Правило органического молчания

Десять утра. Душный офис. Маленькая комната отдыха с бурлящей кофемашиной. Громкие голоса, которые не умеют быть тише. Утреннее солнце пробивается сквозь пыльный серый тюль, освещая уставшие заспанные лица. Ричард привычным образом собирал информацию, выслушивая жалобы Бена Коллинза и Рональда Прайса на их тяжелую жизнь и хвастливые рассказы Маккензи о проведённых выходных. Гэвин, как обычно, утреннюю рутину проводил вместе с лейтенантом, перемениваясь с ним мнениями касательно текущего дела у своего рабочего стола. Стандартное для участка утро — тихое, неспешное, сонливое. Но в этот раз кое-что изменилось — Ричард в очередной раз фиксировал на себе бесцельный взгляд детектива. — Ну вот как-то так… — проговорил Маккензи, тоже замечая несвойственное детективу внимание. Наклонившись к Декарту, он заговорщески прошептал. — А что у вас с Ридом-то? — В плане? — Ну… вы постоянно тусите, общаетесь, лапаете друг друга, — андроид на три секунды замолчал, анализируя вложенное в слова двойное послание. — И? — Ну вы мутите, нет? — сорвался Крис, всплеснув руками, переходя на громкий полушёпот. — Всё водите меня за нос. Давай рассказывай. — Всё сложно, — Ричард мягко улыбнулся, скосив в сторону детектива взгляд. Тот смотрел на него безотрывно, почти не моргая. Внимание неклассифицировалось программой как запрос на контакт. Детектив просто смотрел. — Да он тебя глазами пожирает, тут всё просто, — ухмыльнулся Крис, тыкая локтем в бок коллеги, подначивая его. Ричард нахмурился, наклонив голову набок. — Глазами пожирает? — рыжеволосый кивнул. — Да-да-да, смотри, — андроид снова оглянулся на напарника. Мужчина смотрел пристально, внимательно, но рассеянно, не замечая, что его обнаружили. — Видишь? — Ну да, смотрит. — Нет-нет. Смотри, как он смотрит. Он так на Уилла когда-то смотрел. Так же жадно. Я его фанат, серьёзно. Ходящий секс, — Ричард сымитировал смех, оценивая шутку на 9 из 10. — Ну и переспал бы с ним, раз так по нему угораешь. — Ну я ж не пидор. — Как грубо, Маккензи, — улыбался Ричард, принимая ответ, фиксируя новые данные. — Ну что поделать. Был бы я геем или хотя бы би, я бы с ним замутил, поэтому ты не это, не упускай такую возможность. — Разумеется. Я всё вижу. — Ну так соситесь уже, заебали, — Маккензи приобнял его, слегка покачался из стороны в сторону, подбадривая. — Приму к сведению, спасибо, — Ричард обнял его в ответ, легонько похлопав по плечу. Спустя недолгие пять минут бесцельного обсуждения, они разбрелись по своим местам. Маккензи оторвал от задумчивого коллеги лейтенанта, уводя его в сторону их рабочего стола. Ричард, сев за своё место, коротко улыбнулся детективу, тут же погружаясь в работу. Гэвин машинально улыбнулся в ответ, опёрся щекой о руку и, тяжело вздохнув, снова не мог оторвать от него взгляда. Он снова смотрел. Смотрел так пристально, что стиралось время, смотрел так долго, что запомнил каждый миллиметр его лица, отпечатал в роговице каждый блик лазурных глаз, каждую неудачную улыбку. — Детектив, как вы себя чувствуете? — мужчина, мгновенно опуская глаза в стол, безразлично пожал плечами. — Нормально. — Отмечается повышение пульса и температуры тела, первые признаки простуды. Рекомендуется консультация врача, — Гэвин, тихо хмыкнув, покачал головой, оставляя в рабочем блокноте бессвязные записи и рисуя ветвящиеся завитки. — Зачем мне врач, когда у меня под рукой есть ходячая энциклопедия? — Энциклопедии не обладают конечностями. — Очевидно, — ответил Рид, поднимая на андроида красноречивый взгляд. — Фразеологизм? — А ты проницательный, — саркастично хмыкнул он, снова бессознательно залипая. Ричард пристально смотрел на него в ответ, анализируя странный комплимент. Холодное выражение лица смягчала лёгкая тень под глазами, выбившийся из причёски локон чёрных волос прикрыл ровный лоб, кончиком касаясь брови. Он на мгновение представил, как касается пальцами его подбородка, тянет к себе… Его тряхнуло как от разряда тока. Лицо побраговело. Сердце забилось в сжатом от судороги горле. — Проницательность вложена в мою программу, — Рид зажмурился, тяжело вздохнул. «Бред какой-то» — он открыл глаза, посмотрел на андроида, надеясь, что это секундное помешательство больше его не тронет. И снова провалился в бесстыдные плотские фантазии. Как целует, обнимает, касается оголённой кожи, как пальцы обжигает холод. — Так, блять… — прошептал он, закрывая лицо ладонями, пряча своё помешательство от прозорливых коллег. «И что это значит? — он поморщился, тряхнул головой. Яркие образы сдавливали горло, кружилась голова. — То, что красивый — это ещё ладно. А это что ещё такое? — он поднял взгляд и, подавляя выламывающее нутро вожделение, попытался найти на беспристрастном лице ответы, но не находил. Только чувствовал желание коснуться его, притянуть к себе. — Блять. Серьёзно? Вот серьёзно? То есть на Маккензи хуй не встаёт, на Шэрон не встаёт, на Карпера не встаёт, на рандомных красавиц и красавцев не встаёт, ведь действительно, кому они нужны, а на сборник цитат встаёт? — услышав чей-то смех, он оглянулся, заметил проходящего мимо рыжеволосого офицера. Андроид ярко улыбнулся ему, перекинувшись с ним парочкой глупых шуток. От этой улыбки сбился кровоток, судорожно сжимались лёгкие. — Ну я ебанулся, это всё, это край» — Ты считаешь себя красивым? — спросил внезапно Рид, поспешно опуская взгляд на документы. — Лицо симметрично, выраженных дефектов нет, статистически выше среднего, — констатировал андроид, анализируя состояние владельца. [Уровень стресса 42%, требуется завести разговор на отвлечённую тему]. — А вы считаете меня красивым? — попытка исправить ситуацию привела к обратным результатам: уровень стресса детектива повысился до 54%. Послышался глухой тяжёлый звук приближающихся шагов. В участке мгновенно стало тихо. Капитан Фаулер остановился у рабочего стола Гэвина Рида и, глядя сверху вниз, строго осмотрел своего подчинённого. — Рид, за мной, — Гэвин, громко сглотнув, покорно последовал за капитаном. В мёртвой тишине департамента послышалось шипение оставленной на рабочем столе рации. Засобирались офицеры. — Седьмой отдел, центр, труп.

***

— Новый день, новые убийства, — устало проговорил Гэвин, садясь на корточки перед трупом. Ллойд, присев рядом, сделал несколько фотографий. — С каких пор мы расследуем несчастные случаи? — Да ни с каких, просто эта мадемуазель — бывший политический журналист, надо убедиться, что её смерть — не убийство на почве ненависти. — А не очевидно, что ли, что не убийство? — продолжал офицер, фотографируя окружение. Гэвин осмотрел вывернутую шею, торчащий под кожей хребет, сломанную руку. Вытащив рацию, он начал стандартный доклад. — Центр, седьмой отдел, приём, 7-12 на месте, Джефферсон-авеню, дом 8721, речной квартал. Труп, женщина, перелом шеи. Предварительно — несчастный случай, признаков насилия нет. — Предварительно, — буркнул Ллойд, обернувшись в сторону Бена Коллинза, стоявшего у входа в оцепленный дом. — И что, мы серьёзно сейчас будем тратить на это время? — Гэвин закатил глаза. — Сверху попросили расследовать, вот и расследуем. Фаулер тоже не в восторге, что нам приходится вместо расследования текущего дела, заниматься такой мелочёвкой, — Киллиан, поморщившись, оглянулся на Декарта, слоняющегося по дому в поисках выделяющихся деталей. — Декарт, что заметил? — Среди этого свинарника хер что заметишь, — демонстративно ворчал андроид, привычным образом три секунды анализируя реакцию офицера. Реакция негативная. — Какой свинарник, блять? Пара разбросанных вещей — это тебе свинарник? — Ллойд презрительно фыркнул. — Ты его хату просто не видел, у него там даже кружки по цветовому кругу стоят, — смеялся Рид, спасая положение. Андроид кивнул, подтверждая слова детектива и фиксируя несоответствующее контексту выражение. — Ну оно и видно. Перфекционист, — бросил мужчина, развернувшись в сторону прихожей, наблюдая за работой криминалистов. — Ну, блять, что я тут скажу. Подскользнулась, упала, свернула шею. Дело закрыто. — Поэтому тебя и не повышают, — ехидно протянул Гэвин, так же не видя никаких признаков преступления. Короткий взгляд в сторону коллег — такое же недоумение в ответ. — Тебя, кстати, тоже, поэтому не обольщайся. Декарт? — Ричард вытащил из кармана пиджака диктофон и, нажав на кнопку, начал доклад, но не инструменту, а детективу. — Женщина, по документам 42 года, Льюис Хэмптон, предварительно признаков деменции, инсульта, инфаркта не обнаружено, падение совершенно со второго этажа, характер повреждений соответствует происшествию, требуется заключение судмедэкспертов, — Гэвин, кивнул, принимая его ответ. Короткий взгляд в сторону кухни — на обеденном столе стояла недопитая чашка чая. Фотографирующий её эксперт перелил содержимое в стерильную ёмкость, упаковал в зиплок, подписывая вещдок. — Что, отравление? — специалист пожал плечами. — Сказано, всё вылизать, вот и вылизываем, — Гэвин кивнул. — Ну погнали тогда, чего время зря теряем? Нам ещё за подражателем бегать, — ворчал Ллойд, выходя из дома, оставив на напарниках и криминалистах бремя описания инцидента. Гэвин, присев на корточки у порога дома, зацепился взглядом за небольшую странность. — Траектория движения? — Сверху вниз. Планировала выходить из дома, — ответил андроид, остановившись рядом. Гэвин осмотрел обувницу и вешалку. Женщина оставляла обувь на полочках, но именно выходную почему-то оставила на коврике. Туфли стояли ровно, симметрично, носки были повернуты в сторону жертвы, а не выхода из дома. Выходное пальто же было повешано не на вешалку, а на крючок ключницы, что не соответствовало педантичности погибшей. Наклонившись к андроиду, перебарывая самого себя, он тихо прошептал. — Ты совсем-совсем ничего не обнаружил? Ни следов, ни отпечатков, ни других странностей? Может, под ногтями частички чей-то кожи есть? — андроид, еле касаясь губами его уха, шептал в ответ. — Нет, детектив, — Рид потёр ухо ладонью, сбрасывая нахлынувший жар. — А то, что пальто на ключнице висит? — Не влияет на реконструкцию. — Ну конечно, — он тяжело вздохнул, покачал головой, отстраняясь от напарника. Дело было закрыто, но странное липкое ощущение несоответствия драло душу. Он снова оглянулся на кухню, задумчиво осмотрел чашку, помеченную цифрой 3. — Ладно, посмотрим, что будет по экспертизе. Может, она нажралась и потеряла координацию, я не знаю. Как-то не похоже всё это на убийство. Куда она собиралась-то? — В её ежедневнике указана встреча в три часа дня. — А умерла она? — В 12:17. — И зачем так рано выходить? — Я не знаю, — Гэвин протёр лицо ладонью. В голове мелькали обрывки улик и полученной информации. Всё указывало на несчастный случай, но разум силился найти обоснование и доказательства убийства. «Всё. Дожил. Профдеформация» — ворчал он про себя, усиленно подавляя параноидальные размышления. Зашипела рация. — 7-12, центр. Норт-стрит, 39, труп, мужчина, 23 года, предварительно утопление, приём, — услышав свой позывной, Рид тут же откликнулся. — Принято, выезжаю, — он тяжело вздохнул, перевёл на андроида уставший взгляд. — Погнали, что поделать. Андроид, прокрутив на пальце ключи, пошёл в сторону машины. Гэвин попрощался с коллегами, передал копии протоколов и своих записей и проследовал за андроидом, прикуривая по пути. Остановившись у машины, он коротко огляделся, окидывая собравшихся зевак рассеянным взглядом. Он невольно выцепил глазами одного из них. Молодая девушка, возможно студентка, неотрывно наблюдала за ним, следила за каждым действием. Худощавая, среднего роста с каштановыми короткими волосами и светлыми глазами, кажущимися из-за солнечного света почти прозрачными. Гэвин, нахмурившись, в немом вопросе мотнул головой. Девушка улыбнулась ему и, сложив руки за спиной, удалилась в неизвестном направлении.

***

Гэвин, сидя за кухонным столом, молча читал результаты экспертизы по найденному у реки телу. Возлюбленный последней жертвы по делу подражателя Циммера, Филипп Гордон. Признаков насилия не обнаружено, был оглушён тяжёлым предметом и скинут в реку неделю назад. Циммер так никогда не делал. Он всегда работал в комфортных условиях, предпочитал орудовать ножом, а не тяжёлыми предметами, предпочитал чистому тихому убийству кровавое зрелище. Гэвин покачал головой, испытывая острое желание написать бывшему с просьбой рассмотреть дело на предмет связи с текущим делом. Смерти были разными, странными, но что-то их объединило помимо социальной сети. Знать бы ещё, что именно. Ричард остановился рядом с ним и, почти касаясь его плеча, поставил рядом чашку чая. Усталость как рукой сняло. Тело охватило тревожное возбуждение, жажда близости, которой он не испытывал уже более трёх лет. Гэвин проследил за его уходом, невольно опускаясь глазами ниже, останавливаясь на талии, ягодицах, стройных ногах. В голове всплыло воспоминание о полной комплектации андроида ниже пояса для улучшенной имитации и внедрении в преступные группы. Захотелось увидеть. Тяжело вздохнув, он опустил взгляд на чашку, принюхался. Зелёный чай с мелиссой для хорошего сна. «Так, ну испытывать влечение к синтетику — это всё равно что желать вибратор или куклу, правильно? — размышлял Рид, откидываясь на спинку стула. — Нет, кукла не разговаривает. И пасту не приготовит, — он осмотрел стоящего у плиты андроида с ног до головы. — И не двигается, — Ричард оглянулся, почувствовав на себе изучающий взгляд. Гэвин резко опустил глаза. Тряхнуло. — И не смотрит так…» — Вы сегодня исключительно молчаливы и апатичны, — констатировал он, помешивая в кастрюле компот. — При этом ваше физиологическое состояние сохраняется в пределах утренней оценки. Записать вас к врачу для обследования? — Нет, — буркнул Рид. Андроид зафиксировал противоречие. — Ваше состояние неоптимально, вы сегодня не выполнили две трети своих задач. — Да если бы не ты, я б всё выполнил! — вспыхнул он, не вынося давления вины и стыда за свою потерянность. Ричард наклонил голову набок, как всегда это делал, когда программа фиксировала двойное послание. — Вы не правы, наш контакт был минимален, по большей части формален, — Гэвин стиснул зубы. Злость искрилась, насыщая атмосферу напряжением, невыносимым настолько, что стало тяжело дышать. Заметив резкие перемены в состоянии человека, андроид отправил запрос на поиски сегодняшних неудач и неоптимальных решений. — В 11:42 я предложил вам сделать перерыв и выпить кокосовую воду, чтобы восстановить электролитный баланс, это послужило причиной? — детектив покачал головой, начал отсчёт от нуля до десяти. Он вспомнил этот момент. Вспомнил, как андроид наклонился к нему, положил руку на плечо, еле касаясь горячей кожи, как он шептал ему в ухо, как имитация дыхания опаляла кожу. — Я спать, — он резко поднялся изо стола. — Ужин? — Завтра. Гэвин ушёл в спальню, закрыл за собой дверь, тут же, не раздеваясь, падая на кровать. Влечение становилось болезненным, почти больным. Он никогда не был сотрудником месяца, не метил на высокие посты и не пытался прыгнуть выше своей головы, но и баклуши на работе он никогда не бил. Он никогда не залипал на сотрудников, не позволял себе смешивать личное и профессиональное, но теперь он не мог погрузиться в работу, уйти в неё с головой, ведь рядом всегда был он и его внимание, монотонный, бархатный голос, отливающие синим металлом глаза. С каждым взглядом в его сторону, с каждым словом становилось сложнее дышать. «Может, переработал? Я личной жизнью в последний раз занимался в академии, ну и этот пидорас ещё был три года назад… — рационализация своих реакций давалась с трудом. Распластавшись на простыни, он сверлил уставшим взглядом серый потолок. — Вот если бы он был человеком, то… то что?» Дверь спальни тихо открылась. Андроид невозмутимо подошёл к нему, опустил на прикроватную тумбочку тарелку с ужином и чашку горячего чая с мелиссой. — Я же сказал, завтра. — Вы не будете спать ещё примерно 2 часа. По возможности, поужинайте. Вы сегодня не ели, — Гэвин молча смотрел на него, на расслабленные плечи, кристально чистые глаза. Захотелось, чтобы он остался, лёг рядом, имитировал дыхание. — Спокойной ночи, детектив. «То что?» — повторялось в голове, словно нечто глубинное жаждало ответа. Гэвин проследил за его уходом, присел на кровати, протирая ладонями покрасневшее лицо. Закрыв глаза, он снова увидел андроида, оголённые ключицы, гладкую кожу. — Так, окей. Фиксирую у себя недотрах, это поправимо, — шептал себе Гэвин, вытаскивая из тумбочки ноутбук. Включив питание, он привычным движением открыл в инкогнито режиме порносайт. Взгляд зацепился за игнорируемый им ранее раздел. Секс с андроидами. Тяжело вздохнув, он долго сверлил взглядом иконку, пытаясь то ли сдержать любопытство, то ли договориться с совестью. «А вдруг пронесёт?» — подумал он, включая первое попавшееся в подборке видео. Оголённый андроид снизу вверх смотрел на молодого мужчину. Синие глаза смотрели почти в упор, не моргая, наблюдая за действиями человека. Прикрыв лицо ладонью, Гэвин сквозь пальцы пристально смотрел на происходящее, считывая каждый свой показатель, в надежде, что ничего не откликнется на увиденное. Элегантная ладонь коснулась шеи мужчины, притянула к себе, влажный поцелуй, глубокий, страстный. Гэвин прикрыл глаза, чувствуя, как дрогнуло сердце, как внизу живота натянулись нервы. Гладкий язык очертил линию шеи, губы сомкнулись на ключице, оставив на коже лёгкий поцелуй. Напряжение нарастало, становилось почти болезненным. Рид поморщился, закрыл ноутбук, обвиняющим взглядом посмотрев на свой пах. — Да ёб твою мать, да какого хрена, — тихо прошипел он, закрывая глаза, выдыхая в спёртый воздух тихие проклятия. Перед глазами возник образ андроида. Ласкающий его, обнимающий. Тихий бархатный голос проникал в стенки миокарда, будоражил сосуды, разгоняя по артериям кровь. Рид распахнул глаза, резко открывая компьютер, нажимая на плей. Лучше дрочить на неизвестного андроида, чем на настоящего. Поступательные движения, растрёпанные волосы, имитированные эмоции — андроид на экране идеально выполнял свою работу. Рука Гэвина опустилась ниже, слегка сжала набухшую плоть. Дёрнулась щека. Падать ниже, казалось, уже некуда. Мысли соскакивали от осуждения до желания, разум настойчиво заменял актёров другими образами, голоса искажались. Как бы он не гнал от себя эти фантазии, как бы не подавлял, всё возвращалось. «Ну и бредятина. С таким успехом я бы мог на тостер подрочить, — рациональность мгновенно сменялась похотью. — Боже, ну давай уже, коснись его там… да, вот так» Пульс соразмерно руке ускорился, сбилось дыхание, прикрытые глаза безотрывно наблюдали за происходящим на экране, ловили каждый вздох, каждый взгляд, сопоставляли с реальностью, вводили в заблуждение. Пара движений — и он был бы на грани, но распахнулась дверь. Гэвин застыл, сердце забилось в глотке, в ушах нарастал шум. Он не обернулся. В затхлом воздухе помещения развеялся еле слышный запах озона. — Детектив, я трижды отправлял запрос. Вы не отвечали, — Гэвин резким движением захлопнул ноутбук, машинально вытер руки о покрывало. Андроид мгновенно просканировал состояние детектива. — Фиксирую половое возбуждение, — Гэвин нервно рассмеялся, прикрыв лицо ладонью. Если бы сейчас началось землетрясение, и в полу образовалась бы трещина, ведущая в ад — он бы прыгнул туда без лишних размышлений. — Нетипичный выбор жанра. Чем обусловлено изменение предпочтений? — Выйди, а? — хрипло попросил Гэвин, не находя в себе сил поднять голову. Хотелось, чтобы его прямо сейчас, в эту же секунду ударил инсульт. — Разумеется. Как закончите мастурбацию, пройдите на кухню, пришли результаты экспертизы по делу о погибшей Льюис Хэмптон, — Гэвин молча кивнул. Андроид вышел, закрыв за собой дверь. Он ещё долго сидел на кровати, не поднимая головы. Жар стыда не отпускал его, лишь усугублялся, стоило ему услышав шаги за дверью спальни и плеск воды. «И куда мне с этим идти? К психиатру? Это же сексуальная девиация, я правильно понимаю? Я болен? — Гэвин, тяжело вздохнув, поднялся на ноги, осмотрел оставленный андроидом ужин. За грудиной скреблись черти, срывая с него личину рационального человека. — Я пиздец как болен»

***

Ричард в замешательстве наблюдал, как Рид резко поднимается с кресла и убегает от него в сторону злополучного Карпера. Он осмотрел себя, прижал манжет рубашки к носу, анализируя аромат, и непонимающе нахмурился, не найдя в своём внешнем виде видимых изъянов. Анализ состояния детектива не давал конкретных результатов — Гэвин его избегал по каким-то внутренним причинам, о которых андроиду не было известно. Попытки наладить контакт не увенчались успехом, детектив моментально переводил тему на рабочие вопросы или убегал в другую сторону, делая вид, что не услышал, но по дрогнувшим ресницам, сжатым кулаками Ричард понимал — всё он прекрасно слышал. Гэвин завтракал и ужинал исключительно в своей комнате, закрывал дверь на замок, перестал отправлять запросы на контакт и больше не предлагал посмотреть вечером сериал. Три дня минимизированного контакта сказывались на эффективности работы и перегревали систему на 2%. Сопоставив историю развития отношений, андроид составил карту допустимых действий для восстановления связи. Первая попытка начать контакт. — Детектив, я проанализировал ваши вкусы, был найден индийский сериал девяносто восьмого года про девственницу-беглянку и её жизнь в борделе… — Ага. Проверь рапорт на ошибки, мне надо отойти, — Гэвин грубо всучил ему в руки документы, убегая в сторону лаборатории. В этом не было нужды, анализы присылают по рабочим каналам на почту специалистов, и они оба об этом знали. Андроид, машинально повинуясь, опустился на кресло, анализируя текст, сохраняя в памяти увиденные ошибки и беспрерывно выискивая свои. Вторая попытка начать контакт закончилась аналогичным образом. — Детектив, я обнаружил прямое доказательство преступления… — он попытался приблизиться так, как это было раньше, положить руку на плечо, услышать его тихое дыхание, но мужчина снова нашёл причину отлучиться. — Круто, отметь её где-нибудь, я чуть позже прочитаю. Карпер! — лейтенант, будучи в замешательстве от резко увеличившегося внимания к своей персоне, резко развернулся в сторону коллеги, вопросительно кивнув головой. — Погоди, дело есть, — андроид, наблюдая за ними, машинально читал по губам. — Ты чего пристал? От Декарта бегаешь, что ли? — Не лезь. Они вышли за пределы департамента, оставляя андроида наедине со своим неоптимальным состоянием. Коротко переглянувшись с Маккензи, он непонимающе покачал головой. Крис озадаченно посмотрел в сторону ушедших коллег. — Поссорились? — рыжеволосый впервые видел Ричарда таким потерянным. — Нет, — андроид отмечал очередной перегрев системы. Третья попытка закончилась программным сбоем. Андроид, наклонив голову, молча пережидал обеденный перерыв. Сидя за рабочим столом и бестолково листая рапорт о последнем деле под монотонное жужжание кондиционера, он беспрерывно анализировал последнюю неделю, пытаясь найти ошибки коммуникации. Люди сложны, противоречивы, и Гэвин не был исключением, при всём этом Гэвин и не был приверженцем двойных посланий и скрытых подтекстов, он всегда говорил прямо, не лебезил и не кривил душой. Программа фиксировала противоречия. Мог ли он невольно обидеть его, задеть, заставить сомневаться в себе и своих возможностях? Системный отчёт всё отрицал. Он действовал как обычно в пределах своих возможностей и озвученных правил, соблюдал дистанцию, не перечил, не навязывался, не разочаровывал. Ричард не отклонился от программы ни на градус. Так в чём проблема? Услышав вдалеке знакомое кряхтение, синтетик поднял голову, подобрался. Гэвин был один. Без Карпера, без внезапных срочных дел. — Детектив, добрый день, — мужчина резко вытащил из кармана телефон и громко заговорил, имитируя срочный звонок. — Вы же понимаете, что меня подобным не обмануть? — Гэвин делал вид, что не услышал, попытался обойти его, не отрывая телефона от уха, демонстративно громко повторяя одни и те же вопросы. [Системное предупреждение: программный сбой, рекомендуется снизить нагрузку] Андроид перехватил его запястье, притягивая к себе, быстрым движением вынимая из грубых рук смартфон и аккуратно пряча в кармане его брюк. — Э, закон о неприкосновенности человека! — воскликнул он, пытаясь вырваться, но синтетик не позволил. Сопротивление человека было до смешного слабым. — Я не причиняю вам боль. — Отпусти, я сказал, — Гэвин угрожающе опустил голос, но тот был непоколебим. [Программный сбой, неоптимальное смещение приоритетов, ключевая задача — восстановить контакт] — Нет. Что происходит, почему вы меня избегаете? — скользнувший в его словах человеческий нарратив пригвоздил мужчину к месту, ввёл в смятение, но он тут же подобрался, вспомнив о нюансах машинной имитации. — Почему я должен тебе повторять? — Детектив, объясните, — настаивал андроид, второй рукой сжимая его плечо, минимизируя риск потерять контакт. — Что я сделал не так? Я исправлюсь. — Да отвали ты, — он забился в чужих руках, но андроид держал крепко. — Ответьте. — Занят я, давай как-нибудь потом, Санта-Барбару тут разводить… — Ваш звонок был сфальсифицирован. — Да я просто… — И в лабораторию не надо было идти, они в тот же момент прислали вам на почту результаты, — Рид потупил взгляд. — И к лейтенанту не надо было идти. У вас разные несвязанные расследования. — Ты чё доебался-то? Надо мне, вот и ухожу, тебе какое дело, где я пропадаю? — вопрос остался без ответа. Перед глазами множились ошибки, система выдавала сбой за сбоем в попытке найти ответ на заданный вопрос, но его не было. Задача была проста — восстановить контакт. — Это неоптимально. Ваши действия снижают эффективность расследования на 15%, — Рид насмешливо фыркнул, почувствовав, как холодные пальцы дрогнули на запястье. — Какая-то смешная цифра, знаешь ли, — андроид покачал головой, не соглашаясь с высказыванием детектива. — Относительно населения земли 15% — это примерно 1,24 миллиарда человек. Имеют ли они значение, как думаете? — Передёргиваешь. — Как и вы. Гэвин вырвал руку. Андроид отпустил. Непродолжительный зрительный контакт был прерван чьим-то глухим кашлем и хриплым смехом, раздавшимся в стороне. Обеденный перерыв был окончен. Гэвин, бросив в сторону андроида беглый стыдливый взгляд, тут же отвернулся. Ричард зафиксировал смущение, поднявшуюся температуру, заметив покрасневшие кончики ушей. Он не успел задать очередной вопрос — Гэвин, увидев Карпера, ускорил шаг, удаляясь вместе с ним в неизвестном направлении. Ричард, проследив за их уходом, опустился на своё кресло и впервые, почти по-человечески, согнулся, пряча в ладонях своё лицо. [Системное предупреждение. Зафиксирован перегрев центрального процессора на 2%. Требуется перезагрузка]

***

Гэвин, выжатый как лимон, бестолково тратил время и деньги в одном из невостребованных баров города. После сегодняшнего идиотского разговора с андроидом ему совсем не хотелось ехать домой, принимать его заботу и внимание, видеть его лицо — безэмоциональное, холодное, чертовски красивое, словно вылепленное из мрамора. Он тихо хмыкнул про себя. А ведь этот мрамор он ломал. Застреливал как скот, без жалости и сострадания. Что же изменилось? Стоило ему испытать к одному из них влечение, так и всё, пропало влияние пропаганды, чувство долга, исчезли принципы и убеждения? Да и в этом ли причина? Он опрокинул первый стакан — виски обжёг горло, оставив горькое послевкусие. Второй пошёл легче. Третий — уже не чувствовал вкуса, только расползающее под рёбрами тепло. Непонятные чувства захлестывали, не давали работать, вести быт и продолжать взаимодействие с синтетиком, то ли из-за их осознания, то ли из-за подавления. «Это ненормально, блять. Он не человек. Он андроид. И ладно бы ещё, если б он идеально имитировал человека, имел какую-то поведенческую стратегию, я не знаю, но он чист, блять. Он пользуется машинной имитацией, ставит цели, что-то там фиксирует, вычисляет. Это как трахать калькулятор, — Рид тяжело вздохнул. Хотелось курить. Он вышел на улицу, чиркнул зажигалкой, затянулся. — Нормально, когда два человека. А это хуйня какая-то. Абсолютно больная, ёбнутая наглухо хуйня» Телефон разрывался от звонков. Это могла бы быть его девушка или парень, может даже жена, дети или внуки, но это был андроид, ближе которого был, наверное, только Карпер. Он закрыл глаза, услышал завывающий ветер, пьяные голоса, гулкий шум машины. Он знал, что Ричард рано или поздно приедет. Знал, что он ставит его безопасность в приоритет. Знал, что этот прожигающий его насквозь холодный взгляд принадлежал ему. Никто так больше не смотрел на него и, скорее всего, никто так больше не посмотрит. Он открыл глаза, выдержал пристальный взгляд андроида, позволил осмотреть себя, считать состояние. «Похуй, — подумал он, прикрывая покрасневшие глаза. — Да похуй, реально» Сегодня ему можно было всё. Сканировать, спрашивать, уточнять, фиксировать данные и озвучивать их в цифрах. Вызывать стыд, неловкость, это ужасное чувство вожделения и неправильности происходящего. Вызывать желание улыбнуться ему своей самой глупой улыбкой, краснеть и жевать губы. Сегодня ему можно было всё. — Вы не отвечаете на звонки, — холодная констатация, на грани контроля и заботы. — Не слышал. — Слышали, — между озвучиванием фактов и осуждением. — Возможно. — Ваше поведение неоптимально, — не то отрезвляющая правда, не то злость. — Люди в целом неоптимальны. — Но из всех людей только ваша неоптимальность перегревает мои процессоры на 2%, — Ричард, непривычно хмурый, — или Гэвин хотел его таким видеть — открыл перед детективом дверь в машину. — А если я откажусь? — ухмылка, короткая затяжка, провокация на грани флирта. — Буду стоять здесь, пока у вас не закончатся силы отказываться, — такой же ответ, сладкий, провокационный, игривый. Закружилась голова. То ли от желания коснуться его, то ли от алкоголя. Гэвин протянул руку, коснулся его лица. Очертил пальцем линию от уха до яремной впадины. — Уж очень понравился тебе этот жест, я погляжу, — протянул мужчина, осматривая проглядывающие ключицы, опуская руку ниже, касаясь груди, места, под которым бился тириумовый насос. — Нет, — андроид покачал головой. — Он нравится вам, — Гэвин поднял взгляд. Тело обдало жаром, словно его облили кипятком. — Хотите соврать? — Не хочу, — прошептал он, подходя ближе, выпуская в его лицо табачный дым, не презрительно, невольно. Ричард даже не моргнул. — При других так не делаешь? — Только для вас, детектив, — так же тихо, почти интимно ответил Ричард. Гэвин в полупьяном бреду смотрел на его грудь, касаясь, но не лаская, не позволяя лишнего — нельзя позволить. — Пусть так и остаётся, — прохрипел мужчина, резко отстраняясь, нервно докуривая сигарету, потирая пальцами переносицу. — Как скажете, детектив, — прошептал Декарт, опуская глаза на брошенный бычок. Множились предупреждения о программном сбое. Прерванный контакт не поддавался классификации. — Домой? — Поехали, Рич, — андроид кивнул, прикрыл раму ладонью, следя, чтобы Гэвин не ударился макушкой, закрыл дверь. Обойдя машину, он сел на водительское кресло, прокрутил ключи. — По возможности, ставьте меня в известность о своих планах. — А что такое, беспокоишься? — андроид не ответил. Зарычал мотор. Они выехали из парковки, направившись в сторону дома.