Дофаминовая петля

Музыка в клубе «Знак скорпиона» играла посредственная. Танцовщица на сцене не попадала в такт. Тонкие ноги, затянутые в кожаные сапоги на каблуках, обвили пилон. Демон перед сценой оскалил крокодилью морду, но тут же получил в нос за попытку ухватить. Половина лампочек на потолке перегорела и тревожно мигала. Один из прожекторов, направленных на самый центр, перекосился. Один из сидящих за барной стойкой лежал головой в луже виски. От духоты хотелось вдохнуть глубже, но мешал прогорклый мерзкий запах. — Ну и дыра. — Энджел брезгливо провёл пальцем по поверхности столика. На ткани белой перчатки остался серый слой пыли. Столик покачнулся, когда грешник уселся за него и демонстративно сложил на груди обе пары рук. Партнёр на вечер криво растянул рот, обнажив жёлтые клыки. Хищный оскал оказался рядом с его лицом, когда демон упал на стул рядом. — Не так быстро, Лари. — Руки оттолкнули волчью пасть, слюна с которой капнула на короткие розовые шорты. — Сначала капля волшебного зелья в мой виски. — Понравилось? — Острые зубы щёлкнули. Шерстяная лапа стиснула плечо. Когти глубоко вошли в кожу. — Да-а… — Энджел натянул на лицо самую обворожительную улыбку, что имелась в его богатом арсенале. Плешивый демон даже её не заслуживал, но каким-то чёртом имел в кармане пузырёк с заветной жижей. Как выяснилось, достать её не так просто, если вообще возможно. Голос Лари раздражал, ещё больше выводил из себя сам факт его нахождения рядом. Энджел развернулся к нему, закинул ногу на бедро и шустро залез рукой в штаны. — О, я так сильно тебе нравлюсь? Музыка сменилась. Мигнули зелёным лампы, сменившись на красный. Тихое улюлюканье подстегнуло танцовщицу заработать ногами усерднее. — Давай, Энджи, детка… — волчий шёпот, от которого хочется закатить глаза. — Работай усерднее. Кулак в штанах сжался. Вонзить бы когти. Новая улыбка на выдохе. Пальцы в перчатках прошлись по плечу, скользнули ниже по груди. Шерсть грубая и жёсткая, нет удовольствия даже в простом поглаживании. — Так хорошо? — угодливо спросил Энджел. — О-очень. Хороший мальчик. Глаза выловили бармена, на которого упал свет прожекторов. Переметнулись на танцовщицу. Ремней на её ногах шесть, по три на каждом бедре. У демона перед сценой забавная шляпа. В аду какой-то странный фетиш на шляпы — каждый второй в них ходит. Энджелу не заходила эта мода. Нравилось, когда шёрстка свободно развевалась на ветру. В зале… десять, нет… двенадцать столиков. У двух сломаны ножки. У трёх стёсаны углы. В правом углу зала выход в коридор. Скорее всего в вип-зоны. Удивительно, что в такой помойке такие есть. Постеры на стенах… Вульгарно и грязно. Охранник у входа взволнованно с кем-то разговаривает. Повышает голос. Взгляд Энджела остановился. Какой-то странный механизированный демон. Похожий на клоуна, с растянутой до ушей широкой улыбкой. Девушка в коротком красном платье. Робот. Поводок от шеи тянется к чёрной руке, что сжимает длинную тонкую трость. — Энджи, ты плохо стараешься. — Голос Лари отвлёк. Энджел повернул к нему голову. Снова натянул на лицо улыбку. — Не хочешь вкусного? — Хочу. Голова кругом от тебя просто. — Ага, конечно. Даже Лари не верит. Конечно, чёрт возьми, не верит — он же себя видел. Он прекрасно знает, что Энджелу только одно от него нужно, и это не член, готовый прорвать дыру на штанах. Волчьи глаза снова закрылись в блаженстве. Чем быстрее он закончит, тем скорее свалит из этого поганого места. В глаза снова бросился механизированный демон. Чёткими движениями направился к бару. Его владелец уселся за столик в самом центре зала. Прожектор высветил высокий алый цилиндр с торчащими над ним антеннами: одна пушистая, вторая ободранная. Пышный белый ворот. Роскошная красная шуба, подол которой обнажил светлые брюки и ботинки на высоких каблуках. Демон сидел к Энджелу спиной, вытянутой в сторону рукой упирая трость в пол. Усики-антенны подрагивали в такт музыке. Робот-помощница прикатила к нему вместе с бокалом, на дне которого трещал лёд вперемешку с напитком. Танцовщица сбилась с ритма. Её глаза уставились на посетителя. Каблуки громко шаркнули по полу. Недовольные стоны зрителей. Ещё один такт. Танец оборвался. Неловкое переминание с ноги на ногу и поспешный уход за кулисы, больше похожий на бегство. Энджел переметнул взгляд — чёрные пальцы любовно погладили рукоять трости. Гость закинул ногу на ногу. Из-за подола шубы показалась ещё одна пара рук. В одной загорелась сигарета. Алый дым с одной затяжки тягуче опустился на пол. — Сука, Энджи! — Лари прорычал ему на ухо. Когти высвободили плечо и тут же вцепились в волосы на затылке. Энджел охнул от неожиданности. Он совсем забыл о своей задаче. — Чтобы подрочить не нужно так много мозгов. — П-прости… Давай лучше в туалет пойдём, здесь музыка мешает. — Иди-ка ты нахер, Энджи. — Лари выпустил его и поднялся, скинув с себя его ноги. — На улице полно шлюх получше, чем ты. — Эй, я не шлюха! — возмутился Энджел, но тут же смягчил тон, подскочив следом за демоном. — Подожди, волчонок, ты такой нетерпеливый! Пойдём, я покажу тебе, что умею. Ты не пожалеешь. — Одна из рук спустилась, обхватив всё ещё твёрдый член через распахнутую ширинку. Рядом, всего в паре сантиметров, в кармане. Оно лежит там. Если Энджел успеет выхватить его… до выхода всего несколько метров. Подъём по лестнице. Улица не длинная, сразу за фонарём поворот. Он успеет скрыться, Лари его не догонит. — Хреново завлекаешь. — Ой, не набивай себе цену. Как шлюх в паучьем квартале много, так и вкусных членов столько же. — Не ври, мы оба прекрасно знаем, что не вкус члена тебе нужен. Лари замолк. На его лицо упала тень. Энджел повернул голову. Тут же задрал. Демон в красной шубе возвышался на полметра над грешником. А он считал себя самым высоким среди знакомых. Ещё и цилиндр рост подчёркивал. Сплошная демонстрация превосходства. — Привет, Лари. Голос такой сладкий. Приторный. Растягивает гласные. С акцентом. — Ва-ал… — Лари почесал затылок и сел обратно. — Ты откуда и в таком месте? — Да вот, нашёл тут кое-кого. — Пушистый усик дёрнулся в сторону сцены. Механический скрежет — робот-демоница прикатила к столику. Лари оказался между ней и Энджелом. — Не люблю, когда от меня уходят. Как-то это… невежливо что ли. — Точно… Энджел прислушался. Не итальянский акцент. Испанский. — А ты, я вижу, «магию» продаёшь за пресные блага? — Верхняя пара рук скрестилась на груди. Левая нижняя сбросила пепел с сигареты. От неё к потолку поднимался дым. — Что? Не-ет. — Лари натянуто фыркнул. — Так, развлекаюсь с подружкой. Тонкая бровь выразительно изогнулась. На Энджела посмотрели оценивающе. Вишнёвые глаза за очками нежного розового цвета. Сплошное красное пятно. Как предупреждение об опасности. — Да. Верно. Ха-а… — Энджел рассмеялся настолько непринуждённо, насколько мог себе позволить. Напряжение Лари передалось и ему. — Ладно, приятно было поболтать, я пожалуй… — Не торопись. Одна из четырёх рук опустила на стол прозрачный пузырёк с розовой жидкостью. Энджел глубоко вдохнул. Уловил аромат вишни, взявшийся непонятно откуда. Глаза жадно впились в поданное угощение. — Садись, поговорим. Они уселись синхронно. Вал медленно и вольготно, не отрывая ладони от пузырька, Энджел поспешно и дёргано. — Давно в аду? Сбоку неуютно засопел Лари. У механизированной особы тоже оказалось дыхание. Такое же железное. Энджел поморщился. Смог наконец оторвать взгляд от прозрачного стекла и столкнулся с бликами на розовом. — Пару месяцев, — небрежно бросил Энджел. Закинул ногу на ногу. Скрестил на груди обе пары рук. Коротко опустил глаза и снова уставился в чужие. Даже зрачков нет. Пустота. — И какое занятие для себя нашёл? — в голосе интерес. Неподдельный. — Я? Ну… как бы… Энджел посмотрел в сторону. Демонов в зале стало больше. Они так бесшумно заполонили пространство, что Энджел и не заметил. Часть из них зашла за барную стойку и принялась с шумом скидывать с полок бутылки с напитками. В ход шли не только когти, но и бейсбольные биты и железные ломы. Бармен не успел покинуть рабочее место — ему успели заломить руки и нагнуть над стойкой. Зрителей перед сценой разогнали. — Наслаждаюсь прелестями адской жизни. Я умер, в конце концов — не работать же ещё и после смерти. Самое время расслабиться. Вал выпрямился. Верхняя правая рука легла на спинку стула. Указательный палец левой наклонил пузырёк. — Хороший способ расслабления выбрал. Мне нравится. Не хватило денег? Кто-то из демонов выстрелил в прожектор. Металл со скрежетом упал на пол. Пальцы Вала покачали пузырьком из стороны в сторону, возвращая внимание обратно. — Денег? Нет, этих штук у меня хватает. Просто способ расслабления такой редкий, что его не найдёшь. — Да-а… потому что он пока на стадии разработки, ещё не вышел в производство. — Глаза за очками без зрачков метнулись к Лари. — Но уже пару недель, как пропадают образцы. Лари, ты знал, что у нас на производстве есть камеры, идиот? Звук, который издал Лари, едва ли сошёл за согласие. Энджел скривил губы. Пара демонов выволокла на сцену визжащую танцовщицу. Грешница упиралась каблуками в паркет, не сильно преуспевая в бегстве. — Да ладно тебе, Вал… — Лари натужно рассмеялся. — Подумаешь, пара образцов? На пробу взял. Когда товар официально выйдет — всем головы снесёт. Просто огонь! Ты посмотри вот на эту цыпу — ему всего два раза этого зелья дали, а он уже любому в штаны готов залезть, лишь бы ещё одно получить… Вишнёвые глаза сощурились. Лари замолк. — Ну или… Вы же на такой эффект и рассчитывали… Разве нет? Звуков стало слишком много. Клуб нещадно громили. Несколько десятков посетителей разбежались. Бармен лежал на стойке с пулей во лбу. — Китти, сделай всё, как папочка любит. Механизированная демоница издала жуткий скрежет похожий на смех. Железные руки схватили Лари за шкирку и, как щенка, поволокли к сцене. Второй рукой робот ухватила и танцовщицу и обоих потащила прочь из клуба. — Так что?.. — Пузырёк снова качнуло влево и вправо. Острый коготь постучал по пластиковой крышке. — В чём твоё призвание? — Призва… что? Какого… Звуки творящейся анархии мешали мыслить трезво. Плещущаяся за стеклом жижа манила к себе. У Энджела в голове закончились мысли. — Ну кем ты был при жизни? — Порно… актёром?.. — Энджел даже не понял, почему его голос приобрёл вопросительную интонацию. Лицо собеседника исказил широкий оскал. — Интере-есно. А умер как? — Ха-а… Ещё чего! — Энджел выпрямился. — Сперва дай мне что-то, если хочешь что-то получить. Палец наклонил пузырёк вперёд. — Как тебя зовут? — Энджел. — Видишь ли, Энджел. Партия, которую Лари вынес из лаборатории, чтобы раздать в шлюшьем квартале, была бракованная — инженеры накосячили с пропорциями, выдав на результат полную хрень. Сдохли трое оценщиков и четыре шлюхи, которым Лари успел втюхать зелье. То, что ты выпил два и всё ещё жив — само по себе чудо. А то, что хочешь ещё — чудо до самых Небес. — Та-ак… И какого хрена ты тогда от меня хочешь? — Прогуляемся? — предложил Вал. Ладонь сжала пузырёк, пальцы сдвинули его за рукав с меховой оборкой. — Это последней образец некачественной партии. Отдам его тебе, раз так понравилось. Демон с челюстью, как у пираньи, свернул шею одному из охранников. Вал сдвинулся, закрыв плечом обзор. Внимание обратилось на меховой рукав. В пальцах снова оказалась сигарета с клубящимся алым дымом. — Ла-адно. Но учти, если, как и Лари, потребуешь тебе отсосать — моё терпение не безгранично. Губы Вала дрогнули в улыбке. — Мне есть кому отсасывать. Одна из четырёх рук опустилась Энджелу на плечо. Горячая. Пальцы почти невесомые, в отличие от когтей Лари. Задели разрезы на кофте. Рука подтолкнула. Сцена за спиной загорелась. Энджел уставился на выход. Вал направил к нему. Свежий воздух на улице заполнил лёгкие. На выдохе Энджел замешкался. Тройка демонов у входа снимала крупные буквы над крыльцом, кидая на разбитый асфальт. — Что за херня тут творится? — не выдержал Энджел. — А… всего лишь борьба с конкурентами. — Вал махнул рукой и направился к стоящему неподалёку белому лимузину. — Эта дыра давно меня раздражала. Полное отсутствие вкуса, а занимает в районе столько места. Раздался знакомый скрежет. С натянутым механическим оскалом клоунесса, залитая кровью, подкатила к лимузину и услужливо открыла перед обладателем поводка дверь. — Какого хуя, Вал?! — из клуба показался низкий демон с мордой насекомого, в костюме с расстёгнутым воротом белой рубашки. — Ты не можешь приходить в мой клуб, громить его и убивать моих танцовщиц! Мы с тобой дого… Вал выстрелил. Несколько раз. Хотя достаточно было и одного. Небрежно размазал брызнувшую кровь по белой манжете. На ветру меховая оборка рукава зашевелилась. До Энджела донёсся вишнёвый аромат сигаретного дыма и свежей крови. Вал обернулся к нему, и одна из его рук взметнулась в приглашающем жесте. Тонкая бровь вопросительно приподнялась. В хищном оскале дёрнулся уголок губ. — А, ладно… — бросил Энджел и прошествовал к лимузину.