Остров теней

Прошлое

      Старый город дышал закатом. Узкие улочки тянулись, словно жилы, наполненные ароматом жареного мяса, пряных специй и дешёвого вина. Цветные стены домов отражали золотисто‑розовый свет, туристы гуляли по улочкам исторического центра, заглядывая в различные лавки с местными товарами, а наверху, на крыше старого бара, начиналась вечеринка по случаю дня рождения одно из путешественников, нового знакомого Нью.       Разноцветные гирлянды качались на ветру, их огоньки мигали, будто подмигивали каждому вошедшему. Музыка гремела из колонок, ритм то поднимался, то спадал, и толпа гостей двигалась в такт, смеясь, крича и обнимаясь. Французские студенты с растрёпанными волосами спорили о музыке, британские музыканты с гитарами за спиной пытались перекричать колонку, парочки кружились в танце. Атмосфера была лёгкой, дружеской, почти домашней — как будто весь остров собрался на одну крышу, чтобы разделить этот праздник.       Нью сиял, чувствуя себя в своей родной стихии. Он стоял за импровизированной стойкой, ловко смешивая коктейли. Шейкер блестел в его руках, движения были быстрыми, почти артистичными. Он подбрасывал его в воздух, ловил, и толпа аплодировала. Он улыбался — редкая, настоящая улыбка, когда человек делает то, что любит. — Попробуй, — протянул он бокал Тэхену. — Придумал его специально для тебя.       Тэ взял бокал, сделал глоток и улыбнулся: — На удивление… не горчит.       Альфа рассмеялся и, не отпуская его руку, потянул на танцпол. Музыка усилилась, и они закружились в ритме. Они танцевали вместе, смеялись, Нью ловил каждый его взгляд, его улыбки, лёгкость, которую он давно искал. И в какой‑то момент Нью обнял его, прижал ближе. Музыка заглушала всё вокруг, и их смех сливался с ритмом. Потом — нежное прикосновение губ лёгким поцелуем. В этот миг всё вокруг будто замерло, как в кино: закат, огни гирлянд, музыка и двое, потерявшиеся друг в друге.       Нат, как всегда, оказался в центре танцпола. Музыка била в грудь, свет гирлянд отражался в его глазах, и он двигался так, будто весь мир вращался вокруг него. Именинник не успевал за его ритмом, но смеялся, подхватывая каждое движение.       Толпа вокруг оживала от его энергии: кто‑то хлопал в ладоши, кто‑то снимал на телефон, а кто‑то просто кружился рядом, пытаясь поймать ту же волну. Нат был самой настоящей искрой — зажигалочкой любой тусовки. Его смех разрезал музыку, а движения были лёгкими, почти воздушными, словно он танцевал не на крыше старого бара, а на сцене большого театра. «Эй, давай ещё музыку, потанцуем до рассвета!» — крикнул кто‑то из студентов, размахивая бутылкой. «Ты видел, как он танцует? Это просто огонь!» — смеялся один омега, снимая на телефон. «Налей ещё, бармен! Сегодня важный день моего друга, и мы пьём за него!» — подхватил музыкант с гитарой. — Ну что, — крикнул он сквозь шум, подмигивая имениннику, — готов к настоящему шоу?       Именинник рассмеялся, а публика вокруг взорвалась аплодисментами. В этот момент Нат будто управлял всем праздником — его энергия держала вечеринку на плаву, и даже гирлянды казались ярче, когда он проходил мимо.       Макс сидел в тени, за самым дальним столиком. Гирлянды над головой бросали мягкие отблески на его лицо, но взгляд оставался холодным и сосредоточенным. Он медленно потягивал чанг, будто растягивал время, и не сводил глаз с Тэхена.       Штэфан заметил его одиночество и подошёл. Стул скрипнул, когда он присел рядом. — Весело тут, — сказал он, пытаясь завести разговор.       Макс лишь кивнул, не отрывая взгляда от танцпола. Штэфан усмехнулся, наклонившись ближе: — Не бойся, он не сбежит. — Я и не боюсь, — ответил Макс. — Слушай, а почему ты работаешь на Ченга? — На то есть свои причины.       Неловкая тишина повисла между ними. Музыка и смех толпы казались далёкими. Сделав глоток, Макс дополнил, почти шёпотом: — Так же как и он… хочу защитить одного человека.       Штэфан посмотрел на него внимательнее. Парень выглядел слишком молодым для таких слов, но в его глазах была тяжесть, зрелость — будто он прожил гораздо больше, чем позволял возраст.       После этого они замолчали. Но молчание уже не было неловким — оно стало спокойным, почти дружеским. Два человека сидели рядом, каждый со своими мыслями, ещё не зная, что оба станут главными опорами для одного человека.       Ребята пригласили также Юи. Она весь вечер болтала с Тэхеном, флиртуя с ним и всячески привлекая его, ускользающее на альфу, внимание. Потом её кто-то отвлёк, позвав к столу, и она ушла на несколько минут поболтать со знакомыми. Когда же она вернулась, то заметила, как Тэхен уже танцует с Нью. Музыка играла в такт их движениям, смех сливался с ритмом, и в какой‑то момент они обнялись, сливаясь в поцелуе. Атмосфера вокруг была лёгкой и праздничной, словно сцена из фильма, где всё складывается идеально.       Юи остановилась на краю танцпола. Она улыбалась, но взгляд её задержался на Тэ и Нью чуть дольше, чем хотелось бы. Внутри что‑то дрогнуло, но праздник продолжал сиять, и она снова растворилась в шуме вечеринки.

Конец прошлого