По осколкам льда

Миланская арена содрогалась. Аделия Петросян стояла в центре льда, тяжело дыша, а вокруг неё бушевал океан оваций. Она сделала это. Произвольная программа была идеальной — каждый четверной, каждый каскад был выполнен с какой-то яростной, почти первобытной точностью. Она не просто выиграла золото, она вписала своё имя в историю.В «Kiss and Cry» Этери Георгиевна хранила величественное спокойствие, лишь чуть крепче сжав плечо Аделии. А Петя Гуменник, примчавшийся с трибун, размахивал своим блокнотом, где жирным маркером было обведено: «100% реализация стратегии».— Ты была богиней, Адель! — выкрикнул он, пытаясь перекричать гул толпы. — Даже Илья признал, что это было за гранью возможного!Аделия искала глазами Малинина. После своего провального проката он почти не появлялся на публике, но сейчас она увидела его у самого выхода. Он смотрел на неё — не с завистью, а с какой-то странной, пугающей нежностью.На показательных выступлениях они были главными звездами.После банкета, когда уставшие спортсмены начали расходиться по номерам, Аделия решила зайти к Илье без предупреждения. Она хотела сказать ему то, что не решалась произнести все эти дни. У неё был запасной ключ от его номера (он сам отдал его ей «на всякий случай»)Она тихо открыла дверь, ожидая увидеть Илью, разбирающего чемоданы. Но в комнате было темно, лишь из приоткрытой ванной доносились голоса. Илья был не один.— Ты уверен, что это сработает? — голос принадлежал Пете Гуменнику. Но в нём не было привычной мягкости. Он звучал холодно и профессионально.Аделия замерла, её сердце рухнуло куда-то вниз. Она притаилась за дверью, чувствуя, как холодный пот выступает на лбу.— Всё уже сработало, Петь, — ответил Илья. Его голос был спокойным, лишённым той эмоциональности, которую он показывал ей всего час назад. — Она выиграла. Весь мир видел её «героическую победу с травмой». Кадры, где я держу лед на её колене, уже проданы трем крупнейшим спортивным телеканалам как часть документального фильма о «тайной любви конкурентов».Аделия почувствовала, как земля уходит из-под ног. — А фотографии для Этери? — спросил Петя. — Ты реально собирался их отправлять?— Конечно нет, — Илья усмехнулся. — Это был сценарий. Нам нужно было, чтобы она чувствовала себя загнанной в угол и нашла «спасителя» в моём лице. Только в состоянии крайнего стресса она выдает такие прокаты. Мой агент просчитал: её золото + наш скандальный роман = 15 миллионов долларов рекламных контрактов для нас обоих на ближайший год. Нам нужно было это золото любой ценой, иначе контракт с брендом одежды сорвался бы.— Жестко ты с ней, — в голосе Пети послышалось что-то похожее на уважение. — Она ведь реально в тебя влюбилась. Я видел, как она на тебя смотрела на льду.— В этом и была цель, — холодно отозвался Илья. — Влюбленная женщина не задает вопросов. Она прыгает так, будто от этого зависит её жизнь. Свою часть работы я выполнил — завалил произвольную, чтобы её триумф выглядел еще ярче на моем фоне. Теперь твоя очередь. Ты должен убедить её подписать документы о «совместном менеджменте» под предлогом защиты от федерации. Она тебе доверяет. — Сделаю, — ответил Петя. — Жаль только, ни кто не помог ей догадаться, что «стратегия» была не про прыжки, а про её кошелек.Аделия стояла в темноте, сжимая в руках золотую медаль. Металл, который еще недавно казался теплым, теперь обжигал холодом. Она поняла всё: и «заботу» Ильи, и «поддержку» Пети, и да же собственные слезы.. это была история не про любовь.. это был бизнес план..коварный бизнес план