~Эффект кота и чайной розы~

Когда двери гаража со скрипом отворились, наружу выбрались двое. Вид у них был, мягко говоря, специфический: Пик — босой, с одной ярко-зелёной ногой и всклокоченными волосами, и Вару — перемазанный клеем, краской и блестящий от масла с головы до ног. Но главным было не это. Главным был запах. Облако густого, приторного аромата «Чайной розы» двигалось впереди них, как штурмовая волна. — Так, план такой, — прошептал Вару, стараясь не слишком громко шлёпать промасленными кедами. — Прорываемся к лестнице. Если увидим Феликса — прикидываемся зомби. Если Курилку — прикидываемся галлюцинацией. — Я сейчас сам стану галлюцинацией от этого амбре, — прошипел Пик, морщась. — Вару, от тебя несёт так, будто ты сожрал парфюмерную лавку Ромео. Они попытались проскользнуть через гостиную, но удача сегодня явно была не на их стороне. В центре комнаты, вооружившись шваброй и ведром с водой (чистой!), стоял Феликс. Он как раз оттирал следы краски, оставленные Пиком ранее. Завидев Пиковых, Феликс замер. Его нос смешно задергался. — О... о-о-о! — глаза четвёртого клона расширились. — Пик? Вару? Вы... вы решили заняться ароматерапией? — Мы решили заняться самоликвидацией, Феля, не мешай, — огрызнулся Вару, пытаясь боком протиснуться к лестнице. — Но этот запах! — Феликс буквально засветился. — Это же «Чайная роза»! Неужели вы... вы наконец-то помирились? Это же так чудесно! Сила добра и цветов победила вражду Пиковой масти! Я должен всем рассказать! Куромаку-у-у! Ромео! Они обнимались в розах! — Кто обнимался?! — Пик едва не споткнулся о собственную ногу. — Никто не обнимался! Мы... мы... — Мы проводили секретный химический эксперимент по созданию супер-вонючки! — быстро выкрикнул Вару, понимая, что правда про кота и клей будет звучать ещё хуже. В этот момент из кухни вышел Ромео, привлечённый криками. Он вдохнул воздух, блаженно прикрыл глаза и вдруг резко их распахнул, уставившись на Вару. — Моё масло? Моё эксклюзивное массажное масло для свиданий?! Вару, ты украл его, чтобы... — Ромео перевёл взгляд на хмурого, зеленоногого Пика и многозначительно вскинул брови. — О. Ну, я всегда знал, что в вашей паре скрыта глубокая страсть, но чтобы настолько радикально... — Ромео, клянусь, если ты не замолчишь, я использую этот маркер, чтобы перекрасить твой гардероб в цвет этой самой розы, — Пик сделал шаг вперёд, выглядя по-настоящему пугающе, несмотря на отсутствие обуви. — Всё-всё, ухожу! — Ромео примирительно поднял руки, хитро подмигивая Вару. — Пользуйтесь на здоровье, мальчики. Любовь требует жертв... и хорошего скольжения! Вару почувствовал, как его уши (которые, к счастью, не были видны за волосами) начинают гореть. Он глянул на Пика. Король выглядел так, будто сейчас взорвётся, но в его взгляде, направленном на Вару, не было злости на самого Валета. Скорее, это было молчаливое: «Ну и в какую же кашу мы влипли?» — Бежим, — коротко бросил Пик. И они действительно побежали. Мимо ошеломлённого Зонтика, который при виде них просто выронил чашку с чаем, мимо Куромаку, который в это время пытался отклеить свои чертежи от стены и только и смог, что пробормотать: «Это нелогично... это абсолютно не пахнет логикой!». Они остановились только на втором этаже, у двери в комнату Вару. Они стояли в коридоре, тяжело дыша. Запах роз постепенно рассеивался, уступая место привычной тишине. — Ну... — Вару неловко почесал затылок, оставив на волосах еще одно масляное пятно. — Было весело? Пик посмотрел на свою зелёную ногу, потом на Вару, который всё ещё сжимал в руке тот самый маркер. — Это было ужасно, Вару. Просто катастрофически. Пик развернулся, чтобы уйти к себе, но на пороге остановился. — Завтра в девять. Чтобы был на чердаке. И без фокусов. — Буду, Командир! — Вару шутливо козырнул. — Только чур обувь выбирай покрепче! Когда дверь за Пиком закрылась, Вару посмотрел на маркер. На нём всё ещё виднелись следы кошачьей шерсти и розового масла. Он улыбнулся — по-настоящему, без сарказма. Эта цепочка нелепостей определённо стоила того, чтобы в итоге оказаться в одном облаке роз с тем, кого он так боялся назвать кем-то большим, чем просто «Король».