Поймай северное сияние

С тех пор, как я встретил их,

В моем сердце нет свободных комнат.

С тех пор, как я встретил тебя,

В моем сердце нет места для пустоты из-за тебя.

      Майк провалялся на диване почти весь вечер, пока вокруг него нарезали круги Макс и Уилл, занимаясь подготовкой для вечера в общем кругу. Его пару раз пытались приобщить к суете, но он только отмахивался и утыкался взглядом в рукопись, которую на всякий случай взял с собой с работы. Редактура спокойно ждала до конца отпуска, но Майку очень хотелось отвлечь себя, размять мозги, чтобы не думать о том, как Дастин и Стив могли сейчас обсуждать и его в перерывах между выборами вина в магазинчике рядом с домом. — Нет, Лукас, что за дурацкая идея! — возмутилась Макс пока курсировала между гостиной и кухней с мисками, наполненными солеными закусками. — Это будет не как в тот раз, когда я предложил играть в компании твоих коллег по работе, — Лукас украл горсть чипсов из миски в руках Макс и усмехнулся. — Я не виноват, что они у тебя такие нежные.       Майк молча наблюдал за друзьями, выглядывая поверх стопки распечаток. Он на этой неудачной встрече с друзьями Макс тоже был. Стараясь не вникать в семейную перепалку этих двоих, Майк снова сосредоточился на тексте, который ему совершенно не нравился, как редактору. Но это работа… — Ты заставил Клинта стоять в планке, пока тот не упал без сил, а потом издевался, что он слабак, — Макс посмотрела на своего парня таким взглядом, что можно было прикрываться щитом. — И ты меня поддерживала в этом.       Уилл, вышедший из кухни, передал Макс последние стаканы и бокалы для стола и оперся о спинку дивана, рукой едва не задев макушку Майка, которую тот устало уложил на нее. — Это уже другое дело — он мой друг, — фыркнула Макс и с громким стуком поставила последнюю тарелку с сыром и колбасками на стол. — О чем спорите? — Стив вошел в гостиную с полными руками.       Вслед за ним забежал и Дастин, отряхиваясь от крупных хлопьев снега с улицы. В пакетах звенели банки пива и несколько бутылок вина. Уилл забрал у Стива пакеты и ответил за всех: — Макс против того, чтобы мы играли в «Правда или вызов», — он ушел складывать бутылки в холодильник. Уже оттуда донеслось приглушенное. — Лукас, где штопор? — В верхнем ящике с вилками и ложками, — крикнул ему Лукас и начал искать в Стиве последнюю надежду на поддержку. — Стив, будет весело! — Да я не против, — Харрингтон хмыкнул и сел в кресло у разожженного камина, расслабленно вытянув ноги перед собой. — Майк, Дастин, вы как настроены? — Я за, — легко согласился Дастин, а следом перевел вопросительный взгляд на Майка.       Они скучковались вчетвером на широком диване — Лукас усадил Макс рядом, Дастин и Майк пихались коленками на другом конце. Дастин подмигнул Майку, ожидая его ответ, и ему оставалось только обреченно вздохнуть. — Я тоже не против. — Решено! — хлопнул Стив по подлокотнику и открыл первую банку пива. — А Байерсов ты спросить не хочешь? — выглянула из кухни Джейн, но ее перебил старший брат. — Мы у него считаемся за одного человека, — Джонатан сел на соседний небольшой диван и принялся просматривать отснятые за день кадры. — Ты меня выставляешь каким-то хамом. — Ну почему выставляю? Констатирую факт.       От привычной шпильки в сторону Стива, Партия рассмеялась, а Уилл отбил брату пять и сел рядом. Все-таки сошлись на том, что вечер в кругу друзей можно провести веселее, чем просто болтать за выпивкой. Лукас достал с полки одного из шкафов потрепанную временем яркую упаковку, в которой лежала колода, каждая карточка которой была поделена на два сегмента. — Думаю, все знают, как играть, — Лукас перемешал часть пухлой колоды карт и показал одну карточку всем рубашкой. — Но на всякий случай: синяя половина — правда, красная — вызов. — А если я захочу отказаться от выпавшего задания в карточке? — Джейн с праздным интересом разглядывала первую попавшуюся карточку из отложенной в сторону части карт. — Так нельзя. — А у нас так было можно, — не согласилась она, с укоризной взглянув на Лукаса. — У кого? — Ну, мы собирались в университете курсом, и почти всегда все сводилось либо к «Правде или вызову», либо к «Элиасу» — но на второй игре все обязательно ссорились, — Джейн отложила карты. — Если кто-то не хотел отвечать на вопрос или выполнять действие, то он пил штрафной. — Ладно, — Лукас не стал спорить. — Введем это правило.       На том и договорились. Майк все это время старался не отсвечивать, надеясь, что это оттянет его очередь играть. Вместо этого он принялся открывать бутылку с вином, ловко управляясь с нарзанником. Пробка вышла из горлышка со звонким хлопком, и Майк наполнил свой бокал, а следом еще два, молчаливо протянутые ему. Уилл благодарно кивнул и отдал один из бокалов Джонатану, который наконец отвлекся от просмотра видео и включился в разговор.       Игра уже набирала обороты, Макс с легкостью ответила на вопрос «Крала ли она что-нибудь в магазине», а Дастин завязал свои непослушные кудри в два нелепых детских хвостика, которые теперь торчали у него на макушке. Очередь уверенно подползала к Майку, и он не знал, что хуже: получить стремное задание, или оказаться в неловком положении из-за дурацкого вопроса.       Лукас вытянул следующую карточку: — Майк, — позвал он друга. — Правда или вызов? — Правда. — «Когда ты напился первый раз?» — прочитал Лукас вопрос и разочарованно простонал. — Мы все и так знаем эту историю! — Я не знаю, — встрепенулся Джонатан. — Знаешь, — Майк стыдливо прикрыл глаза ладонью и посмотрел на него сквозь пальцы. — Нэнси не могла тебе не рассказать, потому что все случилось из-за нее и мамы. — Ты напился при родителях? — удивилась Джейн. — Мне было четырнадцать! — Майк покраснел, пока оправдывался, и поправил съехавшие очки. — Мама и Нэнси приготовили эгг-ног, а я не заметил, что там был добавлен ром. И мне никто об этом не сказал! Я был уверен, что она просто переборщила со специями, поэтому так горчит.       Джейн рассмеялась, представив картину, как Майк, будучи нескладным подростком, теряет координацию над своим долговязым телом перед вечно смурным Тэдом Уилером. — Я вылакал, наверное, порции четыре за вечер и поплыл так, что Нэнси тащила меня в комнату чуть ли не на себе, — Майк проворчал это в бокал с вином. — Хоть бы кто предупредил… — В целом, тогда мы и узнали, что Майк пятикапельный, — рассмеялся Лукас, потому что то Рождество он праздновал вместе с Эрикой в доме Уилеров — их родители куда-то уехали. Куда, Майк уже и не вспомнит. — Ладно, идем дальше! Джейн? — Правда, — улыбнулась она, и Лукас перевернул карточку, чтобы зачитать вопрос.       Но вдруг замолчал. — Я перетяну, — растерялся Лукас, но уже Джейн перегнулась через низкий столик и вырвала карточку из рук друга, чтобы зачитать вопрос самостоятельно: — «Что самое ужасное ты делала в жизни?» — озвучила Джейн, и Майк заметил, как дрогнула рука подруги.       В комнате повисла тишина, прерываемая только музыкой из проигрывателя Уилла и потрескиванием камина за креслами. — Джейн, ты можешь просто выпить, — предложил Дастин, но она лишь мотнула головой, стряхнув упавшую на глаза челку. — Нет, — уверенно сказала она. — Здесь и так все не чужие люди.       Она вздохнула, продолжая смотреть в карточку с нечитаемым взглядом, и ответила: — Самое ужасное, что я делала — это убивала людей-… — Не по своей воле, — перебил Стив. — Потому что иначе убили бы тебя, — добавила Макс. — Но это было, — подытожила Джейн и, грустно улыбнувшись, вернула карточку Лукасу. — И это — часть меня… Она в прошлом.       Лукас убрал карточку вниз колоды и уже хотел было вытянуть следующую, но любопытство Майка оказалось быстрее смены темы. — А Том знает… о том, как мы все познакомились? — Майк! — Дастин толкнул его в бок, намекая на то, что он перегнул палку, но Джейн только махнула на это рукой и по-доброму взглянула на них. — Спросишь у него сам, когда встретитесь, — она дотянулась до Майка и потрепала его по плечу, сжав на мгновение руку в своей. — Лукас, давай дальше!       Игра продолжилась, и Уилл без раздумий выбрал вызов, чтобы после на спор с Лукасом попытаться рассмешить друг друга, наполнив перед этим рот водой. Уилл предсказуемо проиграл, потому что его всегда было легко вывести на смех.       Все быстро забыли про неловкую паузу в начале игры и быстро расшевелились, раскручивая каждый вопрос в целую дискуссию. Майк цедил вино, закидывая в рот кусочки сыра и арахиса, пока Стив сочинял на ходу песню про Лукаса, а Джонатан с видом эксперта объяснял, почему все еще не считал свое старое увлечение травкой чем-то предосудительным.       На самом деле, Майк задумался над тем, что Джейн не стала сама отвечать на его вопрос о Томе. Еще в школе Майк спрашивал Уилла о том, рассказал бы он кому-нибудь постороннему о неделе, проведенной в Изнанке, пустой могиле в Роан-Хилл с его детской фотографией и потустороннем монстре. И Уилл тогда ответил, что не рассказал бы.       А вот Джейн он не спрашивал, и очень жалел теперь об этом.       Очередь вскоре снова дошла до Уилла, и он выбрал вызов вместо правды. — Да ладно, чувак, в третий раз? — закатил глаза Лукас. — Ты не хочешь делиться с нами секретами? — Я просто хочу узнать, насколько странными могут быть задания, — Уилл допил свой бокал и пододвинул его к Майку поближе, чтобы тот налил еще немного.       Лукас прочитал задание на карточке и растянул губы в очаровательной в своей пошлости улыбке. — «Уилл, станцуй при всех соблазнительный танец и не выходи из образа хотя бы минуту», — заговорщически проговорил Лукас и хитро прищурился на друга. — Вот тебе и интерес к заданиям! — О, нет, — Уилл рассмеялся, спрятав в руках чуть порозовевшее от вина лицо, и откинулся на спинку дивана. — Да ты издеваешься надо мной, нет там такого задания! — Сам посмотри.       Уилл выхватил карточку из рук Лукаса и заново прочитал текст, убеждаясь в честности друга. Майк наблюдал за развернувшейся картиной, сидя на диване уже с ногами, и задумчиво покручивая между пальцев ножку почти пустого бокала.       Конечно, Уилл сейчас просто откажется и выпьет штрафной, тут даже думать было не о чем. Уилл даже в университетские времена редко танцевал на вечеринках, предпочитая просиживать штаны на пару с Майком, пока Лукас и Макс всеми силами пытались вытащить их на танцпол.       Правда, еще вчера Майк удостоверился, что вполне себе Уилл умел танцевать. И делал это хорошо. В Бостоне, что ли, нахватался? — Я станцую! Но под свою музыку, — Уилл тут же подскочил с дивана и убежал на второй этаж.       Спустя минуту он уже торопливо спустился обратно и открыл крышку в дисководе, чтобы заменить музыку. — Если уж выполнять задание, то хотя бы со вкусом, — Уилл защелкнул крышку и нажал на проигрывателе кнопку перемотки, чтобы найти ту песню, за которой специально сбегал в свою комнату.       Майк готов был поклясться, Уилл не выглядел как человек, который сейчас невероятно стеснялся пококетничать перед друзьями минуту. Наоборот, начинало складываться впечатление, что он относился к затее с юмором и собирался развеселить и остальных. — Давай, принцесса! — уже подыгрывал Стив, но за очередное тупое прозвище снова получил от Джонатана, который не поленился дотянуться до Харрингтона с дивана.       Уилл обернулся к Стиву и подмигнул ему, включив песню. Комнату заполнила легкая распевка, прерываемая звуками синтезатора. Уилл сдвинул маленький столик с закусками подальше от центра комнаты и повернулся к Лукасу и остальным спиной, взглянув из-за плеча на них.

I used to be so ready to run

      Майк сжал бокал в пальцах, наблюдая за тем, как Уилл начал подстраиваться под ритм, мягко переступая ногами на месте, словно крадущаяся кошка. Он покачивал плечами, сверкая глазами в приглушенном свете гостиной. Теплое пламя камина играло оттенками на его лице, когда Уилл поднял голову и потянулся руками вверх, лентами скользя по своим предплечьям.

My philosophy don't let nobody come too close

To handle my love

      В его движениях не было и грамма пошлости. Он будто просто танцевал под понравившуюся ему музыку и разрешал себе двигаться так, как захочет. Но было в этих покачиваниях бедрами и переступаниях с ноги на ногу что-то легкое и немного игривое, как и сама мелодия.

Don't let it show

      Майку показалось, что Уилл на мгновение взглянул на него из-под опущенных век, но вот он уже повернулся к сестре и чуть не рассмеялся, глядя на нее, потому что никто не отменял смущение. Он попытался напустить на лицо побольше шарма, но вышло что-то между попыткой не разулыбаться и кокетливым взглядом, который ему на удивление шел.

Play me the song, play me the song

That will make me belong

      Он вдруг опустился на колени, попытавшись сделать что-то действительно сексуальное по его мнению. Но после пары движений, похожих на те, которыми, видимо, парни в клубах Бостона пытались соблазнить кого-нибудь, Уилл не сдержал смех.       У Майка проскользнула мысль, что, возможно Оливер — друг Уилла — был более раскрепощенным в этом плане, и Уилл сейчас попытался повторить за ним, но не сдержал смущенного смешка и бросил затею с танцами на полу. — А Уилл умеет удивлять, — шепотом сказал Дастин Майку на ухо, но он почти его не слушал, полностью завороженный тем, как двигался его друг.       Он кивнул как китайский болванчик, продолжив неотрывно наблюдать за тем, как Уилл балансировал между игривым танцором и смущенным другом, который в школе долгое время был самым стеснительным и тихим.       Не к месту вспомнилось, что со школьных времен минуло почти семь лет.

Play me the song, play me the song

That will make me belong

      Уилл же тем временем поднялся с пола и прошелся по всем взглядом, в котором так и читалась вспыхнувшая остринка. Он повернулся к Стиву и подцепил его за руку, потянув на себя. — Что? Я? — удивился Стив, широко улыбнувшись, но последовал за Уиллом. — И что мне делать? — Ничего, — сквозь тихое посмеивание сказал Уилл и вошел во вкус, приложив палец к его губам, намекнув замолчать и получать удовольствие.       Вокруг послышались подбадривающие выкрики, Лукас даже присвистнул от удивления, а Макс и Джейн уже откровенно заливались смехом, любуясь другом и устроенным им представлением. Уилл же скользил кончиками пальцев по плечам Стива, обходил его по кругу и откровенно заигрывал с ним, чувствуя себя в полной безопасности рядом с другом. Стив даже неумело подтанцовывал, приняв правила игры, и тоже включил обольстителя. Он следил взглядом за движениями Уилла, ловил его руки, которые в тот же миг ускользали из его легкой хватки.       А Майк хотел провалиться сквозь землю, понимая, что он не в силах даже отвести взгляд от того, каким может быть Уилл. Его Уилл, которого в начальной школе дразнили за молчаливость. Уилл, который предпочитал вечеру на вечеринке, поход в кино или проработку сюжета для новой сессии Подземелий.

This spell you have forever on me

On me, on us

      На этот раз Майку не могло показаться, что Уилл метнул взгляд от Стива на него и улыбнулся, шутливо выгнув бровь и отпустив Стива. Вместо этого он потянулся к Джейн, которая уже покачивалась в такт ритмичной танцевальной песни. Они рассмеялись, Уилл окончательно вышел из образа и начал дурачиться с сестрой, подпевая словам, нелепо пропуская слова и почти не попадая в ноты. Оттого в этом крошечном моменте чувствовалось что-то живое и настоящее.       Просто брат с сестрой дурачатся, подначивая старшего друга активнее качать бедрами. Просто выполнение глупого задания, выпавшего на карточке. Просто жизнь, когда вы молоды, впереди вся жизнь, а вокруг друзья, с которыми ты ближе и роднее, чем можно себе представить. Песня продолжила играть, но Уилл уже упал обратно на диван вместе с Джейн, раскрасневшийся и веселый. Еще один его взгляд пробежал невесомыми мурашками по спине Майка, и он прижал к себе колени, сжав ножку бокала пальцами и отставив его на стол. — А я не знала, что вы со Стивом так близки, — не смогла Макс упустить момент бессовестного взаимного флирта между этими двумя.       Майк увидел, как Уилл переглянулся со Стивом, и они разразились громким хохотом, заглушающим сменившуюся музыку. Стив откинул челку и хитро прищурился на Макс. — Ты даже не представляешь, как раскованно могут чувствовать себя два друга, которые знают, что точно не интересуют друг друга в этом плане, — он закинул в рот пару виноградин и продолжил. — Я пару раз ходил с Уиллом в клуб и даже пожалел, что не гей. Парни вешались на меня, а с девчонками там ловить нечего, даже если забредали натуралки. — Уилл, на свадьбе мы с тобой должны танцевать до тех пор, пока я не сотру ноги на каблуках, — Макс подмигнула другу, и он вернул ей обещание довольным кивком. — Лукас, кто следующий? — Мы немного сбились, так что дальше Майк, — Лукас вытянул карточку и уже готовился к выбору друга.       Танцевать, стоять на руках или изощряться в придумывании песен Майк не хотел, поэтому в очередной раз просто выбрал правду, готовый, если что, выпить штрафной. Лукас в ответ на это опять многозначительно улыбнулся. — «Когда у тебя был первый раз?» — зачитал он вопрос. — Я, пожалуй, выпью штрафной, — запнулся Майк и потянулся к своему пустому бокалу, но Дастин выхватил его из-под носа и пошел в наступление. — Да ладно, Майк, мы все знаем друг про друга достаточно подробностей. — Отдай бокал, Даст, — Майк протянул руку за бокалом, но безуспешно.       К допытыванию подключился Лукас, перебирая карточку между пальцев и рассуждая вслух. — Про Мэри мы знаем уже давно, но ведь была еще Лилиан, и вы встречались больше года, — Лукас поднял взгляд наверх, вспоминая, рассказывал ли Майк что-нибудь про их отношения, кроме дежурных «мы сходили в кино».       Майк же постепенно закипал, не желая дальше продолжать тему, которая заставляла его робеть даже перед друзьями, которых знал сто лет. Еще и Стив внимательно слушал их перепалку, а Джонатан показательно повернулся к Джейн и увлек ее в тихий разговор между ними. — Лилиан была младше на два года, — встал в оборону Майк, сев поглубже в диван. — Но и тебе уже было двадцать два, неужели вы за год-…       Сердце нервно забилось внутри, объявив тревогу, и Майк ляпнул, не подумав, единственное, что смог вспомнить. — Лилиан отсосала мне! — и сразу пожалел о сказанном.       На него уставились все присутствующие, а Лукас все не унимался. — Это было весной — ты рассказывал мне — а через месяц вы расстались. — Лукас, давай просто продолжим игру. — Но до секса-… — Не дошло, ясно? — взорвался Майк, подскочив с места. — Я девственник. Ты доволен?       Дастин схватил его за руку, но Майк вырвал ее и вышел из-за стола. Его окатила волна стыда, с которой невозможно было бороться. — Чувак, остынь, все в порядке. — Продолжайте пока без меня, я скоро вернусь, — на этом моменте Майк вышел на террасу, прикрыв за собой дверь.       Поздним вечером на улице холодно и темно, а свет снаружи не горел. Майк подошел к боковым перилам, чтобы остальной Партии не было его видно за окнами. К горлу подкатывал позорный комок стыда за то, что ему пришлось болтать о своих успехах — а точнее, их отсутствии — в постели, учитывая, что по количеству девушек Майка обгоняли разве что Стив и Дастин во всей компании.       Ему неловко было признаваться в этом. Стоило просто настоять на том, чтобы выпить штрафную порцию вина залпом и сразу же захмелеть. Но друзья проявили по-детски глупую упертость, не оставляя попыток наладить личную жизнь Майка. В другом случае он был бы им даже благодарен, но не сейчас.       У Лукаса всегда была Макс. Дастин, хоть и любил, кажется, за всю жизнь лишь одну Сьюзи, успел в университете приударить за девушками и не стеснялся в выражениях, рассказывая о бурной ночной молодости. Им не понять, как неполноценно чувствовал себя Майк, когда речь заходила о пресловутых бейсбольных метафорах в сексе.       Даже Джонатан и Джейн… Да, может, Джонатан расставался с Нэнси, и их перерыв оказался дольше, чем Майк мог предположить, но сейчас они снова вместе и есть друг у друга. А Джейн вообще выходит замуж раньше них всех! Кто бы мог подумать, что девочка из лаборатории, не знавшая определения слова «любовь», поймет его в итоге лучше остальных и будет счастлива.       Про Уилла Майк себе думать не разрешал. Пусть они и не разговаривали на тему отношений друг друга еще с выпуска из школы, Майк не мог не заметить, что на первых курсах университета его друг далеко не каждый день ночевал в их общей комнате в общежитии. Если он хорошо подумает, то даже сможет вспомнить, как звали того парня, с которым Майк часто видел Уилла на перерывах между занятиями. Джеймс, Джон… Да не важно!       Майк не хотел думать об этом подозрительно милом парне, выше Уилла на полголовы — что в далеком девяносто первом, что сейчас. Все равно Уилл порвал с ним довольно быстро, и их жизнь вернулась на круги своя. Они снова сидели вместе допоздна за подготовкой к сложным предметам, встречались на обед, если занятия проходили в одном корпусе, и часто заходили на подработку к Макс в кафетерий на кампусе. С кем Уилл мог встречаться в Бостоне, Майк даже не мог предположить и, если честно, не хотел.       Простояв на улице уже минут пять, пытаясь охладить багровые горячие щеки и привести голову в порядок, Майк закономерно замерз. Из приоткрытой стеклянной двери доносилась тихая музыка из того же альбома неизвестных Майку исполнителей, под которую совсем недавно танцевал Уилл.       Было ли дело в том, что Майк раньше просто не замечал, как мог двигаться Уилл, или же причина была намного проще, он не знал. Но Майк уже понял — что бы Уилл ни сделал, Майк найдет в этом деталь, способную заставить его улыбаться. Будь то неловкое падение на склоне горы, снежок, брошенный в него сквозь смех, и простой будничный разговор. Майку просто было всегда комфортно и хорошо с Уиллом. Но после представления, которое устроил Уилл, Майк открыл еще один слой реакций своего тела.       Уилл мог ненамеренно заставить Майка смутиться, засмотреться и почувствовать, как внизу живота скапливается приятное тепло, которому хотелось найти выход. Прикоснуться. Присоединиться к нелепому танцу. Оказаться на месте Стива. Боже, о чем Майк вообще думал…       Дверь за его спиной тихо скрипнула, и через пару секунд на плечи Майку опустился плед. — Тебе так не терпится заболеть, да? — Уилл привалился к перилам рядом с Майком, разглядывая прояснившееся за вечер небо, усыпанное звездами. — Я бы скоро вернулся, — отмахнулся Майк, но благодарно ткнул друга в бок, поплотнее кутаясь в плед, чтобы хоть немного согреться. — Лукас переживает, что зря прицепился к тебе с ненужными расспросами, — продолжил Уилл. — Хотел побежать за тобой следом, но мы сказали дать тебе побыть наедине с собой. — Мы? — Я и Джейн, — Уилл чуть повернул голову, отвлекаясь от разглядывания звезд на небе.       Майк на это усмехнулся, совсем не удивившись, что это были именно они. — Вы всегда знаете меня лучше всех. — Но я никогда бы не подумал, что ты будешь так паниковать из-за вопроса о сексе.       Майк удрученно простонал, привалившись спиной к стене дома и стукнувшись затылком о деревянные доски. Только разговора с Уиллом ему не хватало для полной картины вечера. — Да что в этом такого, я не понимаю! — Уилл всплеснул руками, полностью повернувшись к Майку, и посмотрел на него с доброй улыбкой. — Я не целовался уже сто лет и не чувствую себя ужасно из-за этого. — Уилл, это немного другое, — Майк пытался всеми силами свернуть разговор, опять спрятав лицо в ладонях. — Я почти двадцатипятилетний девственник — это позорище.       Уилл закатил глаза на самобичевание друга и подошел ближе, чтобы убрать руки Майка от лица и заглянуть в темные глаза за линзами очков. — Зато ты больше всех целовался в школе, — напомнил он ему.       Майк скривился, состроив выражение брезгливости напополам с неловкостью. — В школе, Уилл. С твоей сестрой. — Я не обсуждал это с ней. — О, она точно говорила, что я отвратительно целуюсь!       Майк смерил друга оценивающим взглядом, ожидая реакции, но Уилл только поджал губы в попытке сдержать смешок. Пальцы друга приятно грели его запястья, которые Уилл до сих пор не отпустил, после того, как оторвал их от лица Майка. По нему сразу стало понятно, что Майк попал в цель со своим предположением о поцелуях. — Я угадал? — Да… — смущенно ответил Уилл и криво улыбнулся.       Из гостиной все еще доносились приглушенные звуки музыки, перебиваемые голосами друзей, уже активно обсуждающих новую животрепещущую тему. Отвлеченно Майк подумал, насколько чувственную музыку последнее время слушал Уилл. То дерзкая девушка пела ему в наушниках о незавершенных делах и украденных сердцах, то теперь будто издалека мягкий голос парня мечтал об узах, связывающих людей. — Ты очень красиво танцуешь, — уронил Майк, лишь бы заполнить случайную тишину между ними на холодной террасе.       Уилл недоуменно выгнул бровь, не ожидавший внезапного комплимента, но Майк почувствовал, как тот на мгновение сжал пальцы на его запястьях. — Спасибо?       Майк засуетился, перехватив руки Уилла, и развел их в стороны, чтобы сократить расстояние между ними еще немного. — Нет, правда! — начал настаивать Майк. — Я никогда не думал, что ты можешь быть таким…       Слова запнулись, не зная, какое из них подошло бы Уиллу больше. Открытый? Яркий? Свободный? — Каким? — любопытно наклонил Уилл голову.       А Майк так и не смог подобрать подходящее описание, хотя был литературным редактором и даже временами возвращался к собственной книге, которую в мечтах хотел бы когда-нибудь опубликовать. — …таким, — только и смог тихо сказать Майк, но Уиллу этого будто оказалось достаточно, и он смущенно отвел взгляд в сторону. — Так… Ты не целовался сто лет?       От вопроса Майка у Уилла вспыхнули щеки. Он округлил глаза, уставившись в упор на Майка, и заметался взглядом по его лицу. Эта картина заставила Майка тихо рассмеяться — приятно осознавать, что не только тебе неловко в сложившейся ситуации. Даже если от взгляда Уилла дыхание замедлялось и снова сбивалось, от рук Уилла, все еще держащих его руки, сердце ухало вниз, сбитое с толку близостью. — В рейтинге по количеству поцелуев я занимаю последнее место, — признался Уилл. — Последний раз был с Джошем. — Так вот как его звали, — Майк отпустил руку Уилла и хлопнул себя по лбу, наконец вспомнив, как звали парня со второго курса. — Ты думал о нем? — в замешательстве нахмурился Уилл интересу Майка к его бывшему. — Вспомнил его недавно и понял, что даже имя из головы вылетело, — Майк бессовестно соврал. — Погоди… С ним последний раз? Шесть лет назад? — Пять, — поправил Уилл, поежившись на холодном ветру.       Майк стряхнул с себя плед и развернул его полностью, чтобы накинуть часть обратно на себя, а часть на Уилла, спрятав его от мороза. — Придвинься, плед — не парашют, все-таки, — Майк дернул Уилла на себя за рукав свитера, он оказался совсем близко к нему и почти прижал Майка к стене дома. — Легче было бы вернуться в теплую гостиную, — намекнул Уилл, но никто из них не предпринял поползновений в сторону двери. — Ты прав, — глупо согласился Майк, но вместо этого продолжил наблюдать за другом, который придвинулся еще поближе и поправил плед на плече.       Странно, но оказавшись с Уиллом наедине в сумраке вечера на открытой террасе, Майку совсем не было холодно, хотя он мерз всего пару минут назад. Их дыхание смешивалось где-то посредине, глаза друга медленно гуляли по лицу Майка, и он подумал, что сейчас те по цвету напоминали хвойный лес, припорошенный снегом. Совсем как тот, что был у Уилла за спиной. — Ты все еще отвратительно целуешься? — совсем тихо вдруг спросил Уилл, задержав взгляд на губах Майка. — Не знаю, я не целовался три года и никогда не интересовался впечатлениями, — в тон почти шепотом ответил он, и аккуратно отпустил вторую руку Уилла, чтобы положить ладонь на его плечо, разглаживая несуществующие складки.       Они стояли непозволительно близко даже для двух лучших друзей, которыми их считали все вокруг. Прямо за стенкой активно спорили о чем-то их друзья, и им нужно было пошутить какую-нибудь глупость про поцелуи и вернуться в дом, пока их не потеряли.       Но Уилл молчал. Молчал и Майк, совсем запутавшись в обещаниях самому себе не портить дружбу между ними ненужными никому чувствами и желанием узнать, как будут ощущаться губы Уилла на его губах. Но как же сильно Майка сбивал с толку Уилл, сначала разоткровенничавшийся по поводу прошлого, а теперь еще спросивший его о том, каково это — целоваться с ним.       Уилл неуклюже переступил с ноги на ногу, устав стоять в одном положении, но споткнулся на ровном месте и потерял равновесие, выставив вперед руку, чтобы не упасть. Ладонь глухо хлопнула справа от головы Майка, и их носы почти столкнулись. От горячего дыхания Уилла, опаляющего лицо Майка, стекла очков у последнего даже немного запотели, и они неловко и очень тихо рассмеялись этому. — Видишь мои веснушки? — спросил Майк, подняв очки наверх и оставив их в запутанных кудрявых волосах. — Даже в темноте… — вернул Уилл недавнее замечание Майка о ненавистной им россыпи точек на его лице. — Хочу посмотреть на них еще немного, можно?       В какой-то момент Майку показалось, что друг спрашивает совсем не о веснушках. Или это все его трубящий тревогу мозг подавал последние сигналы здравого смысла, моля о том, чтобы расстояние между их лицами перестало быть настолько ничтожным. А вот самому Майку наоборот хотелось послать к черту все данные себе обещания, не ввязывать Уилла в свои сердечные разборки, и поцеловать его прямо сейчас.       Он, не до конца отдавая себе отчет в действиях, потянулся вперед, не отрывая взгляда от глаз напротив, но в последний момент остановился, испугавшись собственных действий. Он же мог просто сейчас надавить Уиллу на старую болячку, давно превратившуюся в шрам. Поэтому Майк, резко дернулся назад, уже собираясь оправдываться, но уперся затылком отнюдь не в стену. Рука Уилла зарылась пальцами в отросшие за зиму волосы, запутавшись между прядей, мягко надавила, безмолвно попросив вернуть украденный момент.       В глазах Уилла читалось слишком много оттенков эмоций, которые Майк мог лишь попытаться угадать. Знал ли Уилл, что Майка не просто потянуло на эксперименты? Догадывался ли о чувствах Майка, так запоздало проснувшихся и поднявших головы в его душе? Или Уилл просто решил отнестись к их случайному взаимному притяжению, вспыхнувшему будто бенгальский огонек, как к возможности наконец узнать, так ли плохо целуется Майк Уилер, как ему рассказывала когда-то сестра?       Ни одного ответа во взгляде Уилла прочитать было невозможно. Но чего там точно не было, так и это страха и злости. А вот — придуманной Майком или реальной — нежности и желания там оказалось целое море.       Они потянулись друг к другу, и их губы столкнулись в мягком и осторожном поцелуе, который будто спрашивал разрешение. Майк сжал пальцы на плече друга, чувствуя, как внутри все скручивается в один тугой клубок и вспыхивает жаром по всему телу. Пальцы Уилла на его затылке чуть сжались, ногти царапнули кожу, и Майку захотелось остаться в этой секунде подольше. Губы аккуратно двинулись, нерешительно знакомясь с другими, их рты двигались медленно и даже немного пугливо, будто действительно пробовали на вкус друг друга.       Майк прикрыл глаза вслед за Уиллом, разрешив себе полностью провалиться в момент, о котором он не разрешал себе даже думать. А он вот, свалился на голову, как снег с крыши. Каково целовать лучшего друга? Не спрашивайте сейчас об этом Майка, он не сможет выдавить и слова. Это было… тихо. Будто они крали друг у друга первый поцелуй, будучи подростками. Неловко. Потому что он знал этого человека всю жизнь. Мягко и тепло. Словно он вдруг оказался в самом подходящем для себя месте. Желанно и страшно. Потому что он хотел этого и одновременно боялся последствий.       Уилл отпустил губы Майка, тяжело выдохнув ему в рот, и открыл глаза, столкнувшись с другом взглядами, покрытыми дымкой наваждения. Господи, что же они натворили… Переведя рассеянный взгляд в сторону, Уилл отдышался и вдруг удивленно посмотрел на небо. Он дернул Майка за руку, указывая вверх пальцем. — Смотри! — севшим голосом сказал Уилл. — Ты тоже это видишь?       Майк не хотел видеть сейчас ничего, потому что его голову уже наводнили миллион истеричных вопросов и паникующих предположений о том, что будет дальше. Но он послушно посмотрел туда, куда указывал Уилл, и в следующее мгновение не поверил своим глазам.       Между гор едва различимым силуэтом различались мягкие контуры заснеженных деревьев, а прямо над ними — танец зелёных и фиолетовых волн. Северное сияние разлилось по ночному небу как краски, которые случайно смахнул рукой художник. Зеленые переливающиеся всполохи смешивались с бледно-фиолетовыми и создавали ощущение нереальности происходящего.       Майк неверяще рассматривал небо и Уилла, который первый раз в жизни видел это природное явление. Казалось, сама природа подкинула им безболезненный способ отложить осознание того, что они только что сделали. — Не могу поверить, что природа способна на такое, — восхищенно сказал Уилл, но Майк наблюдал лишь за тем, как сильно его друг сжал пальцы на перилах, пряча дрожь в руках. — Уилл, мы-…       Дверь шумно распахнулась, и на террасу выбежали Джейн и Дастин, скорее всего заметившие северное сияние через окно в комнате. Вслед за ними потянулись остальные. — Вы любуетесь этим чудом и даже не зовете остальных? — возмутилась Джейн, прислонившись к перилам, чтобы как можно лучше рассмотреть игру света на чистом февральском небе. — Мы сами только что заметили, — уклончиво защитился Уилл и прижал сестру к себе, чтобы вместе полюбоваться мягким сиянием.       Партия одной большой массой скучилась на террасе, Джонатан попытался сфотографировать северное сияние на камеру, но выдержка не вытягивала передачу света, и вместо чуда природы получалось лишь размытое пятно на фоне леса и гор. Бросив эту затею, он просто присоединился к остальным и наслаждался открывшимся видом, который очень редко удавалось застать даже в северных штатах страны.       Майк стоял совсем близко к Уиллу, все еще разделяя с ним один на двоих плед, но тепло между ними стремительно улетучивалось, как и ощущение чужих губ на своих. Будто поцелуй тоже был наваждением, игрой света, случайным помутнением рассудка.       Но поцелуй был. Майк поцеловал своего лучшего друга, а теперь стоял рядом с ним в окружении близких и не знал, что ему делать дальше. План окончательно потерпел провал, и теперь ему предстояло разбираться с последствиями, которые он сам спровоцировал.