Вина на двоих

***

Рассвет застал их в разных комнатах. И такое было впервые. Тэхён, измученный слезами и бессонницей, заснул тревожным сном лишь под утро. Чонгук же так и остался на кухне. Он безмолвно и практически не моргая смотрел в одну точку. Холодный свет заполнил пространство, обнажая каждую трещину в их идеальном мире. Альфа смотрел на свои ладони и понимал – шантаж Намджуна лишь помог ему осознать и вспомнить, какой ценой он получил собственное счастье. Он не имел на него права, не имел права молчать и лгать в лицо человеку, которого любил больше жизни. Он больше не мог. Видеть любовь в глазах Тэхёна стало невыносимой пыткой. Когда омега вышел на кухню, то замер. Чонгук сидел за столом, его плечи были ссутулены, а взгляд пустым. - Нам нужно поговорить, - голос Чонгука был тихим, но в нем слышался приговор. Тэхён медленно сел напротив, его сердце забилось где-то в горле. - О чем, Гук-и? Ты пугаешь меня. Ты меня разлюбил? В этом дело? Поэтому ты так холоден в эти дни? Ты нашел кого-то? Чонгук сглотнул ком, впиваясь пальцами в край стола. - Я люблю тебя больше жизни, Тэхен. Так было и так будет всегда. Ты мой единственный омега и я боготворю каждую клеточку твоего тела. - Так что же произошло? Я ничего не понимаю, Чонгук, это так сильно мучает меня. Мне так больно из-за твоей холодности. – На опухших от слез глазах омеги опять заблестели слезы. - Мне нужно рассказать тебе кое-что, и это очень изменит твое отношение ко мне, - сквозь ком в горле проговорил Чонгук. Он видел состояние любимого, но не мог себе позволить броситься в его обятия. Не сейчас. - Выслушай меня сейчас очень внимательно. Ты же помнишь ночь, когда Минсон попал в аварию? Тэхен, округлив глаза непонимающе глянул на мужа. - При чем здесь.., - начал было он, но был перебит альфой. - В ту ночь, когда погиб твой муж. Ты помнишь, что сказали эксперты? Отказ тормозов. Случайность. Тэхён побледнел, его дыхание сбилось. - Я не понимаю... Зачем ты... зачем ты сейчас об этом говоришь? Мы ведь договорились не ворошить прошлое. - Потому что это я, Тэхён, - выдохнул Чонгук, наконец подняв глаза и посмотрев в на лицо любимого человека. – Это я был во втором авто. Мир вокруг омеги на мгновение перестал существовать. Звуки города за окном стихли. Остался только этот страшный шепот мужа. - Ты... что такое говоришь. Чонгук. Ты был там? Ты свидетель? – Тэхён всё еще пытался зацепиться за остатки здравого смысла. - Нет, милый. Я был тем, кто был за рулем второй машины. Когда у Минсона отказали тормоза, он полетел на меня. У меня была секунда выбора, Тэ. Я мог уйти в кювет, рискнуть собой и другом. Но я выбрал нас. Это я ударил машину твоего мужа. Да, это было неосознанно, на инстинктах. Но я выбросил его с дороги, чтобы выжить самому. Эксперты доказали, что моей вины в сметри твоего мужа нет, но я все равно чувствовал что причастен к его гибели, и это так сильно мучает меня. Слова падали между ними, как тяжелые камни. Тэхён смотрел на человека, которого боготворил, и видел перед собой незнакомца. - Остановись, Чонгук, хватит. Скажи мне, только предельно честно - когда мы познакомились, ты знал кто я такой? - осипшим от шока голосом спросил Тэхен. -Да, Тэ, я знал. - муж отвечал твердо, смотря ему в глаза. - Значит… Значит ты пришел ко мне из-за чувства вины? Все эти цветы, помощь, забота, защита. Это было искуплением греха? – голос омеги сорвался на хрип. Из глаз продолжали бежать предательськие слезы. - Сначала – да, - признался Чонгук, попытавшись дотянуться до руки Тэхёна, но омега отпрянул, словно от раскаленного железа. – Сначала я хотел удостовериться, что с тобой все хорошо. Но потом мы стали часто общаться, я понял насколько ты особенный и влюбился в тебя без памяти. Я полюбил тебя по-настоящему! Тэ, клянусь... - Не смей… - Голос Тэхёна сорвался, превратившись в надломленный хрип. Он поднялся, но его тело больше не слушалось - колени подгибались, а мелкая, неконтролируемая дрожь била так сильно, что зубы стучали. Омега вцепился пальцами в край стола - единственную сейчас опору. - Как я могу тебе верить? - Тэхён поднял на него взгляд, полный такой невыносимой муки, что воздух в комнате стал неподъемным. - Каждый раз, когда ты касался меня. Когда мы занимались любовью, и я шептал, что принадлежу тебе. Ты ведь знал. Ты ставил мне метку, присваивая себе каждую клеточку моего тела, а в это время ты врал. Мы мечтали о детях, черт возьми! Мы строили наше завтра, но ты не говорил мне правды! Слова перешли в судорожный всхлип. Тэхён закрыл лицо ладонями, пытаясь остановить поток слез, но они просачивались сквозь пальцы, обжигая холодом. - Ты же не просто заставил меня влюбиться в себя, - прошептал парень, захлебываясь рыданиями. - Ты методично взращивал во мне жизнь только для того, чтобы сейчас вырвать её с корнем. Ты разрушил меня, Чонгук. До основания. Альфа смотрел на супруга и видел, как та искра, которую он так долго и бережно раздувал в этих глазах, окончательно гаснет, оставляя после себя лишь пустоту. В тишине, нарушаемой только рваным дыханием Тэхёна, альфа понял - прощения не будет. Чонгук медленно встал, ощущая себя живым трупом. Металлический звон ключей в его руке ударил по ушам. Не оборачиваясь на содрогающегося от плача омегу, он направился к двери. - Мне нужно уйти, Тэ. Ненадолго. Я хочу дать тебе немного времени, чтобы переварить эту информацию. Я скоро вернусь. И помни, милый, что я тебя очень сильно люблю. – проговорил Чонгук, - Я предан только тебе и мечтаю только о тебе. Я твой навсегда. Альфа ушел, и омегу окончательно прорвало - рыдания перешли в хрип. Его буквально выворачивало от осознания масштаба катастрофы. Парень застыл посреди кухни, невидящим взглядом впившись в пустоту. Каждое светлое воспоминание последних месяцев теперь сочилось ядом. Его личный ангел-хранитель, его скала на деле оказался его же убийцей. Действуя как в бреду, омега вырвал из шкафа дорожную сумку. Когда-то он уже пытался бежать из этой квартиры, но в этот раз пути назад не было. Руки дрожали, вещи валились на пол, но он упрямо втискивал их внутрь. Оставаться здесь было невыносимо - каждый предмет тут теперь вопил о лжи и предательстве. Собрав сумку, Тэхен подошел к столу и вырвал листок из блокнота. Ручка дрожала в неслушающихся пальцах. «Не ищи меня. Я не знаю, кто ты такой. Прощай». Через час омега уже сидел в такси, направляясь на железнодорожный вокзал. Он ехал в Пусан, к сестре. В единственное место, где его не станут искать и где он сможет попытаться собрать осколки своей души, которые Чонгук превратил в пыль.

***

В портовом кафе Чонгук сидел напротив Намджуна. - Денег не будет, Намджун, - холодно произнес он, глядя в глаза бывшему другу. - Я признался ему. Теперь у тебя нет власти надо мной. Можешь делать что хочешь, можешь кричать на весь мир. Мне всё равно. Намджун лишь хмыкнул. Но Чонгук его уже не слышал. Внезапно он почувствовал как ужас охватывает все его тело, метка прекрасно передавала состояние и мысли его омеги. Мужчина сорвался с места и погнал машину домой, внезапно осознав - «Я не могу его потерять. Я должен всё объяснить еще раз. Я должен пытаться и умолять. В ногах буду ползать, но не упущу его». Альфа ворвался в квартиру, выкрикивая имя мужа, но ответом ему была тишина. На столе белел листок бумаги. Чонгук прочитал записку и его крик боли утонул в пустых стенах дома, который больше не был их крепостью.