Глава 2.2: Осколки и признания
1 мая 2026 г., 02:00
В узком стеклянном коридоре время будто превратилось в густую, липкую смолу. Помни чувствовала, как холод зеркальной стены просачивается сквозь её тонкий костюм, заставляя кожу покрываться мурашками. Но перед ней был Джакс — и от него исходил такой жар, что воздух, казалось, начинал плавиться.
Его пальцы, всё еще сжимавшие её затылок, подрагивали. Это не была дрожь страха, это была дрожь человека, который слишком долго сдерживал внутри себя лавину, и теперь эта лавина начала сходить, сметая всё на своем пути: здравый смысл, напускное безразличие и правила безопасности Кейна.
— Посмотри на меня, — прорычал он, и его голос в этой тесноте звучал как низкий рокот неисправного двигателя. — Не в отражение. Не на Рагату. На меня, черт тебя дери!
Помни подняла взгляд. То, что она увидела в его зрачках, заставило её сердце пропустить удар, а потом забиться с удвоенной силой. Там не было привычного насмешливого блеска. Там была тьма, смешанная с отчаянием и какой-то дикой, собственнической нежностью.
— Ты сумасшедший, Джакс... — выдохнула она. Её собственный голос казался ей шепотом во время шторма. — Ты же понимаешь, что ты сейчас делаешь? Ты выдаешь себя. Ты показываешь, что тебе не плевать.
Джакс издал сухой, лающий смешок и еще сильнее прижал её к стеклу. Расстояние между их губами сократилось до нескольких миллиметров.
— О, мне не просто «не плевать», Помни, — прошипел он, и в его словах послышался привкус чистой ярости. — Мне тошно от мысли, что кто-то другой может смотреть на тебя так, как я. Мне хочется вырвать глаза каждому, кто протягивает к тебе руки. Это не «забота», как у твоей тряпичной подружки. Это чертов голод, Помни. И я не собираюсь делиться своей едой.
Он резко отпустил её затылок и ударил кулаком в стеклянную стену прямо над её ухом. Звук удара был оглушительным, по поверхности поползла тонкая, едва заметная трещина — неслыханное дело для «неуязвимого» мира Кейна.
— Ты думаешь, я не видел, как ты на неё смотрела? — Джакс буквально выплевывал слова ей в лицо. — Как ты позволяла ей держать тебя за руку? Ты думала, я буду стоять в сторонке и шутить шуточки, пока она заменяет тебе меня?! Хрен там! Никто не заменит меня в твоем кошмаре. Никто!
Помни вдруг поняла, что больше не боится его ярости. Наоборот, эта его вспышка была самой честной вещью во всем Цирке. Она протянула руку — медленно, боясь спугнуть этот момент истины — и коснулась его груди, прямо там, где под розовой тканью бешено колотилось сердце.
— Ты ревнуешь, — повторила она, но теперь в её голосе не было издевки. Только тихая, глубокая печаль. — Ты так сильно боишься потерять контроль над ситуацией, что готов уничтожить всё вокруг. Джакс, посмотри вокруг... Мы в ловушке. Мы оба. И твоя злость нас не вытащит.
Джакс замер. Её ладонь на его груди подействовала как холодный душ. Он посмотрел на её маленькую руку, потом снова в её глаза. Его ухмылка на мгновение вернулась — кривая, болезненная, похожая на шрам.
— Вытащит или нет — плевать, — глухо произнес он, накрывая её ладонь своей рукой. — Главное, что пока я злюсь, я чувствую себя живым. И пока ты бесишь меня своей святой простотой, я знаю, что я еще не окончательно превратился в набор нулей и единиц.
В этот момент стекло между ними и Рагатой начало светлеть. Механизм Кейна решил, что «воспитательный процесс» зашел слишком далеко.
— Эй! Вы там живы?! — голос Рагаты прорвался сквозь преграду. Она наконец нашла способ обойти стену и теперь бежала к ним, спотыкаясь на скользком полу.
Джакс мгновенно отпрянул. Его лицо преобразилось за доли секунды. Взгляд снова стал скучающим, плечи расслабились, а на губы вернулась та самая невыносимая, наглая улыбка. Он засунул руки в карманы и небрежно сплюнул в сторону.
— О, глядите-ка, спасательная экспедиция прибыла! — крикнул он, когда Рагата ворвалась в их коридор. — Рагата, ты вовремя. Помни тут как раз начала читать мне лекцию о вреде курения воображаемых сигарет. Еще пять минут, и я бы сам выпрыгнул в Пустоту от скуки.
Рагата подбежала к Помни, тяжело дыша, и начала судорожно осматривать её.
— Помни! Он тебя не тронул? Я видела, как он тебя прижал... Джакс, ты совсем страх потерял?! Кейн тебя в порошок сотрет за такие выходки!
Джакс лишь закатил глаза и картинно зевнул.
— Ой, напугала ежа голым... кхм... кодом. Кейн слишком меня любит, чтобы избавиться от такого качественного контента. Пошли уже отсюда, Гэнгл там, наверное, уже утонула в собственных соплях.
Он развернулся и зашагал прочь, насвистывая ту самую фальшивую мелодию. Но Помни заметила то, чего не видела Рагата. Она заметила, как сильно сжаты его кулаки в карманах. Она заметила, что он ни разу не оглянулся — не потому, что ему было всё равно, а потому, что боялся снова увидеть её взгляд и сорваться окончательно.
Арка ревности закончилась, но её эхо осталось дрожать в воздухе. Помни стояла рядом с Рагатой, позволяя той вести себя к выходу, но её мысли были далеко. Она знала: Джакс сегодня проиграл самому себе. Он выдал свою самую большую тайну. И теперь, как бы он ни старался язвить в следующих главах, она видела его насквозь.
— Всё хорошо, Помни, — шептала Рагата, поглаживая её по плечу. — Теперь ты в безопасности.
«Безопасность — это скучно, Рагата», — подумала Помни, глядя на удаляющуюся фиолетовую фигуру. — «Безопасность не заставляет сердце биться так, будто оно хочет вырваться из груди».
Впереди их ждала Глава 3, и Помни знала: теперь правила игры изменились навсегда.
