~Эффект кота и чайной розы~

Пока масло медленно впитывалось в липкую корку на кроссовке, тишина в гараже стала почти осязаемой. Она не была мирной — она давила на плечи, заставляя Вару нервно дергать краем своей кофты. Чтобы хоть как-то отвлечься от близости Пика и этого душного запаха роз, Валет уставился на старый, зазубренный гаечный ключ, валявшийся под верстаком. В памяти против воли всплыл случай из их первых недель в этом доме. Тогда всё было иначе. Они только привыкали к стенам, которые не были созданы их волей, к потолку, который заменял им небо. Вару тогда еще не отточил свое мастерство «бесячего тролля», он просто... боялся. Боялся, что его, как дефектную деталь, выбросят обратно в пустоту. — Помнишь, как мы первый раз здесь оказались? — внезапно спросил Вару, не глядя на Короля. — Когда Куромаку пытался распределить нас по парам, и ты чуть не выломал дверь в свою комнату, узнав, что тебе достался я? Пик шевельнулся. Послышался скрип его кожаной куртки. — Помню. Ты тогда вылил на меня целое ведро ледяной воды прямо над порогом. Я думал, что прибью тебя в первую же ночь. Вару горько усмехнулся. — Я тогда не из-за шутки это сделал, Пик. Я просто хотел, чтобы ты на меня злился. Злость — это понятно. Злость — это когда ты меня видишь. А когда ты молчишь и смотришь сквозь меня... это хуже всего. Будто меня и нет вовсе. Просто зелёное пятно на фоне твоей великой империи. Пик промолчал, но Вару почувствовал, как напряглись мышцы на плече Короля, которое всё ещё касалось его собственного. — Знаешь, — голос Пика стал ещё ниже, — я ведь тогда не просто так молчал. Я смотрел на тебя и не понимал, как в таком мелком существе может быть столько хаоса. Ты напоминал мне искру, которая вот-вот спалит весь этот карточный домик к чертям. И я... я ненавидел тебя за то, что ты не боишься этого пламени. А я боялся. Вару замер. Он никогда, ни разу за всё время их знакомства, не слышал от Пика слова «боялся». Восьмой клон всегда казался ему вылитым из чугуна — холодным, тяжёлым и непробиваемым. — Ты? Боялся? — Вару наконец повернул голову, глядя на Пика через линзы своих очков, которые в полумраке казались почти чёрными. — Ты же у нас «великий и ужасный». Тебя даже Феликс в свои лучшие дни обходит десятой дорогой. Пик наконец посмотрел на него в ответ. В его глазах не было привычного раздражения. — Я боялся, что если я подпущу тебя ближе, твой хаос станет моим. Что я перестану контролировать себя. Он на мгновение замолчал, глядя на перепачканные маслом руки Валета. — И посмотри на нас сейчас. Мы сидим в гараже, пахнем как чёртов букет роз, ты приклеен к моему кроссовку, а я... я даже не хочу тебя ударить. Кажется, твой план по захвату моего контроля сработал, Вару. Цепочка твоих идиотских совпадений всё-таки привела нас туда, куда нужно. Вару почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Это не было похоже на его обычный азарт от удачной шутки. Это было тепло — странное, пугающее, заставляющее сердце биться чаще. — Ну... — выдавил он, пытаясь вернуть свою обычную ухмылку, хотя губы его не слушались. — Значит, я официально признан самым опасным вирусом в твоей системе? — Самым неизлечимым, — отрезал Пик и, потянувшись, наконец-то аккуратно, кончиками пальцев, стёр капельку зелёной краски с щеки Вару.