Поймай северное сияние

Я буду рядом с тобой в любую непогоду, Я буду рядом с тобой, как был и раньше год за годом, Я буду рядом с тобой, ведь ты тоже рядом со мной.

— Давай, Макс, улыбнись! — Отвали, Уилер!       Майк увернулся от замахнувшейся руки Макс и прижал к груди компактную видеокамеру. Вообще это была даже не его камера. У Макс появилась привычка снимать видео совсем недавно. Засмотрелась на одну из таких в магазине, может, полгода назад, а Лукас подарил ей новенький Panasonic на Рождество. Потом весь оставшийся вечер выслушивал ворчание по поводу цены и потраченных впустую денег. Но камеру с тех пор она таскала везде с собой. — Ты же сама хотела больше появляться в кадре своей же камеры, так чего снова возмущаешься? — Да, но сейчас я хочу спать, у меня отваливается задница от этого древнего сиденья, и я не мыла голову три дня. — Макс фыркнула на хорошее настроение друга и поправила пучок на голове, который превратился в рыжее нечто за почти восемь часов дороги из Нью-Йорка.       Растрепанная челка спадала на левый глаз, но почти не скрывала небольшое бельмо на зрачке. Макс до сих пор иногда хотела спрятать последствия полуторагодовой комы и чудом миновавшей ее смерти. И все благодаря Джейн.       С тех пор как в восемьдесят седьмом конец света так и не произошел, а Векна сгинул, забрав с собой Бездну, Изнанку и ежедневный страх неминуемой гибели, прошло уже почти десять лет.       Все члены Партии уже давно закончили школу, сбежали из Хоукинса в большие города и навещали родные края лишь потому, что у многих там остались семьи. Байерсы-Хопперы покинули Хоукинс в восемьдесят девятом. Джойс и Джим переехали в Монток, Джонатан еще раньше уехал учиться в Северо-Восточный университет, а Уилл и Джейн открыли для себя мир, что был шире и грандиознее маленького провинциального городишки в лесах Индианы.       С тех пор они там не появлялись. — Остальные встретят нас на станции? — спросил Лукас, устало потягиваясь на сиденье. — Да, Уилл на машине. — Майк сложил дисплей на камере, прижав створку к корпусу, и отдал ее Макс. — Мы почти приехали, если верить расписанию. — Я все еще не поддерживаю эту вашу затею, — оставаясь не в лучшем настроении, напомнила Макс. — Ты просто не хочешь учиться новому, — возмутился Майк. — Ты умеешь кататься на скейте и даже немного на серфе. Сноуборд — это почти то же самое. — Я почти не катаюсь на скейте с тех пор, как не увидела дерево слева от себя и врезалась в него, разбив бровь.       Макс приподняла челку и намекнула на свой незрячий глаз. Майк на это только недовольно цыкнул и откинулся на спинку кресла. — Не ищи отговорки. Я видел прошлым летом, что ты все еще умеешь делать все свои «крутые» трюки. Ставлю двадцатку, что ты могла бы кататься даже полностью слепой. — на это замечание Майк тут же получил носком ботинка по колену. — За что, Лукас?! — Рад твоему оптимизму, но заткнись.       Майк закатил глаза. Он не понимал, почему Лукас до сих пор избегал этой темы. Макс действительно могла остаться полностью незрячей, если бы правый глаз пострадал так же сильно, как левый. Но ведь все обошлось, Макс восстановилась в течение года, а за следующие пять лет полностью вернула себе былую ловкость, и об ужасах прошлого напоминали только шрамы на ее руках и ногах. И те совсем побледнели.       Все давно закончилось. Они жили обычной жизнью — без монстров, других измерений и съехавшего с катушек психа, возомнившего себя вершителем судеб. И, самое главное, они все были живы. — Я уверен, что тебе понравятся горы Вермонта. — Лукас повернулся к Макс и наклонил голову, стукнувшись с ней макушками. — Мы ведь никогда не выбирались вместе в путешествие. Будет весело.       Макс хмыкнула, но улыбка все-таки расцвела на ее губах, пока она разглядывала заснеженный хвойный лес и холмы за стеклом.       Поезд Нью-Йорк — Уотербери прибывал на станцию в девять вечера по местному времени. Вермонт был одним из самых северных штатов. Здесь холодные и снежные зимы, Зеленые горы занимали большую часть штата, а самой высокой была гора Мэнсфилд. Одной из неудачных шуток Майка стало сравнение названия горы и фамилии Макс — за нее ему прилетел подзатыльник, хоть подруга и не сдержала смешка.       Именно здесь развернулась восточная лыжная столица — горнолыжный курорт Стоу. Туда-то и уговорили поехать Майк и Лукас всех остальных. Крошечный город, потерявшийся между высоких гор, больше трех десятков трасс для катания и возможность провести время вместе.       После окончания школы Партия собиралась полным составом очень редко. Выбрав разные города для поступления, ребята могли встречаться только на каникулах, и всегда у кого-то ломались планы или появлялись неотложные дела. А после началась взрослая жизнь, и регулярные встречи на каникулах закончились. Их сменили бесконечные попытки состыковать отпуска. Последний раз Партия собиралась вместе на прошлый день рождения Дастина.       Поэтому внезапная идея поехать в совместное путешествие воплотилась в реальность только благодаря удаче. Других объяснений у Майка не было. — Вау, эта станция настолько крошечная. — Макс спускалась на перрон из вагона, перехватив лямку рюкзака. — Ну, — протянул Лукас. — Она тут хотя бы есть, в отличие от Хоукинса. — Я все еще удивляюсь, что у твоих родителей есть дом в Стоу. — Я тоже, — рассмеялся Лукас. — Пришлось просить маму отправить ключи по почте, чтобы у нас была возможность здесь пожить. И поклясться, что мы не сожжем дом! — На их месте я бы не верил твоим обещаниям, — ухмыльнулся Майк. — Я выселю тебя на улицу, если ты что-нибудь сделаешь. — Ладно-ладно! — Джейн! — крикнула радостно Макс, как только они пересекли действительно небольшое здание станции и вышли на вечернюю улицу Уотербери, залитую светом от уличных фонарей.       Макс подбежала к подруге и поймала ее в объятия. Джейн рассмеялась, помахав остальным. — Я так рада вас видеть, — заулыбалась Джейн, обнимая подошедших друзей. — Здесь холоднее, чем в Бостоне. А я ведь не верила, что мы вообще сможем покататься.       Чего в Джейн было не отнять даже с возрастом, так это умения удивляться, казалось бы, совершенно обыденным вещам. Как, например, резкая смена климата при длительной поездке. Майк обнял подругу и посмотрел на двоих оставшихся членов Партии.       Дастин уже громко сокрушался на тему усталости и желания выпить литр кофе на ночь глядя, пока обнимался с Макс и хлопал Лукаса по плечу. А рядом с ним, смеясь и ежась от холода, стоял Уилл. — Привет. — Майк увидел, как Уилл легко машет ему рукой и тянется к нему за приветственными объятиями. — Привет, — отзеркалил он и почувствовал, как улыбка сама собой появилась на лице.       Только оказавшись в теплых объятиях Уилла, Майк осознал, как же сильно он скучал по друзьям. И как сильно он скучал по Уиллу. Раньше было трудно представить хотя бы один день, проведенный порознь. Про них двоих вечно шутили, что их кто-то случайно склеил, и поэтому они всегда ходят вместе, ночуют друг у друга и сидят на соседних партах. После Леноры мало что поменялось. Да и после школы они учились в одном городе и даже в одном университете, пока в девяносто третьем — сразу после выпуска — Уилл не переехал в Бостон, поближе к Джейн.       В этом не было ничего удивительного. После того как Уилл чуть не потерял сестру во время борьбы с Векной, ему оказалось тяжело жить далеко от нее и родителей. И хоть из-за переезда у Уилла увеличился срок обучения, и он больше не мог видеться с друзьями из Нью-Йорка несколько раз в неделю, он был рад возможности жить в одном городе с Джейн.       От ощущения теплых рук Уилла у себя под курткой Майка отвлекли ворчания Макс. — Если мы сию же минуту не сядем в машину и не доедем до дома, я пойду спать на станции. — Нам ехать полчаса, поспишь в машине, — Майк вернул ей колкость и отпустил Уилла, чтобы подхватить дорожную сумку. — Полчаса? Ты издеваешься? — Всегда рад, но не сейчас.       Уилл открыл багажник своей подержанной Гранады и сел на водительское, чтобы завести мотор. Майк не стал проявлять дружескую вежливость и спрашивать, может ли он занять пассажирское спереди. — Эй, — Дастин сразу же это заметил. — Я сидел с Уиллом. — Меня укачивает сзади, — бессовестно начал давить на жалость Майк. — Многовато врешь, может, поэтому нос такой длинный? — Я тебе не Пиноккио. — Майк закрыл дверь перед другом и довольно откинулся на мягкую спинку.       В итоге сзади с горем пополам устроились оставшиеся ребята, а Макс усадили к Лукасу на колени. От причитаний Уилла по поводу нарушения правил их спасла пустынная вечерняя дорога до Стоу. — Обратно будете вызывать такси, — Уилл бросил взгляд на Лукаса через зеркало заднего вида, но его угроза никак не вязалась с улыбкой на лице.       До Стоу они добрались даже быстрее, чем за полчаса. Этот город был похож на рождественскую картинку из календаря. Низкие дома с острыми крышами и фасадами, окрашенными в красный, коричневый или белый. Витрины лавочек с сувенирами, прокат лыж и сноубордов, подсвеченные гирляндами, куча шумных кафешек и баров. И все это на фоне заснеженных гор с паутиной трасс на склонах и светящимися подъемниками. — Здесь… как в сказке, — восхитился Уилл, прижавшись к рулю, чтобы посмотреть через лобовое стекло на дома и улицы. — Когда ты привозил мне открытки отсюда и показывал фотографии, я не мог поверить, что такое место существует. — В детстве мне казалось, что здесь скучно и неинтересно. — Майк, которому друзья скинули несколько сумок на колени в отместку за козырное место в машине, тоже оглядывался по сторонам и вспоминал, как его семья раньше ездила в Стоу почти каждые зимние каникулы. — Поэтому сейчас ты решил, что это хорошая идея — поехать в Стоу вместе? — Уилл покосился на друга, поворачивая на перекрестках по инструкции Лукаса с заднего ряда. — Нет! Просто я представил, как было бы здорово провести время вместе в одном доме. Учить вас кататься, вместе ходить по улицам вечером, пить глинтвейн и болтать у камина дома-… — О, Майк, да ты, оказывается, сентиментальный, — ехидно донеслось сзади от Макс. — Мне напомнить, как ты чуть не расплакалась, когда Лукас привез из Хоукинса выпускной альбом? — Серьезно? — взбодрился Дастин, заинтересованный подробностями жизни троицы из Нью-Йорка. — Завались, Уилер, — фыркнула Макс, и Джейн рассмеялась их очередной перепалке. — Лукас, они камня на камне не оставят от дома. — Иногда я очень жалею, что у тебя больше нет способностей и ты не можешь заткнуть им рот силой мысли. — Лукас стукнулся затылком о подголовник сиденья. — Уилл, тут направо, и на подъездную дорожку. — Это дом твоих родителей? — шокированно уставился Дастин на развернувшуюся перед ними картину. — Ну… Отец все-таки военный в отставке и госслужащий, — Лукас смущенно отвернулся к окну, пока Уилл парковал машину у дома. — Вау… — Уилл открыл дверь и уставился на заснеженное двухэтажное шале, уютно устроившееся на высоком пригорке.       Массивная деревянная лестница вела прямо от парковки к крыльцу и входу. Двускатная широкая крыша заходила с одной стороны на террасу, с которой, скорее всего, было видно лыжные трассы. Снег забился между бревен на фасаде, а по периметру тянулись выключенные сейчас светильники, которые точно будут создавать уютное сияние вокруг дома по вечерам. — Когда наши с Майком семьи договаривались поехать вместе, мы все жили здесь. — Лукас долго возился с ключами, разбираясь, какой из них от входной двери.       Как только дверь поддалась, вся компания завалилась внутрь, а Лукас прошел с фонариком к щитку с электричеством. Щелкнув предохранителями, он потянулся к выключателю, и холл сразу же заполнил теплый свет. — Я первая занимать комнату! — бросила Джейн и побежала по лестнице, ведущей на второй этаж.       Дастин бросился следом, выкрикнув что-то про отсутствие честности у подруги. Все разбрелись по дому, разглядывая интерьер, включая везде свет и сбрасывая сумки и рюкзаки с вещами по углам. Лукас показал Макс гостиную и предложил развести камин. Уилл скрылся где-то наверху.       Майк знал этот дом с детства. Возможно, с виду так и не скажешь, но Синклеры и Уилеры раньше общались намного чаще. У них даже были своего рода дружеские традиции двух семей, а Сью до сих пор часто приходила к Карэн в гости.       Долгая дорога давала о себе знать, и Майк устало потянулся, не сдерживая зевок. Нужно было занять какую-нибудь комнату и принять душ. Он еще раз оглянулся по сторонам, замечая несколько новых фотографий на стенах, и двинулся на второй этаж. Почему-то этот уютный дом семьи Лукаса всегда навевал на Майка чувство спокойствия и уюта, которого во взрослой жизни так часто недоставало — особенно когда живешь в большом и вечно суетящемся городе, снимаешь квартиру на окраине Бронкса и пытаешься не утонуть от завала на работе в издательстве.       Здесь было тихо, пахло деревом и немного смолой, повсюду можно было заметить следы жизни семьи, которая приезжала сюда, чтобы отдохнуть и провести время вместе.       Майку нравились Синклеры. Сью была строгой, но при этом веселой и заботливой. Чарли, хоть и имел явную военную выправку, никогда не кричал на детей и очень сильно их любил. А еще он поддавался на любые авантюры своей жены. Почему-то Майк был уверен, что этот домик в горах у них появился с легкой подачи Сью. Эрика Майку тоже нравилась, хоть иногда и выводила из себя своим характером. «Выдерга», — так ее один раз обозвал Дастин, а Майку настолько понравилось, что он дразнил Эрику этим прозвищем еще пару лет.       Выбрав себе дальнюю комнату, выходящую окнами на южный склон горы Мэнсфилд, Майк бросил на кровать свою сумку и снял куртку. Дом скоро нагреется, но пока внутри все еще было прохладно. Было бы неплохо перекусить.       Майк потянулся к ручке двери, но стоило ему пересечь порог, как он чуть не столкнулся с Уиллом. — Прости, — бросил друг, отшатнувшись назад. — Лукас сказал, что вода для душа будет нагреваться больше часа, и позвал всех поесть. — Издержки частного дома. — Майк тихо усмехнулся и пошел вслед за Уиллом обратно к лестнице. — Как тебе? — Что? — Ну, все.       Уилл задумался и посмотрел вокруг. Улыбнулся одной из фотографий на стене, с которой на него смотрел пятилетний Лукас в лыжной экипировке и со стаканчиком (наверное, с какао) в руках. — Ощущение, будто это не наша первая поездка. Все настолько… Не знаю, непринужденно. Почему мы не делали так раньше? — Потому что мы были бедными студентами, тратящими все деньги со стипендий на еду, очередные коллекционные фигурки и прокат фильмов. — Ну, давай, скажи, что жалеешь о покупке Росомахи в классическом костюме. — Уилл на ходу обернулся на лестнице и хитро приподнял бровь, усмехнувшись. — Н-не-… — Майк запутался в собственных ногах и споткнулся, чуть не покатившись с лестницы кубарем. Но Уилл успел подставить руки и не дать Майку поцеловаться со ступеньками. — Нет, не жалею. Спасибо. — Ты какой-то рассеянный сегодня. С дороги устал?       Уилл скрылся за поворотом в просторную столовую, откуда уже доносились шумные разговоры и споры о том, стоит ли пить кофе на ночь. А Майк… Майк почувствовал, как у него загорелись уши, потому что он все больше убеждался в своей догадке, которая не оставляла его в покое уже почти год.       Сначала он списал все на непривычное ощущение пустоты после переезда Уилла в Бостон. Потом понял, что слишком часто думал о Уилле:       «Вот этот лимитированный выпуск Уилл искал по всем магазинам, нужно купить и отдать, когда встретимся».       «Уиллу бы понравилась эта история с сегодняшней смены, расскажу, когда мы созвонимся».       «Зачем я купил два сэндвича, Уилл ведь больше не живет со мной в общежитии?».       Уилл, Уилл, Уилл.       На день рождения Дастина в прошлом мае Майк поймал себя на том, что постоянно пялился на лучшего друга. Наблюдал за тем, как двигались губы, когда тот говорил, как он смеялся от очередной шутки Дастина, в какой позе он сидел. В какой-то момент Майк заметил, что Уилл начал немного по-другому стричь волосы — теперь челка была более рваной — и иногда Уилл зачесывал ее назад, отчего открывался красивый лоб.       Почему он вообще вдруг начал считать лоб Уилла красивым? Да и вообще замечать, что ему нравилось, как друг жестикулирует при разговоре, нравились мелкие морщинки-лучики в уголках глаз, когда тот смеялся?       Майк тогда снова списал это на недостаток общения с человеком, которого знал с пяти лет. Все-таки самым долгим временем, что они не видели друг друга, были те восемь месяцев жизни Байерсов в Калифорнии. А теперь они фактически жили в разных городах уже почти три года. Просто скучал — так он думал.       Но чем ближе подступали даты поездки в Стоу, на которую Майк всех подбил, тем сильнее он понимал: им двигало не простое желание провести отпуск с друзьями в непривычной обстановке путешествия. Он очень хотел увидеть Уилла и убедиться, что дело было в обычной тоске по близкому другу.       Его план потерпел крах, как только он вживую увидел Уилла у железнодорожной станции маленького северного города спустя почти год. — Ты идешь? — из проема в коридор выглянула Джейн. — Чего застрял?       Майк встрепенулся, выныривая из спутанных мыслей. — Д-да, конечно. — Майк отложил формирование очевидных выводов на потом, хотя все и так было ему понятно. — Я, кстати, поддерживаю Дастина в желании выпить кофе. Тут есть турка? — Только вот такая приблуда, — Лукас достал с верхней полки вытянутый чайник со съемным отсеком-дном.       Майк узнал в нем гейзерную кофеварку. — Давай ее сюда. — ему нужно было чем-то занять руки.       Майк не хотел думать о том, что ему хватило одного шутливо-кокетливого взгляда через плечо от Уилла и того, что тот просто оказался рядом, чтобы понять — он в полной заднице.       Потому что ему нравился лучший друг. И совсем не так, как должны нравиться друзья детства.