Это просто случайность

Кажется, начало светать. Кими и Александра всё ещё сидели у бассейна, глядя куда-то вдаль. Тёплый ветер обдувал их, и итальянец, решив проявить заботу, придвинулся ближе, закрывая девушку от ветра, и аккуратно приобнял за плечи. Блондинка положила голову ему на плечо. Кими вновь почувствовал тот аромат — не приторно-сладкий, а древесный с нотками цитруса. Идеальный момент. Таким всё и должно было остаться. Но ничего стабильно идеального не бывает, правда? Где-то справа, за территорией отеля, щелкнул затвор фотоаппарата. Звук, от которого у Кими моментально похолодело внутри. Он встрепенулся и начал осматриваться. — Опусти голову и прикрой лицо рукой, пожалуйста. — Кими поспешно снял кепку и протянул девушке. — Надень это. Пойдём отсюда. Быстрее. Александра испуганно посмотрела на него, потом тоже начала оглядываться, но он остановил её, закрывая собой от предполагаемой стороны съёмки. Девушка надела кепку и максимально быстро направилась в холл отеля. Кими обернулся и увидел человека, который только что разрушил один из самых прекрасных моментов в его жизни. Последнее, что успел сфотографировать незнакомец, — злое лицо гонщика, не сводившего с него взгляда. Кими подобрал забытые у бассейна женские туфли. «Просто гадство. Как я их ненавижу. Ну почему сейчас? Почему сегодня? Точно — выезд из отеля. Пришёл пораньше, чтобы занять место получше, а получил сенсацию. Нужно быстрее войти в здание, этот журналюга не достанет там». Он достал телефон, набирая номер медиа-отдела с такой силой, будто бы собирался продавить экран. Когда на другом конце ответили, Кими схватился за голову и в красках объяснил ситуацию — чтобы были готовы к такому «подарку» на финише сезона. Александра слышала весь разговор. Она смотрела на Кими потерянным взглядом. В голове крутилось одно: «Нет, нет, нет. Только не снова. Только сейчас, когда всё начало налаживаться. Когда все забыли. Нет. Опять терпеть это. Дура. Зачем подошла? Зачем вообще приехала?» На неё накатила паника. Такая же, как тогда — на следующий день после их первой встречи. Когда её личку завалили тысячи угроз, некоторые — с ее реальными данными. Тогда становилось действительно страшно. Неужели снова? К горлу подступил ком, на глаза навернулись слёзы. Александра схватилась за голову, заметалась из стороны в сторону, бормоча что-то невнятное. Та осенняя травля не прошла бесследно. Она нанесла глубокую рану. Александра никому не говорила, но на фоне агрессивного внимания и угроз она только в последний месяц смогла спать всю ночь — не просыпаясь от кошмаров и внезапных панических атак. Не обошлось без профессиональной помощи, о которой тоже никто не знал. Но самое странное — и самое постыдное, как ей тогда казалось, — она думала о нём. Да, среди всей этой грязи, среди сообщений с угрозами и скриншотов её дома, среди бессонных ночей и сбитых дыханий — она прокручивала в голове их короткую встречу. Как он врезался в её машину. Как назвался «самым разыскиваемым преступником». Как потом стоял на пресс-конференции и сказал на весь мир: «Я всё ещё должен тебе шоколад». Она не ответила на его сообщение не потому, что не хотела. А потому что боялась. Боялась, что если напишет, то сорвется и признается. Боялась, что Кими подумает, что он ей понравился только из-за популярности. Боялась, что если узнает хоть кто-то, опять начнется новая волна травли. Увидев поведение Александры, Кими быстро закончил разговор, пообещав перезвонить, и подошёл к ней. Положил руки ей на плечи, пытаясь поймать взгляд. Девушка как будто была не здесь — продолжала причитать, не реагируя. Он слегка потряс её — никакого ответа. И тогда Кими сделал то, чего от себя не ожидал. Подался вперед и оставил легкий поцелуй на её губах. Отстранился, наблюдая за реакцией. Этот жест мгновенно вывел Александру из паники. Она широко раскрыла заплаканные глаза — от удивления. Но снова не оттолкнула. Кими спросил разрешение лишь взглядом. Девушка кивнула. Он отпустил её плечи, взял за руку и повел к лифту. В ушах стучало сердце — пока ждали лифт, пока поднимались, пока шли по коридору до его номера. Антонелли закрыл за ними дверь. Щелчок замка прозвучал оглушительно громко — или это у него просто стучало в ушах? Они стояли друг напротив друга в тишине. Кими всё ещё держал её за руку, чувствуя, как её пальцы слегка дрожат. Или это его? Никто не знал, с чего начать. Слишком много всего случилось за последние пятнадцать минут. Фотограф, паника, поцелуй у лифта... Кими поднял руку и осторожно коснулся её щеки, стирая большим пальцем почти высохшую дорожку от слёз. Александра прикрыла глаза, и он понял — она не против. Он сделал шаг вперёд. Она не отступила. — Ты как? — спросил он тихо, почти шёпотом. Вместо ответа она запустила пальцы в его волосы — робко сначала, потом увереннее. И потянула к себе. Поцелуй начался медленно, почти неуверенно. Словно они оба проверяли: а это правда происходит? А это не сон? Но когда Кими почувствовал, как её рука скользнула ему на затылок, а губы стали настойчивее, он перестал думать. Он прижал девушку ближе, ощущая тепло её тела через тонкую ткань, и понял, что не хочет останавливаться. Ни сейчас. Ни когда-либо. Александра не отстранялась. Наоборот, ее пальцы сжались на плечах гонщика, а дыхание сбилось. Кими коснулся губами её шеи, и она выдохнула его имя так тихо, что он едва расслышал. Итальянец поднял взгляд. Их разделяли считанные сантиметры, и в её глазах он увидел то же, что чувствовал сам: желание не говорить больше ни слова. Никто не нарушил тишину.