In Debita

Глава 13. О поезде, цинизме, пропавших вещах и том, как Снейп стал свахой (Напоминание: всем персонажам 21 год, это вымысел. Автор осуждает любые формы насилия, наркотики, а также циничное отношение к массовым убийствам — даже в шутку. Нижеследующие диалоги являются художественным преувеличением и не отражают позицию автора.) Поезд «Хогвартс-экспресс» отъезжал от платформы 9¾ ровно в 11:00. За окном мелькали заснеженные поля, где-то вдалеке паслась стая диких козлов, а в купе, арендованном Драко (разумеется, отдельном, с бархатными сиденьями и подогревом пола), царила атмосфера странного рождественского похмелья. Валерио сидел, развалившись на двух сиденьях, и жевал лакричную палочку. Мел читала книгу с чёрной обложкой — «Некрономикон для чайников», судя по корешку. Драко пил кофе из термоса и смотрел в окно. Гермиона сидела рядом с ним, прижимая к груди подарки от родителей (две пары носков с оленями и банку домашнего варенья). — Итак, — сказала Гермиона, нарушая тишину, — ты говорил, что Лорд планирует нападение. Когда? Драко отхлебнул кофе. — Через две недели. Может, через три. Он ещё выбирает цель. — И тебя это не волнует? — А должно? — он повернулся к ней, и в его подведённых глазах не было ни капли беспокойства. — Я Пожиратель, Гермиона. Моя работа — выполнять приказы. А не переживать. — Exactement, — кивнул Валерио, чавкая. — On s'en fout de son plan. Ce qui compte, c'est le salaire (Точно. Нам плевать на его план. Важна зарплата). — Вы… вы получаете зарплату за убийства? — возмутилась Гермиона. — Не за убийства, — поправила Мел, не отрываясь от книги. — За присутствие. За то, что мы носим Метку и иногда пугаем магглов. Убивать нас просят редко. В основном — устраивать погромы. Это весело. — Это ужасно! — Это прибыльно. — Валерио приподнялся на локте. — Écoute, ma belle (Слушай, красавица), Лорд платит не деньгами. У него есть ресурсы, которые нельзя купить. Доступ к закрытым библиотекам, к древним артефактам, к информации, которую Министерство прячет. Для нас, французов, это — золото. А убийства… ну, это побочный эффект. Как холестерин от масла. — Ты сравниваешь убийства с холестерином?! — Je compare des concepts (Я сравниваю концепции). — Валерио зевнул. — Ne te fatigue pas, Hermy. Le monde est pourri. On est juste honnêtes (Не парься, Герми. Мир гнилой. Мы просто честны). Гермиона посмотрела на Драко, ища поддержки. Он пожал плечами. — Они правы. Лорд — инструмент. Мы используем его так же, как он использует нас. Разница в том, что мы не верим в его идеологию. Мы верим в удобства. — В удобства? — Голос Гермионы зазвенел. — Люди умирают, а вы говорите про удобства? — Люди умирают каждый день, — философски заметил Валерио. — От болезней, от старости, от того, что переходят дорогу не вовремя. Наши жертвы просто… попадают в статистику чуть раньше. — Ты чудовище. — Merci, ma chérie (Спасибо, дорогая). — Он послал ей воздушный поцелуй. — Я стараюсь. Гермиона хотела продолжать спор, но Драко взял её за руку. Не сильно, просто положил ладонь поверх её пальцев. — Не трать нервы, — тихо сказал он. — Они не изменятся. Я не изменюсь. Но это не значит, что я не могу любить тебя. Или что я буду убивать на твоих глазах. — Ты уже убивал? Драко промолчал. Молчание длилось ровно три секунды. — Il a tué, — сказала Мел, не поднимая головы. — Un homme. C'était lui ou Drac. Drac a gagné (Он убил. Одного человека. Было он или Драк. Драк победил). — Заткнись, Мел, — тихо, но твёрдо сказал Драко. Мел замолчала. Валерио присвистнул — «Ouh là, sujet sensible» (Ух ты, чувствительная тема). Гермиона не стала спрашивать подробностей. Она просто сжала его руку в ответ. И почувствовала, как он чуть заметно выдохнул. Поезд мчался дальше, увозя их в Хогвартс, где реальность стиралась за картинкой снега и дыма. --- Часть вторая, в которой Рон удивляется, Гарри подозревает, а вещи исчезают На перроне Хогсмида их встретил холодный ветер и профессор Снейп, который, как обычно, стоял с таким видом, будто его заставили присутствовать на собственных поминках. — Мистер Малфой, мисс Грейнджер, — процедил он, когда они вышли из поезда. — Ваши вещи уже доставлены в замок. Мисс Грейнджер, вас переселили. — Переселили? — переспросила Гермиона. — Куда? — В спальню мистера Малфоя. По приказу директора. У Гермионы отвисла челюсть. — Что?! Это… это незаконно! Это неприлично! Это… — Это приказ, — перебил Снейп. — Дамблдор решил, что в свете последних событий вам будет безопаснее под защитой мистера Малфоя. Если вы возражаете, можете обсудить это с ним. Но у него сейчас чай с фениксом, и феникс, знаете ли, горит. Так что не советую. Снейп развернулся и ушёл, оставляя за собой шлейф чёрной мантии и недоумения. — Что за херня? — спросил Гарри, подходя к ним. Он и Рон только что вышли из другого вагона — на два купе позже, потому что Драко «забыл» их добавить в общий чат и не предупредил о месте встречи. — Дамблдор переселил Гермиону к Малфою, — сказал Рон, услышав обрывок разговора. — Зачем? — Для безопасности, — ответил Драко, обнимая Гермиону за плечи. Она не отстранилась — слишком была в шоке. — Лорд скоро нападёт. Я могу её защитить. — Ты её защитишь? — Рон скрестил руки. — Ты — Пожиратель. Ты — часть тех, от кого её нужно защищать! — А ты — рыжий дантист, который не может отличить Люмос от Нокс. — Драко улыбнулся. — Не лезь, Уизли. Взрослые разговаривают. — Малфой, — начал Гарри, но Гермиона подняла руку. — Хватит. Я сама разберусь. Гарри, Рон, мы поговорим позже. В замке. Она пошла к каретам, таща за собой чемодан (Драко не предлагал помочь — он знал, что она откажется, но шёл рядом). Гарри и Рон переглянулись. — Я этого не понимаю, — сказал Рон. — Я тоже, — ответил Гарри. — Но давай пока не лезть. Она взрослая. — Ей двадцать один. Мы все взрослые. Но это не значит, что она не делает глупостей. Гарри посмотрел вслед удаляющейся парочке — чёрный дракон и рыжая белка в обнимку — и вздохнул. — Кажется, это её выбор. — Глупый выбор. — Может быть. Но это её право. Они сели в карету и поехали в замок, где их ждал холодный ужин и горячие новости. --- Часть третья, в которой веселье, курение и флирт Спальня Драко оказалась больше, чем Гермиона помнила. Видимо, за каникулы он добавил ещё одно крыло — с гардеробной (полной её вещей, аккуратно развешанных по цветам) и ванной (с джакузи, в которой можно было плавать). — Ты подготовился, — заметила она. — Я всегда готов. — Драко снял мантию и бросил её на кресло. — Хочешь выпить? — Хочу понять, что происходит. — Ничего не происходит. Просто Дамблдор решил, что так будет безопаснее. Или удобнее. Или он просто хочет посмотреть, как мы будем ругаться. Старик любит драму. Они спустились в гостиную Слизерина, где уже собрались Валерио, Мел, а также Блейз Забини и Теодор Нотт (которые, как оказалось, тоже были в курсе событий, но им было всё равно — они играли в карты и пили огневиски). — Voilà notre princesse! — воскликнул Валерио, увидев Гермиону. — Assieds-toi, on va rigoler (Вот и наша принцесса! Садись, будем ржать). Гермиона села на диван. Драко сел рядом. В воздухе пахло дымом — Валерио курил сигарету с ментолом, а Мел закручивала самокрутку с чем-то, что пахло подозрительно. — Это фрерия? — спросила Гермиона. — Bien sûr que non (Конечно нет), — ответила Мел, поджигая. — C'est du tabac. Du vrai. On n'est pas des animaux (Это табак. Настоящий. Мы не животные). — Но вы курите в помещении! — Это же Хогвартс, дорогая. Здесь даже стены курят. — Валерио выпустил колечко дыма в потолок. Разговор зашёл о пустяках — о новом сорте огневиски, о том, кто кого поцеловал на Рождество (Валерио поцеловал Мел, Мел поцеловала Валерио, Драко поцеловал Гермиону, Гермиона никого не поцеловала, потому что стеснялась), о странном виде с горгульи на третьем этаже («Elle me regarde toujours avec concupiscence, c'est flippant» — Она всегда смотрит на меня с вожделением, это жутко). Гермиона постепенно расслаблялась. Вино помогало. Шутки Валерио становились смешнее. Мел рассказывала историю о том, как случайно превратила учителя французского в жабу («Il le méritait, le connard, il m'a donné un deux» — Он заслужил, мудак, поставил мне двойку). Драко тоже был в ударе. Он шутил — о Снейпе, о Поттере, о том, как его отец пытался научить его играть в гольф («Я случайно убил павлина. Отец до сих пор не разговаривает со мной по субботам»). И Гермиона смеялась. Настоящим, горловым смехом, от которого у неё на глазах выступали слёзы. — Ты прекрасна, когда смеёшься, — сказал Драко, наклоняясь к ней. — Ты уже говорил. — Повторю. — Он поцеловал её в щёку. Потом в губы. Легко, как бы между прочим. — Allez, baisez-vous, on regarde pas, — буркнул Валерио, но смотрел. Мел швырнула в него подушкой. — Cesse de mater, pervers (Хватит пялиться, извращенец). — Toi-même (Сама такая). Гермиона отстранилась от Драко, но улыбалась. Она чувствовала, как напряжение уходит из плеч, как страх перед завтрашним днём тает в дыму сигарет и запахе вина. Рядом с этими людьми — циничными, опасными, смешными — она забывала о том, что мир рушится. Что Лорд готовит нападение. Что её друзья — Гарри и Рон — смотрят на неё с осуждением. — Ты знаешь, — сказала она Драко, когда остальные увлеклись игрой в «кто громче выругается по-французски», — я начинаю привыкать. — К чему? — К тому, что ты — часть моей жизни. Независимо от того, правильно это или нет. — Это неправильно, — серьёзно сказал Драко. — Я — Пожиратель смерти, ты — грязнокровка. По законам нашего мира, мы не должны быть вместе. — А по твоим законам? — По моим… — Он взял её за подбородок и заглянул в глаза. — По моим законам, ты — единственная, кто видит меня без маски. И не бежит. И это дороже, чем все галлеоны мира. Она хотела ответить, но Валерио заорал: «PUTAIN, J'AI GAGNÉ!» (БЛЯ, Я ВЫИГРАЛ!) и начал танцевать вокруг стола, обливая всех шампанским. Гермиона рассмеялась, прижалась к Драко, и подумала: «Чёрт с ним. Сейчас важно только это». А завтра будет новый день. И, возможно, война. Но об этом — в следующей главе. --- Так закончилась тринадцатая глава. Кто-то потерял свою комнату, кто-то — совесть, а кто-то — страх перед будущим. И только портрет Салазара Слизерина, висевший в гостиной, закатил глаза и прошептал: «Молодёжь… даже не так испортили род, как эти французы с их сигаретами». (Автор напоминает: курение вредит здоровью, особенно магическое. Фрерия — вымысел. Насилие — зло. А решение Дамблдора переселить Гермиону к Малфою — странно, но это его право как директора с фениксом.) Что касается следующей главы — с Тёмным лордом…