Брак по расчету?

      Лекса сделала еще один глоток, медленно перекатывая виски на языке, будто это могло заглушить то странное ощущение внутри. Она откинулась в кресле, закинув руку на подлокотник, стараясь выглядеть так же расслабленно, как и все вокруг. Внешне — идеально, но взгляд все равно возвращался снова и снова. Кларк смеялась живо, искренне, запрокидывая голову чуть назад, и в этот момент Найла снова провела пальцами по ее волосам, убирая прядь с лица.       Лекса чуть сжала челюсть. Она знала — это нормально. Знала, что между ними нет ничего такого. Знала, что Кларк сама позвала всех, сама создала этот вечер и все равно что-то внутри упрямо не соглашалось. Кларк повернула голову в ее сторону, будто почувствовала взгляд. Их глаза встретились на секунду. Лекса не отвела взгляд и не попыталась спрятать то, что в нем было. Кларк чуть замерла, улыбка осталась, но стала тише. Она медленно поднялась с дивана, убирая голову с колен Найлы.       — Я сейчас вернусь, — бросила она, почти не глядя ни на кого.       — О-о, пошла за добавкой? — усмехнулась Рейвен.       — Типа того, — коротко.       Кларк прошла мимо, почти не останавливаясь прямо к ней. Лекса наблюдала, не двигаясь, только пальцы чуть сильнее сжали стакан.       — Ты чего там сидишь отдельно? — Кларк остановилась рядом, склонив голову.       — Наблюдаю, — спокойно.       — За кем? — с легкой усмешкой.       — За тобой, — честно.       — И как? — Кларк чуть прищурилась, изучая ее.       Лекса выдохнула едва заметно.       — Шумно, — уголок губ дрогнул. — Но красиво.       — И все? — Кларк усмехнулась, но в глазах мелькнуло что-то мягче.       — Не все, — Лекса посмотрела прямо.       Тишина между ними стала плотнее.       — Тогда? — Кларк чуть наклонилась, опираясь рукой о спинку кресла рядом с ней.       Лекса поставила стакан на столик медленно, чтобы освободить руки.       — Мне не нравится, когда тебя трогают, — тихо, но без обвинения, честно, просто факт.       — Найла? — Кларк замерла на долю секунды.       — Не важно кто, — так же спокойно.       И вот теперь Кларк уже не улыбалась, а смотрела внимательнее.       — Ревнуешь?       — Да, — Лекса не отвернулась, говоря без попытки смягчить, без игры.       Кларк выдохнула, будто этого ответа и ждала. И, не говоря ни слова, просто сделала еще шаг ближе, усаживаясь прямо к ней на подлокотник кресла. Настолько близко, что их плечи соприкоснулись.       — Тогда сиди ближе, — тихо.       Лекса посмотрела на нее и в этот раз… позволила себе не сдержаться. Рука легла на талию Кларк легко, но уже без вопроса, после чего потянула девушку на себя и переместила ее к себе на колени, обнимая уже двумя руками, прижимая к себе.       — Я это запомню, — с легкой ухмылкой.       Кларк тихо выдохнула, когда оказалась у нее на коленях. Не резко, не с сопротивлением, а наоборот, будто сама позволила этому случиться. Ее ладонь легла на плечо Лексы, пальцы на секунду сжались в ткани рубашки.       — Запомни, — почти шепотом ответила она, чуть наклоняясь ближе, слишком близко.       Запах виски, тепло ее тела, знакомое до боли ощущение рядом — все это ударило сильнее, чем алкоголь. Кларк задержала взгляд на губах Лексы на долю секунды дольше, чем нужно, но в этот раз не отстранилась.       Лекса это почувствовала сразу. Ее руки на талии Кларк чуть усилили хватку — не грубо, но уверенно, будто она больше не собиралась отпускать просто так. Большой палец медленно провел по ее боку сквозь ткань, почти невесомо, но от этого по коже прошелся приятный холодок.       — Ты слишком далеко сидела, — тихо сказала Лекса, наклоняясь ближе к ее уху.       Кларк едва заметно усмехнулась.       — Ты сама не села ко мне, — напомнила она, но без упрека.       — Исправляюсь, — коротко. И в этом было все.       Кларк чуть повернула голову, их лица оказались почти на одном уровне. Взгляд — прямой, без защиты, но с той самой осторожностью, которая все еще оставалась между ними.       — Медленно, да? — тихо спросила она.       Лекса не ответила сразу. Просто смотрела.       — Как скажешь, — наконец, мягче, чем обычно.       И в этот момент Кларк сама сократила расстояние. Не поцелуй, но почти. Легкое касание губ к уголку ее губ, едва ощутимое, будто проверка. Будто вопрос: можно ли так снова? Лекса замерла на секунду и не оттолкнула. Наоборот — ее рука на талии чуть сжалась, удерживая Кларк ближе, но она не углубила этот момент. Не перехватила инициативу. Оставила выбор за ней.       Кларк это почувствовала и… не пошла дальше. Вместо этого она просто осталась рядом, лбом почти касаясь виска Лексы, дыхание сбилось чуть сильнее, чем хотелось бы.       — Я все еще злюсь, — тихо призналась она.       — Я знаю, — так же тихо.       — И иногда хочу оттолкнуть тебя.       — Тоже знаю.       — Но не хочу, чтобы ты уходила, — почти шепотом.       И вот это ударило сильнее всего. Рука Лексы на ее спине медленно скользнула выше, останавливаясь между лопаток, прижимая чуть ближе. Уже не осторожно.       — Я никуда не уйду, — спокойно, уверенно, без громких слов.       В этот раз — не обещание, а решение. Кларк закрыла глаза на секунду, просто позволяя себе это почувствовать. Из гостиной донесся голос Октавии:       — Я так и знала, что это закончится чем-то подобным!       — Закройся, Октавия, — лениво бросила Рейвен, но с усмешкой.       Кларк тихо фыркнула, уткнувшись носом в шею Лексы.       — Нас сейчас обсудят, — пробормотала она.       — Уже, — спокойно ответила Лекса.       — И тебя это не бесит?       — Нет.       — Почему?       Лекса чуть отстранилась, чтобы посмотреть на нее.       — Потому что ты здесь, — просто и четко.       И в этот раз Кларк не стала прятать улыбку.       Алкоголь медленно, но уверенно делал свое дело. Сначала это были просто разговоры — громче обычного, живее, с перебиваниями и шутками, которые становились все глупее, но от этого только смешнее. Бутылки на столе постепенно пустели, коробки из-под пиццы отодвигались в сторону, а расстояние между всеми — наоборот сокращалось.       — Все, — резко заявила Октавия, хлопнув ладонями по столу. — Мне скучно.       — О, нет… — протянула Рейвен, уже понимая, к чему это ведет. — Когда тебе скучно, то страдаем мы.       — Не ной, — отмахнулась та, уже вставая. — Играем в «бункер».       — Я не буду, — сразу отозвалась Кларк, сидя все там же, но уже чуть более расслабленно и явно нетрезво.       — Будешь, — Октавия даже не посмотрела на нее. — Все будут.       — Почему? — лениво спросила Найла. Октавия хитро прищурилась.       — Потому что тот, кто остается… — она сделала паузу, оглядывая всех, — выбирает одного проигравшего и загадывает ему любое желание.       — Любое? — Аня подняла бровь.       — Абсолютно.       — Я в игре, — сразу сказала Рейвен.       — Конечно ты в игре, — усмехнулся Линкольн.       Кларк приподняла голову, посмотрела на всех, потом на Лексу… и тяжело выдохнула.       — Ладно. Но если это будет тупо — я вас всех выгоню из своей же квартиры.       — Поздно, — фыркнула Октавия. — Мы уже здесь.       Первые минут десять все шло… слишком весело. Карточки, роли, абсурдные профессии и характеристики.       — Я хирург с зависимостью от сахара, — серьезно заявила Рейвен.       — Ты и без игры такая, — бросила Октавия.       — А ты кто? — Кларк прищурилась.       — Танцовщица с паранойей, — гордо.       — Это вообще не минус для тебя, — хмыкнула Найла.       Смех разносился по комнате, перебивая правила, кто-то забывал, кто он, кто-то пытался выкрутиться абсурдными аргументами.       — Подождите, подождите, — Линкольн поднял руки. — Почему вы хотите выгнать меня, если я единственный с навыком выживания?!       — Потому что ты раздражаешь, — спокойно ответила Рейвен.       — Это не аргумент!       — Это главный аргумент.       Все снова засмеялись. Но где-то минут через сорок…что-то изменилось. Алкоголь ударил сильнее. Смех стал громче, но резче. Споры — уже не шутливыми.       — Нет, это бред! — Кларк резко выпрямилась. — Ты не можешь выгнать меня, у меня единственная нормальная профессия!       — У тебя еще и «склонность к риску», — напомнила Октавия. — Ты нас всех убьешь.       — Я спасу нас!       — Ты уже один раз «спасала», — вставила Рейвен, с усмешкой.       — Эй! — Кларк ткнула в нее пальцем. — Это был единичный случай!       — Ты взорвала лабораторию!       — Там была искра, это не считается!       — СЧИТАЕТСЯ!       — ТИХО! — Октавия хлопнула по столу. — Голосуем!       — Я против Кларк, — сразу сказала Аня.       — Предательство, — Кларк уставилась на нее.       — Ты слишком громкая, — пожала плечами та.       — Я за Кларк, — неожиданно сказала Лекса спокойно.       Все на секунду замерли, как и Кларк тоже. Она перевела на нее взгляд — чуть удивленный, чуть мягкий.       — Ну конечно, — закатила глаза Октавия. — Ладно, дальше.       Игра окончательно превратилась в хаос.       — Ты вообще не логична! — Рейвен уже спорила на повышенных тонах.       — Это ты не логична! — перебила ее Октавия.       — Я инженер!       — И что?!       — Это значит, я логичная!       — Это значит, ты зануда!       — Я не зануда!       — Ты зануда!       — Я. Не. Зануда!       — ТИХО ОБЕ! — крикнула Найла, смеясь.       Линкольн просто сидел, качая головой.       — Я жалею, что согласился.       — Поздно, — хором ответили все.       К финалу остались двое: Октавия и… Кларк.       — Ну конечно, — пробормотала Кларк, устало потирая лицо. — Конечно ты.       — Конечно я, — довольно улыбнулась Октавия.       Последнее голосование. Напряжение — почти настоящее, несмотря на игру.       — Я за Октавию, — сказала Рейвен.       — Предательница! — та уставилась на нее.       — Это стратегия.       — Это подстава!       — Я за Кларк, — спокойно добавила Лекса.       И снова этот момент. Кларк даже не пыталась скрыть, что заметила, но голосов все равно оказалось больше…       — Победа! — Октавия вскочила, поднимая руки вверх. — Я гений!       — Ты ужас, — пробормотала Кларк, откидываясь назад.       — Итак, — Октавия повернулась к ней с опасной улыбкой. — Моя жертва…       — Даже не сомневаюсь, — Кларк прикрыла глаза.       — …Кларк.       — Не удивила…       — Ты должна выполнить мое желание, — протянула Октавия, медленно подходя ближе.       — Надеюсь, ты помнишь, что я могу тебя выгнать, — лениво сказала Кларк, но уже с интересом.       — Не сегодня, — ухмыльнулась та.       Комната затихла, все смотрели. Октавия наклонилась чуть ближе к Кларк, прищурилась, явно уже придумав что-то…       — Ну что ж… сейчас будет весело.       Октавия прищурилась, явно растягивая момент, наслаждаясь вниманием всех.       — Ну что ж… — протянула она, скрещивая руки на груди. — Кларк, ты у нас сегодня слишком расслабленная, слишком довольная… надо это исправить.       — Не нравится мне это начало, — пробормотала Кларк, но уголок губ все равно дернулся.       — Мое желание простое, — Октавия перевела взгляд на Лексу, потом обратно. — Ты должна честно, вслух, при всех… сказать Лексе три вещи.       — Какие еще три вещи? — Кларк сразу напряглась.       — Первое — за что ты на нее злишься, — начала загибать пальцы Октавия. — Второе — за что ты ей благодарна. И третье…       Она сделала паузу, улыбка стала шире.       — …почему ты все еще ее выбираешь.       В комнате стало тише. Рейвен тихо присвистнула:       — О, это уже не игра.       — Это шедевр, — довольно кивнула Аня.       Кларк медленно перевела взгляд на Лексу. Та не отвела глаз. Ни усмешки, ни защиты — только внимательность. Чуть напряженная, но спокойная.       — Ты издеваешься, — тихо сказала Кларк Октавии.       — Абсолютно нет, — та пожала плечами. — Правила ты знаешь.       — Я могу отказаться?       — Можешь, — легко. — Но тогда проиграла по-настоящему.       Кларк выдохнула, провела рукой по волосам, собираясь с мыслями. Алкоголь все еще шумел в голове, но уже не спасал от того, что сейчас придется говорить.       — Ладно, — тихо.       Она села ровнее. Повернулась к Лексе полностью. Несколько секунд просто смотрела.       — Первое, — начала она, голос сначала чуть хриплый. — Я злюсь на тебя за то, что ты сказала тогда. За каждое слово, — добавила уже ровнее. — Потому что… я поверила.       Лекса едва заметно напряглась, но не перебила.       — И это до сих пор… сидит, — Кларк чуть сжала пальцы на коленях. — Даже когда я понимаю, что ты не это имела в виду.       Кто-то тихо двинулся, но никто не вмешался.       — Второе, — Кларк выдохнула. — Я благодарна тебе…       Она замолчала на секунду, будто выбирая, как сказать правильно.       — …за то, что ты не ушла, — тихо. — За то, что осталась. И не просто осталась, а… — она чуть усмехнулась, — терпишь меня.       — Это сложно, — вставила Рейвен.       — Закройся, — автоматически бросила Кларк, даже не глядя.       Легкий смешок прошелся по комнате, разряжая напряжение, но ненадолго. Кларк снова посмотрела на Лексу.       — И третье… — ее голос стал тише.       Вот здесь стало по-настоящему сложно. Она опустила взгляд на секунду, потом снова подняла.       — Я выбираю тебя… — медленно, будто проверяя каждое слово, — потому что рядом с тобой… все по-настоящему. Даже когда больно, — добавила она. — Даже когда я хочу уйти… — легкий выдох. — Я все равно остаюсь. Потому что ты для меня… важнее, чем это все, — Кларк чуть повела рукой в сторону комнаты. — И я, видимо, уже ничего с этим сделать не могу.       Она замолчала, но взгляд не отвела. И в этот раз — не спряталась за шуткой. Несколько секунд никто не говорил, даже Октавия. Лекса медленно выдохнула, будто только сейчас позволила себе это сделать. В ее взгляде больше не было той привычной сдержанности, а только что-то живое, настоящее… и немного уязвимое.       — Это было… слишком хорошо, — тихо сказала Аня.       — Я ожидала что-то смешное, — пробормотала Рейвен.       — А получила драму века, — кивнула Октавия, но уже без прежней насмешки.       Кларк только откинулась назад на диване, закрывая глаза на секунду.       — Я тебя ненавижу, — тихо бросила она Октавии.       — Зато честно, — ухмыльнулась та.       Лекса не сказала ничего сразу. Несколько секунд она просто смотрела на Кларк — слишком внимательно, слишком прямо. Потом медленно поднялась с кресла, не отрывая взгляда.       — Пойдем, — тихо, протягивая руку.       Это не было вопросом. Кларк на секунду замерла, но все же встала, взяв за руку. Без сопротивления. Без комментариев. Просто пошла за ней. Они прошли через гостиную под внимательные взгляды всех. Никто не остановил. Даже Октавия только довольно хмыкнула, провожая их глазами. Балкон встретил прохладным воздухом и шумом города снизу. Контраст после теплой, шумной квартиры ударил сразу — тишина здесь была другой.       Лекса прикрыла за ними дверь, достала сигареты, протянула одну Кларк. Та приняла, чуть коснувшись ее пальцев. Лекса зажгла сначала ей, потом себе. Они сделали по первой затяжке почти одновременно. И только после этого Лекса сделала шаг ближе. Свободной рукой аккуратно обняла Кларк за талию, притягивая к себе. Не резко, но уверенно.       — Теперь моя очередь, — тихо сказала Лекса, глядя куда-то вперед, в огни города. — Первое, — она выдохнула дым медленно. — Я злюсь на тебя.       Кларк чуть повернула голову в ее сторону.       — За то, что ты… слишком важна для меня, — спокойно, но в голосе появилась тяжесть. — Настолько, что я теряю контроль.       Она чуть сильнее сжала руку на талии Кларк.       — Я не привыкла к этому, — честно. — И … сорвалась именно на тебе. И я злюсь на себя за это.       Кларк молчала. Слушала.       — Второе, — Лекса перевела взгляд на нее. — Я благодарна тебе. За то, что ты осталась, — почти теми же словами, но иначе. — После всего, что я сказала.       Ее пальцы едва заметно провели по боку Кларк.       — За то, что не ушла, когда у тебя было полное право. И за то, что ты… не играешь со мной, — добавила она. — Ты настоящая. Всегда. И третье… — Лекса замолчала на секунду.       Вот здесь было сложнее всего. Она повернулась к Кларк полностью, заставляя ту тоже повернуться к ней лицом. Между ними почти не осталось расстояния.       — Я выбираю тебя, — тихо, но без колебаний. — Потому что без тебя… все становится пустым, — честно. — Даже если вокруг все идеально. Потому что рядом с тобой я… не хочу контролировать все, — едва заметная усмешка. — Хоть это пугает. Но я все равно хочу выбирать, — чуть тише. — тебя.       Тишина снова повисла между ними, но теперь она не давила. Лекса медленно подняла руку, убирая прядь волос с лица Кларк. Пальцы задержались у виска на секунду дольше.       — Даже когда ты злишься, — почти шепотом.       Кларк смотрела на нее, не моргая. Сигарета в ее руке давно тлела, забытая.       — Ты сейчас все усложнила… — тихо сказала Гриффин, но голос уже не был таким жестким, как раньше.       — Я знаю, — спокойно.       Кларк выдохнула, качнула головой, будто сдаваясь самой себе и сделала шаг вперед. Ее лоб мягко коснулся лба Лексы.       — Ты невозможная, — почти шепотом.       — Зато твоя, — так же тихо ответила Лекса.       Они вернулись в гостиную уже иначе. Не было громких слов, не было попыток что-то скрыть — но между ними появилось то самое спокойное понимание, которое чувствовалось даже без прикосновений. Хотя прикосновения все равно были. Кларк первой прошла внутрь, но почти сразу замедлилась, позволяя Лексе поравняться с ней. И когда они подошли к дивану, она уже не легла, как раньше, а села. Лекса опустилась рядом и, не спрашивая, положила руку ей на талию — привычно, уверенно, будто так и должно быть.       — Ну что, голубки вернулись? — протянула Октавия, уже явно в приподнятом настроении. — Мы тут, между прочим, скучали.       — Очень, — сухо добавила Рейвен, даже не поднимая взгляд.       — Не ври, — фыркнула Аня.       — Ладно, не очень.       — Продолжаем, — хлопнула в ладоши Октавия. — Но в этот раз что-то попроще. Без ваших драм.       — Слава богу, — пробормотала Кларк, чуть откидываясь назад, но оставаясь в пределах руки Лексы.       — Игра будет безопаснее, — пообещала Октавия с подозрительно довольной улыбкой.       — Вот это всегда плохой знак, — тихо сказала Найла.       Но никто уже не отказался. Новая игра началась легче. Больше смеха, меньше споров. Задания были глупее, проще, иногда откровенно абсурдные.       — Кто последний пьет — тот проиграл!       — Это не игра, это повод напиться, — заметил Линкольн.       — Именно, — довольно кивнула Октавия.       Кларк уже смеялась чаще, иногда наклоняясь ближе к Лексе, что-то тихо комментируя ей на ухо. Лекса отвечала коротко, но взгляд у нее был совсем другим — мягче, живее. Иногда ее пальцы чуть сжимались на талии Кларк, будто напоминая себе, что она рядом.       — И победитель у нас… — Октавия театрально оглядела всех. — Аня?!       — Что? — Рейвен вскинула голову. — Это невозможно.       — Возможно, — довольно.       — Ну наконец-то, — Аня только усмехнулась, откидываясь назад.       — В смысле «наконец-то»? — нахмурилась Кларк.       — Моя очередь, — спокойно.       И вот теперь в комнате стало чуть тише, потому что Аня… была хуже Октавии. Она медленно оглядела всех, задерживая взгляд на каждом. Потом… остановилась на Лексе. Легкая, почти незаметная улыбка.       — Я выбираю тебя.       Кларк чуть напряглась рядом, но ничего не сказала.       — Интересно, — Лекса лишь приподняла бровь.       Аня потянулась к столу, взяла небольшую коробку — аккуратную, темную, явно подготовленную заранее.       — Держи, — протянула она Лексе.       Та взяла, ощущая легкий вес в руках.       — И что это? — спокойно.       Аня наклонилась ближе, почти к самому ее уху, чтобы остальные не слышали. Сказала тихо, слишком тихо. Но после ее слов на лице Лексы на секунду мелькнула реакция — едва заметная, но настоящая. Аня отстранилась, уже с довольной улыбкой.       — Откроешь после вечера, — вслух. — Используешь все, что внутри, а после позовешь Кларк.       В комнате повисло напряженное любопытство.       — Это звучит подозрительно, — Рейвен прищурилась.       — Это звучит как катастрофа, — добавила Найла.       — Это звучит как отличное решение, — довольно сказала Октавия.       Кларк повернула голову к Лексе, взгляд стал внимательнее.       — Ты ведь понимаешь, что я теперь не отстану? — тихо.       Лекса посмотрела на нее, чуть дольше, чем нужно. И уголок ее губ едва заметно дрогнул.       — Я на это и рассчитываю, — спокойно.       Вечер начал постепенно сходить на нет сам по себе. Сначала разговоры стали тише, потом кто-то потянулся за курткой, кто-то за телефоном. Смех все еще звучал, но уже уставший, теплый, без прежней громкости.       — Все, я больше не могу, — простонала Рейвен, поднимаясь с пола. — Если я сейчас не лягу, я умру.       — Ты умираешь каждый раз, когда пьешь, — фыркнула Октавия, натягивая куртку.       — И каждый раз выживаю. Сильная женщина.       — Очень, — кивнула Аня с усмешкой.       Линкольн поднялся последним, помогая Октавии застегнуть куртку, коротко коснувшись ее губ.       Найла подошла к Кларк, легко сжав ее плечо.       — Напиши, если что, ладно?       — Напишу, — мягче, чем обычно, ответила Кларк.       Аня задержалась у выхода чуть дольше. Бросила быстрый взгляд на Лексу. Тот самый.       — Не забудь, — тихо, с намеком.       Лекса ничего не ответила, только чуть кивнула. Дверь закрылась и квартира резко стала… тише.       — Ну что, — Кларк огляделась, вздыхая. — Мы это устроили — мы это и убираем.       — Логично, — спокойно отозвалась Лекса.       Они двигались вместе, почти без слов. Кто-то собирал бутылки, кто-то складывал коробки, протирал стол. Иногда их руки пересекались — случайно, но уже не совсем. Кларк пару раз ловила взгляд Лексы на себе. И коробка… все это время лежала где-то рядом, не забытая.       Когда все было убрано, Кларк первой направилась в душ.       — Я быстро, — бросила она на ходу.       — Не спеши, — спокойно ответила Лекса.       Дверь ванной закрылась и вот тогда в квартире стало по-настоящему тихо. Лекса осталась одна. Несколько секунд она просто стояла на кухне, потом взгляд сам нашел ту самую коробку. Она взяла ее в руки и открыла.       …       Тишина стала еще глубже, Лекса медленно выдохнула, закрывая глаза на секунду.       — Черт, Аня… — тихо, почти беззвучно. Это был не просто сюрприз, это был вызов. Она закрыла коробку на секунду… потом снова открыла.       Когда Кларк вышла из душа, волосы еще были влажными, на плечах — легкий халат, который она не удосужилась нормально завязать.       — Лекса? — позвала она, проходя вглубь квартиры.       Тишина. Она сделала еще пару шагов.       — Ты где…       Дверь в спальню была приоткрыта, так что Кларк толкнула ее…и замерла на пороге. В комнате был приглушенный свет.       Лекса лежала на кровати. Ее глаза были закрыты черной шелковой лентой, аккуратно завязанной сзади. Руки подняты и зафиксированы у спинки кровати, запястья удерживались мягкими креплениями. На ней были только легкие шорты и рубашка — та самая, домашняя, но сейчас… она выглядела иначе. Ткань свободно ложилась по телу, несколько пуговиц уже были расстегнуты, открывая линию ключиц и шеи. Она не двигалась, но дыхание было заметно глубже обычного.       Кларк не сразу смогла сказать хоть что-то.       — …ты серьезно? — тихо.       Лекса чуть повернула голову в сторону звука ее голоса. Лента скрывала взгляд, но в этом движении было все — ожидание, напряжение и… доверие.       — Ты пришла, — спокойно. Голос ровный. Но чуть ниже. Кларк сделала шаг внутрь.       — Это… — она тихо усмехнулась, но в этом не было насмешки. — Это желание?       — Да, — коротко.       Кларк подошла ближе, останавливаясь у кровати, смотря неприлично долго.       — И что дальше? — чуть тише.       Лекса медленно выдохнула.       — Дальше… — ее голос стал мягче, — ты решаешь.       Тишина между ними стала почти осязаемой. Кларк протянула руку…и остановилась в нескольких сантиметрах от нее. Сердце билось быстрее, чем хотелось бы.       — Ты мне слишком доверяешь, — тихо сказала она.       Лекса чуть наклонила голову.       — Только тебе, — так же тихо.       Кларк задержала руку в воздухе еще на секунду, будто проверяя саму себя — границу, которую не хотела переступить слишком резко. В комнате было тихо, только их дыхание, чуть сбившееся у обеих. Она все-таки коснулась. Сначала осторожно — кончиками пальцев по запястью Лексы, там, где мягкое крепление удерживало ее. Не тянула, не проверяла силу — просто провела, ощущая тепло кожи. Лекса едва заметно вдохнула глубже, и это движение не укрылось от Кларк.       — Ты даже не видишь меня… — тихо произнесла Кларк, чуть склоняясь ближе.       — Мне не нужно, — ответила Лекса так же спокойно. — Я знаю, что ты рядом.       Это прозвучало слишком честно. Слишком открыто. Кларк сглотнула, медленно опускаясь на край кровати рядом с ней. Матрас чуть прогнулся, и Лекса сразу почувствовала это — повернула голову в ее сторону, как будто могла поймать ее взгляд сквозь ткань.       — И ты правда… — Кларк провела пальцами по линии ее предплечья вверх, медленно, — готова отдать мне контроль?       — Я его не отдаю всем, — тихо. — Только тебе.       Кларк на секунду замерла. Это было не про игру. Не про желание Октавии. Не про коробку Ани. Это было… про них. Она медленно выдохнула и подняла руку выше, к вороту рубашки Лексы. Коснулась ткани, провела по уже расстегнутым пуговицам, но не стала продолжать. Вместо этого ее ладонь легла на ключицу — просто, спокойно, почти… заземляюще.       — Ты всегда все контролируешь, — тихо сказала Кларк, глядя на нее. — Всегда знаешь, что делать… что говорить… А сейчас?       — Сейчас… я просто жду тебя, — Лекса чуть улыбнулась, почти незаметно.       Кларк склонилась ниже. Не резко, не жадно — медленно, давая время отступить. Но Лекса не отстранилась. Даже наоборот — ее дыхание стало чуть глубже, когда губы Кларк коснулись ее щеки. Легкое, почти невесомое касание. Потом еще одно — ближе к скуле и только потом — к губам. Короткое, мягкое, без давления. Как проверка.       Кларк отстранилась на пару сантиметров, задерживаясь рядом.       — Я не хочу, чтобы ты завтра пожалела, — тихо сказала она.       Лекса чуть повернула голову, будто пытаясь приблизиться.       — Я пожалею, если ты уйдешь сейчас.       Это ударило точнее, чем любое прикосновение. Кларк закрыла глаза на секунду, потом снова посмотрела на нее. Ее рука мягко скользнула к шее Лексы, большой палец едва заметно провел по линии челюсти.       — Тогда… — тихо, почти шепотом, — мы делаем это по-другому. Без спешки. Без игры.       Ее пальцы потянулись к повязке на глазах… но остановились.       — Ты хочешь, чтобы я ее сняла?       Несколько секунд тишины.       — Нет, — спокойно ответила Лекса. — Я хочу доверять тебе… не видя.       Кларк замерла на секунду, чувствуя, как Лекса тянется к ней навстречу даже вслепую. Это было сильнее любого взгляда — это было про полное, безусловное доверие. И это чертовски возбуждало.       Гриффин выпрямилась, снимая с себя все что могла, после заигрывающе начала до конца расстегивать пуговицы брюнетки. Дыхание с каждым действием тяжелело, грудь поднималась выше на каждом вздохе. Когда она закончила, опустив ткань из рук, то поняла на сколько Лекса еще красивее. Потянувшись, она поймала ее губы, целуя страстно, требовательно и жадно, ладонями проводя по животу вверх, задевая соски и вызывая сладкий, слегка хриплый стон Лексы. Это было последним спусковым крючком, после которого Кларк хотела слышать ее еще и еще…       Она опустилась поцелуями на шею, периодически не сдерживая порывы своего желания и покусывая мягкую кожу, оставляя яркие следы. Лекса прогибалась, когда губы Кларк спустились к груди, обхватывая и лаская соски, а свободная рука медленно скользила по ее телу — не резко, не требовательно, а изучая, запоминая, забираясь под ткань шорт.       Лекса отвечала… всем. Дыханием, едва заметными движениями, тем, как ее тело отзывалось на каждое прикосновение. Связанная, лишенная возможности контролировать, она все равно не выглядела слабой — только открытой. Настоящей. Она раздвинула бедра, как только рука Клару опустилась, будто приглашая.       — Кларк… — тихо, почти на выдохе.       И в этом было все. Пальцы проскользили по губам, находя быстро эпицентр возбуждения. Лекса чувствительно простонала, как только пальцы коснулись его. Немного дразня, блондинка проводила пару круговых движений, после чего опускала пальцы ко входу, вызывая в брюнетке стоны, чем-то похожие на мольбу. Когда ее жена подалась бедрами навстречу, то Кларк перестала ее мучать, медленно вводя. Облегченный стон Лексы, заставил пропустить импульс желания через тело Кларк. Она поднялась к губам, некоторое время целуя их, прикусывая нижнюю губу, после чего, уткнувшись лбом в ее висок на секунду.       Она продолжила — медленно, чутко, прислушиваясь к каждой реакции. К тому, как меняется дыхание Лексы, как она сжимает пальцы, как едва заметно подается навстречу, несмотря на удерживающие ее руки.       — Молю…быстрее, — почти что простонала.       Дважды просить не нужно было, Кларк ускорилась, ладонью задевая дополнительную точку удовольствия девушки. В какой-то момент Лекса глубже вдохнула, напряглась всем телом, выдыхая с протяжным, немного прерывистым стоном — и Кларк сразу замедлилась, не останавливаясь, но давая ей пространство, не ломая ритм. Ответом был едва слышный выдох и движение навстречу.       Ее прикосновения стали точнее, но не грубее. Она не торопилась к финалу — она шла вместе с Лексой, позволяя ей чувствовать каждую секунду, не теряться в этом, а проживать.       Лекса не видела ее, но знала, что это она. В этом было что-то почти болезненно красивое. Когда напряжение внутри Лексы достигло предела, это не было резким. Это было волной — сильной, глубокой, в которой она на мгновение потеряла дыхание.       Имя Кларк сорвалось с губ почти неслышно. Кларк не остановилась сразу. Она осталась рядом, удерживая ее в этом моменте, помогая пройти его до конца — мягко, не отпуская.       И только потом замерла. Комната снова наполнилась тишиной. Тяжелое дыхание. Тепло. Близость. Кларк аккуратно коснулась ее лица, проводя пальцами по щеке.       — Ты великолепна… — тише.       Кларк осторожно освободила руки девушки, снимая повязку. Лекса ничего не говорила, но ее пальцы, все еще слегка дрожащие, нашли руку Кларк и сжали. И этого было достаточно.