Я не хорёк тебе, Грейнджер.

Воскресенье Драко планировал провести по максимуму с Грейнджер. Валяться на ней весь день. Мешать делать уборку, готовку еды. Прогуляться с ней и по возможности проскользнуть в ванную, когда она будет принимать душ… Но… С тем же успехом он мечтал обращаться в дракона, а не в хорька. Уже днём припёрлись Уизли и Поттер. А Поттер ещё со своими детьми. Которые сразу заметили милого белого хорька и побежали к нему с криками: — Пушистик! Драко как при пожаре побежал в спальню и забился под кровать. Но мелкие спиногрызы со смехом полезли под кровать. Драко отчаянно стал шипеть на детей и скалить зубы. «Грейнджер! Спаси меня!!!» Наконец раздался её голос: — Дети, вылезайте. — Но там пушистик! — сопротивляются они и пытаются потрогать хорька. Но Грейнджер уже настойчивее сказала: — Он кусается, не трогайте его. Вылезайте. — О‑о‑о… Как жаль… — спиногрызы перестали тянуть руки к нему. Но не спешат уходить. Один из них снова потянул пальцы и сказал: — Но мне так хочется его погладить… Драко сделал резкий выпад вперёд и клацнул зубами в миллиметре от пальцев. Пацан засмеялся. — Давайте попробуем позже. Хорошо? — Ладно… — разочарованно отреагировали дети и наконец‑то выбрались из‑под кровати. Они ушли, и Драко выдохнул с облегчением. Услышал отдалённый голос Поттера: — Ты кого‑то себе завела, что ли? — Это вышло случайно, — ответила она со вздохом. — Три дня назад я обнаружила хорька у себя в кабинете. Владельца не нашла. Пока живёт со мной. Но, похоже, что я так и не найду, от кого он сбежал. Ей ответил Уизли: — Возможно, посетители потеряли. Такие случаи не редкость. — Да, я думала об этом. Тогда, скорее всего, уже не объявятся владельцы. Останется со мной, — её голос прозвучал совсем не разочарованно. Мысленно Драко прыснул: «Кое‑кто не хочет отдавать своего пушистика». Раздался детский писклявый голосок: — Папа! Пушистик белый! Он такой красивый! Я хочу погладить его! — Белый? — удивлённо спросил Поттер. Гермиона спокойно ответила: — Ну да. И что? С усмешкой Уизли продолжил: — А помните, как Грюм обратил Малфоя в белого хорька? Вот умора была. — Какое это имеет значение? — всё так же равнодушно спросила Грейнджер. — У нас в городе не бывает белых хорьков? И опять детские голоса: — Можно нам погладить его? Пожалуйста! Ну пожалуйста! Грейнджер, к сожалению Драко, сдалась: — Я попробую вытащить его, но не обещаю. Из‑под кровати Драко наблюдает, как приближаются ноги Грейнджер. И вот она опустилась на пол и смотрит на него: — Идём. Я не дам тебя в обиду. Отодвигаться уже некуда, но Драко всё ещё скребёт лапами, вжимаясь в стену. В мыслях только одно: «Я умоляю тебя, Грейнджер, не подвергай меня этим пыткам! Пожалуйста! Я же покусаю их!» — Давай, глупыш. Иди ко мне. Она протянула к нему руку и так ласково смотрит, и этот её нежный голос… «Тряпка…» И пошёл к ней, к её протянутой руке. Когда она вытащила хорька из‑под кровати, понесла его в гостиную, где дети стали тянуть к нему руки, Драко начал скалить зубы и шипеть. — Он вылитый Малфой, — с усмешкой сообщил Уизли. «Заткни его, Грейнджер!» — Не говори глупости, Рон. Этот хорёк не может быть Малфоем. И на это две существенные причины: во‑первых… Драко стал крутиться у неё в руках в бесполезных попытках спрятаться от детских рук. А Гермиона поглаживает его и продолжает: — Образ белого хорька для него, скорее всего, навсегда останется самым унизительным из‑за Грюма. И во‑вторых… «Грейнджер! Хватит болтать! Спрячь меня!» — Драко уже пытается залезть под её футболку. А дети всё гладят его. — Он бы не стал менять свою невероятную жизнь на жизнь питомцем у грязнокровки. Зачем ему это? Кстати, этот хорёк принимает только мои прикосновения. Никому больше не даёт прикоснуться… «Да Грейнджер! Серьёзно! Спрячь меня!» — повернулся и попытался укусить пальцы мальчишки. Но тот успел отдёрнуть руку. — Поэтому твоя теория, что это Малфой, абсурдна. — Дай ему имя «Малфой». — Это не Малфой! И вообще... Малфой это фамилия, а не имя. Уизли пожал плечами и небрежно ответил: — Это просто шутка. Чего завелась? «Потому что кое‑кому не хватает секса. И раздражает всякая фигня», — подумал Драко, сунув нос в горловину футболки Гермионы, и попытался залезть туда в попытке спрятаться от детских рук. — Потому что говоришь ерунду. И тут Поттер выдал сверхгениальную мысль: — Если он агрессивный, его стоит кастрировать. От этих слов Драко стал активнее вырываться из рук Гермионы и всё‑таки нырнул через горловину под её футболку. Прижался к ней, сунув мордочку между её грудей в бюстгальтере, и замер, надеясь, что она не вытащит его и не воспримет слова Поттера всерьёз. — Всё, отстаньте от бедного хорька. Он и так бедный, стрессует. «Между твоими титьками не так сильно», — с усмешкой подумал он и почувствовал, как Грейнджер через футболку надавила на его голову, чтобы он опустился на уровень живота. — Я сейчас вернусь… — сказала она и пошла в спальню, прижимая Драко к животу. Выпустив его на кровати, она посмотрела на него, сдвинув брови. А Драко впервые за всё время задумался: «Блять! Как должны вести себя хорьки?!» Просто стал бегать по кровати и в итоге забрался под подушку. Высунув немного мордочку, посмотрел на Грейнджер. Она всё ещё стоит там и смотрит на него взглядом, который не сулит ничего хорошего. «И о чём она думает? О кастрации или о том, что я — это Я?!» Она больше ничего не сказала. Ушла, закрыв за собой дверь. Драко слышит ещё часа три голоса за дверью, но Грейнджер так и не пришла. А потом, судя по звукам, все ушли. Но непонятно: Грейнджер тоже ушла или нет… Драко пошёл скрестись под дверью. От усердия даже поскуливать стал. Вдруг дверь резко раскрылась. Грейнджер стоит и смотрит на хорька. А Драко решил взять модель поведения «я дурак» и побежал по квартире. Гермиона села на диване и смотрит за ним. Как он подошёл к чашке, попил воды и побежал к ней. Запрыгнул на диван и подошёл. Животом лёг на диване, а голову положил ей на колени. Смотрит ей в глаза и… Видит, она смотрит на него совсем другим взглядом. Медленно подняла руку и прикоснулась к нему, но только чтобы отодвинуть его от себя. А Драко попытался максимально ластиться об её ладонь в этот момент. А потом она встала и ушла. Заперлась в спальне. «Это явно не просто так. И что делать?» На ночь она его тоже не пустила. Как бы он ни скребся в дверь, она не отреагировала. Пришлось спать под дверью всю ночь. Утром Грейнджер молча оставила еду для него и ушла. В течение всего дня у Драко практически не было аппетита. Уже понимает, что скоро всё закончится и ему предстоит вернуться к себе домой. Только теперь между ним и Гермионой будет ещё большая пропасть, чем раньше. Она явно уже всё поняла… Не может быть, чтобы не поняла. Только вот почему ещё вчера она ничего не предприняла? Вернулась она рано. Раньше, чем заканчивается рабочий день в министерстве. Зашла, положила ключи… А Драко уже не пытается вести себя как хорёк. Сидит на диване и смотрит на неё внимательным взглядом. Гермиона прошла по комнате и слегка дрогнувшим голосом начала: — Драко Малфой исчез ровно тогда, когда появился ты в моём кабинете. Ты испортил только один документ… Документ Драко Малфоя. И Малфой как сквозь землю провалился… Его просто нет. И всё это можно было бы списать на случайности… Но… — она наконец‑то посмотрела на хорька. — У тебя глаза серые. Я сначала не придала этому значения, но… Это глупо. Ведь я знала, что белые хорьки — это альбиносы, и у всех красные глаза. А у тебя серые. Как у Малфоя… «Мы вроде так близко не общались. И откуда ты знаешь, какого цвета мои глаза?» Ещё вчера бы ему было это приятно, но сейчас он с беспокойством смотрит на неё. Внутри всё сжимается. Сейчас всё закончится… Она судорожно вздохнула. Подошла к окну и смотрит туда. — Мне не хватает смелости полностью принять то, что ты жил со мной несколько дней. Спал со мною рядом в одной постели. Видел… Видел меня раздетой… Поэтому… Пожалуйста… Просто возьми мою запасную палочку и трансгрессируй от меня подальше и никогда не подходи ко мне. И, больше не посмотрев на него, она быстро пошла в спальню, кинув палочку на диван рядом с Драко. Дверь за Грейнджер захлопнулась. А Драко уставился на палочку. «Блять! Ну и что делать?» Смотрит то на палочку, то на закрытую дверь… Спрыгнул с дивана и пошёл к двери. Поскрёб в неё, но она сдавленно крикнула: — Уходи! Прошу тебя, просто исчезни! Драко прижался головой к двери и задумался, что от того, как сильно бьётся его сердце, может помереть. «Ладно… Тянуть и притворяться уже нет смысла…» Сконцентрировался на трансформации. Полностью погрузившись в желание вернуться к своему человеческому облику. Несколько секунд, и вот он, Драко Малфой… Стоит у двери в спальню Гермионы Грейнджер и совершенно голый. Взял с дивана плед и обернул им вокруг бёдер. Взял палочку и крутанул её в пальцах. Тяжело вздохнул и… «Блять… Почему так тяжело? Это же просто Грейнджер…» Снова сел на диван и думает, что ей сказать. Не хочет уходить… И понимает: она не выйдет, если будет думать, что он всё ещё здесь. Тогда он трансгрессировал, но только на кухню. Встал там у кухонного острова и опёрся на него. От звука трансгрессии раздался хлопок. И через несколько минут послышалось, как открылась дверь спальни. Драко не видит и не слышит её. Но знает, что она там… И он сам, как дурак, стоит и не знает, что делать. Может, было бы больше уверенности, если бы на нём был не плед, а одежда, но выбирать не из чего. И вдруг появляется она. Встала на пороге кухни и смотрит на него покрасневшими глазами. Выглядит удивлённой и подавленной. — Уходи. Я же сказала тебе, — сказала и отвернулась. — Гермиона… — тихо и чуть хрипло сказал он. — Уходи. — Поговори со мной. — Я не хочу говорить с тобой! Я хочу, чтобы ты ушёл! Что непонятного?! — Почему ты плачешь? Резко повернулась и гневно выпалила, смотря в глаза: — Ты ещё спрашиваешь?! Разве у меня так много вариантов?! Ты вторгся в мою личную жизнь самым бесцеремонным образом! Нарушив все мои личные границы! — Вообще‑то это ты притащила меня к себе. Я даже не просился, — сказал и тут же пожалел о сказанном. Шутка получилась совершенно неуместна. И этим он только ещё больше расстроил её. — Я не хочу об этом говорить. Просто уйди. Пожалуйста! Уйди! — Я понимаю, что ты сейчас в шоке. Но дай мне минуту. Она сглотнула и смотрит в сторону, скрестив руки, как щит. А Драко не стал терять время: — Я не собирался проникать в твою жизнь таким образом. Вообще никаким. Всё чёртова случайность. Когда ты зашла в кабинет, я запаниковал, и первое, что мне пришло в голову, это обернуться в хорька и порвать документ, чтобы ты не увидела, в кого я обращаюсь. Мне было стыдно. Я даже не успел подумать «а что дальше», как уже оказался в твоей жизни… Я знаю… Знаю, что должен был уйти сразу же. У меня была не одна возможность обернуться человеком и, используя твою палочку, уйти… Но я не смог… Мне с тобой хорошо. И я до ужаса не хочу возвращаться в свою жизнь. И мне очень жаль, что так всё вышло… Жаль, что тебе больно. — Я просто хочу, чтобы ты ушёл. Пожалуйста. Она стоит к нему боком. Он видит, как она вытирает глаза и смотрит в сторону. Сейчас она в шоковом и подавленном состоянии. Ей плохо, и ему совсем не хочется уходить от неё. Но она не подпустит его. Лучшее, что он сейчас может для неё сделать, это уйти. — Хорошо… Как скажешь. Я уйду. Прости, если сможешь. За то, что не ушёл раньше. И он исчез с хлопком. Только плед упал на пол. А Гермиона закрыла глаза и заплакала. «Ну чего я реву… Это был просто хорёк… Даже не хорёк! Его вообще не было! Хватит… Прекрати! Хочешь так хорька — иди и купи другого…» «Только это уже будет совсем не то… Я хочу моего хорька…» «Вообще дело не в хорьке! А в Малфое! Он стал свидетелем моей личной жизни! Очень интимных моментов!» И, закрыв лицо руками, Гермиона со стоном самоуничтожения вспомнила: «Я ему сказала, что не занималась сексом год… Я больше никогда не смогу смотреть ему в глаза…»

──────ღ──────

Драко вернулся к себе домой. Для начала пошёл и оделся, кинув палочку на стол. А потом прошёлся по тихой квартире. Драко купил квартиру в очень престижном районе Уан Хайд Парк практически сразу после битвы за Хогвартс. Просто больше не смог жить в своём доме, где вырос. Там навсегда отпечатался след Волан‑де‑Морта. Там жить невозможно. А эта прекрасная… красивая… стильная… современная квартира с высокими потолками — три с половиной метра, и панорамными окнами. Всё в квартире идеально подобрано. Вплоть до вилок… Эта потрясающая, безумно дорогая квартира всегда нравилась Драко. Но сейчас он увидел один серьёзный недостаток. Который не исправить никакими деньгами. В этой квартире нет Грейнджер. — Грейнджер… Что же ты со мной сделала всего за четыре дня… Я уже скучаю по тебе.

──────ღ──────

На следующий день в министерстве магии. «Нужно вернуть палочку…» — подумал он, крутя в руке палочку Гермионы. А при мысли, что он увидит её, заговорит с ней, всё дрожит внутри. Прерывисто вздохнув, пошёл к её кабинету. «Нужно ещё свою забрать». Собрав всю свою сдержанность в кулак, постучал в её дверь. Она сразу ответила: — Открыто. Он открыл и сделал шаг вперёд. — Привет, — спокойно поздоровался он, смотря на неё. Она в белой блузке, чёрной юбке и в туфлях стоит у своего нелепого шкафа и что‑то там делала до его прихода. Но, увидев Драко, сунула назад книгу и, заправив волосы за ухо, спросила: — Что тебе нужно? — Хотел вернуть твою палочку. Он протянул её к Грейнджер. Но та только кивнула на стол и сказала: — Можешь там положить. Она явно не собирается разговаривать с ним. А он не хочет уходить, хотя видит по её лицу, что именно этого она ждёт. — Ты как? — спросил он, не совсем уверенный в этом вопросе. Просто предлог задержаться ещё немного. — Хорошо. Спасибо, что спросил. Надеюсь, у тебя тоже всё в порядке. «Чёртова английская вежливость». — Нет. Не в порядке. — С тобой‑то что? — спросила она и, видно, сразу пожалела об этом вопросе: — Не важно. Можешь не отвечать. Она снова повернулась к шкафу, и Драко только успел услышать, как она сглотнула и медленно вздохнула. Как будто пытается скрыть это от него. — Я скучаю по тебе, — сказал он, смотря на неё. — Постоянно думаю о тебе… Ничего не могу поделать с собой. Она продолжает стоять и смотреть в шкаф. Но точно ничего в нём не видит. Все её мысли только о его словах. А Драко тихо продолжил: — Я бы и рад вернуться назад и сделать всё, чтобы не попасть в твою квартиру. Не провести четверо суток с тобой. Даже когда тебя не было рядом, я думал о тебе. Так что… Нет, Грейнджер. Я ни хрена не в порядке. — Я совсем не знаю тебя. А ты… — Разве совсем не знаешь? Ты не знала, что это я. Но ты видела и общалась со мной! Я скучал, когда ты уходила. Обижался, когда ты забыла забрать меня из своего кабинета. Злился и скучал по тебе, когда ты оставила меня одного дома. Я дурачился с тобой. Я с ума сходил от ревности и даже чуть не убил этого индюка. Просил прощения, что расстроил тебя этим. Я был ласковым с тобой. Ты понимаешь, что это был я! Я, а не хорек. И, пожалуй… Из всех девушек, с которыми я проводил время, ты узнала меня за эти дни намного лучше, чем они… Мне хорошо было с тобой. Хоть я и согласен, что это было чертовски неправильно. Но так вышло… Пожалуй, это очень даже интимно для меня. Я ещё ни с кем не был таким открытым. И он развернулся и вышел из кабинета. Сжал пальцы в кулаки и быстро пошёл до лифта. Внутри всё вибрирует от странных эмоций. Раздражение, горечь, боль и тоска. Всё это напрочь выносит мозг. «Палочку свою забыл забрать…» Остановился и глубоко вздохнул. Даже подумал: «К чёрту! Туда я не вернусь…» Обернулся и увидел её. Грейнджер стоит посреди коридора, держит в руке свои туфли. «Она бежала, что ли, за мной?» — Что ты хочешь? — спросила она, слегка запыхавшись. «Тебя. Хочу тебя во всех смыслах. Сутками. Месяцами. Годами. ТЕБЯ! Я не знаю, что ты сделала со мной! Но я хочу тебя!» Но ответил другое: — Хочу шанс. Один, мать его, шанс. Давай пообщаемся. Вдруг я понравлюсь тебе не только как хорек. Гермиона пошла к нему медленно. Осматривает так, как будто первый раз видит. Подойдя достаточно близко, обмакнула губы друг об друга и тихо сказала: — Мне нужно время. Я ещё не адаптировалась. Хорошо? Драко кивнул и спросил: — Хочешь провести со мной время? Она быстро заморгала и спросила: — Когда? — Без разницы. После работы. Во время обеденного перерыва. Сегодня или завтра. Когда скажешь. Это не свидание… Так что… Не напрягайся. Просто хочу пообщаться с тобой. Я четверо суток молчал, вообще‑то. Вдруг она как‑то странно усмехнулась. И, снова заправив кудрявую прядь за ухо, кивнула и ответила: — Хорошо… Но только если это не свидание. — Когда? — Зайди за мной на обеденном перерыве. Сегодня. Драко слегка улыбнулся и кивнул. Дождался, когда она отвернётся и пойдёт назад. Вот она уже ушла, всё так же держа туфли в руке, а он стоит и смотрит в стену. «Хоть бы только не облажаться… Пожалуйста… Хоть бы только не облажаться…» Провёл пальцами по волосам, вздохнул и хотел уже идти к лифту, но вспомнил: «Да твою же мать… Палочка! Мне нужно вернуть палочку…» Пошёл обратно к её кабинету. Но когда дошёл и хотел уже взяться за ручку и потянуть, дверь сама открылась, и Грейнджер врезалась в него. Драко чисто рефлекторно поймал её и смотрит в глаза. А она, видно, что растерялась. Глаза широко распахнула, зрачки большие. Но не отступила. Медленно перевела взгляд на его губы. И всё… Мозги окончательно поплыли… Медленно, осторожно он сам посмотрел на её губы и склонил голову к ней. «Она сейчас врежет мне. Опять. Как на третьем курсе. Точно врежет… Не делай этого! Не делай!» Но она как будто задержала даже дыхание, наблюдая, как он приближается к её лицу. Нежно и совсем ненастойчиво Драко коснулся губ Гермионы. Она смотрит на него. Как и он на неё. Чуть усилил напор и плотнее прижался к её губам. И она ответила. Чуть приоткрыла губы и ответила на поцелуй. Драко обнял её и прижал к себе, почувствовал, как она закинула руки к нему на шею и углубила поцелуй. Драко толкнул её в кабинет, не отрываясь от её губ. Целует её жадно, порывисто, словно она его воздух. Но когда почувствовал лёгкое сопротивление, сразу отпустил. — Давай… Давай не будем торопиться? — прерывисто спросила она. — Это слишком быстро. — Хорошо, — кое‑как подавил улыбку. — Я только хотел забрать палочку свою. Она закатилась ещё тогда под шкаф. — Тогда тебе нужно отпустить меня. — Да… Точно. Извини. Он убрал руки с её талии и заметил, как у неё порозовели щёки. Вытащила свою палочку и сказала: — Акцио, волшебная палочка. Палочка из‑под шкафа со свистом вылетела, и Драко поймал её на лету. Перед тем как уйти, с улыбкой сказал: — Зайду за тобой через два часа. Гермиона улыбнулась, смотря на него.

──────ღ──────

Как и обещал, Драко зашёл за ней через два часа. И чувствует себя уже немного спокойнее рядом с ней. Хотя сердце всё так же долбит в груди, ему всё так же хочется прикоснуться к ней. Но он сдерживает себя. Гермиона привела его в магловское заведение, на котором обозначено гордо «ресторан», но внутри выглядит чуть лучше, чем кафе. Драко почувствовал себя немного неуверенно. Но должен признать, что это часть её мира… Так что… «Хорош выделываться». Покорно пошёл за ней, вспоминая, как она вела его на поводке. Что‑то общее почувствовал в этом и усмехнулся. — Тебе не нравится это место? Да? — спросила она. — Мне немного некомфортно здесь, но нет. Я вспомнил, как ты вела меня на поводке. Она смутилась. Появилась смущённая улыбка, и немного нервно она сказала: — Кажется, тогда тебе всё понравилось. — Ну да… Жаловаться мне не на что… Она вдруг чуть ускорилась, а Драко, усмехнувшись, пошёл за ней. Когда они сели за стол, Гермиона спряталась за меню и, конечно, выбрала что‑то максимально магловское. — Ты не будешь выбирать? — спросила она с явной заинтересованностью. — Не думаю, что мне что‑то понравится здешнее. Поэтому нет… Не хочу. Только не обижайся. Она вздёрнула бровь и снова опустила взгляд в меню. Тихо и задумчиво сказала: — Не заметила этого, когда ты четыре дня ел еду именно с этого заведения… — Ты носила еду отсюда? Она улыбнулась и, прикусив губу на секунду, ответила: — Ага. Ты только не обижайся, что я кормила тебя магловской едой. И ты ел её так, что мне приходилось мыть тебя после этого. «Она дразнится?» — Я привык пользоваться столовыми приборами. Посмотрел бы я на тебя, как бы ты ела на моём месте. — Я бы не оказалась в такой идиотской ситуации. — Не прибедняйся, — сказал он с усмешкой. — Ты в эпицентре этой идиотской ситуации. Она улыбнулась и снова спряталась за меню. — Мне нравилась та еда, которой ты кормила меня. Но, возможно, дело не в еде. Я думал, это ты готовила. Она выглянула из‑за меню и посмотрела на него пристальным взглядом. — Я не умею и не люблю готовить, — сказала она. — Единственный раз, когда я готовила при тебе, — это когда ты мне максимально не давал это делать. Я знаю только один рецепт, который у меня более‑менее получается. Когда подошла официантка, Гермиона озвучила ей заказ и посмотрела на Драко. Тот, сдвинув брови, посмотрел в меню, потом на Грейнджер, послал всё к чёрту и в итоге сказал: — Мне то же самое, что и ей. Но когда принесли крем‑суп из тыквы с гренками, куриный салат с авокадо и орехами, Драко сморщил нос. Гермиона засмеялась и сказала официантке: — Принесите для него, пожалуйста, запечённую утку с апельсиновым соусом. А на гарнир картофельное пюре. Официантка ушла, а Драко усмехнулся: — Думаешь, знаешь мой вкус? — Думаю, что могу очень близко угадать. Угадала… Это действительно было вкусно. А салат он съел тот же, что и Гермиона. Пока они сидели и обедали, Гермиона спросила: — Так почему хорёк? Я думала, это последний образ, который ты можешь выбрать. — К сожалению, мне не довелось выбирать. Этот образ как приклеился ко мне. Она задумчиво посмотрела на него. А глаза её так и светятся весельем. — Что? — спросил он с улыбкой. — На самом деле тебе идёт. Такой… — Пожалуйста! Только не говори это слово! — Какое? — вздёрнула брови. — МИЛЕНЬКИЙ! — выдавил он. Её это рассмешило. И ответила с улыбкой: — Я хотела сказать «противный». Он усмехнулся. А у неё опять этот лукавый взгляд. Без всякой легилименции можно уже с уверенностью предположить: хочет сказать что‑то, что смутит его. — Ты знаешь, что можно сохранить одежду при трансформации? — наконец‑то сказала. Драко, не поднимая головы, посмотрел на неё. Явно веселится. Вспомнила самый неловкий для него момент, когда он стоял перед ней, обёрнутый в плед. Ладно… Это честно. Он видел её не один раз голой. Вообще без всего. — Конечно, знаю, — ответил ей. — Тебя хотел впечатлить своей наготой. Грейнджер, что за вопросы? Гермиона не удержалась и засмеялась. А он уже другим тоном добавил: — Запаниковал я. Мне было не до одежды. От этого ей стало ещё смешнее. С улыбкой Драко спросил: — Если тебе так смешно, чего ревела, когда узнала, что это я? Перестав смеяться, уже серьёзно, но мягким тоном она ответила: — Потому что злилась на тебя. Из‑за того, что ты узнал слишком много обо мне без моего ведома. Потому что злилась на себя. Из‑за того, что всё было настолько очевидно… Но я даже ни разу не задумалась о том, кто этот хорёк и откуда он. То есть ты. И мне было обидно, что я успела привязаться к хорьку. — Если попросишь, могу стать хорьком. Для тебя. — Нет… Не нужно. Я прекрасно осознаю, что это был ТЫ, а не хорёк. — Ладно… — улыбнулся Драко. — Может, обернусь им, когда ты будешь злиться на меня. Перед тем как разойтись по разным отделам министерства, Драко спросил: — Хочешь повторим «не свидание»? Она задумалась на несколько секунд. Улыбнулась, посмотрела под ноги. Потом куда‑то в сторону. И, наконец, встретившись с ним взглядами, кивнула и ответила: — Да… Давай. Но только если это будет не свидание.

──────ღ──────

На следующий день Драко специально пришёл пораньше в Министерство и стал поджидать, когда появится Грейнджер. А когда она наконец‑то появилась, он сделал вид, что только что оказался в атриуме, а не торчит уже час там. В лифте он встал спиной к стене и посматривает на Гермиону. Она стоит чуть впереди, но ему видно, как бьётся жилка на её шее. Как она сглотнула и вздохнула. «Находясь в тесном пространстве, нервничает из‑за меня?» — подумал он и кое‑как сдержал улыбку. На очередной остановке очередного уровня зашло несколько сотрудников. Гермиона сместилась назад и теперь стоит рядом с Драко. Достаточно близко, чтобы чувствовать её аромат, но недостаточно близко, чтобы случайно соприкасаться. Тогда Драко чуть сделал шаг к ней и коснулся пальцами её руки. Сначала она никак не отреагировала. Но перед тем как выйти из лифта, её пальчики сжали его руку. Она посмотрела на него без улыбки, но в её лице было достаточно эмоций, чтобы он потом полдня думал о ней. Обеденный перерыв он провёл, конечно, с Гермионой. А после рабочего дня уговорил её немного прогуляться по набережной вдоль реки. — Почему на меня все смотрят? — спросил, когда на него посмотрела очередная девушка. — Да как тебе сказать… — посмотрела на него Гермиона с усмешкой. — Завидуют мне. Ты такой милашка… — А ну‑ка иди сюда… — поймал за плечи и прижал к себе. Она засмеялась, вырываясь, но он не выпускает её. Так было всю неделю до выходных. В пятницу вечером Драко спросил у Гермионы, прежде чем разойтись: — У тебя есть планы на завтра? — Нет. А что? — Как насчёт «не свидания»? — Чем ты хочешь заняться? — Это будет сюрприз.

──────ღ──────

Исходя из всего, как всё началось у Драко с Гермионой, максимально неправильно, он не хочет давить на неё. Но в то же время уже чётко для себя поставил: «Я добьюсь её и уже ни за что не отпущу». И методом «не свидание» он хочет больше проводить с ней время. Вызывать у неё приятные эмоции и при этом, чтобы у неё не возникало ощущения, что он загоняет её в какие‑то рамки. При этом он понимает, что мозг не фиксирует внимание на частице «не». В итоге он поселяет в её голове без всякой магии определённое настроение, что касается конкретно его. А сегодня он намерен вызвать у неё сильные эмоции…

──────ღ──────

Гермиона.

──────ღ──────

Раздался звонок в дверь, и Гермиона поспешила открыть. Так как она и думала, увидела Малфоя. Он стоит, опираясь плечом о дверной косяк, и смотрит этим пронизывающим взглядом, который заставляет бурлить кровь. — Привет, — еле заметно улыбнулся он и спросил: — Ты готова? — Знать бы ещё к чему. — Это сюрприз. Позволишь войти? — Да… Конечно. Она отошла от двери и, как только закрыла, посмотрела на Драко с ожиданием и лёгким волнением. Он же выглядит как само спокойствие. Протянул руку к Гермионе и, поймав её за руку, притянул к себе. Гермиона, засмеявшись, спросила: — Что ты делаешь? — Обними меня покрепче и закрой глаза. — Малфой! Что ты задумал? — Ты будешь делать то, что я говорю, или нет? — явно веселится. Гермиона улыбнулась и, обхватив его руками, прижалась всем телом. Почувствовала, как он так же крепко обнял её. А в одной его руке уже оказалась палочка. — Закрой глаза… — шепнул он. Гермиона так и сделала. Зажмурилась, прижимаясь лицом к нему. Почувствовав, как её затягивает трансгрессия, обхватила пальцами ткань его одежды сильнее. Всего секунда, и трансгрессия закончилась. Гермиона медленно отстранилась и... — Хогсмид? — выдохнула она. Пальцы невольно сжались на его одежде. Перед глазами промелькнули воспоминания: ночь, воющие чары, Пожиратели смерти, страх, холод… Дементоры… Но потом Гермиона моргнула, и воспоминания рассеялись. Перед ней всё та же любимая главная улица Хогсмида. Только появились новые вывески, цветущие клумбы у «Трёх мётел». Послышался смех учеников у кондитерской. Воздух пахнет корицей и свежеиспечённым хлебом — совсем не так, как в ту ночь. Драко молча ждёт, давая ей время. И не отпускает. Наслаждается тем, как она всё ещё обнимает его и осматривается по сторонам. — Всё хорошо, Грейнджер. Пойдём… — тихо сказал он. Она с удивлением посмотрела на него и спросила: — Но… Почему? Почему это место? — Последний раз ты тут была ещё в ту ночь, когда была битва за Хогвартс? — Откуда ты знаешь? — Не ты одна догадливая, как чёрт, — усмехнулся он. — Пойдём… Он взял Гермиону за руку и, переплетаясь пальцами, повёл по улочке, по которой Гермиона не ходила уже девять лет. Некоторые воспоминания могут быть болезненными, и то, что происходило после смерти Дамблдора, не вызывает никаких приятных эмоций. Гермиона не хотела возвращаться в Хогвартс, потому что хотела сохранить тот замок в памяти, каким его помнит она во время учёбы. Во время битвы она мало была в замке, но успела почувствовать всю обречённость Хогвартса. Всего один год Хогвартс был в руках пожирателей смерти, и замок было не узнать... Некогда любимая школа превратилась во что‑то тёмное и отталкивающее. Не было ощущения, что это любимый Хогвартс — место, которое она считала своим домом. Через год замок восстановили после битвы. И предлагали Гермионе, как и Гарри, и Рону, закончить обучение, но она приняла решение, что того Хогвартса больше нет. И возвращаться отказалась. Но сейчас Драко уверенно ведёт её по улице и спросил: — Куда хочешь зайти? Она осмотрелась и почувствовала невероятную тягу зайти в: — В «Три метлы». Только этим не ограничились они, побывали во всех местах Хогсмида. Постоянно вспоминая что‑то, что было ещё до возвращения Волан‑де‑Морта. И им было даже весело. А потом Драко повёл Гермиону в Хогвартс. — Разве так можно? — спросила с сомнением Гермиона. — Неужели ты думаешь, что я не подготовился? Я писал Макгонагалл. Она официально разрешила посетить Хогвартс. Всё‑таки ты была её любимицей. Хотя она утверждала, что не держит любимчиков. Гермиона не ответила. Только посмотрела на него с теплом и удивлением. Уж такого она точно не ожидала. Когда они приблизились к Хогвартсу, Гермиона постаралась не вспоминать, каким она видела замок в последний раз. Руины. Трупы. Великаны и огромные пауки. А Пожиратели смерти и другие сторонники Волан‑де‑Морта не щадящие никого. Но нет... Хогвартс выглядит почти таким же, каким он был до череды чёрных событий. Всё тот же любимый Хогвартс. Она невольно задержала дыхание, вглядываясь в знакомые башни, каменные стены и арки, которые мягко обвивает плющ. Гермиона сделала шаг вперёд, потом ещё один. Пальцы сами потянулись к шершавой поверхности ворот, тех самых, через которые она когда‑то вбегала с чемоданом, дрожа от волнения перед первым учебным годом... Драко идёт за ней следом. Он ничего не говорит, просто наблюдает за ней. Точно так же, как он наблюдал за ней, когда был в обличии хорька. Следы времени тоже отразились на замке: потемневший камень, новые цветочные клумбы у входа, заменённые витражи в окнах Большого зала. Появилось больше деревьев вокруг. — Как будто ничего не было... — прошептала она. Конечно, это неправда. Изменения из-за битвы есть, но если не знать, что это последствия именно из-за битвы... Не догадаться. Например, Гремучей ивы нет. Дом Хагрида выглядит иначе. Ведь тот сожгли Пожиратели. Внутри замка Гермиона тоже шла не торопясь, впитывая эту атмосферу. Рассматривая знакомые картины, гобелены. На какое‑то время ей стало казаться, что вернулась в прошлое. По замку можно ходить часами, и ей совсем не хочется уходить, но нужно. Посмотрев на Драко, она искренне сказала: — Спасибо, мне это было необходимо. — Всегда пожалуйста, Грейнджер.

──────ღ──────

Воскресенье выдалось томительным для Гермионы. Весь день... Нет. Ещё со вчерашнего вечера, когда Драко попрощался с ней у её дома и сделал несколько шагов от неё, Гермиона панически пыталась придумать причину, чтобы он НЕ УХОДИЛ! А он, как будто специально, идёт не торопясь от неё и, перед тем как трансгрессировать, повернулся, улыбнулся краешком губ, как будто знает, о чём она думает, и исчез с хлопком... Ночью она плохо спала. А днём в воскресенье придумывала варианты увидеться. Даже писала письма и комкала одно за другим: «Хочешь вместе пообедать?» «Ты сегодня занят? Может, хочешь прогуляться?» «Чем планируешь заниматься вечером? Может, устроим „не свидание“?» И таких коротких записок было много. И каждая казалась ей идиотской. — Я жалкое ничтожество... — пробормотала она, упав лицом в стол. Так она и не решилась написать записку, а потом отправиться в Косой переулок и оттуда отправить сову с почтового отделения. Вместо этого она пыталась читать... Даже приготовила ужин... Мелькнула мысль: «Может, пригласить его на ужин?» Но тут же сама откинула эту мысль. «И почему он сам никак не даёт о себе знать? Устроил такой прекрасный день и исчез. Как будто специально... Знает, что я буду весь день думать о нём». Настал понедельник. Ещё до того, как Гермиона вышла из камина в Министерстве, увидела Драко. Он улыбнулся ей, ничего не сказал. Просто пошёл молча рядом. А она сама не своя. Лихорадочно думает повод увидеться. И единственное, что пришло ей в голову: — Драко, будет нужно завершить регистрацию того, что ты анимаг. И заполнить бланк. — Да. Конечно... Как только будут готовы документы, я всё отправлю к тебе. Постараюсь сегодня всё сделать. Гермиона быстро посмотрела на него и успела заметить, как он спрятал улыбку. «Да он специально это делает! Максимально держит дистанцию и при этом не даёт расслабиться». Перед тем как выйти на своём уровне, Драко спросил: — Как обычно? На обед идём вместе? — Конечно. Но ещё до обеденного перерыва ассистентка принесла заполненный бланк и сертификат, такой же, как тот, что он порвал. Гермиона пробежалась взглядом по заполненному бланку и увидела, что он не всё прописал. Кое‑что забыл. «Специально?» Девушка уже ушла, и тогда Гермиона сама отправилась к Малфою. Идёт к лифту и немного нервничает. «Что к чему? Это же Малфой. Просто до ужаса милый Драко Малфой...» Да. Но... Раньше он никогда не был милым. В школьные годы он вызывал только ледяное раздражение. Высокомерный, гадкий... А то, что он умудрялся делать пакости Гарри и вылезать почти всегда из этого, даже не взлохматив волосы, бесило. Но если быть честной с собой... Он бы не обращал на Гермиону ровно никакого внимания, если бы она сама не лезла к нему с защитой Гарри. В итоге его реакция на неё была всегда защитой. Если не считать несколько пустых гадких реплик, которые он пускал как бы в воздух, но знал, что она услышит. Например, когда она с Гарри и Роном зашли купить новые мантии и столкнулись с ним и его матерью. Тогда он сказал матери, что воняет грязнокровкой. На самом деле причин максимально не сталкиваться с ним было больше, чем нужно. Хотя после школы он довольно сильно изменился. А может, у неё больше не было случаев столкновения с ним. Если и были случайные моменты, когда он и она показывались в одном пространстве, он делал вид, что не знает её. И Гермиону это устраивало. А потом появился хорёк... Безумно милый и вредный хорёк. Гермионе он нравился. Она даже допускала мысль: если объявится владелец этого хорька, она притворится, что не знает о хорьке ничего. Чтобы оставить его себе... А теперь представьте... Вот живёт у вас кошка, собака, крыса или тот же хорёк... И вы узнаете, что это не ваш любимый пушистик. А тот вредный засранец из вашей школы! Конечно, это вызывает шок... Наваливается слишком много противоречивых чувств. Стыд, ужас, грусть и обида... Мозг отчаянно пытается сопротивляться этому факту и всячески блокирует уже ОЧЕВИДНОЕ! Ведь он спал рядом с ней, она рассказывала ему очень личные вещи, раздевалась и принимала душ перед ним, он ел из её чашки и лакал её кофе. Гермиона купала его, гуляла с ним, стригла ногти. Ласкала, обнимала. Она заботилась о нём и полюбила засранца. А это оказался тот, кого она ненавидела в школе. И избегала после школы... Но когда Драко признался ей, что чувствовал, когда был хорьком... Это для неё было неожиданно. Как ледяной душ. Тогда он отдал палочку и ушёл, она стояла и не понимала, что происходит. Что с ней происходит. Слишком много резких изменений. И когда она пошла к двери, она ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЛА, что сказать ему. Просто непреодолимый порыв. А потом поцелуй... Из‑за которого она потом не могла думать ни о чём другом. У неё полно работы, а она сидит, крутясь на стуле, и посматривает на время, когда будет обеденный перерыв. Её раздирало любопытство и смущение. Смущение довольно сильное... Но за следующие несколько дней смущение полностью сошло на нет. Осталась только тяга к нему. А его сюрприз — прогулка по Хогсмиду и Хогвартсу окончательно добило её. Наверное, это было лучшим событием за последние девять… А может, даже десять лет. Ведь пока она скиталась по лесам с Гарри, ничего… СОВЕРШЕННО НИЧЕГО хорошего и приятного не происходило. Малфой больше не предпринял ни одной попытки поцеловать её. Ни одной пошлости или какого‑то откровенного интимного намёка. Он ни разу не заикнулся о том, что видел её голой, о том, что она бросила в него своё бельё или призналась в отсутствии секса. Или о том, как он сидел под её футболкой, уткнувшись мордочкой хорька между её грудей. За всю неделю каждый раз, когда Драко оказывался рядом, Гермиона вспоминала обо всех неловких моментах. Но он как будто ничего не помнит. Драко ни разу не заставил её чувствовать себя неловко. Это сильно подкупает… Довело её до того, что она стала думать о нём сутками. И сейчас она идёт к нему и немного волнуется. Но когда постучала в его кабинет и он сам открыл дверь, она спокойно сказала: — Ты не указал особое отличие. То, что твой облик отличает от основного вида этих животных. Драко протянул руку и взял бланк. — Наверное, отвлёкся. Сейчас… Могла бы и сама написать. Ты же знаешь ответ. Он пошёл к столу и, сев там, стал писать. — Нужно, чтобы всё было заполнено твоим почерком, — ответила она и, закрыв дверь за собой, подошла ближе. Драко положил перо и посмотрел на Гермиону, откинувшись в кресле. — Готово. Она подошла ближе, склонилась над столом, опираясь на ладони. Локоны выбились из причёски, упали на лицо. Гермиона сдула прядь со лба и прочитала недостающую строчку: «Устал думать о тебе. Сегодня ты снилась мне. Кажется, я влюбился». Замерла. Медленно выпрямилась, повернулась к нему. В животе всё сжалось, будто кто‑то туго затянул узел. Сердце бешено колотится, отдаваясь в висках. А он смотрит на неё, не отводя взгляда, с этой своей полуулыбкой. Закусил нижнюю губу, совсем чуть‑чуть, но этого хватило, чтобы она тут же опустила взгляд на его губы. — Ты испортил бланк… — в итоге сказала она, всё ещё глядя на его губы. Подняла взгляд к глазам, голос стал тише: — Там нужно было написать «серый цвет глаз»… — Придётся переделывать, — спокойно отозвался он. — Ага… — она снова посмотрела на его губы, потом заставила себя сосредоточиться. — Ты только не затягивай с этим. Сам знаешь, как это важно… Драко встал с кресла и сделал короткий шаг к Гермионе так, что теперь они стоят совсем близко. Медленно и осторожно он склонил голову к ней и едва касается губами её лица. — Ты перестала дышать… — тихо сказал он. Гермиона издала странный звук — что‑то между «ага» и стоном. Сглотнула, посмотрела ему в глаза. Но он уже смотрит на её губы. Как только она чуть приподняла голову, Драко коснулся их в поцелуе, сначала невесомо, потом увереннее. Гермиона ответила мгновенно: обвила руками его шею, прижалась ближе. Пальцы запустила в его волосы. — Моя девочка… — прошептал он, прижимая её к себе. Поцелуй стал глубже. Драко слегка прикусил её нижнюю губу, провёл языком по контуру. Гермиона пылко ответила, касаясь его языка своим. Чуть отстранившись, она выдохнула: — Скажи ещё раз. Он дразняще коснулся её губ: — Моя… — провёл кончиком языка по её нижней губе. — Ты… моя. И снова обрушился на её губы так, что Гермиона застонала, прижимаясь к нему всем телом. Драко повёл руками по её телу вниз и, обхватив её ягодицы, прижал к себе. Гермиона шумно вздохнула через нос, продолжая поцелуй и чувствуя низом живота его твёрдый член. Прервав поцелуй, он посмотрел ей в глаза, но не отстранился. Медленно взялся за подол её облегающего платья и потянул вверх, обнажая бёдра. — Ты снова перестала дышать, Грейнджер… — прошептал он. — Ага… — выдохнула она. Драко одновременно поцеловал её и скользнул пальцами между её бёдер. Ласково погладил через влажное бельё. Гермиона прильнула к нему, выгнулась навстречу. Он усилил трение, и она застонала в его рот. Гермиона разорвала поцелуй и опустила взгляд ниже, судорожно вздохнула из‑за ласк Драко и сама опустила руки на его ремень. Пока она расстёгивает ремень и брюки, Драко тихо усмехнулся. Подцепил резинку белья и потянул вниз. Как только её бельё упало на пол, Драко подхватил её под ягодицы и усадил на край стола. Сразу раздвинул её ноги и прикоснулся к обнажённой коже между её ног. Стал гладить, нажимать, выводить круги. Руки Гермионы замерли на расстёгнутых брюках Драко. Она запрокинула голову и закрыла глаза. Приподняв колени, обняла его ногами. — Поцелуй меня… — хрипло прошептал он. Гермиона приоткрыла глаза, взяла его за шею. Потянула к себе и жадно поцеловала в губы. В этот момент она почувствовала, как Драко прижимается головкой члена к её возбуждённой плоти. Плавным, сильным толчком он вошёл в неё. Гермиона застонала и сжала его коленями. А Драко стал двигаться, растягивая её, чувствуя, как сочится её смазка. Он впился пальцами в её бёдра, придвигая её к себе, входя в неё до упора, полностью заполняя собой. От этого ощущения Гермиона шумно вздохнула. А Драко начал двигаться сначала мягко, потом более резкими толчками, наслаждаясь тем, какая она приятная, горячая, влажная. — Когда у тебя отпуск? — вдруг спросил он, не прекращая скольжений в ней. — Ты действительно хочешь сейчас об этом поговорить? — Когда? — хрипло спросил он, касаясь её губ. — Я не была в отпуске полтора года. — Сегодня же пиши заявление… Он усмехнулся, снова целуя её. Но, прервав поцелуй, но не секс, она спросила: — На отпуск? — Если скажу на увольнение, это будет слишком? — Да… — засмеялась она и тут же застонала. — Тогда на отпуск. — Хорошо. — Хорошая девочка, — улыбнулся он. Она засмеялась, обнимая его за плечи, целуя до беспамятства в губы. С ума сходя от наслаждения. Гермиона оперлась одной рукой на стол, другой рукой притягивает Драко за шею к себе. Целует его требовательно и одновременно нежно. Чувствует, что уже вот‑вот… — Сильнее. Драко улыбнулся ей в губы и, придерживая её, усилил толчки. Когда оргазм накрыл её, она простонала: — Заткни меня… Пожалуйста… Драко сразу поцеловал, проглатывая её стоны, чувствуя, как она сжимается вокруг его члена, и от этого он сам не удержался. Наслаждение накрыло их одновременно. Гермиона впилась пальцами в его плечи и, отстранившись от его губ, тяжело дышит. Прерывисто она спросила: — Ты же… Можешь… Повлиять, чтобы нас сегодня отпустили в отпуск? — Могу, — ответил он с улыбкой, отпуская её. — Тогда пошли. О работе сегодня я уже точно не смогу думать. Когда оба привели свою одежду в порядок, пошли в отдел кадров. Драко взял Гермиону за руку, а она ответила на это, сжав его пальцы и посмотрев на него с лукавой улыбкой.

──────ღ──────

Конец.

Надеюсь, Вам понравилась эта миленькая история💚

──────ღ──────