинений, но липкое ощущение неправильности происходящего не отпускала его. — А нож-то где в итоге оказался? — В подставке для ножей, — Гэвин нахмурился. — Где, блять? — андроид намеревался повторить, но детектив перебил его. — Какого хуя? Она, по-твоему, на эмоциях зарезала его, а потом спокойно убрала нож в подставку? Это шутка какая-то? — Состояние аффекта, — Гэвин замолчал. Крутившиеся в голове подозрения, несостыковки и странные мелкие детали не давали ему принять простоту совершенного преступления. Бытовые убийства всегда были такими — странными и непонятными, но почему-то он испытывал не отвращение и недоумение, а неподдельное, сверлящее грудину смятение.

***

— Я убила его. И мне не жаль. Он был… ужасным человеком, — повторяла обвиняемая Мэделин Эванс, еле сдерживая слёзы, беспрестанно оглядываясь на стекло, вентиляционную решётку и входную дверь. Лейтенант Карпер, доверительно наклонившись ближе, еле касаясь её руки, попытался сгладить ситуацию, обернуть допрос в пользу убийцы. — Я слышу ваш страх, сложно представить, что вы пережили, мне очень жаль, — наблюдавший за допросом через зеркало Гезелла Рид скривился на этих словах, прекрасно зная, что Карпер не испытывал к женщине и доли сочувствия. — Вы снимали побои? Может, соседи смогут подтвердить ваши слова? — Мэделин подняла на него красные, полные невысказанной боли карие глаза, встряхнула чёрными волосами. — Нет-нет, он… он… делал это тихо, — прохрипела она, опуская взгляд на свой округлившийся живот, нежно поглаживая его, оберегая. Гэвин опустил взгляд, покачал головой. Её ложь не нуждалась в полиграфе, она была очевидна каждому, кто её слышал. — Я не смогу вам помочь, если вы не поможете мне. — Не надо мне помогать, — вдова подняла на лейтенанта злые, полные отчаяния глаза. — Я убила его… я убила своего мужа. Это чистосердечное признание, — Карпер кивнул, принимая её ответ. — В таком случае, разрешите мне рассказать вам, как будут дальше обстоять ваши дела… Ричард наклонился к детективу и, еле касаясь его уха, прошептал: — Фиксирую ложь. Степень достоверности показаний — 4%, соответствует преступлению, но противоречит эмоциональному состоянию, — Гэвин отстранился. В грудь словно имплантировали монолит — не поднять, не сдвинуть, не вздохнуть. Ощущение неправильности происходящего не отпускало его, сдавливало внутренности. — Мы ничем не можем ей помочь. Она признала свою вину, — он отвернулся от окна, покидая душную комнату. Ричард последовал за ним. — Блять, вот в чём проблема просто сказать, что он её пиздил, материл, не давал денег на еду и осмотры? Мы бы побегали, поискали доказательства, может, ей скосили бы срок. — Это была бы ложь, — ответил андроид, сканируя состояние владельца. Зафиксировал злость, печаль и разочарование одновременно. — Да хуй бы с этой ложью. Никто не запрещал ей защищаться. Чего она боится-то? — Гэвин раздражённо вытащил из кармана джинс завибрировавший телефон. Новое непрочитанное сообщение. «Как твои дела?» Номер не определён. — Или кого?.. — Гэвин, нахмурившись, набрал короткое сообщение в ответ: «вы ошиблись номером», тут же выключая телефон. Протерев глаза пальцами, он начал отсчёт от нуля до десяти. Пришло новое сообщение. «Не ошиблись» Ричард заглянул в экран его телефона. — Ваш знакомый? — Нет, — прошептал Рид, блокируя навязчивого незнакомца, торопливо убирая телефон в карман. — Номером ошиблись. Андроид зафиксировал тревогу владельца. [Угроза неопределена. Требуется предпринять меры по снижению уровня стресса]. Ричард развернул к себе детектива, поправил воротник, пригладил волосы, подушечками пальцев касаясь тонкой чувствительной кожи за ушами, оглаживая ушные раковины. Тихий полухрип, полустон сорвался с приоткрытых от частого дыхания губ. Уровень стресса резко повысился, парадоксальным образом повышая уровень лояльности к нему. — Блять, я же просил не трогать меня на людях, — Гэвин резко отстранился, машинально касаясь тех мест, что секунду назад трогал Ричард. — Здесь никого нет. Никто не смотрит, — андроид ответил шёпотом, снова фиксируя странным образом усилившееся расположение детектива к нему. Гэвин не ответил. Он резко развернулся, уходя в сторону своего рабочего места.

***

Гэвин лежал у изголовья кровати, незаинтересованно наблюдая за происходящим на экране действом, изредка отвлекаясь на вопросы андроида касательно сюжета сериала и мотивов персонажей. Он старался не смотреть на него, не контактировать больше необходимого, но каждый раз срывался, впадая в это странное состояние тревожной эйфории, абсолютно глупой и бессмысленной. Влечение под давлением осознанного игнора не угасало, даже напротив, возгоралось, стоило ему задержать взгляд на секунду дольше положенного, стоило андроиду коснуться его, понизить голос до еле слышного шёпота, поднять на него глаза. Его касания теперь не холодили кожу, а горячили, оставляя ожоги неудовлетворённого желания, чтобы этот контакт продлился на секунду дольше. Холодно рассудив, что он просто давно ни с кем не был, Рид пытался замять эту странную ситуацию, но не получалось. Тело отказывалось следовать за разумом. — Мотив некорректен, они могли отказаться. Побег неоправдан, — Гэвин перевёл на него уставший взгляд, коротко пожал плечами. — Ну они, типа, Ромео и Джульетта. Против всего мира ради своей любви, — Ричард скрестил на груди руки, наклонил голову набок. — Ромео и Джульетта погибли, они же стремятся жить. — Тебя не трогает их желание жить? — андроид покачал головой. — Отмечаю повышенную драматичность сцены, фиксирую допустимый вариант выхода из ситуации, но их решение в текущих обстоятельствах неэффективно. — Ты неисправим, — хохотнул Рид, расплываясь в глупой улыбке. Ричард улыбнулся ему в ответ. — Но я исправен, — Гэвин опустил взгляд, снова чувствуя себя по-настоящему дома. Однако, внедрившееся в его мысли влечение сбивало комфортную обстановку. Ему всё ещё хотелось коснуться. — Рич, — андроид тут же повернулся к нему. — А чисто в теории, если бы, ну, ты девиантнулся бы и начал испытывать всякую хуйню… — он замолчал, мучительно подбирая слова. — Вводные данные учтены. — Красава. Ну так вот… — Гэвин почесал затылок. Нерациональное смущение сдавило горло. Даже зная, что андроиду будет безразлично, он испытывал жуткий стыд и неловкость. — Кхм… я бы тебе нравился? — Ричард наклонил голову набок. — Вы мой владелец, ваше мнение и состояние имеют высший приоритет. — Нет-нет, я имею в виду… я бы мог тебя привлекать не как владелец, а как… ну, человек? — Ваши морально-этические ценности конкретизированые, соответствуют общественному мнению, вы открыто выражаете свои мысли и позицию, вы трудолюбивый, ответственный, рациональный. Среднее значение привлекательности 6 из 10, — Гэвин прыснул от смеха. — А минусы какие? — Прямолинейный, бестактный, горделивый, грубый… — Да блять. — Социальная оценка варьируется от 4 до 5, сотрудники высказывают противоречивые мнения, ключевая тема — звание героя Красной революции, — Рид, приподняв брови, кивнул, принимая ответ. — А ты бы меня боялся, если бы был девиантом? — андроид замолчал на пять секунд. Непозволительно долго для машины. — Да, — Гэвин поморщился, как от головной боли. Воображение воссоздало эту картину: Ричард боится, просит не стрелять, отпустить. Затошнило. То ли от фантазии, то ли от самого себя. — А сейчас боишься? — В ваших намерениях нет причинения мне вреда. — А если мне внезапно взбредёт в голову? — Рид небрежно махнул ладонью, визуализируя выстрел. — Не замечал за вами импульсивности. — Не увиливай, взял у Маккензи моду, — андроид снова замолчал, отвёл взгляд. Неуместная имитация задумчивости ввела детектива в смятение. — Что такое? — Не поймите неправильно, я не увиливаю, как вы выразились. Программа фиксирует волнение, вы требуете личной оценки, но ответ вызовет негативную реакцию. — Да всё нормально. — Принято. Я не испытываю чувств, детектив Рид, — он поднял взгляд. Гэвин услышал то, что и ожидал. Глупость собственных вопросов фрустрировала его, но он ничего не мог с собой поделать. Он все равно хотел узнать его, хоть и понимал, что для этого было бы достаточно одного справочника по архитектуре андроидов. — Фиксирую множественные противоречия. Хотите обсудить? — Только одно. — Какое? — Почему я тебя всё ещё не убил? — слегка насмешливо, но без угрозы протянул Рид. Усталость и сонливость обращались в апатию. — Ваша лояльность ко мне составляет 58%, что на 13% больше, чем в прошлом месяце. Вы привязались ко мне, — Гэвин тихо хмыкнул. Озвученные факты не вызывали ярких эмоций, ведь они были лишь суровым отражением реальности. — Клянусь, каждый раз, когда ты в цифрах озвучиваешь базовые вещи, я хочу убиться. — Это не… — Неэффективно, — закончил за него Рид, расплывшись в ехидной ухмылке. — Знаю. А если ты девиантнешься, я тебя ёбну? — Вероятность 95%, — ухмылка спала с его лица. Рид моргнул, дёрнул головой, непонимающе нахмурился. — Что, серьёзно, что ли? — андроид безразлично пожал плечами. — Вам свойственно держаться своих принципов и рамок закона. — А как же… 58% лояльности? — андроид улыбнулся ему одними уголками губ. — Исходя из вводных данных, девианты для вас не делятся на дружелюбных и враждебных, все они представляют для вас угрозу. Думаете, я стану для вас исключением? — Гэвин, опешив от такой непробиваемой логики, замолчал, не силах воспротивиться. Он хотел сказать, что это не так, что он просто исполнял приказ, что на него повлияла пропаганда, что он не виноват, но вспомнил свою первую жертву дореволюционных времён. Он не был угрозой. Он не мешал. Но Гэвин застрелил его. Без жалости и сострадания, исключительно из-за личной неприязни и глупых подозрений в девиации, ведь что будет машине? И он был прав: андроид вернулся в участок на следующий же день, не сказав ни слова. А после второго раза не вернулся. И никогда больше не вернётся. Гэвин покачал головой, отгоняя лишние размышления. Ричард, заметив состояние владельца, коснулся его шеи, погладил большим пальцем скулу. Перед глазами всплыл программный сбой: [перегрев системы на 4%, рекомендуется снизить нагрузку]. — Вы не плохой человек. Таковы ваши убеждения. В них нет ничего предосудительного. Если я буду представлять для вас угрозу, самым оптимальным решением будет эту угрозу устранить, — Гэвин поджал губы, коснулся холодной руки, огладив пальцами гладкую кожу. Он прикрыл глаза, прислушиваясь к собственному дыханию, слыша, как Ричард подстраивается под него, вздыхая вслед с ним. Синхронное дыхание успокаивало, расслабляло натянутые нервы. — Сериал бы… — он неуверенно подал голос, слегка отстраняясь. — Сериал надо досмотреть, — андроид кивнул. Следующие два часа они провели в полной тишине, прерываемой лишь перерывами Гэвина на покурить.