Влияние

Маргус проснулся от знакомого скрипа двери ванной. Он даже не открыл глаза сразу. Просто несколько секунд лежал, слушая, как по квартире ходит Лука. За последнее время эти звуки успели стать частью его утра. Скрип половиц в коридоре. Шум воды за стеной. Хлопок дверцы старого кухонного шкафа. Даже гудение холодильника, которое в первые дни раздражало, теперь почти не замечалось. Маргус потянулся, сел на кровати и машинально посмотрел на телефон. Ничего. Экран снова погас. Когда Маргус вышел на кухню, Лука уже возился у плиты. В старой растянутой футболке, сонный и взъерошенный после душа. На столе уже ждал завтрак. Лука, как обычно, соорудил себе несколько бутербродов и оставил на плите сковородку с яичницей. Рядом с кружкой чёрного кофе лежали два тоста с авокадо. Когда-то Лука смеялся над этой привычкой, называя авокадо травой для богатых, но со временем просто смирился. За окном медленно падал снег. Обычное иркутское утро. Такое же, как вчера, позавчера. Лапин что-то рассказывал про бабушку, про соседку из деревни, про новости из пабликов. Маргус слушал вполуха, иногда отвечал, иногда просто кивал. В какой-то момент он поймал себя на том, что уже почти не замечает вещей, которые раньше казались странными. Например, того, что Лука мог спокойно зайти в ванную, пока он чистил зубы, начать разговор с порога или отпустить какую-нибудь идиотскую шутку, будто они прожили вместе не неделю, а несколько лет. К обеду Маргус поймал себя на том, что уже не помнит, сколько раз за утро проверял почту. Телефон лежал рядом почти постоянно. Стоило экрану вспыхнуть, как взгляд автоматически соскальзывал на уведомление. Каждый раз это оказывалась какая-нибудь ерунда - реклама, сообщение из банка или очередное системное напоминание, которое не представляло никакого интереса. Письма не было. Он старательно делал вид, что это не имеет значения. Не говорил об этом вслух, не жаловался. Но ожидание незаметно сопровождало его весь день, возвращаясь в мысли всякий раз, когда появлялась свободная секунда. После разговора с Пирет прошло уже достаточно времени, чтобы обычное ожидание начало превращаться в тревогу. Хуже всего было то, что сейчас от него ничего не зависело. Впервые за долгое время Вахер-Отс не мог ускорить процесс, кому-то позвонить или что-то проконтролировать. Оставалось только ждать. Казалось бы, самая сложная часть уже осталась позади, но именно такие паузы он ненавидел больше всего. Пока ничего не происходило, его воображение успевало придумать десятки вариантов того, что могло пойти не так. Лука заметил перемену в его настроении ещё утром. Маргус был рядом весь день, отвечал на вопросы, даже улыбался в нужных местах, но мысли его постоянно ускользали куда-то в сторону. Иногда он вдруг замолкал посреди разговора и на мгновение уходил в себя. В другой раз машинально доставал телефон, быстро проверял экран и так же быстро убирал обратно. Со стороны это выглядело почти незаметно, но Лука за последние дни слишком хорошо научился читать его настроение. Не раз ему хотелось спросить напрямую, что происходит. Обычно он так и сделал бы. Однако воспоминание о недавней панической атаке останавливало каждый раз. Маргус только начал приходить в себя. Давить сейчас, вытаскивать из него объяснения или заставлять говорить о том, о чём он явно пока не хотел говорить, казалось плохой идеей. Поэтому Лука сделал единственное, что действительно мог. Он просто был рядом. Они гуляли по городу, бродили по торговому центру, долго спорили о какой-то ерунде, потом сидели в кинотеатре на фильме, сюжет которого оба едва ли смогли бы пересказать уже через час после просмотра. Иногда Лука специально начинал рассказывать очередную нелепую историю из своей жизни, просто чтобы отвлечь Маргуса от мыслей. Судя по тому, что тот хотя бы иногда усмехался, это работало. К вечеру Иркутск окончательно погрузился в зимнюю темноту. Снег продолжал медленно падать с чёрного неба, а витрины магазинов отражались на асфальте жёлтыми пятнами света. Они уже собирались возвращаться домой, когда Лука вдруг остановился посреди тротуара и посмотрел на освещённое окно через дорогу. - Кофе? Маргус проследил за его взглядом. На другой стороне улицы находилась знакомая кофейня. Он узнал её сразу. Уголок губ едва заметно дрогнул. - В девять вечера? - Именно. - Потом будешь жаловаться, что не можешь уснуть. - Это проблема завтрашнего Луки. - Очень безответственный человек. - Зато красивый. Маргус только покачал головой и первым направился к переходу. Лука улыбнулся и пошёл следом. Несмотря на внешнее спокойствие, он всё ещё чувствовал, что с Маргусом что-то не так. Колокольчик над дверью тихо звякнул, когда они вошли внутрь. В кофейне было непривычно пусто. Поздний вечер постепенно выгонял последних посетителей домой. За дальним столиком сидела девушка с ноутбуком, возле окна пожилой мужчина неторопливо пил чай, а за стойкой скучала Евгения, лениво протирая кофемашину. Услышав звук открывшейся двери, бариста машинально подняла голову. Её взгляд скользнул по залу и почти сразу остановился на Маргусе. На секунду девушка даже замерла. - Ничего себе... - Что? - Маргус вопросительно поднял бровь. - Ты живой. - Насколько мне известно. - А я уже начала думать, что тебя похитили инопланетяне. Лука тихо хмыкнул. Евгения только сейчас перевела взгляд на него. - А, второй тоже жив. - Спасибо, очень приятно. - Не обижайся. Просто его я первым увидела. - Как всегда. Маргус устало покачал головой. Евгения облокотилась на стойку и внимательно посмотрела на него. Внешне он выглядел лучше, чем в их последнюю встречу. Исчезла болезненная бледность, взгляд стал более осмысленным, да и держался он увереннее. Но что-то всё равно оставалось не так. То ли напряжение в плечах, то ли телефон, который он почти не выпускал из рук. А может, дело было в самом взгляде - слишком сосредоточенном для человека, который просто зашёл выпить кофе. - Ты пропал почти на неделю,- сказала она.- Я уже решила, что ты нашёл место с нормальным кофе и бросил нас. - Не нашёл. - Тогда это уважительная причина. Маргус невольно усмехнулся. Лука, наблюдавший за разговором со стороны, заметил, что это была первая по-настоящему искренняя улыбка за весь день, и именно поэтому промолчал, когда экран телефона в руке Маргуса на мгновение загорелся новым уведомлением. Потому что он сразу увидел, как эта улыбка исчезла. - Ну что, пропавшие,- усмехнулась Евгения.- Что будете брать? Маргус опустил взгляд на экран скорее по привычке. За сегодняшний день он проверял почту десятки раз и уже почти смирился с тем, что никаких новостей не будет. Однако стоило увидеть имя отправителя, как все посторонние мысли мгновенно исчезли. Письмо. Наконец-то. Маргус открыл его сразу - оно оказалось огромным. Несколько абзацев текста, пояснения, инструкции, комментарии, ссылки и целая россыпь вложений. PDF-файлы. Документы с цифровыми подписями. Билеты. Какие-то ещё файлы, названия которых он даже не успел прочитать. Он просто смотрел на экран. Со стороны могло показаться, что Маргус внимательно читает. В действительности взгляд остановился на первых строках и дальше так и не продвинулся. - Маргус? Голос Евгении донёсся будто издалека. Лука сразу заметил перемену. Ещё секунду назад эстонец стоял рядом совершенно спокойно. Да, напряжённый, да, явно занятый своими мыслями, но всё ещё здесь. Теперь же его лицо словно окаменело. Краски медленно уходили из него, а взгляд становился всё более неподвижным. - Эй,- уже громче повторила Евгения.- Что будете брать? Маргус поднял голову не сразу. На мгновение он выглядел человеком, которого резко разбудили посреди тяжёлого сна. Он посмотрел сначала на Евгению, потом на Луку, будто пытаясь понять, где находится и почему все на него смотрят. - Что? - Кофе,- осторожно сказала девушка.- Какой кофе? Маргус ещё какое-то время молчал. Потом снова разблокировал телефон. Лука видел только, как по экрану движется палец. Открываются файлы. Закрываются. Снова открываются. В какой-то момент тот даже увеличил один из документов и несколько секунд просто смотрел в него, будто боялся, что ошибся. А потом произошло нечто совсем странное. Маргус улыбнулся. Совсем слегка. Настолько непривычно, что Лука даже решил, будто ему показалось. - Так, стоп,- внезапно сказала Евгения, ставя стакан на стойку перед ними.- Я ничего не знаю и вообще не понимаю, что происходит, но сейчас было что-то важное, да? - С чего ты взяла? - Лука перевёл взгляд на неё. - Потому что ещё минуту назад он выглядел так, будто увидел собственные похороны,- Евгения кивнула в сторону эстонца. - А теперь выглядит так, будто эти похороны отменили. Лука невольно усмехнулся. А вот Маргус неожиданно рассмеялся. Тихо. Коротко. - Нет,- произнёс он, качнув головой.- Не совсем. - Тогда что? Маргус не ответил. Он просто снова посмотрел на телефон. Фамилия Луки в эвакуационном листе. Распоряжение с подписью министра иностранных дел. Согласования между ведомствами. Переписка Пирет с людьми, которых он лично знал много лет. Люди, занимавшие высокие должности в государстве, обсуждали одного русского парня из Иркутска, пытаясь понять, кто он такой и почему ради него вообще запущена вся эта история. Пока он ждал, нервничал, убеждал себя, что обязан сохранять спокойствие, десятки людей в Таллинне решали проблему без его участия. Лука был согласован. Всё уже было сделано. Когда Маргус поднял голову, его взгляд случайно встретился с Лукой и вот тогда тот окончательно растерялся. На лице Маргуса держалась улыбка. Словно произошло именно то, чего Маргус добивался всё это время и одновременно что-то безвозвратно закончилось. Евгения тоже это заметила. Она нахмурилась, переводя взгляд с одного на другого, а потом неожиданно сказала: - Знаете, мне кажется, что сейчас произошло что-то хорошее.- Она немного помолчала.- Просто хорошее только для одного из вас. После этих слов улыбка Маргуса стала шире. Потому что девушка, которая не знала вообще ничего, оказалась ближе к правде, чем могла себе представить. Маргус ещё несколько секунд смотрел на экран, после чего медленно заблокировал телефон и поднял голову. - Извини, Женя,- голос прозвучал тихо и неожиданно серьёзно. - Всё нормально? - Да. На этот раз это было правдой. Девушка явно хотела спросить что-то ещё, но передумала. Что бы сейчас ни происходило, она чувствовала, что разговор касается только этих двоих. Маргус перевёл взгляд на Луку и несколько секунд просто смотрел на него. Потом протянул руку, а тот машинально вложил свою ладонь в его. - Пойдём. В голосе не осталось ни тревоги, ни привычной уклончивости и именно это напугало Луку сильнее всего. Они прошли через почти пустой зал и остановились возле дальнего столика у окна. Обычно Маргус первым снимал пальто, аккуратно складывал шарф, убирал перчатки и только потом садился. Сейчас он даже не заметил всего этого. Новая зимняя куртка, которую они купили всего несколько часов назад специально под местную погоду, так и осталась на нём. Маргус опустился на стул и тяжело выдохнул, а Лука молча сел напротив. Между ними повисла тишина. Маргус провёл ладонью по лицу, потом достал телефон и положил его на стол экраном вверх. - Я должен тебе всё объяснить,- сказал он наконец. Лука ничего не ответил и только кивнул. Потому что понял это ещё тогда, возле стойки. В тот момент, когда увидел выражение его глаз. Маргус открыл письмо и некоторое время просто смотрел в экран телефона. Потом начал говорить. Спокойно, тихо и удивительно ровно, словно заранее отрепетировал этот разговор у себя в голове десятки раз. Для начала он объяснил, кто такая Пирет Марьямаа. Иногда открывал очередной документ и показывал его Луке, либо просто пересказывал содержание своими словами. Лапин слушал внимательно, почти не перебивая. Сначала всё это казалось какой-то невероятной бюрократической историей, существующей где-то очень далеко от его жизни. Однако чем больше файлов проходило перед глазами, тем сильнее его охватывало странное чувство. Его фамилия встречалась повсюду. В переписке. В согласованиях. В пояснительных записках. Чиновники уточняли его данные, запрашивали проверки, согласовывали решения. Люди, которых он никогда не видел и никогда не увидит, обсуждали его судьбу в кабинетах за тысячи километров отсюда. В какой-то момент Лука поймал себя на том, что уже почти не слушает Маргуса. Вместо этого он начал искать другую фамилию. Сам не понимая зачем. Просто искал её взглядом в каждом новом документе и не находил. Маргус открыл последнее вложение. Короткое письмо из Федеральной Службы Безопасности России. После проверки предоставленных данных и по просьбе эстонской стороны они разрешали выезд гражданина Российской Федерации - Лапина Луки Ярославовича. Лука выхватил телефон и перечитал строчку несколько раз - потом ещё раз. Затем вернулся к предыдущим документам. Именно тогда всё наконец сложилось в единую картину. Все эти бумаги существовали ради него, но фамилии Маргуса не было нигде. Ни в одном списке. Маргус всё это время боролся не за них. Он боролся за него. Лука дочитал последнее письмо до конца и медленно поднял взгляд. Внезапно весь сегодняшний день предстал перед ним совершенно иначе. Утром он видел Маргуса на балконе с телефоном в руках. Потом были прогулки по городу, торговый центр, кинотеатр, бесконечные разговоры обо всём и ни о чём. Маргус соглашался на всё, что он предлагал, не торопился домой и словно никуда не спешил. Теперь Лука понял почему. Он ждал это письмо с самого утра и проверял телефон каждые несколько минут. Нервничал. Молчал. А когда письмо наконец пришло, выглядел не человеком, который узнал что-то новое. Скорее человеком, который получил подтверждение тому, о чём уже давно догадывался. Лапин Лука Ярославович. Только он. Лука медленно заблокировал телефон. И именно тогда до него наконец дошло. Маргус не обманул его в чём-то конкретном. Он обманул его сегодняшним днём. Позволил прожить эти часы так, будто ничего не изменилось. Словно впереди было ещё сколько угодно времени, а этот день ничем не отличался от остальных. А сам всё это время уже знал. Ждал и прощался. Лука посмотрел на него через стол. Маргус сидел в зимней куртке, которую даже не снял. Уставший, бледный и непривычно спокойный, а эта «спокойность» вдруг оказалась страшнее любой паники. - Поэтому ты предложил провести весь день вместе? Маргус ничего не ответил - ему и не нужно было отвечать. Он действительно добился своего. Только не для себя. Лапин ещё несколько секунд смотрел на экран, а потом резко отбросил телефон в сторону, словно больше не мог на него смотреть. - Нет. - Лука…- Маргус поднял глаза. - Нет,- в голосе Луки уже не было прежнего спокойствия.- Я никуда без тебя не поеду. Несколько человек в кофейне невольно обернулись. Девушка с ноутбуком подняла голову от экрана. Пожилой мужчина возле окна перестал размешивать чай и коротко посмотрел в их сторону. Даже Евгения замерла за стойкой, делая вид, что протирает чашки и совершенно не прислушивается к разговору. - Поедешь. - Я сказал - не поеду. Маргус тяжело вздохнул и устало потёр переносицу, он словно ожидал именно такой реакции. - Лука, послушай меня внимательно. - Нет, это ты меня послушай. Ты договаривался с какими-то министрами, вытаскивал меня из этого дерьма, а теперь сидишь и рассказываешь, что я должен просто взять и уехать один? - Да. - Ты издеваешься? - Нет. Маргус посмотрел ему прямо в глаза. Спокойно и именно это бесило Луку больше всего. - Ты должен поехать. - Почему? - Потому что это твоя жизнь. - А твоя? - Лука невесело усмехнулся. - Эстония мой дом,- тихо ответил Маргус,- и никуда от меня не денется. - А если тебя не выпустят? - Выпустят. - А если нет? - Тогда будем решать. - Когда? - Потом. - Господи...- выдохнул Лука, проводя ладонью по лицу,- ты поэтому весь день меня по городу таскал? Маргус отвёл взгляд к окну - за стеклом медленно падал снег. - Я хотел провести с тобой хороший день. От этой простой фразы внутри у Луки что-то болезненно сжалось. Маргус даже не пытался назвать это прощанием. Для него это был просто хороший день. Последний хороший день, который они могли провести вместе и именно поэтому звучало это невыносимо. - Лука,- негромко сказал Маргус, снова посмотрев на него.- Ты должен поехать и исполнить свою мечту. Ради этого всё и затевалось. Я вернусь позже. Мы не прощаемся навсегда. Не на десять лет. Даже не на год. Есть самолёты, телефоны и интернет. Я никуда не исчезну. Лука смотрел на него и понимал, что Маргус говорит искренне и именно поэтому становилось так тяжело. Потому что человек напротив уже всё решил. Не за себя. За него. - Ничего не изменилось, - тихо сказал Лука. - Что? - Маргус вопросительно посмотрел на него. - Ничего не изменилось. Ты опять всё решил за меня. В голосе не было злости. Пока ещё не было. Только обида. - Лука... - Нет, правда. Ты постоянно это делаешь. Думаешь, что имеешь право выбирать за других людей. Просто потому что тебе кажется, будто так правильно. Маргус несколько секунд молчал, а потом медленно кивнул. - Возможно. - Возможно?! - Но в этот раз я хотя бы знаю, зачем это делаю. - Отлично. - Лука резко откинулся на спинку стула. - Я случайно сел рядом с тобой на рейсе в Таллинн. Помнишь? Конечно, помнил. - После этого ты сделал для меня столько, сколько не делали некоторые люди за всю жизнь. Ты пустил меня в свой дом. Возился со мной, когда я был не в состоянии нормально существовать. Терпел мои истерики. Вытаскивал меня из проблем. Спасал меня больше раз, чем я могу сосчитать. Лука хотел возразить, но Маргус впервые за весь вечер не дал ему перебить. - Поэтому теперь моя очередь отплатить тебе добром. До сегодняшнего утра я вообще не знал, получится это или нет. Не знал, дадут ли разрешение. Не знал, согласуют ли маршрут. Не знал ничего, а потом пришли документы. - Маргус слегка постучал пальцем по телефон,- они дали одно место. - Одно? - Лука почувствовал, как внутри всё оборвалось. - Одно. - И ты... - Я отдал его будущему студенту. Лука резко поднялся из-за стола. Настолько резко, что стул с громким скрипом отлетел назад. В этот момент рядом как раз появилась Евгения с двумя кружками кофе. Лапин её даже не заметил. Он сделал шаг вперёд и его локоть случайно задел поднос. Всё произошло мгновенно. Кружки полетели вниз - раздался звон разбившегося фарфора. Горячий кофе выплеснулся на пол. Евгения потеряла равновесие и буквально села на кафель рядом со столиком. Несколько посетителей испуганно обернулись. Девушка с ноутбуком вздрогнула от неожиданного звона, а пожилой мужчина возле окна даже привстал со своего места, пытаясь понять, не пострадал ли кто-нибудь. - Черт! - выдохнул Лука и сразу шагнул к ней. Сердце колотилось так сильно, что он даже не сразу понял, что произошло. - Евгения, ты как? Но девушка уже поднималась на ноги. - Нормально,- она машинально отряхнула джинсы и подняла взгляд на Луку.- Честное слово. Видела смены намного хуже этой. Вы лучше продолжайте. И прежде чем кто-то успел что-либо ответить, быстро ушла за тряпкой и шваброй. А за столом снова повисла тяжёлая тишина. Лука стоял посреди кофейни и заплакал. Он даже не пытался скрывать слёзы. Просто смотрел на Маргуса и никак не мог принять услышанное. Всё это время он думал, что они найдут способ выбраться вместе. Строил планы, говорил про Таллинн, университет, квартиру, будущее. А Маргус, оказывается, всё это время решал совсем другую задачу - не как спасти их обоих. А как оставить шанс хотя бы одному из них - именно это причиняло боль. - Кто тебя просил это делать? - Никто. - Тогда почему? - Потому что другого решения я не видел. Лука продолжал стоять. Слёзы всё ещё текли по лицу, а сам он будто не замечал ни людей вокруг, ни разбитых кружек, ни Евгению, которая уже где-то за стойкой искала тряпку. Маргус несколько секунд наблюдал за ним. Потом тихо сказал: - Иди сюда. Лука не пошевелился. - Лука. В его голосе не было приказа - только усталость. Через несколько секунд Лука всё-таки вернулся к столику и тяжело опустился рядом. Не напротив, а рядом. Маргус повернулся к нему, осторожно взял за подбородок и заставил поднять голову. Лука попытался отвернуться, но не смог. Серые глаза смотрели на него спокойно и очень внимательно. - Послушай меня. - Голос Маргуса был совсем тихим. Почти шёпотом. Тем самым голосом, которым он обычно говорил только тогда, когда речь шла о чём- то действительно важном.- Если ты сейчас не поедешь, тебе аннулируют документы в Эстонии. - Мне плевать. - Нет. - Мне правда плевать. - Нет, не плевать.- Маргус повысил голос.- Потому что ты слишком долго к этому шёл. Лука зажмурился, а Маргус продолжил всё тем же спокойным тоном: - Если ты останешься здесь, всё закончится. Университет. Грант. Весь путь, который ты прошёл. Всё. А если ты поедешь, то у нас остаётся шанс. Маргус сделал короткую паузу. - Через месяц.- Его пальцы слегка сжались на плече Луки.- Через полгода. Лука почувствовал, как снова подступают слёзы. - Ты не можешь этого знать. - Не могу. - Тогда зачем говоришь? - Потому что знаю другое.- Маргус посмотрел ему прямо в глаза.- Эстония моя страна и твой будущий дом. В этой простой фразе было столько уверенности, что Лука невольно замолчал. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. - Мне утром позвонила Пирет. Она сказала, что есть только одно место и я назвал твоё имя. - А ты? - А я остался там, где был. - Ты серьёзно? - Абсолютно. Маргус пожал плечами. - Она ещё минут пять пыталась убедить меня подумать, но потом поняла, что бесполезно. - И ты вот так просто... - Да. - Отдал своё место? Маргус посмотрел на него так, словно вопрос показался ему странным. - Лука, у меня даже мысли другой не возникло. Лапин сидел рядом и молчал. Слёзы всё ещё текли по лицу, и сколько бы он ни вытирал их ладонью, легче не становилось. В какой-то момент он вообще перестал пытаться остановиться. Рядом тихо поставила кружки Евгения. Девушка задержалась всего на секунду дольше, чем следовало. Посмотрела сначала на Луку, потом на Маргуса. Будто хотела что-то сказать, но так и не произнесла и слова. Лишь молча подвинула салфетницу ближе к Луке и ушла обратно к стойке. А тот просто смотрел в стол, слушал голос Маргуса и чувствовал, как внутри медленно рушится вся его злость. Потому что злиться становилось всё сложнее. - Поверь, всё это может стоить мне карьеры. Может стоить репутации. Может стоить гораздо большего, но я даже не раздумывал. Поэтому не подводи меня.- Он замолчал на секунду,- и не подводи самого себя. Маргус посмотрел ему прямо в глаза. - Всё это началось ради того, чтобы ты однажды вернулся домой. Маргус использовал связи, говорил с нужными людьми, просил об услуге, рисковал собственной репутацией. Не потому что был обязан. Не потому что ему это было выгодно. А потому что когда-то пообещал и теперь сдерживал это обещание до конца. Лука поднял голову и посмотрел на эстонца. Самолёт. Паника. Разрушенная жизнь человека, который сидел рядом и не понимал, что делать дальше и именно тогда Лука принял решение за него. Не спрашивал разрешения. Просто сказал, что Маргус летит с ним. Просто начал решать его проблемы так, словно это было совершенно естественно. Тогда Лука был уверен, что поступает правильно. Настолько уверен, что даже не подумал спросить мнение самого Маргуса. Теперь всё повторялось - только роли поменялись. От этого осознания становилось ещё тяжелее. Потому что он слишком хорошо помнил собственную уверенность тогда и слишком хорошо видел такую же уверенность сейчас. Маргус действительно не сомневался. Он уже всё решил. Решил не потому, что хотел контролировать чужую жизнь. Решил потому, что считал это единственным способом защитить человека, который был ему дорог. - Ненавижу тебя, потому что ты прав. И впервые за весь разговор эстонец позволил себе улыбнуться. Маргус дождался, пока Лука немного успокоится, потом осторожно убрал мокрую прядь волос с его лба и негромко сказал: - У нас будут видеозвонки. - Это называется FaceTime. - Для меня это всё ещё скайп. - Господи... Несмотря на всё происходящее, Лука всё-таки улыбнулся в ответ. Маргус сразу зацепился за эту реакцию. - Будут звонки и сообщения среди ночи, потому что ты забудешь про разницу во времени. На несколько секунд между ними снова повисла тишина. Маргус смотрел на него очень внимательно. Потом тихо добавил: - Лука. Тот поднял глаза. - Я не избавляюсь от тебя. В этих словах не было ни шутки, ни привычной дипломатической осторожности. Только правда. - Я не пытаюсь от тебя сбежать.- Он слегка покачал головой.- Я просто даю тебе то, что ты по праву заслужил. Лука почувствовал, как снова начинает щипать глаза. - Университет? - Будущее. А если этот студент сейчас начнёт устраивать истерику и всё испортит, то я очень сильно расстроюсь. Лука закрыл лицо ладонями, а Маргус впервые за весь вечер позволил себе подумать, что, возможно, убедить его всё-таки получится. Лука долго молчал. Потом вытер глаза рукавом куртки и неожиданно спросил: - Поспишь сегодня со мной? Вопрос прозвучал настолько тихо, что Маргус не сразу понял смысл сказанного. За стойкой Евгения, которая в этот момент старательно натирала витрину уже третий раз подряд, явно всё услышала, но даже не повернула головы. Наоборот, принялась тереть стекло ещё усерднее. Маргус посмотрел на Луку - тот сидел рядом и выглядел совершенно измученным. - Не смогу. - Почему? - Потому что ты уезжаешь сегодня. - Маргус говорил спокойно, как говорил весь вечер.- В двенадцать ночи за тобой приедет машина. Тебе нужно собрать вещи.- Маргус осторожно сжал ладонь Луки своей.- Я провожу тебя до машины и буду ждать дома твоего звонка из Таллинна. Эти слова прозвучали намного важнее всего, что было сказано за последние полчаса. Потому что для Маргуса слово «дом» уже давно перестало означать только Эстонию. Кофе в итоге почти остыл, но они всё-таки выпили его до конца, хотя ни один толком не чувствовал вкуса. Разговор постепенно затих сам собой. Всё самое важное уже было сказано. Лука время от времени вытирал глаза рукавом куртки, Маргус подолгу смотрел в окно на снег, медленно круживший под фонарями. Иногда кто-то начинал говорить, но через несколько фраз снова наступала тишина. Эстонец первым поднялся из- за стола. Евгения стояла за стойкой, делая вид, что занята какими-то бумагами. - Спасибо, - сказал Маргус. Она проводила их взглядом до самой двери. Уже на выходе Лука обернулся. - Береги себя, - тихо произнесла девушка. Колокольчик над дверью тихо звякнул. В лицо сразу ударил холодный воздух. На улице по-прежнему шёл снег. Они молча пошли по знакомой дороге домой. Рядом. Плечом к плечу. Никто не спешил. Никто не пытался заполнить тишину словами. Лука смотрел на освещённые окна пятиэтажек, на припаркованные машины, на знакомые дворы и вдруг поймал себя на мысли, что впервые за всё время действительно видит этот район. До этого он просто жил здесь. Теперь запоминал. Они возвращались домой тем же маршрутом, что и всегда. Мимо тех же домов, тех же фонарей, тех же сугробов. Но сейчас он знал то, чего не знал ещё несколько часов назад. Скорее всего, это был последний раз, когда они шли здесь вдвоём. Когда они вернулись домой, часы на кухне показывали одиннадцать вечера. До приезда машины оставался всего час. Квартира встретила их привычной тишиной. Всё выглядело точно так же, как вчера, позавчера и неделю назад, но теперь каждый предмет почему-то казался временным. Куртки отправились на вешалку, ботинки остались у двери, а сами они почти автоматически прошли в комнату. Лука сел на диван первым и сразу притянул Маргуса к себе. Крепко. Настолько крепко, будто хотел удержать ещё хотя бы этот час. Тот не сопротивлялся. Просто устроился рядом и опустил голову ему на плечо. Глаза всё ещё оставались красными после слёз, веки припухли, но плакать он больше не мог. Слишком много всего произошло за один вечер. Слишком много пришлось понять и принять. Некоторое время они просто сидели молча. За окном продолжал идти снег, старый холодильник время от времени гудел на кухне, а где-то наверху соседи двигали мебель. Обычные звуки обычного дома. Лука вдруг поймал себя на мысли, что запоминает их так же тщательно, как несколько часов назад запоминал улицы по дороге из кофейни. Маргус осторожно провёл ладонью по его плечу и негромко усмехнулся. - Будешь жить у меня. Поливать цветы, которые я каким-то чудом не угробил до сих пор. Будешь жаловаться на эстонскую погоду и безусловно начнешь опаздывать на лекции. - На лекции я не опоздаю. - Конечно. - Правда. - Лука, я знаю тебя достаточно хорошо. - Я просто не хочу уезжать без тебя. Маргус ничего не ответил сразу. Только крепче обнял его и некоторое время смотрел в окно. - А я не хочу тебя отпускать, - сказал он наконец. - Но иногда это не одно и то же. После этих слов они снова замолчали. До полуночи оставалось всё меньше времени. Через некоторое время Лука всё-таки поднялся с дивана и без единого слова направился к шкафу. Ни спорить, ни убеждать Маргуса дальше он больше не пытался. Казалось, что за последний час внутри него просто закончились силы сопротивляться неизбежному. Он достал рюкзак и начал собирать вещи спокойно и методично, словно выполнял давно знакомую работу. Несколько толстовок, штаны, нижнее бельё, зарядки, документы постепенно исчезали внутри основного отделения. Иногда Лука ненадолго замирал возле открытого шкафа, задумчиво рассматривая полки, будто пытался понять, что действительно понадобится ему в дороге, а что лучше оставить здесь. В какой-то момент его взгляд остановился на светлой рубашке Маргуса. Той самой, которую тот носил в первые дни после приезда в Иркутск, когда вся жизнь политика умещалась в небольшой чемодан. Лука несколько секунд держал её в руках, проводя пальцами по ткани, а потом аккуратно сложил и убрал в рюкзак. Маргус наблюдал за этим молча и неожиданно почувствовал, как внутри что-то болезненно сжалось. Рубашка не была нужна Луке. Он забирал её не как одежду. Он забирал её как память. Когда рюкзак оказался почти собран, Лука наконец ушёл в ванную привести себя в порядок. Через несколько секунд за дверью зашумела вода, и квартира впервые за весь вечер погрузилась в странную тишину. Маргус ещё некоторое время сидел неподвижно, прислушиваясь к этим звукам, а затем поднялся и подошёл к рюкзаку. В кармане толстовки уже ждал приготовленный заранее конверт. Деньги он снял ещё утром, прекрасно понимая, что добровольно Лука их никогда не возьмёт. Начнутся споры, отговорки, попытки вернуть всё обратно. Поэтому оставался только один вариант - сделать это без его ведома. Осторожно расстегнув внутренний карман, Маргус убрал конверт на самое дно, туда, где тот обнаружится далеко не сразу. После этого он достал сложенный в несколько раз лист бумаги. Письмо было написано от руки на русском языке. Корявое, с ошибками, исправлениями и перечёркнутыми словами. Несколько раз он начинал заново, потому что никак не мог подобрать нужные формулировки. Для человека, который всю жизнь зарабатывал словами, это оказалось неожиданно трудно. В итоге письмо получилось неровным, местами почти детским, но именно поэтому настоящим. Маргус аккуратно положил его рядом с конвертом, закрыл карман и на несколько секунд задержал ладонь на рюкзаке. За дверью ванной продолжала шуметь вода. Впервые за весь вечер он позволил себе честно признать то, о чём старательно не думал весь день: через несколько мгновений Лука уедет, а эта квартира останется пустой. Не физически пустой - мебель никуда не денется, вещи останутся на своих местах, холодильник всё так же будет гудеть по ночам. Исчезнет человек, который каким-то совершенно случайным образом однажды сидел рядом с ним в самолёте и за неделю успел стать настолько важной частью его жизни, что теперь Маргус уже не представлял, как будет выглядеть это молчание без него. Лука вышел через несколько минут. Когда часы показали без двадцати двенадцать, Маргус посмотрел на экран телефона и долго молчал. В квартире стояла та особенная тишина, которая появляется только перед расставанием. Не бытовая. Не уютная. А тяжёлая, наполненная словами, которые уже сказаны, и словами, которые никогда не будут сказаны вслух. - Пора, - наконец произнёс он. Лапин сидел рядом на диване и, кажется, ждал именно этих слов. Он медленно поднялся, взял рюкзак и несколько секунд просто стоял посреди комнаты. Его глаза всё ещё оставались красными после слёз, но плакать он больше не мог. За последние часы внутри словно что-то выгорело. Осталась только усталость. Они оделись молча. Никто не торопился. Каждое движение становилось важным. Шарф. Куртка. Перчатки. Молния рюкзака. Последний взгляд на комнату. На кухню. На диван, где они только что сидели рядом. Когда дверь квартиры закрылась за их спинами, подъезд встретил их жёлтым тусклым светом и запахом старого бетона. Они начали спускаться вниз по лестнице, и каждый шаг отдавался в тишине гулким эхом. Лука неожиданно поймал себя на мысли, что совсем недавно они точно так же поднимались сюда вместе после магазина, после прогулок. Тогда ему казалось, что впереди ещё очень много времени. Теперь времени почти не осталось. Тяжёлая подъездная дверь открылась с привычным скрипом, и в следующую секунду их буквально ударило снегом. Ночь словно обезумела. Ветер нёсся между пятиэтажками с такой силой, что снег летел почти горизонтально. Белые хлопья били в лицо, цеплялись за одежду, забивались под воротники и мгновенно таяли на ресницах. Видимость была не больше нескольких десятков метров. Фонари превратились в размытые жёлтые пятна, висящие в белой снежной мгле. Порывы ветра были настолько сильными, что приходилось наклоняться вперёд, чтобы просто идти. Лука машинально схватился за капюшон. Маргус прищурился, пытаясь разглядеть дорогу. - Погода решила устроить драматический финал, - негромко произнёс он. Лапин невольно усмехнулся - это была очень маргусовская шутка. Та самая, которая появлялась только тогда, когда ему самому было особенно тяжело. Они успели сделать всего несколько шагов от подъезда, когда из снежной завесы появились фары. Тёмный автомобиль медленно свернул во двор и остановился прямо перед ними. Тонированные стёкла. Номера, которые Лука уже видел на дорогах города. Маргус знал об этом маршруте с самого утра. Знал, что Луке предстоит совершенно абсурдное путешествие через половину страны под сопровождением людей, которые ещё месяц назад вполне могли бы задавать очень неприятные вопросы. Теперь же они фактически выступали его охраной до границы. Странный мир. Водитель коротко моргнул фарами. Даже не сигнал. Просто знак, что они приехали. Маргус смотрел на машину и вдруг подумал, что ненавидит её. Потому что её появление означало, что время действительно закончилось. Лука внезапно вцепился в него так сильно, что Маргус невольно поморщился. Пальцы впились даже через плотную зимнюю куртку. Наверняка завтра на рёбрах останутся синяки. Но он даже не попытался ослабить чужую хватку. Наоборот, только крепче прижал Луку к себе, позволяя ему держаться столько, сколько потребуется. Снег летел почти горизонтально, ветер завывал между пятиэтажками, а автомобиль с включёнными фарами терпеливо ждал во дворе, но Лука будто не замечал ничего вокруг. Он смотрел только на Маргуса. Так внимательно, словно пытался запомнить его лицо до последней детали. Серые глаза, светлые волосы, неровную щетину, появившуюся за дни, усталые тени под глазами. В какой-то момент Маргус понял, что Лука просто боится отвернуться. Боится, что стоит ему отпустить его сейчас и всё действительно закончится. От этой мысли внутри болезненно сжалось сердце, но внешне он остался всё таким же спокойным. За последние дни Лука привык искать в нём опору и сейчас делал то же самое. Поэтому Маргус не позволил себе ни дрогнуть, ни отвести взгляд. Он смотрел на него с той же уверенностью, с которой когда-то говорил, что они справятся с очередной проблемой, что деньги найдутся, что выход обязательно существует. И Лука постепенно успокаивался. Не потому что поверил министерствам или официальным письмам. Просто за всё время знакомства он усвоил одну вещь: если Маргус говорит, что ещё не конец, значит сам он уже ищет способ сделать так, чтобы это оказалось правдой. В какой-то момент Маргус понял, что если не сделает этого сам, то они так и будут стоять посреди двора под снегом ещё десять минут, двадцать, полчаса. Поэтому именно он первым осторожно разжал объятия. Не резко. Не отстраняя Луку от себя. Просто медленно освободился из его хватки и положил ладони ему на плечи. Лука сразу опустил глаза, наверное, потому что смотреть на него становилось слишком тяжело. Наверное, потому что в глубине души он всё ещё надеялся, что сейчас произойдёт что-нибудь невозможное. Что кто-то отменит поездку. Что позвонит та самая эстонка. Что появится второе место. Что вся эта ночь вдруг окажется ошибкой. Но ничего подобного не произошло. Снег продолжал лететь. Машина продолжала ждать. Время продолжало идти вперёд. В салоне автомобиля кто-то негромко кашлянул. Один из сопровождающих явно наблюдал за сценой через лобовое стекло. Второй что-то ответил ему вполголоса. Впрочем, ни один из них не вышел наружу и не стал торопить. Они прекрасно понимали, что всё уже решено. Документы были оформлены. Маршрут согласован. Человек найден. Теперь оставалось только довезти его до следующей точки этой невероятной цепочки событий. Маргус ещё раз посмотрел на Луку. В свете фар его лицо казалось непривычно молодым. Почти таким же, каким он увидел его впервые в самолёте. Тогда всё было намного проще. Тогда впереди был всего лишь перелёт. Теперь впереди лежала целая новая жизнь. - Поезжай домой, - тихо сказал Маргус. Не в Таллинн. Домой. Лука понял смысл этих слов сразу. Наверное, именно поэтому снова едва заметно кивнул. Потом закинул рюкзак на плечо и медленно направился к машине. Каждый шаг отдавался внутри Маргуса тяжёлым ударом. Лука открыл заднюю дверь, остановился на секунду и обернулся. Их взгляды встретились ещё раз. Последний раз этой ночью. Маргус поднял руку - не для красивого прощания. Просто потому что не смог иначе. Лука ответил тем же жестом. После чего сел внутрь и дверь закрылась с глухим звуком. Закончился тот короткий отрезок жизни, который начался случайной встречей в самолёте. Двигатель негромко заурчал, а фары скользнули по сугробам. Автомобиль плавно тронулся с места и начал исчезать в снежной темноте. Маргус продолжал стоять неподвижно ещё долго после того, как красные огни растворились за белой завесой метели.