Друзья — мнимые и настоящие

Кимико, забыв как моргать, во все глаза таращилась на монитор. По ту сторону экрана Хоумлендер только что сломал кисть медику Воут и теперь нависал над ним, готовясь то ли жахнуть лазером, то ли расплющить голову голыми руками. Без звука было непонятно, завязался ли между ними диалог, но судя по яростно вздымающейся груди Хоумлендера, жить Игреку оставалось недолго. В этот момент камера ухватила, как панорамное окно пентхауса прогибается и покрывается паутиной трещин, а Хоумлендера сносит на полтора метра в сторону. Кимико ощерилась. Выстрел! Бутчер, ММ и Хьюи выстрелили, чтобы выиграть медику драгоценные секунды для ещё одной попытки вколоть анти-V. Не смотря на сломанную правую руку, Игрек этой попыткой воспользовался. Пока Хоумлендер разгибался после удара крупным калибром, медик снял с бедра третий, последний инжектор и прижал его к основанию шеи Хоумлендера. Действовал он решительно и быстро, без паники, будто и не чувствовал боли... Но медик был человеком, а Хоумлендер — практически богом. Кимико стиснула зубы. Хоумлендер уклонился, и струя анти-V не достигла цели. Светлое облачко жидкости лишь намочило его кожу. А Игрек рухнул на пол, располовиненный лазером. На дорогущий белый ковер вывалились петли кишок. Кимико перевела взгляд на Француза. Он отставил кружку с чаем в сторону и совершенно окаменел. В гостиной стояла гробовая тишина. — Почему Стэн откачал из комнаты усыпляющий газ? Почему?! — Не выдержала Кимико. Француз обернулся. На его посеревшем лице застыла растерянность вперемешку с ужасом. — Вот почему. — Энни судорожно вцепилась в плечо Кимико и ткнула пальцем в монитор. Хоумлендер подошёл к окну, чтобы просканировать окрестности в поисках снайпера. Но его отвлёк вошедший в апартаменты пожилой мужчина с окладистой бородой в безукоризненном костюме. Мужчина пренебрежительно повёл рукой в сторону трупа Игрека. Переступил через него, примирительно подняв руки. Затем по-хозяйски вытянул широкую ладонь для рукопожатия. Все это время он что-то уверенно говорил. — Стэн не откачивал газ. Это сделал Рэймонд Торнтон. — Громко заключила Энни. — Вот этот пафосный пиджак? — Француз покосился на мужика. — Кто он такой? — Из совета директоров. — Пояснила Энни. — Вообще, это... Смахивает на попытку перехвата власти! — Дворцовый переворот? — Ахнул Француз. И тут же вздрогнул, потому что Хоумлендер дождался, когда Рэймонд договорит, и располовинил его точно так же, как Игрека. На его лице при этом не дрогнул ни один мускул. Энни хотела что-то сказать, но Кимико зажала ей рот рукой. Вскинув голову, принюхалась. — Мокрой псиной воняет. Чувствуете? — Едва-слышно шепнула Кимико, переводя взгляд с Энни на Эрвинга и обратно. Они замерли, сосредоточились. Отрицательно качнули головами. Запах доносился сквозняком со второго этажа. Он был слабым, на грани восприятия. Но с каждым мгновением становился всё более осязаемым. — В доме чужак. — Не дожидаясь реакции остальных, Кимико припала к полу и двинулась к коридору. *** В скоростном лифте ЖК Апекс играла приятная успокаивающая музыка. В украшенном тяжёлой рамой зеркале Хьюи смотрел на своё мертвенно-бледное отражение. А также на собранного ММ и Бутчера, закипающего от холодной ярости. Они оставили огневую позицию, побросав винтовку и снаряжение. Хьюи успел на ходу подхватить только свой ноутбук. Пока лифт нёсся к подземному этажу стоянки, Хьюи продолжал поглядывать на трансляцию апартаментов Хоумлендера. — Так можно и в сортах корпоративного говна начать разбираться! — Бутчер сплюнул на вычищенный пол. — Стэнни аж сорок лет вертел суперами, и обосрался вот только что. А Торнтон, бородатый хер, и пяти минут не продержался. Как говорится, вкусите разницу. — Он, видимо, не представлял, что из себя представляет Хоумлендер. — Заключил ММ. — Решил, что если спасёт его от Стэна, то обеспечит себе щенячью преданность до гроба. Ха! Не на того напал. — Куда пошёл Хоумлендер? — Нервно шепнул Хьюи. — Как куда? — Удивился Бутчер. — За Стэнни, ясен палец. Потом — за снайпером. За нами, то бишь. А ты как хотел? Двери лифта открылись, и они бросились к синему «кадиллаку». Буквально через минуту уже неслись по ночному Нью-Йорку. Прижавшись к стеклу, Хьюи всматривался в низкие облака, но из-за дождя видимость была чудовищной. Он не мог разглядеть манекенов за витринами, не то что человека в небе... — Дождь — это хорошо. Усложнит пиздюку задачу. — Приговаривал Бутчер, пролетая на красный по пустым проспектам. — Может, даже уйдём целыми. ММ, звони нашим. Предупреди, что через двадцать минут будем. Возможно. — Бутчер... Они трубку не берут. — Глухо отозвался ММ. — Что, ни один? — Не сбавляя скорость, Бутчер обернулся к заднему сиденью. — Даже Звёздочка? Она же никогда мобильник не вырубает. — Да. Даже Энни. *** Краем глаза Кимико заметила, что Эрвинг заградил собой Сидни, а Энни — Француза. Спокойная за его безопасность, Кимико скользнула из освещённой гостиной во мрак. Она стелилась как тень, пробираясь по самым темным углам к лестнице на второй этаж. Кимико постоянно принюхивалась и прислушивалась. За окнами стучал дождь, из гостиной раздавался гул кулера ноутбука, с кухни — жужжание холодильника... Ни одного постороннего шороха. Но запах усиливался. Чужак совсем близко. В кровь хлынул адреналин, и Кимико в предвкушении схватки прыгнула, цепляясь за перила. Бесшумно приземлилась на пол второго этажа и вжалась в стену. Из густых теней она разглядела фигуру мужчины, осторожно спускающегося по лестнице с третьего этажа. Значит, влез через окно. В его руках не было оружия: он крался на четвереньках. Мягко переступал по ступеням и принюхивался, как собака-ищейка. Из его уха торчал наушник гарнитуры. Кимико поняла, что не должна позволить ему раскрыть пасть. Одно его слово — и в дом ворвётся стая. Кимико вылетела на чужака из темноты, опрокинула, села прямо на грудь и вцепилась обеими руками в лицо. Её пальцы намертво заблокировали ему челюсть. Пёс резко ударил Кимико бёдрами, ожидая, что она перелетит через его голову на пол. Но Кимико крепко оплела его ногами и только сильнее навалилась на его грудь. Они покатились по ступеням, с грохотом ломая перила. Пёс остервенело мычал, пытаясь сорвать её руки со своего рта. У него почти получилось, но Кимико выгадала момент, сорвала с него гарнитуру и с хрустом смяла её. Этот маневр дорого обошёлся: пёс взвыл, перехватил инициативу и чуть не вгрызся Кимико в челюсть. Скатившись на первый этаж, Кимико сдавила горло пса, попыталась сломать кадык. Но её силы не хватило, и его клыки вонзились в шею. Кимико захрипела и распахнувшимися от боли глазами увидела, что за спиной навалившегося на неё супера возник Эрвинг. Он упал на колено, хлёстко выбросил вперёд правую руку и обвил её вокруг шеи пса. Предплечье легло точно под подбородок, а левая ладонь надавила на затылок, формируя живой замок-тиски и намертво пережимая обе сонные артерии. Пасть пса рефлекторно разжалась, и окровавленная Кимико тут же высвободилась из-под бьющегося в конвульсиях тела. Его ноги судорожно били по паркету, а Эрвинг неотвратимо сжимал кольцо рук... — За скаутом придут друзья. Спросим, сколько и какие? — Тихо предложила Сидни, и Эрвинг тут же зафиксировал хват, прекратив ломать шею. — Пытать супера? — Поднял брови Француз. — Делюсь опытом: это дело не на пять минут! — Не супера. Человека. — Пояснила Сидни. — Обкатаем укол нашим шприцем, а? *** Глаза Француза азартно загорелись. Он метнулся в лабораторию, Кимико — следом. Обогнала его и на ходу покрутила у виска: не хотела пускать первым в пустую комнату... Француз виновато улыбнулся. Когда они вернулись с коробкой шприцов, ищейка уже потеряла сознание. Эрвинг по-прежнему удерживал супера со спины, Сидни — ждала несколькими метрами поодаль. Энни тревожно следила за окнами в гостиной, готовая в любой момент броситься наперерез, если оттуда кто-то полезет. Не мешкая, Француз поднёс к шее пса подобие строительного пистолета — их с Сидни и Эрвингом потрясающее изобретение. Как только он надавил на кожу, раздался громкий пшик. Выдвинулась игла и пробила кожу. Пёс дёрнулся и заскулил. Его налитые кровью глаза раскрылись. Эрвинг с новой силой надавил на его горло. — Эту псину зовут Догкнотт. — Француз упёр руки в колени и склонился к побагровевшему лицу. — Супер третьего эшелона. Основные способности: сношать собак, супернюх, ночное зрение, сила... Я уже называл сношать собак? — Да пошёл ты, блядота! — Догкнотт смачно харкнул в сторону Француза. Тот ожидал подобной гадости и легко уклонился. — Вы все — трупы, слышите, блять?! Француз усмехнулся и покачал головой. Догкнотт отчаянно захрипел: — Вас уроют через минуту, стоит мне только... Только... Вы хоть знаете, кто на улице, суки?! — А ты чувствуешь их присутствие? — Заинтересовалась Сидни. — Вот прямо сейчас. Догкнотт ошарашенно на неё уставился, замер... И, видимо, ничего не услышал и никого не унюхал. Затравленно сжался. Так выглядят собаки, поджимающие уши, когда думают, что их будут бить. И ведь угадал! Француз сжал свой обычный человеческий кулак и, особо не напрягаясь, врезал Догкнотту по лицу. Пёс взвыл от боли, из его носа хлынула кровь. Осознание тяжести ситуации, в которую он угодил, пришло к нему буквально через пару секунд: — Что вы со мной сделали, бляди?! — Мы лишили тебя суперсил. — Победно объявил Француз. — Теперь ты самый обычный неудачник, пальцы которого легко ломаются молотком... В подтверждение слов Француза Эрвинг сделал лёгкое движение, от которого у Догкнотта хрустнули позвонки. — Вместо молотка можем дать противоядие. — Глазом не моргнув, соврала Сидни и показала второй шприц с точно такой же ампулой анти-V. — Просто скажи, кто на улице. Животный инстинкт выживания взял верх. Не задумываясь, Догкнотт всех сдал: — Трое! Трое, трое, блять, отпустите шею!.. Там Большая Игра, он в воздухе... Ещё девка эта... Гиперион. И пиздюк этот... Джетстрик у забора. — Большая Игра — полёты и огромная сила. Гиперион — огнестойкость волос, боевые искусства, сила. Но так-то, она модель. Джетстрик — суперскорость, ограниченный полет. — Затараторил Француз и тут же грозно нахмурился. — Ждут твоего сигнала, паскуда? — Ебать, ну я же просто взял след... Что мне говорят, то я и делаю... — Держи противоядие. — Сидни протянула было шприц, но в последний момент опустила руку. — А, только выйди, пожалуйста, на крыльцо и позови Джетстрика. Француз хохотнул. Опешили все, кроме Эрвинга. Сидни вздохнула: — Что?.. Ну а как ещё мы решим проблемы по одной? — И как ты собралась решить проблему под названием Джетстрик? — Недоверчиво пробормотал Француз. — Дог крикнет, что в доме глушилки. В гостиной — гражданские, зато в подвале — кто-то забаррикадировался. Нужно вышибить стальную дверь. — Увлечённо сочиняла Сидни. — Намочим половик в прихожей. Закоротим проводом. Джетстрик ступит, получит спазм мышц. И укол. Француз задумался, прикидывая риски и возможные исходы такого финта. Встретился взглядом с Эрвингом. Тот хладнокровно кивнул. — Нет, раз уж Нуар одобряет... — Француз провёл рукой по лицу, встряхнулся. Вообще-то, он не любил быть главным и предпочёл бы, чтобы руководил Эрвинг. Но тот был нем, а это критически замедляло коммуникацию. Француз принялся раздавать команды: — Кимико. Возьми нож и оголи провод от торшера в прихожей. Намочи половик, готовься закоротить. Энни, ты тоже иди в прихожую. Организуешь укол? Энни подбежала к ним из гостиной, закусила губу: — Не уверена... Насколько Джетстрик быстрый? — Быстрый. Не Экспресс, конечно, но... — Ослеплять его нельзя, верно? — Задумалась Энни. — Мы же не хотим, чтобы нашу драку заметили снаружи?.. — Никаких вспышек! — Подтвердил Француз. — Просто всади в него шприц, как только он потеряет скорость. — Ладушки... Ох, не нравится мне это. — Энни ушла вслед за Кимико в прихожую. Француз извлёк из-за пояса джинсов свой «глок», снял с предохранителя и направил на Догкнотта: — Кобелина, ты запомнил, что говорить? — Д-да, блять... — Испуганно заскулил Догкнотт, стоило Эрвингу выпустить его шею и перехватить за руку. — Только не ломайте мне ничего! — Никаких трюков, пёсик. Я пугливый. — Предупредил Француз. — Ляпнешь что-то не то или дёрнешься — стреляю на поражение. Усёк? Догкнотт закивал. Эрвинг подволок его к прихожей и передал под контроль Француза. Тот отошёл в тень шкафа и вытянул руку с пистолетом. Процедил: — Выходи. Кричи. Догкнотт какое-то время не мог справиться с замком, но наконец раскрыл дверь и шагнул в декабрьскую ночь. *** Эрвинг видел, что Догкнотт трясётся от страха. Понимал ведь, что его толкают на линию огня, а одной пули для него теперь вполне достаточно. Взглядом Эрвинг приказал Сидни отойти в самый дальний угол коридора. Перекрыл ту зону перевёрнутым столом. А сам встал строго по траектории вероятного падения Джетстрика, готовясь принять удар на себя. Сфокусировался на звуках с улицы. — Они в доме! — Срывающимся голосом завопил Догкнотт. — В подвале! Там дверь... Джетстрик, дуй сюда! — Чего орёшь на всю улицу, шерсти кусок? — Моментально раздался ответный крик. — Опять про гарнитуру забыл?! Какой же ты тупой! — Блять, да там глушилки... Возле половика в полуприсяде замерли Кимико со Звёздочкой: одна готовила провод, другая — шприц. По идее, их не должны были заметить с улицы... Когда Эрвинг уже начал беспокоиться, он услышал шорох, переходящий в свист. Заискрил мокрый половик, раздался грохот. Из прихожей навстречу Эрвингу вылетело живое пушечное ядро. Если бы Эрвинг попытался встретить его жёстким блоком, то огромная кинетическая энергия катящегося кубарем супера просто раздробила бы ему кости. Вместо этого Эрвинг резко подался вперёд и вниз. На лету перехватил Джетстрика за голову и плечи, гася его скорость. Позволил инерции увлечь себя, перекатился через спину на паркет. Джетстрик перелетел через Эрвинга и впечатался спиной в пол. Эрвинг запрыгнул сверху, перехватил руку супера и выкрутил её на излом локтя, а второй ладонью повернул его голову в противоположную сторону. Из-за дикой боли в суставе и зажатой шее Джетстрик потерял способность сопротивляться. Он взвыл, но подлетевшая Кимико зажала ему рот рукой. Звёздочка примерилась к обездвиженному бедру и вжала в него шприц. Эрвинг застыл сверху, удерживая мёртвую хватку. Его глаза широко распахнулись: под ним корчился от боли подросток. Запакованный в нелепый сине-белый комбинезон, со вьющимися волосами и округлыми, почти детскими чертами лица. Пока Эрвинг переваривал эту мысль, сверху раздался оглушительный треск, и потолок проломил Большая Игра. Эрвинг узнал его, потому что Большая Игра был приятелем Экспресса и периодически захаживал в Башню. Цепкий взгляд супера упал на Эрвинга. Большая Игра сразу же перешёл в сокрушительную атаку. Он применил простую, но смертоносную тактику: в полёте сорвал Эрвинга с Джетстрика, вцепился в него и свечой взмыл в чёрное небо. *** Появление Большой Игры в клубах побелки и бетонной крошки застало Француза врасплох. Открыв рот, он смотрел на дождливое небо сквозь дыру в доме. Нуар ведь справится, правда?.. Он не выглядел как человек, пасующий перед высотой... Француз спохватился: из-за его замешательства Догкнотт может выбить пистолет из рук! Но тот, как забитый пёс, был до смерти перепуган грохотом. Кашляя от пыли, Француз жестами велел Догкнотту закрыть дверь и не раскрывать пасть. Под дулом пистолета заставил того пройти в коридор. Там, извиваясь в захвате Кимико и Энни, молотил ногами Джетстрик. Он с дикой силой бил подошвами по паркету. Пытался разогнаться, но тщетно. — Большая Игра, вернись! — Жалобно закричал Джетстрик. — Вернись и размажь их! — Размажь сам. Соверши взрывной стартовый толчок вперёд. — Посоветовала приблизившаяся к троице Сидни. Джетстрик толкнулся ногами. Ещё и ещё. Пока он кряхтел и трудился, Сидни успела дойти до ближайшего тайника и достать «беретту». Направила её на Джетстрика. Через минуту отчаянных попыток его оставили последние силы. И до него начало доходить... — Вы мне что вкололи, мрази?! — Запыхавшись, прошипел он. — Штуку, которая лишает суперсил. — Просто ответила Сидни. — С радостью дадим противоядие, когда позовёшь сюда Гиперион. — Нет, мне! Дайте мне! Вы обещали его мне, когда я позову Джетстрика... Сука, дайте!.. — Окрысился Догкнотт, за что моментально получил от Француза кулаком под дых. Очевидно, боль для экс-супера была ощущением непривычным: средней силы удар заставил его сложиться вдвое и рухнуть на колени. Француз тем временем уставился на Сидни: — Алё, один и тот же фокус — дважды?! — Хоть трижды. У Гиперион там информационный вакуум. Это будет выглядеть естественно. — Сидни дружелюбно взглянула на Джетстрика. — Крикни с крыльца, что в доме чисто. — Л-лады... Француз вздохнул. Он и сам был большим ценителем сумасбродных идей. Что ж, придётся воплощать план в жизнь. — Сидни, держи на прицеле Догкнотта. Звёздочка, готовься принимать Гиперион, а ты, Кимико, — колоть. Шагай к двери, Джетстрик. Экс-супер на трясущихся ногах попёрся в прихожую. Весь его костюм был испачкан после борьбы на полу. Француз вовремя сообразил, что это может вызвать ненужные вопросы. Надавив стволом на поясницу, приказал: — Высунь только голову и плечо. Джетстрик всхлипнул, закивал. Француз терпеливо подождал, пока тот возьмёт себя в руки, и приоткрыл дверь. Джетстрик на удивление беззаботно позвал: — Гипи, детка, заходи, тут чисто! *** Энни вжалась в стену возле входной двери, готовая атаковать. Навострила уши. Это что, шелест закрываемого зонтика? Не может быть. Какой зонтик во время штурма? А это... Стук шпилек о придомовую дорожку? Шпильки, серьёзно?.. В полумрак прихожей, поправляя волосы, уверенно шагнула высокая брюнетка с оливковой кожей, наряженная в... Золотой бронелифчик? Энни поперхнулась. А она-то считала верхом неадеквата финальную версию своего костюма в Семёрке. Энни ожидала чего угодно, но не позолоченного же корсета с чулками! Вошедшая супермодель настолько шокировала её, что успела заметить Энни и занести раскрытую ладонь для... Пощёчины?! Энни опомнилась и нырнула под летящую руку. Уходя с линии атаки, пробила короткий левый хук в печень. Сразу после этого — правый прямой точно в челюсть. Голова Гиперион откинулась назад. — Сука! — Мгновенно впав в ярость от удара по лицу, модель необдуманно метнулась в атаку. Энни встретила несущуюся на неё Гиперион лоу-киком в колено, заставляя ту пошатнуться. Тут же вошла в плотный клинч, фиксируя руки. Гиперион тяжело дышала, рычала и рвалась, совершенно не обращая внимания на подошедшую Кимико. Она рывком перехватила голову модели за подбородок и запрокинула. Прижала шприц к открытой шее. Псст-пшик! Глаза Гиперион закатились, колени — подкосились. Энни оттащила её вглубь коридора к остальным. Поняла, что даже не вспотела. Пока Гиперион приходила в себя, Француз успел сбегать за наручниками и приковать экс-суперов к батарее. Догкнотт и Джетстрик впали к заторможенно-овощное состояние, видимо, продиктованное действием анти-V. Догкнотт что-то бормотал себе под нос и пускал слюни, а Джетстрик с открытым ртом разглядывал дыру в потолке. — Как вы нас нашли? — Тихо поинтересовалась Сидни. — Думаешь, я буду с тобой говорить, блеклая кукла? — Надменно выплюнула Гиперион. — Будешь. Или я вырву твои красивые зубы. — Пообещала Кимико. — Все до одного. Кстати, модель, ты уже догадалась, что больше не супер? Энни нервно хохотнула: Гиперион, кажется, не поняла намёк. Томно глядя на Француза, она прошептала: — Мальчик, убери от меня эту бомжиху. Мы же можем поговорить с тобой... С глазу на глаз? Обещаю раскрыть все свои секреты. — Мне? Ты хочешь раскрыть их мне? — Француз указал пальцем на себя и приподнял брови. — Скромному парню из Марселя? — О да. — Гиперион плавно покачнула плечами и подалась вперёд. — У тебя глаза человека, который знает толк в том, как развлечь женщину. — О-ля-ля!.. — Небритое лицо Француза расплылось в широкой улыбке. — Заманчиво, чертовски заманчиво... Он склонился над Гиперион, извлёк из кармана потёртую зажигалку. Щёлк. Огонёк принялся лизать волосы Гиперион. Может, пять минут назад они и были огнестойкими, но теперь легко задымились. Разрастаясь, пламя поползло вверх, к корням. Гиперион испуганно завизжала. Француз выплеснул на голову модели недопитый чай. — ...Но у меня аллергия на дешёвый пластик и кукол из Воут. — Ледяным тоном закончил он, сменив улыбку на отстранённость. — Если ты ещё не уловила, то подсвечу: суперсил у тебя больше нет. А теперь отвечай: как вы нас нашли? *** Когда Большая Игра на бешеной скорости вылетел сквозь пролом в крыше, он жёстко зафиксировал Эрвинга лопатками к себе. Супер завёл руки ему под мышки и сцепил их в замок на затылке Эрвинга. Классический болевой залом шеи. Большая Игра устремился в дождливое небо, собираясь швырнуть свою ношу вниз с огромной высоты. Значит, в запасе было всего несколько секунд... Игнорируя боль, Эрвинг вложил всю свою силу, чтобы резко откинуть голову назад. Преодолевая сопротивление, его затылок впечатался в пальцы Большой Игры. Буквально вмял их ему в лицо. От костедробительного удара Большая Игра ослабил хват и начал терять высоту. Эрвинг разорвал замок на своём затылке и вывернулся из рук супера. Развернулся к нему лицом прямо во время свободного падения. Он обхватил пояс Большой Игры ногами и намертво вцепился в его плечевые суставы. Тот захрипел, пытаясь набрать высоту и стряхнуть с себя противника. Эрвинг тем временем сдавил его трахею, перекрывая доступ воздуха к легким. Это был невербальный ультиматум, простой и чёткий: либо мы спускаемся вниз, либо ты задохнёшься в воздухе, здесь и сейчас. Удушье сделало своё дело: полёт превратился в жёсткое, но контролируемое скольжение по дуге — прямо на проезжую часть спящей улицы. Эрвинг использовал плечо супера как закрылки самолёта: надавил всем весом, силой заваливая траекторию полёта к мягкому газону вместо асфальта. Они с грохотом врезались в землю по центру лужайки, украшенной глиняными гномами. Из образовавшегося кратера во все стороны разлетелись комья земли. Эрвинг удачно амортизировал удар телом супера и сразу поднялся на ноги. Большая Игра валялся на спине, беспомощно глотая ртом воздух. Эрвинг, особо не раздумывая, надавил коленом ему на грудь и с треском свернул шею. Глаза Большой Игры сделались стеклянными, тело — обмякло. Эрвинг осмотрелся в поисках свидетелей. Педантично поправил покосившегося садового гнома. И потащил труп вверх по улице. Через пару минут он спокойно открыл дверь дома и прошёл в гостиную. Остальные ждали только его: Сидни, Француз, Кимико и Звёздочка переминались посреди комнаты в уличной одежде. У их ног стояли «тревожные чемоданчики». Точнее, рюкзаки с комплектами первой необходимости. — Пережил авиакатастрофу? — Заулыбалась Сидни. Эрвинг подмигнул ей и скинул труп на пол. От окна раздался женский визг. Эрвинг обернулся. Возле батареи сидели Догкнотт, Джетстрик и, очевидно, Гиперион. Та перевела ошалелый взгляд с тела Большой Игры на лицо Эрвинга и снова вскрикнула, на этот раз с нотками отвращения. Француз снял пистолет с предохранителя и двинулся к экс-суперам: — Идите, я догоню. Звёздочка моментально закрыла пленников собой: — Вам лишь бы людей мочить! — Возмутилась она. — Мы выспросили, что хотели, давайте просто уйдём! Откуда столько жестокости? — Это не жестокость, а прагматизм. — Возразил Француз. — Враг должен быть мёртв. — Энни, их отправили за нашими головами, вообще-то! — Быстро добавила Кимико. — Отправили суперов. А сейчас перед нами трое беззащитных людей. Мы что, палачи какие-то? — Вскричала Звёздочка. — Свидетели — это улики. — Вздохнула Сидни. — Кстати, весь дом — одна сплошная улика. Я за взрыв. — Энни, послушай уже! Ты паришься о морали, а в Воут парятся, как бы нас половчее грохнуть. — Подавив раздражение, попытался её вразумить Француз. Эрвинг поднял блокнот: «БОЛЬШИНСТВОМ ГОЛОСОВ. ЗВЕЗДОЧКА, В СТОРОНУ.» На этом Эрвинг и Кимико подвинули Француза и синхронно двинулись в экс-суперам. Энни уставилась на них блестящими от слез глазами, но поднять руку на своих не смогла. Не в силах смотреть на казнь, она выскочила на улицу. Переглянувшись, Француз с Сидни скрылись на кухне. Эрвинг не сомневался, что они собираются открыть газ. Пока Кимико отволакивала труп Большой Игры к кухне, Эрвинг последовательно сломал шеи сначала Догкнотту, а потом Джетстрику. Они пребывали в странном полусонном состоянии и не сопротивлялись. Зато рот Гиперион не закрывался ни на секунду: — Я буду молчать, я ничего никому не скажу... Стой! Посмотри на меня! — Истерически взмолилась Гиперион, выгибаясь возле батареи. — Трахни меня! Я сделаю все, что захочешь, только не убивай! Я буду мол... Эрвинг даже не замедлил движение рук. На слове «молчать» он крепко обхватил её голову и повернул. Треск сломанных позвонков оборвал грязный монолог на полуслове. Смешно, что даже ради спасения собственной шкуры она не осилила ещё раз посмотреть ему в лицо. Когда Эрвинг бросил тела на кухонный пол, в помещении уже отчётливо пахло газом. Таймер старого тостера был выставлен на пять минут. Жилы провода — оголены. Ну да, искра и газ — самый быстрый способ поднять дом на воздух... — Ходу, ходу! — Француз подхватил свой рюкзак и рванул к двери. — Отступаем коллекторами? — Нехотя спросила Сидни. — Вдруг наконец додумаются вместо четырёх дебилов отправить нормальную штурмовую команду... Эрвинг хмыкнул. Это было чистой правдой: адекватно вооружённый отряд быстрого реагирования способен доставить больше проблем, чем эти дилетанты. *** — Короче, пиздюк за нами так и не прилетел. — Закончил свой рассказ Бутчер, ведя фургон по мрачной промзоне в глухом пригороде Нью-Йорка. — Могли хоть заночевать в Апексе с винтовкой в обнимку. — Что же, наш план порушила внутрикорпоративная грызня? — Из глубины кузова возмутился Француз. — Выходит, что так. — Согласилась Энни. При виде Хьюи, живого и невредимого, она перестала волком смотреть на остальных из-за так называемой бесчеловечной казни. — Рэймонд просек, что ни на какие секретные переговоры Стэн не ездил. — Продолжил Француз. — Послал по его следу ищейку, чтобы выяснить, где тот пропадал на самом деле. Видимо, кто-то из внутреннего круга Стэна сливал инфу, раз Рэймонд догадался, что с Догкноттом нужно послать кого покруче. — ...И раз он был в теме про готовящееся покушение на Хоумлендера. — Добавила Кимико. — Нет, так-то идейка неплохая. Подождать, пока вкатят анти-V Экспрессу. Зайти в белом пальто к Хоумлендеру в ключевой момент, быть спасителем... Скинуть Стэна руками Хоумлендера, занять его место... — Протянул Француз. — Одного он не учёл: нрава Хоумлендера. — Стэнни не просто так огораживал Совет Директоров от любого общения с Семёркой. — Пробурчал Бутчер. — Эти кабинетные мудаки были уверены, что сжимают в руках яйца бога, а не гранату без чеки. — А куда мы, собственно, едем? — Поинтересовался Француз. — Пока мы ждали вас на остановке, я успел присмотреть несколько мотелей, где не спросят водительские права... — Нахер мотели, Француз. Грейс дала координаты точки. Сказала, настоящая конфетка с привкусом Рождества. — Усмехнулся Бутчер. — С привкусом?.. — Сглотнул Хьюи. — Что-то у меня плохое предчувствие. В подтверждение его сомнений фургон подкатил к покосившемуся забору-сетке с колючей проволокой. Выцветшая вывеска на проржавевших воротах гласила: «ВОЛШЕБНЫЙ МИР САНТЫ №4. Посторонним вход воспрещён.»