Трилистник

Их первая встреча с Дженсеном прошла странно и хаотично. Возможно, Дженсен запланировал что-то иное, но внезапный срыв Джареда нарушил все планы, приковав их к дивану на неизвестное время. Джаред не мог вспомнить, сколько они находились в таком положении: Дженсен — сидя на диване, Джаред — у его ног. Дождавшись сознательности своего ученика, Эклз начал говорить с ним, образовывая мост доверия. Он рассказал Джареду о том, как решил создать форум, каково было быть «тем самым» Хозяином, и даже рассказал пару забавных историй из админ-чата, который, оказывается, оплетал всех проверенных доминантов на платформе. Когда Джаред нашел в себе силы перестать держаться за ноги Дженсена, тот похвалил его и пообещал, что они наверстают упущенное на следующей встрече. Их прощание было абсолютно не интимным, но сидя в автобусе, Джаред чувствовал себя так, словно испытал самый сильный в жизни оргазм. Дженсен предупредил его об этом состоянии и потребовал, чтобы тот отправился домой — слишком уж уязвимым и беззащитным было получившее просто наркотическую долю эндорфина сознание. Добравшись домой, Джаред отчитался по телефону и, забравшись в кровать, проспал до утра, на этот раз не прерываясь ни на один кошмар. Как оказалось, делать вид, что ты не знаешь своего преподавателя в более неформальной обстановке — весьма сложная задача. Джаред уже не мог видеть в Дженсене умелого преподавателя. Вместо этого он чувствовал постоянную необходимость оказаться рядом, снова на неопределенное время засесть на черном кожаном диване в икееподобной гостиной и слушать, слушать, слушать… К счастью, до конца учебного года оставалось всего несколько месяцев — Джаред и представить себе не мог, как справлялся бы со своим желанием, случись все это в сентябре. За всеми переживаниями Джаред абсолютно забыл про Чада и теперь сгорал со стыда, понимая, что предпочел бы провести время с Хозяином, а не с лучшим другом. «Это пройдет», — уговаривал себя Джаред, в очередной раз рассказывая Мюррею абсолютно лживую историю о том, как у них с Дэниелом, кажется, продвигаются отношения. Он не виделся с Ритце и игнорировал его сообщения. Он игнорировал всех, кроме Дженсена.

***

Следующая их встреча была намечена снова на воскресенье. На этот раз Джаред проспал и только чудом успел запрыгнуть в нужный автобус. Который, проехав несколько остановок, к ужасу Джареда, сломался. «Автобус сломался, опаздываю», — Падалеки написал смс, надеясь, что Дженсен не рассердится. В конце концов, он был не виноват в том, что транспортная компания, как всегда, за чем-то не уследила. Но не получив никакого ответа, он понял — Дженсен был рассержен. Он постучал в дверь ровно на пятнадцать минут позже оговоренного времени, чувствуя, как в животе все переворачивается от испуга. Панический страх неизвестности заставлял его покрываться потом и нервно теребить край футболки. Дверь открылась ровно через минуту. На этот раз Эклз ничего не сказал, просто молча пропустил его внутрь. Джаред последовал за ним в уже знакомую комнату, не зная, стоило ли ему начать оправдываться или извиняться. — Дисциплина, Джаред, это очень важно, — наконец прозвучал в тишине голос Дженсена. — Я трачу свое время, чтобы помочь тебе, и что я получаю в ответ? Пятнадцатиминутное опоздание и взмыленного сабмиссива, настроенного лишь на извинения? Это не очень-то вежливо. Видимо, мне придется преподнести тебе урок и продемонстрировать, как могут чувствоваться пятнадцать минут. Джаред, кажется, совсем перестал дышать. Он внимательно следил за тем, как Дженсен сначала вышел из комнаты, а затем вернулся с несколькими вещами. — Сними куртку и обувь. Заведи руки за спину. Встань, расставив ноги на ширину плеч. Дождавшись, пока Джаред выполнит все указания, Дженсен обошел его и начал обматывать чем-то запястья Джареда. — Стоп-слово, Джаред. — Аврора, — тихо отозвался Джаред. Страх померк, уступив место неожиданному спокойствию — он заслужил это наказание. Когда Дженсен закончил с его запястьями, Джаред проверил их, удостоверившись, что циркуляция крови не была нарушена. Затем Эклз вложил в его ладони какой-то тяжелый предмет круглой формы. — Шар для боулинга. Самый легкий, — объяснил Дженсен. Он снова оказался перед Джаредом и показал ему черную повязку. Дождавшись едва заметного кивка, Эклз закрепил повязку на голову Джареда, отрезая того от внешнего мира. Падалеки переступил с ноги на ногу, чувствуя, как все тело отклоняется назад под пусть и не большим, но ощутимым весом шара для боулинга. — Последний штрих, — Дженсен внезапно задрал его футболку. Джаред едва не вскрикнул, когда его соска коснулось что-то влажное и липкое. Процедура повторилась и со вторым. Затем футболку Джареда снова опустили. — Итак, Джаред. Пятнадцать минут могут быть очень долгими, если ты чего-то или кого-то ждешь. За пятнадцать минут можно успеть многое — сделать или подумать. И раз ты не ценишь время, мне придется тебе это продемонстрировать. Не вырони шар, — Дженсен слегка похлопал Джареда по щеке и, судя по звуку удалявшихся шагов, вышел из комнаты. Джаред нервно облизнулся, чувствуя, как влага на сосках начинает превращаться в горячее жжение, словно кто-то намазал их порошком чили. О нет. Он слышал об этих кремах, но никогда не решался опробовать. Словно в подтверждение его догадки, жжение усилилось, заставив Джареда тихо выдохнуть сквозь зубы. Да, не так он планировал начать их встречу. Поясницу начало тянуть от неестественно выпрямленной спины, мышцы рук сочувственно отозвались спазмом, сообщая, что им тоже не в удовольствие весь процесс. «Пятнадцать минут», — успокоил себя Джаред. Они должны были проскочить незаметно. Когда Джаред в очередной раз аккуратно переступил с ноги на ногу, ему показалось, что он находился в неудобном положении уже больше часа. И если к жжению можно было в каком-то смысле привыкнуть — достигнув своего пика, оно перестало чувствоваться так остро — то боль в спине лишь нарастала с каждой прошедшей секундой. Джаред проклинал свою несобранность. Если бы он не прокопался так долго с какой-то фигней, о которой сейчас даже вспомнить не мог, то не оказался бы сейчас в этой ситуации. Он несколько раз пообещал себе начать расставлять приоритеты и перестать тратить время на ненужные посторонние дела. Когда рядом раздались шаги, Джаред с облечением выдохнул. — Молодец, Джаред, — раздавшаяся первой похвала окутала Джареда волной гордости. — Что ты мне можешь сказать о пятнадцати минутах? — Это… очень долго, — собственный голос показался необычно хриплым, словно он не разговаривал несколько часов. — Мне жаль, что я отнял у вас это время. Когда ждешь кого-то…  время тянется еще дольше, — Джаред благодарно выдохнул, когда вес шара для боулинга исчез из его ладоней. Следом Дженсен развязал веревку и снял повязку. Когда Джаред открыл глаза, перед его лицом находилось маленькое влажное полотенце. Взяв его, Падалеки быстро стер остатки геля и аккуратно положил его на журнальный столик. — Итак, я полагаю, больше нам столкнуться с проблемой опоздания не придется? — Дженсен дождался кивка и продолжил: — Сегодня мы поговорим о контроле.