Импульс

      С того момента желание стать героем перестало быть для него детской игрой.       — Ха… Уже зима, а этот парень до сих пор на своём скейте гоняет?       — И не говори…       Хито отталкивался от земли, ехал на скейте, будто скользил по льду. Конечно, асфальт был сухой, и никаким льдом даже не пахло. Снег шёл редко и не успевал накапливаться. Но мороз никто не отменял – холодный ветер дул парню в лицо, но тот не обращал внимания ни на ветер, ни на людей вокруг.       Чёрные разукрашенные колёса ехали по дорожке к школе, иногда переезжая камни. Подъезжая к воротам, Хито соскочил со скейта и подобрал его в руки. Подходя к зданию школы, он уже начал развязывать тёмно-красный шарф.       — Токито-сан!       Хито остановился и обернулся, смотря на источник звука. Невысокая школьница подбежала к нему, тяжело дыша и выпуская пар в холодный воздух.       — Что случилось?       — Ты сделал домашку по математике? Можно списать?       Парень усмехнулся и, сдерживая улыбку, отвёл взгляд.       — Что? Домашку? Нет.       Девушка недоумевающе посмотрела на Хито и заморгала.       — Нет, не сделал? Или нет, не дашь?       Хито развернулся и пошёл к школе.       — Нет.       Хмыкнув про себя, парень вошёл в здание школы, не собираясь ждать надоедливую одноклассницу. Подойдя к шкафчикам, он поставил скейт на пол и сел на него, чтобы снять ботинки и надеть сменную обувь. Завершив своё перевоплощение в обычного школьника, он запихал все свои вещи в шкафчик и направился к своему классу, закинув школьную сумку за спину. Многие смотрели на него с разными эмоциями в глазах. Всё-таки Хито почти знаменитость в этой школе. Он тот, кто увереннее всех заявил, что поступит в U.A. После этого заявления на него бросали то восхищённые, то презрительные взгляды. Но парень уже знал, что, чтобы стать героем, он должен в упор не замечать ни то, ни другое. С этим он справлялся просто блестяще, игнорируя и учеников и учителей.       Наконец он добрался до своего класса и открыл дверь, зевая. Вошёл, особо ни с кем не здороваясь. Сел на своё место и посмотрел в окно. Хито не любит зиму. Всё вокруг серое, деревья голые, на улице холод. Нельзя надеть свободные шорты, повернуть кепку назад и прокатиться на скейте прямиком по дороге, помогая набирать скорость причудой, а затем подпрыгнуть и проехать по перилам, ограждающим дорогу от местного пляжа, заваленного такими горами мусора, что даже солнца не видно.       Ох… кстати о том пляже. Кажется, в последние несколько месяцев там стало гораздо чище. Кто-то занялся этим?       Прозвенел звонок, и учитель вошёл в класс. Хито зевнул, пока их классный руководитель – седовласый, худой мужчина с длинным, противным, будто у крысы, носом – рассказывал что-то у доски. Парень уже было хотел прилечь на парту и отоспать все те часы, что провёл за игрой в компьютер этой ночью, но его имя прозвучало громко и строго на весь класс.       — Токито!       Хито резко поднял голову и выпрямился по струнке, сложив руки на парте.       — Хай, сенсей!       По классу пробежали смешки: он всегда отвечал так, когда его звали учителя.       — Токито-кун, я прошу тебя ещё пару раз подумать и обсудить всё с родителями перед поступлением в U.A. Это не так просто, как ты думаешь. Ты должен усердно готовиться к вступительным экзаменам. А всё, что я вижу — это то, как ты спишь на уроках.       Голос учителя стал чуть мягче, и Хито даже почувствовал себя виноватым ребёнком.       — Я не сомневаюсь, что все ваши причуды сильные, но, чтобы поступить в такую престижную старшую школу, как U.A., вы должны развивать их самостоятельно.       Хито вздохнул, склоняя голову, а затем резко встал. Стул отъехал и ударился о заднюю парту. Парень положил руки на стол и посмотрел на учителя самым решительным взглядом, на который был способен.       — Сенсей, если вы чего-то не видите – это не значит, что этого нет.       Глаза парня резко расширились, взгляд усилился с пугающей интенсивностью. Он будто смотрел сквозь мужчину, сквозь воздух. Глаза блестели, словно изумруд на солнце.       — Я вижу, сенсей… Я усердно тренировался, и теперь я вижу намного чётче…       Губы Хито растянулись в лукавой улыбке, и он наконец моргнул, слегка щурясь от смеха.       — Я стану величайшим героем и прославлюсь на весь мир. Не сомневайтесь во мне.       Довольно задрав подбородок, парень плюхнулся на стул под вздохи и смешки одноклассников. Где-то рядом послышался треск, и Хито мельком взглянул в сторону. Один парень, которого Хито хорошо знал, сжимал свой карандаш с ужасающей силой. Приподняв бровь, Хито хмыкнул и снова отвернулся к окну.

***

      Хито выбежал из класса, как только прозвенел звонок. Наконец-то уроки закончились. Но уйти далеко он не успел. Крупная ладонь схватила его за шиворот и резко дёрнула назад.       — Чёрт, придурок, отцепись от меня! — Вырвалось у него.       Хито дёргался, пытаясь вырваться, хватался за чужое запястье, но хватка не ослабевала. Его протащили по коридору и резко остановили за углом.       — Ты кем себя возомнил, Токито? Думаешь, ты лучше всех?       Рука наконец разжалась, и Хито резко развернулся. Перед ним стоял с угрюмым лицом. Чёрные волосы были зачёсаны назад, как у старомодного хулигана. Широкий нос, тяжёлая нижняя губа, густые брови и взгляд, от которого становилось неприятно. Весь его вид давил.       — Сайто… — Хито прищурился, — чего тебе от меня надо? Тебе в кайф таскать меня за шиворот? — Он сжал кулаки и повысил голос, не отступая ни на шаг.       Сайто нахмурился и посмотрел на свою руку. Сжал ладонь пару раз, будто проверяя что-то. Напряг мышцы – и на секунду активировал причуду. Затем сразу же расслабил пальцы, отключая её.       — Ты слишком громкий, — протянул он и поднял тёмные узкие глаза на Хито, — эта твоя уверенность… Будто ты уже знаешь, что поступишь.       Уголок губ дёрнулся в усмешке.       — Как букашка под ухом. Пищит и думает, что её слышат. Такому, как ты, никогда не попасть в такое первоклассное заведение. Ты ни в учёбе, ни в спорте не тянешь.       Хито опустил голову, глядя на свои ноги. Эти школьные туфли ужасно его бесили. Хотелось поскорее снять их и надеть свои ботинки. Он поднял взгляд с ухмылкой.       — Хочешь сказать, что даже у жука больше уверенности, чем у тебя? — Он выпрямился, гордо выпятив грудь, — Тебе не стать героем, если ты считаешь стыдом просто встать и громко сказать: «я – герой».       После этих слов Сайто хмыкнул, хмурясь, развернулся и ушёл. Шаги постепенно растворились в коридорном шуме, но Хито ещё пару секунд стоял на месте. Щёки у него слегка горели – неприятное, почти детское чувство. Он слишком резко сказал это? Слишком громко? Как будто пытался доказать не Сайто, а самому себе. Поджав губы, он провёл рукой по шее и выдохнул.       — Блин…       Больше он ничего не сказал и быстро направился к шкафчикам. Коридор уже начал пустеть: кто-то смеялся вдали, кто-то торопился домой. Двери хлопали одна за другой. Школьный шум постепенно превращался в глухой фон.       Хито открыл шкафчик, закинул туда учебники, почти на автомате. Движения были быстрые, привычные – как будто он делал это не думая. Сменил обувь, чуть сильнее обычного зашнуровал ботинки и захлопнул дверцу. Скейт он подхватил сразу, как только вышел из ряда шкафчиков. На секунду задержался у выхода. Потом – резкий шаг вперёд.       Одним движением он вылетел из здания школы. Холодный воздух ударил в лицо, но это только заставило его ухмыльнуться. Доска почти сама легла под ноги – привычное движение, отработанное до автоматизма. Колёса щёлкнули по асфальту. И он поехал. Сначала медленно, потом быстрее — дорога шла вниз, и тело само поймало ритм. Ветер тянул за шарф, за волосы, за мысли. Город вокруг будто размывался по краям. В голове всё ещё всплывал голос Сайто.       «Ты ни в учёбе, ни в спорте не тянешь…»              Хито хмыкнул, чуть сильнее надавив ногой на доску.       — Пф…       Времени на стыд не было. Нужно было ехать домой, переодеться и собраться на тренировку.

***

      Хито ввалился домой, что-то бормоча себе под нос. Слова Сайто всё ещё крутились в голове, раздражая сильнее, чем он хотел признавать. Он даже не поздоровался.       На кухне отец что-то готовил — запах тёплой еды заполнял квартиру, но Хито лишь мельком прошёл мимо, не остановившись. Дверь в комнату хлопнула чуть громче, чем нужно. Он быстро собрал вещи – кимоно для тренировки по тхэквондо, сменную одежду – всё на автомате, почти не глядя. Пальцы двигались резко, движения были чуть дёргаными. Через минуту он снова вышел и направился на кухню.       — Пап, мне нужен быстрый перекус. Ты опять много наготовил? Просто сделай мне бутер.       Голос прозвучал резче, чем он хотел. Соума на секунду замер у плиты. Он ничего не сказал, только чуть опустил взгляд, продолжая заниматься едой. Это было не про него. Но всё равно задело.       Хито быстро схватил перекус, почти не глядя, что именно взял.       — До вечера, — бросил он на ходу, уже направляясь к выходу.       Не дожидаясь ответа, он подхватил скейт и выскочил на улицу. Холодный воздух снова ударил в лицо, но это только помогло – мысли немного прояснились. Доска привычно легла под ноги. Он оттолкнулся – раз, другой – и покатился вперёд, выезжая из тихого частного района. Узкие улицы, аккуратные дома, редкие прохожие – всё быстро оставалось позади. Дорога постепенно вела вниз, и скорость росла сама. Ветер свистел в ушах, тянул за одежду, срывал остатки раздражения. Хито хмыкнул, глядя вперёд. Там, дальше, начинался основной город – шумный, живой, полный движения. Где-то там его уже ждал Рэн. Они договорились встретиться и пойти на тренировку вместе.

***

      Я делал растяжку, пока мне на спину давили пятьдесят семь килограммов костей в мешке из кожи. Этот парень был до смешного худым, – сколько бы я его ни кормил, ничего не менялось.       — Хито, ты ещё не передумал поступать в академию U.A.? — Спросил Рэн, изо всех сил наваливаясь на мою спину.       Я уже согнулся почти до пола, грудью касаясь покрытия, но не издал ни звука.       — Конечно не передумал. Если я так легко откажусь от этого, разве моя мечта вообще чего-то стоит?       Я вытянулся ещё сильнее, складываясь почти пополам.       — Всё, хватит. Меняемся.       Рэн слез и сел на пол, раздвинув ноги и наклонившись вперёд. Я не такой худой, как этот дохляк. Стоило мне опуститься ему на спину, как сразу послышалось сдавленное кряхтение.       — Н-нет… Прошу… Полегче… — Пробормотал он, уткнувшись лбом в пол.       Я лишь усмехнулся, покачиваясь на его спине.       — Боже, ты такой худой. Почему ты вообще не набираешь вес? Ты что, специально голодаешь? — Я фыркнул, — ладно, понял. После тренировки идём жрать.       Рэн тихо заскрипел подо мной, и я чуть приподнялся, уменьшая нагрузку. Он злобно зыркнул на меня через плечо, и я на секунду задумался.       — Ты чё… реально голодаешь?       Он резко выпрямился, скидывая меня со своей спины. И откуда у такого дохляка столько сил?       — Нет, я не голодаю, — Рэн опустил голову и снова потянулся вперёд. Немного помолчал, будто собираясь с мыслями, — знаешь… Я тут подумал. Я тоже хочу поступить в U.A.       Я замер на мгновение. Глаза сами расширились. А потом меня прорвало.       — Ты? — Я рассмеялся, — Боже, не смеши меня, сопляк.       Я сразу заметил, как покраснели кончики его ушей. Он нахмурился и что-то тихо пробормотал себе под нос.       — Неужели тебе так смешно? Думаешь, я не смогу?       Он поднял голову и посмотрел на меня. Редкий момент. Глаза у него горели, а на щеках выступил румянец.       — Без меня ты далеко не уйдёшь. Поэтому я поступлю вместе с тобой. Просто… Не на геройский, — он отвёл взгляд, — на факультет поддержки.       Последние слова прозвучали тише. Я на секунду замолчал. А потом снова рассмеялся и навалился на него сильнее, прижимая к полу.       — Ха… Боже, ты такой смешной, Рэн.       Я накрыл ладонью его голову и растрепал волосы. Смех постепенно стих. Я остался сидеть на нём, но голос стал тише.       — На самом деле… Я рад, — я сделал паузу, — рад, что мой лучший друг будет рядом. И рад, что ты идёшь за мной.       Я слегка наклонился вперёд.       — Давай станем лучшей командой в будущем, Рэн.       Он немного помолчал, мотнул головой и сбросил мою руку. Щёки всё ещё были красными.       — Да…       Наш редкий момент поддержки прервал тренер. Старик едва помещался в своё растянутое кимоно. По его команде все ученики быстро выстроились в ряд. Он ходил перед нами, размахивая странной дубинкой – ощущение было, будто он где-то стащил её у полицейских.       Мне не нравился тренер. И не нравились большинство людей в этой секции. Но само тхэквондо… Я любил его до дрожи. До трепета в груди, до покалывания в пальцах. Я даже не мог нормально объяснить это чувство. Когда выходишь на ринг, когда делаешь замах – и в этот момент по телу разливается адреналин… Почти то же самое я чувствовал на скейте. В этом была вся моя страсть: махать ногами и прыгать на доске. Ну, по крайней мере, так говорила мама. Я невольно усмехнулся. И тут же получил подзатыльник.       — Соберись, Токито.       Этот старик бесит.       Тренировка прошла без особых сюрпризов. По-избивал грушу. По-избивал Рэна. Ничего нового. После тренировки тоже всё было как обычно. Я шёл по улице, держа скейт в руках. Рэн шагал рядом. Иногда мне казалось, что наши шарфы выглядят как парные – его зелёный, мой красный. Я снова усмехнулся про себя. И тут же поймал на себе его странный взгляд.       — Что? — Я приподнял бровь.       — Ничего… — Он отвёл глаза, — Кстати, ты обещал меня угостить.       — Я ничего не обещал, нахлебник.       Рэн слегка надулся. Я поднял взгляд к небу. Снег не шёл. И солнца не было видно. Просто серое, глухое небо. Я тихо выдохнул. Не говоря ни слова, мы свернули за угол и зашли в небольшое заведение, где подавали простую горячую еду.       Тёплый воздух сразу ударил в лицо, как только мы зашли внутрь. После улицы это ощущалось почти нереально. Мы молча сняли куртки, развязали шарфы и повесили их у входа. Я привычным движением поставил скейт под стол, прижав его ногой. Небольшое заведение было почти пустым. Пара столиков у стены, тихий гул кухни и запах бульона, от которого сразу скрутило живот.       — Садитесь, садитесь, — раздался хрипловатый голос.       За стойкой стоял старик – невысокий, с мягким лицом и прищуренными глазами. Он выглядел так, будто знал всех своих посетителей по именам.       — О, снова вы, — он усмехнулся, — Как обычно?       — Ага, — я кивнул, уже устраиваясь за столом, — и побольше.       Рэн тихо вздохнул и поздоровался, садясь напротив.       — Добрый вечер, Танака-сан.       Через пару минут перед нами поставили миски с одэн. Пар поднимался вверх, заполняя пространство запахом тёплого бульона.      Я даже не стал ждать. Схватил палочки и сразу полез в миску.       — Ай… Горячо… — пробормотал я, но не остановился.       — Я же говорил… — Тихо сказал Рэн, аккуратно поднимая кусочек и дуя на него.       Я уже ел вовсю. Шумно, быстро, набивая рот. Ногой я лениво покатывал скейт под столом вперёд-назад, едва заметно касаясь доски носком.       — Ты как всегда, — вздохнул Рэн.       — Мм? — Я что-то промычал, не отрываясь от еды.       Старик вышел из-за стойки и подошёл ближе, скрестив руки за спиной.       — Растёшь, Токито, — сказал он с лёгкой улыбкой, — аппетит как у героя.       — Так и есть.       Он прищурился.       — Всё ещё собираешься в U.A.?       Я чуть приподнял бровь.       — Конечно.       Рядом Рэн на секунду замер. Старик перевёл взгляд на него.       — А ты?       Рэн неловко отвёл глаза.       — Я… Тоже. Но не на геройский факультет.       Старик кивнул, будто ожидал такого ответа.       — Поддержка, значит.       — Да.       Я усмехнулся и ткнул палочками в его сторону.       — Говорит, мол, без него я далеко не уйду. Хватает же наглости...       Рэн нахмурился, но ничего не сказал. Старик тихо хмыкнул:       — Команда, значит.       Он на секунду задумался, глядя куда-то в сторону.       — Герои – это не только те, кто дерётся. Те, кто стоит за ними, иногда делают не меньше.       Я перестал на секунду жевать. Рэн тоже поднял взгляд. Старик улыбнулся и развернулся обратно к стойке.       — Ешьте давайте. Пока не остыло.       Я фыркнул и снова уткнулся в миску.       — Слышал? — Пробормотал я с набитым ртом, — ты, типа, важный.       — Не разговаривай с полным ртом... — Тихо ответил Рэн, но уголок его губ дрогнул.       Я снова усмехнулся и сильнее толкнул скейт ногой под столом.       — Так зачем ты вообще идёшь в поддержку? Из-за своей причуды? — Я снова завёл разговор про академию.       Рэн на секунду замолчал, ковыряя палочками еду.       — Я мог бы попробовать и на геройский факультет… Но ты же знаешь, я люблю делать вещи. Я… Творческий человек. Даже это тхэквондо – не знаю, зачем я вообще начал…       В его голосе появилась странная грусть. Я даже немного опешил. Он лениво ковырял еду, потом поднял на меня свои холодные, узкие глаза.       — Когда я смотрю на тебя, Хито… Я чувствую себя настоящим сопляком.       Я уставился на него, почти не моргая.       — Как ты можешь… — Он поджал губы и снова опустил взгляд в тарелку,— как ты можешь так хорошо учиться, и при этом быть гением в спорте? Всё, за что ты берёшься – получается. И гитара, и рисование, и паркур, и танцы…       Он сжал палочки чуть сильнее.       — Я чувствую себя просто беспомощным рядом с таким, как ты…       Его слова заставили меня замереть. Я за один раз проглотил всё, что было во рту. И впервые за долгое время почувствовал что-то неприятное. Вину? Я никогда не думал об этом так. В моём окружении есть люди, которые смотрят на меня вот так? Но чтобы это был Рэн… Он всегда казался спокойным. Отстранённым. Как будто его вообще не волнуют такие вещи. Я хотел ответить.       — Успокойся, чувак. Ты тоже гений. Гений инженерии. Я вообще-то восхищаюсь твоей хладнокровностью.       Но он перебил меня.       — Нет. Прекрати.       Рэн резко поднял голову.       — Я не хочу, чтобы ты так думал обо мне. Это не то, о чём ты должен переживать. Ты идёшь в герои, – я просто поддержу тебя, — он чуть улыбнулся, — такой талант, как ты, не должен пропадать зря.       Пауза.       Он чуть прищурился, игриво подняв бровь.       — Ты же знаешь… Я не из тех, кто будет переживать из-за подобного, — он усмехнулся, — что, испугался?       Я на секунду опешил от резкой смены настроения. И просто продолжил есть, опустив взгляд.       — Рэн… я хочу, чтобы ты знал...       Вдруг я стал серьёзнее. Сжал палочки сильнее обычного. Пару секунд молчал. Потом посмотрел на него. Он напрягся. И даже чуть дёрнулся, когда я наклонился ближе через стол.       — Рэн-тян, ты просто красавчик.       Я рассмеялся. И в тот же момент он резко ударил меня по ноге под столом.       — Боже, Токито! Ты невыносим! Я тебя ненавижу, слышишь? Ненавижу!       Он вскочил, перегнувшись через стол и схватив меня за одежду. Я не мог перестать смеяться.       — Хватит, Рэн-тян… Ты реально очарователен. Ты чего так смущаешься? Боишься, что какая-нибудь красотка увидит и не захочет с тобой знакомиться? Или я тебя без девушек оставлю?       Я продолжал смеяться, пока он не отпустил меня и не надулся. Я вытер слёзы от смеха и снова взялся за еду.       — О нет… Уже остыло.       Я поднял взгляд. Рэн сидел напротив, всё ещё красный и смущённый, но уже тоже ковырял свою миску, бурча что-то себе под нос.

***

      —Я дома!       Я наконец вернулся домой, бросил скейт в прихожей и снял обувь. Настроение у меня было лучше, чем после школы, и я сразу прошел на кухню. Увидев своего отца смотрящего телевизор, я сразу плюхнулся рядом.       — Что на ужин сегодня? Мама придет? Кстати прикинь, Рэн тоже хочет поступить в U.A! Ха-ха, он такой слабак, я даже испугался сначала, он собирается на поддержку оказывается. Ну ему подходит. Будет мне всякие плюшки делать.       — Поддержка, значит… — Отец хмыкнул, не отрывая взгляда от телевизора, — это тоже хороший путь.       Он потянулся за кружкой с чаем и только теперь посмотрел на меня. Его взгляд задержался где-то между моим растрёпанным шарфом и довольной улыбкой.       — А ты уже решил, что пройдешь?       Я фыркнул и развалился на диване ещё сильнее.       — Конечно пройду. Ты вообще видел меня? Я буквально создан для U.A.       — Мм.       Отец кивнул так спокойно, будто я сказал что-то совершенно обычное. И почему-то это раздражало.       — Эй, ты мог бы хоть удивиться.       — А должен? — Он приподнял бровь,— ты с детства только об этом и говоришь.       Я замолчал на секунду.       Ну… Вообще-то да. Сколько себя помню – я постоянно твердил про героев, драки, фестивали и U.A. Даже скейт мне купили после того, как я увидел какого-то героя, который использовал какую-то доску. Отец вдруг вздохнул и потянулся за пультом, убавляя звук телевизора.       — На ужин карри. Мама поздно придёт.       — Ооо, карри! — Я сразу оживился и подался вперёд, — сделай мне огромную порцию!       — Ты всегда просишь огромную порцию.       — Потому что я растущий организм.       — Ты жрёшь, как бездомный.       Я расхохотался, а отец лишь покачал головой, пряча слабую улыбку за кружкой чая.       — Ты съел свой обед, что брал на тренировку?       Я на мгновение застыл.       Чёрт. Коробка с едой всё ещё валялась в сумке, где-то между формой для тхэквондо и полотенцем. Я ведь сам днём ныл отцу про «быстрый перекус», а потом благополучно забыл про него.       Я натянуто улыбнулся.       — А? Конечно… Было очень вкусно.       Отец посмотрел на меня поверх кружки. Слишком спокойно. Именно поэтому становилось неловко.       — Мм.       Только и ответил он. Будто прекрасно понял, что я вру. Я быстро поднялся с дивана.       — Я тогда пойду вещи разберу.       Подхватив сумку, я почти сбежал в свою комнату. Дверь закрылась за спиной, и я сразу тяжело выдохнул, бросая сумку на пол. Расстегнув молнию, я уставился на несчастный контейнер с едой. Он даже ещё тёплый был.       — Чёрт…       Я виновато почесал затылок и сел на корточки рядом с сумкой. Иногда мне казалось, что отец замечает вообще всё. И это бесило. Немного. Я открыл контейнер и всё-таки сунул в рот кусок омлета. Молчание комнаты внезапно стало каким-то слишком тихим. Поэтому я потянулся к телефону.       «Ты сдох по дороге домой?» — Мне написал Рэн.       Я тут же фыркнул.       «Нет. Меня пытаются откормить».       «Звучит страшно».       «Ты бы вообще не выжил в моем доме».       Закончив доедать почти протухший омлет, я переоделся в свои потрёпанные домашние штаны. Чем они только не были заляпаны: краской, клеем, соусом от лапши… Кажется, где-то были даже следы засохших соплей. Честно говоря – идеальная домашняя одежда.       Подхватив пустой контейнер, я вышел обратно на кухню.       — Вот, держи.       Отец перевёл взгляд с телевизора на контейнер в моих руках. Потом медленно приподнял бровь.       — Ого. Значит всё-таки съел.       Я цокнул языком и поставил контейнер в раковину.       — Да съел я, съел. Чего ты пристал вообще?       — Потому что ты постоянно забываешь есть то, что берешь с собой.       — Неправда.       — Хито, ты вчера поужинал энергетиком.       Я возмущённо повернулся к нему.       — Там был большой энергетик.       Отец устало потёр переносицу.       — Это не еда.       Я фыркнул и открыл холодильник, уставившись внутрь так, будто искал смысл жизни между пакетом молока и банкой мисо-пасты. Не знаю почему, но я редко рассказывал родителям о том, что мы с Рэном постоянно где-то едим после тренировок или школы.       — Ты ворчишь как старик.       — Я и есть старик.       — Неправда, тебе даже сорока нет.       — Это не отменяет того, что ты проблемный.       Я усмехнулся и наконец вытащил бутылку воды. Кухня снова ненадолго затихла. Только телевизор что-то бубнил на фоне.       — Кстати, — отец заговорил уже спокойнее, — ты нервничаешь из-за экзамена?       Я замер с бутылкой в руке. Нервничаю ли я? Наверное… нет. Скорее меня бесило ожидание.       — Не-а, — я пожал плечами и сделал глоток, — просто хочу, чтобы это уже началось.       Отец посмотрел на меня несколько секунд, а затем слабо усмехнулся.       — Это звучит очень похоже на тебя.