Стеклянные цветы не бьются

      Тэхёну нравилось его отражение в зеркале. Несмотря на почти бессонную ночь, выглядел он свежим, тем более эта яркая рубашка подчеркивала легкий загар его кожи. Живот яростно заурчал, напоминая о том, что в желудке со вчерашнего вечера не побывало ни крошки, кроме нескольких рюмок виски и воды. Тэхён погладил себя по животу, словно успокаивая. Внезапно пришла мысль о Глории. Как она добралась до дома, всё ли с ней в порядке? Хотя такая язва вполне сможет за себя постоять. Он быстро затолкал беспокойство о девушке внутрь себя и бросил еще один взгляд в зеркало.       — Труба зовет, пора в поход, — пропел он и, захватив связку ключей и папку с документами, лежащих на столике, открыл дверь на лестничную площадку. В коридоре было пусто. Убедившись, что дверь закрыта, Тэхён прошёл в сторону лестницы. Двери соседних квартир стояли молчаливыми стражами, из-за них не доносилось ни голосов, ни музыки, ни бубнения телевизоров. А вдруг здесь вообще никого нет? Вдруг все исчезли?       — Апокалипсис наяву, — пробормотал Тэхён.       Бред какой-то. Что только в голову не придёт?! Так бывает только в кино, в реальной жизни люди не исчезают, как по мановению волшебной палочки. Во всяком случае, не так часто, чтобы из-за этого переживать.       Улыбнувшись и тряхнув головой, он быстро начал спускаться по ступеням, не дожидаясь лифта. Почему-то не хотелось заходить в крохотную железную коробку.       Тэхён не мог сказать, что у него есть какие-либо страхи. Просто иногда по спине пробегали противные мурашки при виде особенно мерзкого жука или когда он подходил к краю крыши и смотрел вниз. Но это же у всех нормальных людей так, инстинкт, не более.       Спустившись в холл первого этажа, он открыл боковую дверь и прошел в подземный гараж. Почти все места были пусты. Естественно. Несмотря на удушающую жару, людям нужно было работать.       Тэхён практически запрыгнул в свою машину и завёл ее. Медленно выезжая с парковки, он размышлял, как построить свой маршрут. Нужно было заскочить в пару мест, а потом съездить в Пасадену, посмотреть дом и оценить обстановку в связи с пожарами.       Желудок вновь заурчал.       — Да еду я уже, — Тэхён закатил глаза.       Он не любил какие-либо неудобства, и даже легкий голод вызывал у него раздражение. Не сказать, что он был каким-то неженкой, вовсе нет. Просто ему повезло с семьей немного больше, чем другим, вот и всё.       Его отец, выходец из Южной Кореи, добился всего сам. Он не стал миллионером, но своим упорством, трудом и небольшим везением сумел сколотить неплохое состояние, чем упрочил себе место в так называемом социальном среднем классе. Женившись на американке, он заручился поддержкой ее родственников, людей хватких и неразговорчивых. Тэхён появился у них поздно, поэтому мальчика окружали заботой и любовью с пеленок, впрочем, укрепляя в нем цепкость к жизни.       Небольшое кафе предлагало горячую яичницу с беконом, сдобные булочки и кофе по-американски. Тэхёна это вполне устраивало, просто и сытно, и он присел за столик у окна, ожидая свой заказ. Приветливая официантка демонстрировала ему «голливудскую» улыбку, принеся стакан с водой. Тэхён улыбнулся ей в ответ и отвел глаза. Пусть пробует свое очарование провинциалки, приехавшей в ЛА за удачей, на ком-нибудь другом. Ему вчера хватило.       Мобильный зазвонил, когда Тэхён сражался с полоской бекона. Жевать длинную ленточку целиком ему казалось некрасивым, хотелось повыпендриваться перед девчонкой в переднике. Зачем? Он и сам не знал, но упорно пилил свиной пластик вилкой. Ножа ему не подали. В раздражении Тэхён выхватил телефон из заднего кармана брюк, надеясь, что это покупатель на дом.       — Милый, ты дома?       Мама.       — Да вот как раз уезжаю показать дом.       — О, солнышко, я надеялась, что ты заедешь к нам сегодня.       Мама всегда придумывала у себя в голове планы, не считаясь с возможностями других, и потом жутко обижалась, если что-то шло не по сценарию. Тэхён вздохнул. Он не планировал ехать сегодня к родителям, от слова совсем.       — Мама, я … — Тэхён не успел договорить.       — Веришь или нет, но отец сделал мне сюрприз! Он купил билеты! — перебила его женщина, настолько ей хотелось поделиться новостью. — Мы едем в круиз!       Какой отец замечательный человек! Тэхён улыбнулся, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться. Мама с надежностью бензопилы канадского производства изводила отца намеками, стонами, журналами с картинками и бесконечными рассказами о кругосветке несколько месяцев. Все родственники тихо впадали в истерику и закатывали глаза, едва на ее лице появлялось то самое страдальческое выражение, предшествующее очередному нытью про ее хрупкое здоровье и крайнюю необходимость поехать путешествовать для его восстановления. И хотя отец был человек жёсткий, но всё же любил свою жену и сдал позиции.       — Я рад за тебя, мама, и за отца, — Тэхён был абсолютно искренен. — Он большой молодец!       — Детка, мы уезжаем завтра утром, может быть ты приедешь сегодня к нам на ужин? Останешься, поживёшь, пока мы не вернёмся. Лора о тебе позаботится.       Она до сих пор считала Тэхёна маленьким и с завидным постоянством пыталась затащить его обратно домой. Тэхён до сих пор с содроганием вспоминал, с каким трудом ему удалось вырваться из-под её тотального контроля, сколько было пролито слёз, устроено истерик, применено шантажа со стороны родительницы, и только веское тихое слово отца разрубило «гордиев узел».       С тех пор Тэхён жил один в собственной квартире, но мама всегда маячила на горизонте, напоминая, что у него есть семья и дом, где ему готовы подтирать попу.       — Мам, я не уверен, что сегодня успею, — Тэхён, произнося эти слова, внутренне сжимался. Мама не воспринимала фразы, если это было не то, что ей хотелось услышать. — У меня огромное море дел.       На том конце повисло молчание. Пауза затягивалась, Тэхён нервничал все больше. Он вновь чувствовал себя ребёнком, не способным отстоять свои права.       — Мама, что-то привезти на ужин? — Тэхён сдался и ненавидел себя за это.       — Солнышко, — мама защебетала в трубку. Тэхён мог воочую представить ее торжествующий блеск в глазах. — Ничего не нужно. Только приезжай. Можешь захватить с собой немного одежды для смены. Конечно в твоей комнате всё есть, но вдруг тебе что-то понадобится.       И мама отключилась.       Тэхён застонал, смотря на погасший экран. Эта женщина никогда не оставит своих попыток.       Он остановился у заправки на углу. Купил пару энергетических батончиков, бутылку воды и какой-то журнал. Он никогда не читал бульварных романов и жёлтую прессу. Мама заставляла его читать только классическую литературу, утверждая, что это формирует мировоззрение и хороший вкус. Сейчас Тэхёну захотелось совершить покупку в попытке хоть опосредованно, но противостоять маме. Он раздражённо швырнул приобретения на пассажирское кресло и сел за руль.       Журнал с лёгким шелестом приземлился на обивку кресла, развернувшись посередине. На страничке была фотография останков сгоревшего дома и фотографии жильцов. Тэхён посмотрел на улыбающиеся лица и подумал: интересно каким был их дом до пожара? Он поднял журнал. В глаза бросились строчки: «Дети остались сиротами …» Как сообщалось в статье, огонь вспыхнул мгновенно, не оставляя домочадцам практически никаких шансов. Отец семейства успел выбросить детей из окна и вернулся за своей женой, когда крыша строения рухнула на них, погребя под собой. Дальше шли короткие интервью полицейского и пожарного. Удивительно было то, что сгоревший дом оказался в стороне от очага основного пожара.       Время, отведённое на встречи для показа дома, тянулось довольно медленно. Жара плавила всё вокруг: асфальт, деревья, газоны, стены домов… Казалось, сам воздух вокруг медленно сгорает. Пара, приехавшая осмотреть дом, медленно двигались, словно пришибленные. Тэхён расписывал прелести их возможного приобретения: дубовые балясины, крепкие полы, широкие окна. Толстый мужчина, отдуваясь, морщил губы и постоянно поглядывал в сторону жены. По лицу женщины разбегались мириады веснушек, стекая по шее на грудь, руки. Тэхён начал подозревать, что они покрывают всё её тело. Её рыжие пружинки волос мелко подрагивали, когда она, как курица, резко поворачивала голову из стороны в сторону, следя за его руками. Тэхён никак не мог оторвать взгляд от неё, стараясь быть не сильно заметным.       Минут за десять до окончания показа Тэхён начал понимать, что тратит время впустую. Всё изменилось в мгновение, когда они вышли на задний двор.       — Вау!       Тэхён чуть не подпрыгнул от удивления. Он никак не ожидал услышать от неё хоть звук.       — Гарри, — глубокий грудной голос словно исходил из самого чрева женщины. — Мне нравится.       Тэхён откровенно, уже не скрываясь, смотрел на женщину.       — Я оперная певица, — пояснила она, заметив удивление Тэхёна.       Расставались они почти друзьями. Пара быстро подписала документы на предварительную аренду, после которой последует окончательный переход права собственности. Тэхён садился в свой автомобиль окрылённым.       Дорога стелилась под машину ровным полотном. Тэхёну казалось, что он едет по облакам, настолько асфальт прогрелся и стал мягким. Он завернул в гипермаркет — некрасиво ехать на званый ужин с пустыми руками, даже если это ужин в доме твоих родителей. Он долго выбирал между итальянским и португальским винами. Французское виноделие мама отрицала в принципе. Какие уж предрассудки жили в ее душе, никто не знал, но кто хоть раз приносил в дом бутылку вина с французских виноградников, навсегда запоминал ледяной взгляд женщины и больше не решался рисковать. Мама не сказала какие блюда будут подавать к столу, поэтому Тэхён стоял в сомнениях, нерешительно жуя губу. Мысль, которая пришла ему в голову, заставила его воровато оглянуться. Тэхён, тихо хихикая, направился в сторону полок с крепким алкоголем. Маленький, но протест против авторитарной заботы мамы.       Шалость не удалась. Когда Тэхён торжественно вручил маме бутылку виски трехлетней выдержки, она только вздохнула и нежно потрепала его по щеке со словами: «Мальчики такие мальчики».       На ужин были поданы запеченная форель со специями и пряными травами, греческие маслины, пикантный сыр и, конечно же, белое вино. Мама щебетала без умолку, посвящая всех в свои планы на посещение элитных бутиков. Тэхён с папой сидели, старательно пережевывая пищу и её болтовню.       Передышка наступила, когда из кухни запахло жареным, и мама сорвалась туда проверить, как там справляется Лора, не спалила ли она чего.       — По маленькой? — папа тут же достал бутылку, привезенную Тэхёном.       — Я пас, — Тэхён улыбнулся и пододвинул ближе к себе бокал с пригубленным вином. — Мне ещё за руль.       — Разве ты не останешься? — папа удивлённо вскинул брови. — Я думал, мы посидим напоследок, поговорим о том, о сем.       — Пап, я бы с удовольствием, — Тэхён на минуту задумался. А может и правда остаться? Выпить с отцом по рюмочке, посмотреть старую комедию с мамой, послать всё к чертям. — Нет, нужно ехать. Я хотел ещё осмотреть дом на продажу. Уж очень близко от него очаг пожара.       — Ясно, — отец понимающе покивал головой. — Обязательства нельзя нарушать.       Отец человек деловой, с ним проще. Мама долго сокрушалась и причитала, отпуская Тэхёна в вечернюю духоту.