Выбор

ВНИМАНИЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ ВЕЩЕСТВ ОПАСНО ДЛЯ ВАШЕГО ЗДОРОВЬЯ И ЗАПРЕЩЕННО ЗАКОНОМ. Приятного прочтения) --- Сегодня весь день стоял дурдом. Учителя носились по коридорам взвинченные, будто по минному полю ходили. Мелкие совсем с катушек слетели — реально озверели, нападали на старшаков, визжали, как стая диких обезьян. Но меня этой суматохой не проймёшь. Каникулы на носу, экзамены дышат в затылок — тут хочешь не хочешь, а взбесишься. Я и сама когда-то была точно такой же. В памяти всплыло, как в четвёртом классе к нам на переменах подходили старшеклассницы — красивые, взрослые, с блеском на губах и загадочными улыбками. Они протягивали нам конфеты, заплетали косички, смеялись над нашими детскими шутками. И всегда повторяли с какой-то тёплой грустью: «Цените время, пока вы маленькие. Детство — оно быстро заканчивается». Тогда я фыркала: ну что они понимают? А сейчас… сейчас я понимала их до мурашек. Зайдя в класс, я сразу насторожилась. Слишком оживлённо. Одноклассницы сгрудились кучкой, перешёптывались, то и дело бросали в мою сторону быстрые взгляды — не злые, скорее тревожные. До звонка оставалась минута, но учителя ещё не было. — Привет, девчонки. Что стряслось? Или это весна так на всех действует? — бросила я рюкзак на парту. — Помнишь Дениса? — тихо спросила Таня. Я кивнула. Ещё бы я его не помнила. Стоило его имени всплыть в голове, как перед глазами мелькнула картинка недельной давности — и меня аж передёрнуло от отвращения. — У него передоз, — выдохнула Таня. Да мы его слегка недолюбливали, но смерти никто из нас ему не желал. Девочки переглянулись, и Лариса продолжила глухим, каким-то неживым голосом: — Мать нашла его дома. Мёртвого. В… собственной блевоте. Фотки уже по сети гуляют — то ещё зрелище, если честно. Майя наклонилась ко мне и молча сунула под нос экран телефона. Меня перекосило сильнее прежнего. Зрелище и правда было не для слабонервных — такое из головы просто так не выкинешь. — Хоть знаете, что за наркота? — спросила я севшим голосом. Майя коротко кивнула: — Там целый набор. Героин, амфетамин и «зебра». Сама понимаешь: даже с мизерной дозой можно легко словить передоз. А тут — такой коктейль… Звонок прозвенел минут десять назад, но никто его будто и не слышал. Только когда в класс поспешно вбежал учитель, все расселись по местам. Он торопливо раздал задания, окинув нас уставшим взглядом, словно хотел что-то сказать, но передумал. Я уставилась в тетрадь, но мысли были далеко. Чувствую, эта неделя будет тяжелее некуда. ------- Классный час начался как-то не так — слишком тихо, слишком серьёзно. Обычно мы галдели, перекидывались записками или тупо залипали в телефоны под партой, но в тот день воздух будто загустел. Учитель вошёл неспешно, закрыл за собой дверь плотнее обычного, и по его лицу я сразу поняла — разговор будет не из простых. Он не стал ходить вокруг да около. Спокойно, без наигранного трагизма, но с той особенной тяжестью в голосе, от которой внутри всё сжимается, сообщил нам о смерти Дениса. Сказал коротко и сухо, как полагается на таких собраниях: где будет могила, когда похороны. Чтобы те, кто его знал, кто дружил с ним или просто сидел с ним за одной партой, могли прийти, попрощаться, положить цветы. В классе повисла такая тишина, что стало слышно, как на улице ветер гоняет прошлогоднюю листву по асфальту. А потом началась лекция. Долгая, тягучая, пропитанная казёнными фразами про вред наркотиков. Учитель старался, даже слишком — наверное, думал, что если прочитает нам это сейчас, сразу после новости, мы проникнемся сильнее. Он говорил про зависимость, про разрушенные семьи, про смертельные дозы, и каждое слово падало в эту тишину, как камень в колодец — глухо, тяжело, без отклика.