Дофаминовая петля

Битва оверлордов развернулась масштабная. Энджел наблюдал с крыши высотного здания, куда забрался вместе с Черри. Переодеться грешник не успел, и каменная крошка неприятно царапала кожу, стирая ткань чулок. Стоило позвонить подруге, как она, уже в курсе развернувшейся бойни, тут же приехала за ним и увезла на место с идеальным обзором. Когда Энджел устроился на самом краю, свесив вниз ноги, Валентино вместе с Вельвет уже были в центре событий. Зрелище поражало… Силы оверлордов творили массовые разрушения: сносили кварталы, крошили здания, выбивали с корнем проводку. Грешники с воплями покидали место, где их нещадно косило волной демонов деливших территорию. Шерсть на затылке вставала дыбом. Энджел с широко раскрытыми глазами наблюдал за тем, как крошечный, утончённый, но невероятно стремительный Вокс, взлетая на длинных проводах до крыш высоток, пускал электрические заряды, способные обесточить всю Пентаграмму. Сила демона воистину поражала. Целое здание, словно песочный замок, рухнуло от прошившей его насквозь мощной электрической молнии. Когти демона пропускали ток в воздух, но два оверлорда, против которых он был направлен, ловко уворачивались, на давая себя задеть. Огромная женщина, похожая на динозавра с массивным хвостом, полыхала потоками зелёной и розовой энергии, бездумно разрушая всё, что попадалось под руку. Вокс легко уворачивался, но в один миг случайный луч задел его плечо. Демон замешкался, вильнул в сторону от второго оверлорда: тот, с птичьими крыльями ловко лавировал вокруг зданий и легко ускользал от электрических зарядов. Несколько вспышек энергии, и крылатому оверлорду удалось схватить Вокса когтями и поднять в воздух. На него тут же налетел Валентино. Пара-тройка ударов, и демон был отбит и упал на раскрошенный асфальт. Сам мотылёк полностью отвлёк на себя внимание хищной птицы. Энджел вцепился в каменный выступ, на котором сидел. Он и не думал, что наблюдение за битвой вызовет столько волнения. Однако сердце тревожно колотилось, пока демоны ожесточённо бились. Птицеподобный демон — Аларик, как назвала его Вельвет и подсказала Черри — летал превосходно. Крылья были частью его рук, и он взлетал на невероятную высоту. Крылья Валентино, как догадался Энджел, позволяли ему взлетать на короткие и небольшие расстояния и тут же бросали его вниз. Демон пользовался выступами и любыми предметами, что позволяли держаться и передвигаться. Делал это стремительно, ярко, мечась от одного угла к другому, однако сильно бросалось в глаза, что у мотылька нарушена координация. За счёт этого Аларику быстро удалось согнать его обратно на землю и зажать в угол. Валентино остановился, опустил шлейфом крылья вниз. Достал пистолет, прицелился. Выстрел подбил Аларика, и тот рухнул на землю. Мотылёк моментально подлетел к нему коротким рывком и вступил в рукопашный бой. Здесь Аларик уступил — физической силой Валентино значительно его превосходил. Пока демоны сцепились ярким крылатым комком, Воксу на помощь пришла Вельвет. Демоница преобразовывала энергию в любые предметы, что позволяла фантазия, швыряя их остриями в Зи, но та со своими немалыми габаритами умудрялась ловко от них ускользать. Вскоре Вокс и Вельвет на пару почти загнали динозавриху в угол, объединив энергию, но тут появился ещё один оверлорд. Высокий, тонкий, с множеством рук, он защитил Зи, и два оверлорда набросились с новыми силами на вымотанных соперников. — Зестиал!.. — прошептала удивлённо Черри. — Он же в битвы за территории обычно не вступает… Неужели Кармилла действительно на пути к проигрышу Воксу, раз Зестиал решил заступиться? — Хочешь сказать, весь этот хаос только ради того, чтобы стать Верховным оверлордом? — ещё больше удивился Энджел. Он не поворачивал к подруге головы, неотрывно наблюдая за мотыльком — того загнали на крышу магазина и теперь в открытом пространстве у Аларика вновь появилось воздушное преимущество. — Только ради… не знаю… территорий и какого-то дурацкого статуса? Столько грешников же положили, которые ни при чём… — Они о таком не задумываются, Энджел. Судя по всему, Вокс почти победил, и остальные решили пойти на отчаянный шаг. Дьявол меня возьми, ты только посмотри на это… Энджел невольно вспомнил слова, презрительно высказанные Воксом о его подруге. Демон, что сейчас источал из себя электричество, подобно целой электростанции, опутанный проводами, словно щупальцами, с горящим в ярости экраном… пожалуй мог позволить себе подобные выражения. Хоть и заметно проигрывал, как только появился Зестиал. Теперь силы оказались равными — двое оверлордов против двух, но преимущество, очевидно, перешло на сторону Зи. В это время Аларик вцепился в Валентино, вонзив в плечи и грудь когти, и рывком поднял в воздух. Энджел взволнованно подался вперёд и задрал голову к небу. Аларик взлетал высоко, увлекая за собой мотылька, пока не достиг такого уровня, что едва слился с алыми облаками. В этот же миг демон выпустил его, разжав когти, и Валентино камнем полетел на землю, бессмысленно пытаясь замедлить падение крыльями. В самый последний момент к нему рывком подскочил Вокс, и оба демона рухнули на асфальт, пробив в нём огромную дыру. Этого хватило, чтобы три оверлорда напали на оставшуюся одну Вельвет. Демоница старалась отбиться изо всех сил, громко зовя Вокса, и наконец теледемон, оставив Валентино, метнулся к подруге. Двое против троих едва справлялись, и исход битвы, казалось, стал очевиден. Пока Валентино валялся в центре паутины из трещин в асфальте, пытаясь подняться на ноги, Вокс и Вельвет оттесняли соперники. Со скрипом и скрежетом в небе появилось огромное механическое чудище, напоминающее акулу, с кучей алых мониторов вместо глаз. Оно набросилось на оверлордов, и Вокс, ликуя, поднялся на проводах к этой махине. Противники, явно этого не ожидавшие, были застигнуты врасплох. Нападение вышло жестоким. Механический монстр безжалостно терзал оверлордов огромными острыми зубами. Выбраться из кровавого фонтана удалось только Зестиалу, и того тут же настигла Вельвет. Энергия демоницы едва не снесла демону голову, и в тот же миг оверлорд предпочёл покинуть поле сражения. Демоны были слишком далеко, а разрушения монументальны, чтобы слышать их разговоры. Энджел лишь видел сплошные метания и рывки. Ошеломлённый внезапным появлением акулоподобного монстра он забыл о Валентино. А когда вернул взор ему, с ужасом отметил, что Аларик вновь стрелой устремился к нему. Стоило мотыльку подняться на ноги, его снова повалили на асфальт. Усевшись сверху, Аларик принялся жестоко калечить демона огромными когтями. Рвал крылья, брызжа на асфальт кровью, выкручивал конечности, пытался растерзать грудную клетку. Энджел привстал, как будто если бы сейчас спрыгнул с крыши, в самом деле мог что-то сделать. Взгляд в надежде нашёл в месиве из пыли и каменной крошки Вокса. Тот не сразу заметил, что партнёра рвут на части. Подлетел к Аларику слишком поздно. Когда провода оттолкнули от Валентино птицу, а вспышка тока оставила на асфальте горсть обгоревших перьев, мотылёк, распластавшийся по асфальту красной лужей, уже не шевелился. Энджел в страхе подскочил на месте и едва не полетел вниз с крыши, оступившись. Черри вовремя ухватила его. — Ва-ал… — с облегчением выдохнул Энджел, как только смог разглядеть, что мотылёк всё ещё тяжело, но всё-таки дышит. Энджел резко зажмурился. Закрыл уши руками и сжался в комок всем телом. По району раздался раздирающий барабанные перепонки фонящий звук на безбожно высокой скрипящей ноте. Следом за ним по улице разнёсся хрипящий, пошедший помехами голос: — Хэ-эй, Во-окс… Неужели справился сразу со всеми оверлордами? Ка-акой ты мо-ло-де-ец! Электричество волной прошлось по асфальту, задев всё, что находилось в округе. Вельвет едва успела запрыгнуть на свою метлу, чтобы её не задело. Валентино повезло меньше — прошитый током только пришедший в себя мотылёк взметнул крылья и безвольно осел на землю. — Думаешь, ты так легко отделался? — продолжал заливаться помехами певучий голос. — Как бы не та-ак! Давай же, приходи по-и-грать! — Аластор! Голос Вокса разрезал пространство. Волна тока вновь обрушилась на улицу. Поднявшись на проводах, Вокс резво метнулся вперёд, меж домов. Чудище последовало за ним, жирными механическими боками разрушая дома, между которыми не могло протиснуться. След оверлорда вскоре быстро испарился, вместе с током и оставшимся после него едким палёным запахом. Энджел беспокойно нашёл Валентино. К нему уже успела подлететь и спрыгнуть с метлы Вельвет. Демоница принялась шевелить мотылька, однако тот снова не подавал признаков жизни. — Какого?!.. — Энджел подскочил на месте, но тут же был остановлен Черри. — Пусти меня, ты что?.. — Не дури, а вдруг ещё какие-то оверлорды выползут! Тебе там точно не место. Да и мне тоже. А твой порно-король в безопасности — с ним подружка. — А вдруг он не дышит?!.. Он оставил его одного, Черри! — Дышит, успокойся. — Черри немного помолчала в ожидании, что Энджел последует её совету и начнёт ровно дышать. — Это был радио-демон, Энджи… Он реально вернулся. Не удивлюсь, если это всё его подстава для Вокса… Ладно… — Она посмотрела на трясущегося грешника. — Энджел, посмотри на меня. Посмотри, хорошо, да?.. С Валентино всё будет в порядке… Пиздец, никогда не думала, что подобное скажу… Он живой. Он дышит. Всё будет хорошо. Регенерация, помнишь?.. — Ему больно… — выдохнул Энджел и посмотрел на Черри с такой надеждой, будто она прямо сейчас могла исцелить оверлорда. — Да нормально с ним всё будет. Не впервые же. Хотя регенерация всё-таки не всегда срабатывает… Ну то есть… Не смотри так, Энджел! Ты меня с настроя сбиваешь. Подожди, да куда ты?.. Стой, ладно? Давай, совсем немного подождём, и ты побежишь к нему, хорошо? С ним правда ничего не случится, я клянусь тебе! А с тобой может, если вдруг там ещё какая-то засада. Это не наша война, Энджи, не нам становиться её участниками. — Ты хладнокровна, подруга… — Скорее рациональна. Но, видимо, это сейчас не имеет никакого значения. Всё хорошо, видишь? Вельвет удалось его растолкать. Энджел, посмотри на меня, — перевести взгляд на Черри удалось с трудом. Однако призвав все силы, грешник сфокусировал взгляд на её широком зрачке. — Это не совсем нормально… Твоя реакция. Ты уверен, что стоит так переживать? Энджел глубоко вдохнул, зажмурившись на мгновение. — Он — наркотик для меня, Черри. Самый сладкий, что я когда-либо пробовал. Без него тело и разум ломает. — Это ужасно, Энджи… — А что делать? — пожал плечами грешник. — Ничего не изменить уже, я подсел. Я и при жизни сидел, это очень легко. После смерти лучше не стало. Плохо без него. Тянет к нему. Хочется, ещё больше. Я даже с Воксом был готов за него воевать, ха-ха… Ты видела вообще, что он сейчас творил? Он бы меня убил за секунду… — И убьёт, если ты всё же замахнёшься на нечто большее, — со всей серьёзностью ответила Черри. — Прекрати, Энджел. Оно того не стоит. — Стоит… — прошептал Энджел, ухватив её запястья. — Ты даже не представляешь, насколько… Взгляд вбок. Асфальт опустел. Одни следы разрушений. Оверлорды исчезли. Энджел не заметил, как именно. Но Черри права. На этом поле боя он точно лишний. Он и в жизни Валентино, судя по всему, абсолютно лишний. Плечи опустились. На глубоком выдохе упала на грудь голова. Руки Черри ободряюще приобняли. Но и в грешнице напряжение. Энджел даже понимал какого рода. Непонимание и жалость. Плевать. Сейчас не до этого. Битва оверлордов окончена. Смысла находиться на крыше больше нет. Черри его не отпускала, чтобы Энджел не ринулся следом за ними, в башню Ви. — Я всё понял. Давай, вместе пойдём куда-нибудь. Чтобы без… Плохих возможных последствий… — с силой выдавил из себя Энджел и поднял голову, уставившись подруге в глаз. — Звучит уже более разумно. — Черри прищурилась. — Пойдём. Немного текилы, немного дури, и тебе станет лучше. — Да, возможно… Легче действительно стало. Впервые Черри практически намеренно вынудила Энджела отключиться. Довела до квартиры. Осталась рядом, чтобы он точно никуда не смотался после её ухода. Энджел не собирался. Он правда внял её словам. И под веществами не настолько сильно чудил. И права подруга — оверлорд жив, остальное — регенерация. Пара дней, и Валентино будет выглядеть так, словно этой битвы не было. Энджел ведь не знает, чем тот занимался и как выглядел, когда покидал его надолго. Возможно, точно так же. Увещеваний подруги и собственного самообладания хватило на полтора дня. После Энджел, больше не раздумывая, заявился в Башню. После долгих блужданий по студии под вереницей камер, Валентино так и не нашёл. По совету Дэрма направился в студии Вельвет. Если раньше ему казалось, что демоница из всей тройки самая адекватная, то, проскользнув на студию, Энджел понял, насколько заблуждался. В самом воздухе, как и рядом с Валентино и Воксом, царил едкий запах страха. Модели, стоящие стройным рядом, выпрямились и замерли, как только демоница отвлеклась от той, что стояла на подиуме, и обернулась к вошедшему Энджелу. Метровая лента в её руках издала характерный звук от натяжки, и демоница закинула её себе на шею. Прошествовала с подиума на высоких каблуках к Энджелу. Грешники за её спиной расслабились, как только та отвернулась, однако даже не спешили общаться и покидать свои места. Лишь опустили устало плечи и беззвучно выдохнули. — У меня много работы, так что у тебя пять минут, звёздочка, — сказала Вельвет, как только остановилась в полуметре от грешника. — А-м… — протянул Энджел, даже не зная, с чего начать. Понизил голос, чтобы вдруг его кто-то не расслышал. — А где Валентино? Демоница прищурилась, чем-то напомнив упомянутого коллегу. То ли дело в одинаковом оттенке глаз, то ли в общей схожести. Но на миг Энджелу показалось, что перед ним импульсивный режиссёр. Этот морок быстро сошёл, как только Вельвет сменила позу, уперев руки в бока. — Понятия не имею. Не успела дотащить его до Башни, как он куда-то смотался. То ли за Воксом пошёл, то ли ещё куда. Так и не было обоих здесь с того момента. — А ты… его не искала? — чуть более беспокойно спросил Энджел. Скепсис исказил лицо демоницы. — Зачем? — Ну-у… вдруг с ним что-то случилось?.. — С Валом? — усмехнулась Вельвет, скрестив на груди руки. — Он раненный умудрился от меня смыться так оперативно, что я не заметила. Живой, только шляется где-то. И я бы на твоём месте не искала его. Мало ли, в каком виде найдёшь. Вдруг… неприятно станет. Высказывание кольнуло. Энджел понял, на что намекнула демоница. Ладно, не прогнала сразу и даже поделилась мыслями, и на том спасибо. С остальным Энджел как-нибудь справится. Он уже развернулся, чтобы покинуть модную студию, но Вельвет остановила его очередным высказыванием. — Я серьёзно, звёздочка. Лучше тебе оставить это, если душа дорога. — Разве ты не заинтересована в том, чтобы в вашей компании было как можно больше душ? — В моей — разумеется. — Между пальцами демоницы проскользнули фиолетовые сердечки. — И модель из тебя бы получилась отменная. Только дался ты мне, когда душа твоя нужна Валу. Снова. В самое сердце. Энджел не сдержался — поджал губы, опустил взгляд. — А ради чего бы он ещё с тобой возился, — добила его демоница и, развернувшись, вернулась на подиум, где снова по струнке вытянулись модели. Покинув Башню, Энджел глубоко вдохнул свежий воздух. Сердце неприятно билось о рёбра, в груди стало катастрофически дискомфортно. Ему бы привыкнуть. Он столько подобного слышал. От той же Черри. Только Черри — его подруга. Её слова — домыслы. Озвучивание слухов. Её мнение. А Вельвет… партнёрша Валентино, его подруга, возможно. В её словах… больше правды, ведь она знает Вала куда лучше. Только, если Валентино с каждым грешником возится настолько долго и тщательно, чтобы содрать договор на душу, сомнительно, чтобы режиссёр при этом имел настолько много душ, как все говорят. Дело ведь точно не в Энджеле. Он не настолько особенный, чтобы с ним возиться. Вокс бы не вмешался, будь Энджел очередным потенциальным грешником на контракт. Не выволакивал бы из спальни, не отдавал обманом Гримблу. Валентино не запрещал бы его убивать. От размышлений голова пошла кругом, и грешник поспешил покинуть территорию. Шатаясь по улицам ада, Энджел сам не знал, почему всё ещё не идёт домой. Время давно подошло ко сну, и стоило вернуться ради собственной же безопасности, пока его никто не прикончил. Но грешник всё ещё петлял по переулкам в какой-то жалкой надежде за очередным поворотом наткнуться на алые крылья мотылька. Идиотизм идеи даже его самого заставлял кривиться от унизительности ситуации, но Энджел упорно гнал от себя и эти мысли, тихо насвистывая песенку, лишь бы убрать их подальше из головы. Какая разница, что, зачем, как и почему. Важнее другое. Энджел остановился. Глубоко вдохнул и резко развернулся. Озарившая догадка глупа и несуразна. Он идиот. Точно. Не стоит даже проверять. Грешник сорвался с места, наугад пытаясь вспомнить дорогу. В одиночку оперный театр поражал своим мрачным видом ещё сильнее, чем в первое его посещение. Отсутствие света, разрушения и тишина вызывали страх. Пройдя несколько коридоров, Энджел пожалел, что решил сунуться сюда снова. Но, заметив капли на стене, следом целую дорожку на полу, уходящую за угол, а уже за ним порванный алый лоскут, беспокойно ускорил шаг. Чутьё не подвело грешника — Валентино нашёлся там же, где они проводили время в прошлый раз. В раскинутом виде крылья демона занимали добрую половину сцены. Лёгкое освещение прожекторов дало возможность рассмотреть, что демон лежит посреди на животе, спрятав голову в ворохе одеял. Крылья едва подрагивали, от них расходились кровавые разводы. На вдохе Энджел поспешил к нему, но уже у самой сцены замедлил шаг. В душе расцвела неуверенность. Он здесь не к месту. Это личное место Валентино, куда демон теперь приполз зализывать раны. Однажды он привёл его сюда в надежде позже заполучить его душу в вереницу безымянных работников, а не для того, чтобы в момент уязвимости грешник появился на пороге. Сердце снова застучало от волнения. Главное — Валентино дышал. Его тяжёлые вдохи отражались от стен, богатой акустикой разносясь эхом по всему залу. Почти беззвучно Энджелу удалось добраться до сцены, подняться и подойти к демону. Мотылёк вяло пошевелился, вытащив голову из слоёв ткани. Алые глаза сощурились, фокусируясь на Энджеле, усики слабо пошевелились. — Уходи, Энджел… Я сейчас не хочу тебя видеть. Хрипло. Непривычно устало. Обессиленно. У Энджела сжалось сердца от жестокости высказанных слов. — Я, эм… волновался… Валентино издал тихий стон. Отвернулся. Когти пропороли ткань под ладонью. — Вал… Демон снова повернул к нему голову. Тело двигалось через силу. Мотыльку не удалось даже приподняться, только пошевелить руками, и то не всеми. — Там… — палец указал на импровизированное ложе. На нём — целый ворох различных смятых бумаг, украшений, оружия, а среди них с десяток флаконов с розовой жидкостью. Разных оттенков. В разных количествах. — Забирай всё, если тебе так нужно. И проваливай, Энджел. — Нет, я… вовсе не за этим пришёл. — Зачем бы ты ни пришёл, уходи. Энджел закусил губу, чувствуя неловкость. Просьбу хотелось исполнить. Его попросили. Значит, так нужно и правильно. Но оставлять демона в таком состоянии совсем одного не хотелось. Сама сущность этому противилась, вынуждая стоять на месте. Крылья демона оказались изорваны в клочья. Под ними лужицами собиралась кровь. Энджел хотел спросить, почему регенерация Вала не срабатывает, но и сам вспомнил, как долго заживали укусы Гримбла. Похоже, раны, нанесённые оверлордами, калечат сильнее, чем другие. — Я м-м… — грешник опустился на колени рядом с демоном. — Можно я тебе помогу?.. — Как ты собрался мне помогать? — в голосе мотылька отголоски боли, которую тот не смог скрыть. Энджел выдохнул. Сердце сжалось. — Не так давно случайно обнаружил у себя ещё одну способность, — пробормотал Энджел, стараясь всеми силами отбросить ненужные чувства, что теперь всколыхнулись в душе. Запал ненависти, который выдыхал из себя поверженный демон, должен был сбросить с глаз Энджела пелену сочувствия и жалости, но даже ощущая на себе чужое раздражение, грешник не в силах был совладать с собой. — Твои крылья… Можно я… Прикоснусь?.. Спрашивать казалось кощунством. На изорванные лоскуты даже смотреть больно. Даже вопросы отпадали о том, почему они всё ещё не регенерировали. С такими повреждениями казалось, они растерзаны навсегда. Похоже, в Валентино совсем не осталось сил, чтобы помочь самому себе. Ответа Энджел так и не дождался. Демон тяжело дышал сквозь стиснутые челюсти, царапал когтями пол сцены. Грешник осторожно пододвинулся ближе. Превозмогая непонятно откуда взявшийся страх, протянул ладонь к оборванному крылу. Валентино издал предупреждающее рычание. Энджел замер. Сжал губы. Так они ни к чему не придут. Пришлось на свой страх и риск ухватиться за оборванные края. Валентино глубоко и шумно вдохнул и спрятал лицо в ворохе ткани. Крылось в этом жесте что-то настолько уязвимое, будто Энджел прямо сейчас собирался продолжить начатое птице-демоном. Тонкая прозрачная нить прошила края. Энджел сомкнул их настолько ровно и аккуратно, как только мог. Шов получился небольшим и совсем незаметным. Внутренний рисунок практически восстановился, за малым исключением, которого и не видно, если не всматриваться. Грешник выбрал совсем маленький участок. Проверить. Валентино замер, не двигался и не дышал, пока Энджел зашивал повреждённое место на крыле. Совсем едва пошевелил им, когда Энджел высвободил его из рук. Демон повернул голову. Новая порция растерянности в алых глазах. — Это… извращение какое-то… — пробормотал демон, как только ему удалось рассмотреть зашитый участок. — Повторить?.. — в надежде посмотрел на него Энджел. — La maldita araña… — выдохнул Валентино. — Как ты это сделал?.. — Вот этими чудесными пальчиками? — Энджел поднял ладони и демонстративно пошевелил упомянутыми частями тела. — Так я могу тебе помочь? У них там, в этих нитях… что-то вроде магии. Они исчезнут. Рассосутся. Потом. Валентино явно был удивлён. Возможно, поражён. Однако на вопрос Энджела вновь не ответил, отвернувшись. Немного помолчав и осмотрев его нервно вздымающуюся грудную клетку, Энджел уселся удобнее. Четыре руки взялись за дело. Повреждений на крыльях оверлорда оказалось немало. Настолько, что Энеджел закусывал губы, временами не понимая, как совместить то, что уже потеряло свой былой вид. Валентино не шевелился. Продолжал тяжело дышать. Энджел понимал. Всё, что происходило сейчас в голове демона. Всё, но, возможно, не до конца… — Ты делал это ещё при жизни? — Энджел настолько погрузился в медитативное шитьё и собственные раздумья о том, что сейчас чувствует Валентино, что не сразу расслышал его вопрос. Демону пришлось повторить. — А… Да-а… — неохотно протянул грешник. — Какой ты, однако, догадливый. — Ты сам решил на этот путь встать или тебя заставили? — Бля, Вал, ты и на смертном одре решил ко мне в голову залезть и пошебуршать там? Тебе мало? — Я не на смертном одре, ты много хочешь. Энджел закатил глаза. Пальцы натянули нить слишком сильно случайно. Он не хотел делать демону больно. Валентино зашипел и сжал кулак. — Прости… Допустим, я сам не решал на этот путь вставать, что тебе это даст? Отец был мафиозником и с детства нас с братом приучал ко всему этому… Кровище на пороге, мозги на стенах, стриптизёрши в клубах. Он меня пиздил, потому что считал слишком нежным, а когда узнал, что я другой вообще жизни хочу, чуть не убил. Тебе что, самому легче становится, когда ты отвлекаешься на переживания других? Знаешь, как это называется? Дурость. — Qué lindo… — Демон устало фыркнул и замолчал. — Не могу спокойно лежать, пока ты напряжённо сопишь над моими крыльями. — А, так тебя напрягает, когда я сверху? — хмыкнул Энджел. — Помочь тебе перевернуться? — Это плохая идея. — Почему? — Потому что. — Валентино замолк и снова тяжело выдохнул. — Ты мне интересен, Энджел. Поэтому спрашиваю. — Да, я помню. Иммунитет к яду и всё такое. Думал, мы с тобой это уже прошли. — Ты прекрасно понимаешь, что я говорю не об этом. Настал черёд Энджела выдохнуть так, словно половина тела растерзана у него. Нить снова дрогнула на кончике пальца. — Да, м-м… о моей мафиозной деятельности меня на свиданиях ещё не спрашивали, — отшутился грешник. — А ты?.. Так дрался и стрелял ещё при жизни? Валентино устало посмотрел на него. Кажется, у оверлорда не хватило сил даже на то, чтобы привычно прищурить глаза. — Наблюдал? — Переживал… — Locura… Для чего тебе всё это? — Спросил бы ты что попроще, — вздохнул Энджел. С одним крылом покончено. С горем пополам, но грешнику удалось зашить на нём все повреждения. — Ты же умный. По-моему сам прекрасно всё понимаешь и делаешь выводы. — Я могу и ошибаться. Скорее всего именно это я и делаю. — Ты бы думал поменьше, а то вместе с кровью ещё и остатки мозгов растеряешь. — М, да… пожалуй, в этом ты прав. Энджел замолк, сосредоточенно продолжив шитьё. Диалог затронул слишком щепетильные темы. Грешник к ним не был готов. Мотылёк даже в таком состоянии умудрялся ставить его в тупик. Энджел понимал. Демон не желал жалости. Энджел и не жалел. Он только беспокоился. — Эта битва… — осторожно вновь начал грешник. — Из-за чего она? К чему такая жестокость? — За то, чтобы быть оверлордом, иногда приходится платить. — Твой статус оверлорда зависит от того, победит Вокс или нет? Над сценой повисло молчание. Энджел почти физически ощутил, как невольно переступил незримую границу, которую пересекать вовсе не стоило. — Я стал оверлордом до знакомства с Воксом. — И платил за это жестокостью и кровью? — Нет. Это не мои методы. — А твои? Сманивать ложью и манипуляциями? — Это жестоко с твоей стороны: спрашивать об этом, когда я в таком положении. Всё равно, что на цепь меня посадить и придушить слегка. Я с тобой такого не делал. — Значит, я прав. — Ты снова поддаёшься слухам. — Я бы им не поддавался, если бы ты был со мной откровенным. Надо же голове во что-то верить, чтобы там не была пустота. Выбор за тобой: твои слова это будут, или окружающих. — Ты снова ставишь мне условия. — Это бы имело смысл, если бы ты им следовал. Я закончил, — сказал Энджел, выпустив крылья Валентино из рук. Отодвинулся. Совсем немного. — Если я тебя нервирую, могу уйти. Хотя бы уснуть смогу, зная, что ты живой. Валентино снова промолчал. Крылья пошевелились совсем едва-едва. Однако с чуть большей лёгкостью, чем до этого. Демон издал облегчённый выдох. — Раз ты такой мастер шитья… — Демон пошевелился. С огромным ощутимым трудом приподнялся на локтях. Раздалось влажное бульканье. Повозившись на полу, Валентино подогнул колени. Повернулся и упал на спину, смяв под собой одно крыло. Энджел выпучил глаза и прикрыл рот ладонью. Шёрстка на затылке встала дыбом. Демон растёкся в усталом оскале. — Красноречиво… Где твой актёрский талант? — Твою мать, Вал, у тебя органы видны, какой нахер… — Энджел замолк, пытаясь не отвернуться в отвращении. — Боже мой… — невольно выпалил актёр и подался вперёд, уперевшись всеми руками в пол. — Тебе больно?.. — Нет, блять, мне очень приятно… Ха-ха… Я же мазохист, да?.. Зашьёшь? — уже негромко спросил Валентино, выплюнув весь имеющийся внутри сарказм. Энджел всё ещё пребывал в ужасе, разглядывая ранение. Со стороны он не видел, что именно Аларик делал с Валентино, но только сейчас оценил весь масштаб проведённого кровопролития. По телу снова прошла волна дрожи. Сглотнув, Энджел склонился над демоном. На распоротое брюхо смотреть искренне не хотелось. С другой стороны, поднимать глаза к лицу оверлорда теперь не хотелось вдвойне. Энджел не был уверен, что хочет знать, что сейчас в его глазах. — Да… М-м… Я понял к чему был вопрос о мафиозной деятельности при жизни, — пробормотал Энджел, опуская ладонь к кровавому месиву. — Ты же понимаешь, что прежде чем зашить кожу, тебе бы… там внутри ещё… подшить, боже… — Можешь пойти домой, если хочешь. Оно само заживёт. Когда-нибудь. — Как ты умудрился добрать сюда с таким ранением? Зачем ты вообще покинул Вельвет и смотался совсем один?! Она бы тебе хоть доктора нашла, у вашей компании денег до жопы. — Захотел. — А ты всегда делаешь, что хочешь, да?.. — Мы же в аду. Где ещё этим заниматься, как не здесь. Энджел не ответил. Голос демона помогал отвлечься от жути происходящего, однако сделать дело всё-таки стоило. Превозмогая, Энджел погрузил пальцы в открытую рану и нащупал повреждённый, сочащийся кровью орган. Поморщился, высунул кончик языка и прикусил его. Дальше дело пошло легче. Сложным оказался только самый первый шаг. И то больше от предвкушения неприятных эмоций. Но первый стежок вышел удачным. Кончик пальца нащупал всё, что было необходимо, и дело продвигалось даже вслепую. Тревожное дыхание Энджела вскоре выровнялось. Он осознал, что всё это время слышал только его. Теперь же слух уловил, как тяжело дышит оверлорд. Тихо шипит сквозь стиснутые зубы. — Вокс стоил всего этого?.. — Энджел поднял голову, заглянув Валентино в глаза. Грешник не хотел затрагивать эту тему. Вопрос вырвался сам собой. — Надо же, я думал, нервозно, это когда тебя держат за яйца. Но оказывается, по-настоящему тревожно, это когда тебя держат за внутренний орган, а не за внешний. — Так эта тема всё-таки вызывает у тебя волнение? — Когда в твоей руке что-то из моего брюха, да, однозначно. И я даже знать не хочу, чего конкретно ты там касаешься. — Точно не сердца. — А ты бы и его подержал с удовольствием. — М-м… не буду отрицать. — Энджел извлёк пальцы из тёплого нутра и скривился. Понятия не имел, зашил ли все ранения, учитывая количество артерий внутри, но на ощупь повреждений он больше не нашёл. Оставалась сама рваная рана на коже. В сравнении с тем, что он уже пережил, сущий пустяк. — Он оставил тебя одного… — Не трогай Вокса, Энджел. Не надо. Грешник снова заглянул ему в глаза. — А ты его любишь?.. По лицу Валентино в этот раз совершенно не понять, что он чувствует и думает. Когда хотел, оверлорд закрывался даже он способности Энджела чувствовать, что у других на уме. Очередной стежок сомкнул рваные края, но демон так и не ответил на вопрос. Энджел и не надеялся. Вопрос так же случайно сорвался с губ. Всё от волнения, вызванного ситуацией. — Я закончил, — оповестил Энджел, когда был готов последний стежок. Грешник отстранил от Валентино насквозь окровавленные ладони. Осмотрел их, с досадой подумав, что любимым перчаткам конец. Мех под ними пропитался кровью. Вдохнув едкий запах, витающий над сценой, Энджел потянулся, разминая спину. Опустил ладонь и слизал с кончика пальца стекающую каплю. — М-м… Ты вкусный. — Было неясно, отвращение исказило лицо оверлорда или возбуждение. Энджел усмехнулся и склонился к измученному лицу. — Я бы прямо сейчас тебя оттрахал, но у тебя швы разойдутся. Обидно будет — вся моя работа насмарку. — Разве это не скажет о качестве твоей работы?.. — Валентино скривил рот. — М-м… действительно… хочешь устроить проверку? — предложил Энджел и красноречиво надавил на только что зашитую рану. Демон мгновенно зашипел. Одна из нижних рук ухватила Энджела за запястье. — Кажется, дело всё-таки не в качестве швов. — Уговорил… — Он насквозь прошил тебя током, — снова выпалил Энджел, не в силах успокоиться. — Бросил одного, без сознания. Ради другого оверлорда. Кажется, Энджел всё-таки попал в цель. Лицо Валентино исказила гримаса боли, куда более откровенной, чем за всё это время. — Энджел, хватит… — Но почему?.. Это ведь… Рука на запястье сжалась сильнее. Валентино потянул его на себя. Лица сблизились. Демон по-прежнему ровно выдохнул ему в самые губы. — Ты не хочешь слышать ответ Энджел. А если тебе всё равно, и всё, что ты делаешь и говоришь, продиктовано исключительно желанием эйфории, то проговаривать что-либо вслух не хочу я. Грешник сглотнул. Губы задрожали. Глаза опустились. В поле зрения попали кровавые разводы и кривые швы. — Хорошо… — выдохнул через силу Энджел. — Ладно. Я тебя понял. Впервые он попытался. Каждый раз, когда Черри или Дэрм предлагали поговорить с Валом, расставить все точки… Энджел отмахивался, отшучивался. Даже думать лишний раз об этом не желал. Вот почему. Потому что заранее знал, насколько это бесполезная затея. Конечно, разговор не имел никакого смысла. Валентино ни за что не признается ни в чëм… Энджел для него лишь любопытный экземпляр. Очередной любовник, шкурку которого ради банального интереса хотелось сохранить нетронутой ревнивым партнёром. Энджел недалеко от него ушёл. Валентино — наркотик. Сладкий, манящий, ядовитый. Выжирающий внутренности, расплавляющий вены. Заполняющий до самых альвеол лëгкие на глубоких вдохах. Ни больше, ни меньше. Не стоит загонять себя в иллюзии. В особенности, когда сам не готов пойти дальше обычного потребления. — Валентино… — и всё же произносить его имя приятней, чем что-либо, что когда-то произносил вслух Энджел. — Отпусти. Ты делаешь мне больно. Цепкая хватка на запястье разжалась. — Не заметил. — Как и прочее, — выдохнул Энджел и рывком поднялся на ноги. — Когда ты молчишь… Отстраняешься и исчезаешь из моей жизни, мне становится плохо. — Энджел сдался. Впервые после того, как отверг Валентино, вынудив первым начать весь этот похотливый беспредел. Настал черëд грешника унизительно переступить следующую грань. — Не оставляй меня так… Пожалуйста. Напиши хотя бы смс-ку… Валентино сглотнул. Пальцы демона слабо сжались в кулаки. — Хорошо, Энджел. Энджел опасался увидеть во взгляде ликование от долгожданной победы. Однако увидел нечто, что оказалось гораздо хуже. Досаду.