Дневник Клавзия

      Минуло ещё несколько дней после последней моей записи. Думал обо всём и понял, что хотел быть честен как с собой, так и с тобой.       Немного позанудствую.       Может показаться дикостью, но я считаю, что память вампира мало чем отличается от памяти смертных. После сотен тысяч вскрытий я могу говорить об этом уверенно. Как у первых, так и у вторых, в глубинах прожитого опыта есть комнатушка. (у вампиров она, несомненно, просторнее) В этой комнатушке, под бдительным надзором страхов и тревог находятся сокровища. Сокровища те называются ностальгией. Славные и лёгкие времена, что, как и положено сокровищам, блестят и переливаются красочнее, чем они были на самом деле. Но даже так – они крайне ценны и оберегаемы.       К чему всё это? К тому, что не хочется показывать свою прошлую жизнь вынося её на бумагу. От того воспоминания становятся нагими и беззащитными. Кинь в их сторону малейший острый взгляд и они истекут кровью залив ей глаза родителя. Но любой любящий опекун должен выводить своё дитя в свет.       Так вот. Скрывать не стану. В моих намерениях теплится надежда. Надежда на то, что некто наткнётся на эти текста. Да, сейчас их не так много. А что есть – скорее бессвязное баловство. Но за ним скрывается нечто большее – томные вечера воспоминаний, колупания в отголосках прошлого. Все события, что были настолько давно и были столь мимолётными, что воспринимаются теперь не более чем былинами.       Нескончаемая жизнь это не столь благо, сколь проклятье. Сколько вечных было во времени? Скольких помнит история? Теперь все они лишь личные дела в глубинах хранилищ Синклава.       Прошу простить меня за такую сентиментальность. И всё же. Если ты читаешь это, то это значит следующее: либо я умудрился потерять свои записи (что не самое редкое явление), либо же я погиб. Возможно, даже от твоих рук.       Хотел бы я узреть эту битву заранее! Что же там за баталия случилась? Надеюсь, что не разочаровал тебя и дал достойный отпор. (хе-хе)       В любом случае прошу только об одном – не избавляйся от бумаг. Не подтирайся ими в нужнике и не растапливай ими очаг. Не знаю наверняка сколько тут всего будет. Но если написанное имеет хоть какой-то объём, то не поленись отнести их в библиотеку какого-нибудь захудалого городишки. Конечно! Ты не обязан (или не обязана, хо-хо), но выполни просьбу того, кто настолько покорился твоему мастерству умерщвления. (или моему умению терять всё и вся, но ход действий такой же)       P.S. Только не в вальмирийскую! Там записи точно окажутся в сортире библиотекаря.             (если Вальмирия ещё существует в контексте развития последних событий).       (да уж, жизнь в смертном окружении сделала меня чувствительнее)       (нужно будет поболтать с Кларой, на дня обещались вместе попить травяных отваров под разговоры о бытовой жизни)       (да, я люблю оставлять пометки на полях)       (возможно, они даже раздражают стороннего читателя)       (но это не значит, что я перестану их делать!)