Реставрация души.

Девушка не отвела взгляда, несмотря на его давящую ауру. Она стояла прямо, тяжело дыша, и красное пятно на его щеке было единственным ярким следом их столкновения. — Посмотри на себя, Леон. — её голос звенел от возмущения, перекрывая его рычание. — Ты требуешь от меня клятв верности и переезда в какую-то лесную глушь. Ты психуешь из-за каждого мужчины, который просто кивнул мне в галерее. Мы знакомы меньше месяца. Месяца, Леон! Мы едва знаем фамилии друг друга, а всё, что нас связывает — это несколько ночей, твой потоп и твои кошмары. Ты ворвался в мою жизнь как ураган и теперь пытаешься перестроить её по своим чертежам, требуя, чтобы я бросила всё, что строила годами. Она сделала шаг к нему, несмотря на его злобный взгляд, и ткнула пальцем в сторону двери. — Ты даже не позвал меня на нормальное свидание, ты просто поставил меня перед фактом: «ты моя, мы уезжаем». Это не отношения, Леон. Это спецоперация по захвату заложника. Ты предлагаешь мне сбежать с человеком, которого я вижу в первый раз трезвым и спокойным только по утрам, и то не всегда. Как ты можешь требовать от меня такого решения сейчас? Её слова ударили по нему не слабее пощечины. Леон замер, и его ярость начала наталкиваться на стену её логики. Он действительно привык действовать быстро: увидел цель — захватил — эвакуировал. Кеннеди взглянул на Беллу и перевел свой усталый взор на окно. Погода была паршивой, ничуть не отличаясь от его внутреннего состояния. Он прикусил нижнюю губу и на выдохе произнес: — Думаю, тебе пора уйти. Клиенты и работа не будут ждать. Белла замерла. Подступили отчаянные слезы, ее подбородок дрогнул. Девушка резко отвернулась и начала переодеваться в свою одежду. Юбка была слегка помята, а свитер пропах квартирой Леона и сигаретами. — Лучше бы ты просто не открыл мне двери тогда. Она прошла мимо него, чувствуя, как внутри всё рассыпается в прах. Когда дверь за ней захлопнулась, Леон с размаху ударил кулаком в стену, оставляя вмятину на штукатурке. Он выгнал её не потому, что перестал любить, а потому, что понял: в его мире для неё действительно нет места.