Испытай меня / Try me (Пакин/Граф)

Безнадёжное ожидание. Критти ненавидел больницы. Он ненавидел белые коридоры, ненавидел медсестер и врачей в белом, он даже ненавидел запах дезинфицирующего средства, потому что всё это навевало ему воспоминания о детстве.  В детстве ему приходилось спать и играть в больнице, тогда как все остальные ходили в школу. Он так ненавидел это. Особенно тесную комнату с кондиционером, одним окном и однообразным видом снаружи.  И теперь он стоял перед частной больницей, в которую часто приходил или приезжал в прошлом.     -Когда закончишь, увидимся в машине.    -Что ты хочешь этим сказать? – спросил Граф, немедленно повернувшись, чтобы посмотреть на говорящего.  В это время Пакин наклонился к заднему сиденью, заставив его заметить то, чего он не увидел с самого начала... Букет цветов.     После заданного им вопроса, мужчина повернулся с букетом ярко-красных роз и ответил ему не задумываясь: -Просто иди, залечи свою рану. Ты же можешь дойти один?    — Ты не собираешься сопровождать меня, не так ли?  На этот раз Пакин повернулся, чтобы посмотреть на него раздражённым взглядом и слегка нахмурился, прежде чем заговорить:    -Я заехал за тобой, чтобы привезти сюда по приказу твоего отца, но мне не нужно вести тебя в травмпункт. У тебя есть ноги и ты ходишь сам. Не говори, что это слишком больно и что ты не можешь ходить. – произнёс Пакин со слегка раздраженным выражением лица, выходя из машины. После чего пострадавший подбежал и последовал за ним, чтобы перехватить руку человека, держащего букет.     -Куда ты идешь?! - спросил Граф, уставившись на букет в его руке, но тот только раздраженно отмахнулся, ответив:    — С каких это пор я обязан информировать тебя?  После этого молодой человек закрыл машину и широким шагом направился внутрь здания, заставляя слушателя прикусить нижнюю губу до боли, но тот старался быстро следовать за собеседником и продолжил говорить: -Но ты должен пойти со мной.     ...Внезапно    -Ты ребенок что ли, Граф! Пакин обернулся и спросил более мрачным тоном, заставив тем самым молодого человека остановиться и посмотреть на взгляд его острых глаз, которые блестели с отвращением. - Я привёз тебя сюда, как ты и хотел, а ты всё ещё мешаешь мне. Знаешь ли, что вместо того, чтобы разгребать кучу работы, скопившуюся на столе, я должен тратить время на то, чтобы подобрать глупого и наглого пацана, который только и может, что вызывать проблемы. Будь взрослым хоть раз и перестань причинять мне головную боль!! — воскликнул Пакин грубым голосом. Глубокий взгляд острых глаз был еще более ужасающим, потому что он был наполнен досадой, разочарованием и гневом, смешанными воедино. Он был таким, на который человек мог смотреть только с закрытым ртом. - Всё, увидимся в машине. И не доставляй хлопот. - сказал мужчина, увидев, что круглые глаза перед ним уже блестят от прозрачных слёз, как у ребенка, которого отругал взрослый, и притворился, чтобы решить проблему плачем. Но он не утешал его и не собирался извиняться, а просто развернулся и сразу подошёл к лифту, который вёл на этажи стационара. Высокая фигура исчезла, остался только незрелый мальчик, который мог только неподвижно замереть от боли. -Проблема, проблема, проблема... ты видишь во мне только проблему! – пробормотал Граф, прикусив губу, борясь с упрямым желанием расплакаться. -Я не хочу быть твоим возмутителем спокойствия. Разве ты не можешь быть добр ко мне? Он резко заморгал, стряхивая слезы... Но затем быстро поднял голову, чтобы увидеть, на каком этаже остановился лифт, и, увидев, повернулся, чтобы пойти в другую сторону. «Я знаю, что так и должно быть, но почему ты не можешь просто отказаться от этого, Граф?» — в сотый раз задумался мальчик. Дело не в том, что он не хотел сдаваться, но ему нравились трудные мужчины, хотя это могло привести его к тому, что он станет таким же плохим парнем, как брат Пакин, который мог испортить и разрушить жизнь. Но как я могу сдаться? Граф пытался остановиться и не идти к Пи'Пакину. Но он хотел знать, думает ли тот человек о нём или нет. Так что менее чем через месяц он нашел способ встретиться с ним на некоторое время, хотя знал, что каждый раз, когда он появлялся... ему приходилось его оскорблять. «Я ненавижу себя самого», — пробормотал молодой человек, втаскивая свое ноющее тело в комнату для осмотра, а его глаза покраснели, что заставило медсестру неправильно понять. -Больно не будет. Я постараюсь аккуратно. – сказала медсестра, подумав, что его рана все еще болит так же, как и вчера. Но на самом деле, единственный, кто знал правду, это Граф... Что болит, так это не его тело, а его сердце, потому что кто-то только что снова разбил его. Казалось бы - это не так уж и больно, но оказалось - больнее всего. *** Тук-тук-тук. -Да, можешь войти. ...Входя.. «____» Пока Графа лечили внизу, Пакин сбежал, чтобы привести в порядок своё душевное состояние, прежде чем войти в палату интенсивной терапии. В палате лежала женщина, которая повернулась, чтобы посмотреть на посетителя странным взглядом, а затем вздохнула и подняла руку, к которой была подсоединена капельница, как бы спрашивая, можно ли это назвать красивым. - У вас должно быть плохое зрение, если вы считаете, что человек, который целую неделю находится в больнице, прекрасен. — сказала молодая женщина в больничном халате, качая головой. Но тот, к кому были обращены её слова, только засмеялся, а потом подошёл к краю кровати. -Я думаю, что Фа всегда красива. -Вы всегда говорите что-то в этом роде, скажите мне, что вы хотите? -Ничего, я просто говорю то, что вижу. — сказал Пакин, хотя несколько мгновений назад он был расстроен и почти умирал от разочарования из-за невежественного мальчика-идиота, который в одиночку пошел в перевязочную. Но только войдя в эту комнату, молодой человек сменил выражение лица с напряженного на лукавую улыбку, а глаза его вдруг ярко засияли, как у мужчины, полного обаяния и сексуального влечения. С каждым человеком он разговаривал по-разному, особенно с этой девушкой по имени... Плайфа. Женщина с красивым лицом, которая хоть и была бледна от перенесённого гриппа, не могла скрыть своей привлекательности. Хотя она и была одета как больная, но бледное и струящееся одеяние не могло скрыть естественной сексуальности этой женщины. Плайфа — одна из тех, кого он хочет, но не получит. Женщина, которой можно восхищаться, потому что таких, как она, не так много, но Пакин очень хорошо знал специальность Плайфы, особенно... когда она на трассе. -Ну и как ты? -Намного лучше. Близнецы тоже приезжали в гости несколько дней назад и рассказали мне о том, что произошло на стадионе… Сначала я думала, что это позор, ведь я заболела когда вы проводили мероприятие, но теперь это заставляет меня ещё больше грустить, потому что я не смогла увидеть версию «Пакин чрезвычайно злой и неконтролируемый». Несмотря на то, что юная леди выглядела маленькой по сравнению с Пакином, в её глазах можно было увидеть вызов. Её улыбка говорила о том, что она совсем не испугалась молодого человека и даже осмелилась посмеяться над услышанным. От этого казалось, что человек, смотрящий на неё... очень на неё похож. Кто поверит, что за образом обычной женщины, работающей в банковском отделении, скрывается анонимный гонщик, навыки которого ничуть не уступали Оату? Плайфа победила великого человека на супербайке, и эта красота, когда она находилась на трассе, привлекла короля гонок с первого взгляда до такой степени... что он захотел её. — Значит, ты хочешь увидеть меня, когда я выйду из-под контроля? — спросил молодой человек, оставив букет роз на тумбочке, а затем подошёл к кровати девушки. Он положил одну из своих широких ладоней рядом с подушкой, а другой рукой взял прядь мягких, шелковистых волос девушки. Пакин провёл рукой, чтобы мягкие, совершенно черные волосы струились по его ладони. Достигнув кончика волос, он взял их между пальцами и потянул к кончику носа. В то время как его острые глаза смотрели на белое и бледное лицо человека, который слегка улыбался ему. В этот момент атмосфера в палате реанимации сразу изменилась. Когда этот высокий парень находился в серьезном настроении, то в его глазах отражались искорки, можно было разглядеть сильную страсть и твёрдое желание победить. Чувства, которые он постарался полностью передать, и Фа тоже это знала. Пи'Пакин смог сделать реабилитационную палату похожей на роскошный гостиничный номер, готовый к использованию и атаке в постели. Этот сексуальный парень был горяч и она это знала. -Вы решили запугать больного? — спросила красивая девушка с милой улыбкой, пока Пакин все ниже и ниже опускал голову, а потом тихо прошептал. — Так… ты хочешь, чтобы я тебя запугал или нет? Он произнес это слегка вибрирующим голосом, которым всегда заставлял слушателей трепетать, поэтому они не заметили, что дверь комнаты бесшумно отворилась... Пакин был сосредоточен на взгляде собеседницы, заставившем его забыть о сумасшедшем ребенке. -В чем дело, дорогая... -Что ты делаешь, брат Пакин?!!! Прежде чем он успел получить ответ, от входной двери донесся громкий крик, заставивший его нахмуриться, а через секунду он сильно сжал кулаки. Пакин резко обернулся и рявкнул: -Граф! Как только это имя слетело с уст парня, взволнованно -страстная атмосфера, витающая в воздухе, моментально испарилась, сменившись чувством ярости от того, что кто-то прервал его. Девушка на кровати слегка нахмурилась и посмотрела на мальчика перед дверью, который крепко сжимал кулаки, явно злясь. - Пи, какого черта ты делаешь?! Ты должен был отвести меня, чтобы обработать рану, но ты снова здесь! — закричал Граф, глядя на человека перед собой. Он попросил медсестру поторопиться и обработать его травмы, а когда всё было сделано, вместо того, чтобы вернуться и подождать в машине, Граф поднялся на этаж, туда, где он ранее видел остановку лифта. А потом просто спросил молодых медсестер, не видели ли они человека с чертами Пакина, входящего в какую-либо комнату? Отличительной чертой этого человека было то, что люди помнили его и он легко получил информацию, но как только открыл дверь в палату... Там, он увидел человека, из-за которого чуть не умер, поскольку пытался добиться того, чтобы он срочно доставил его в больницу, собирающегося целоваться с кем-то другим... Он был так обижен, что ему почти хотелось плакать. Пойдем сейчас же со мной! Ты мой, а не этой женщины! -Куда бы я ни пошел, это мое дело. Ты не имеешь права вмешиваться. И перестань вести себя как ребенок без манер, ты беспокоишь больных. -Больной человек! Только сумасшедший больной человек, вызовет человека в реанимацию! «___» Граф громко воскликнул с твёрдым намерением не оставлять всё как есть, когда он увидел такое перед собой. И это произошло как раз в тот момент, когда Пакин смотрел на него сверкающими глазами. И хоть на этот раз он не произносил ни слова, а просто смотрел на молодого человека холодными глазами - этого хватило мальчику, чтобы замереть. После молчания, уголки его глаз заполнили слёзы. -Да уж, кричащий и плачущий. — пренебрежительно бросил Пакин. -Я не плачу! — упрямо ответил мальчик, пытаясь вытереть слезы с лица. Ему совсем не нравился взгляд Пи'Пакина. Почему Пи'Пакин смотрит на него так, будто не замечает? Почему он с таким отвращением смотрит только на него? -Подожди меня в машине. -Неа! – возразил Граф, когда старший приказал ему уйти и подождать в машине. Он не согласился, а подбежал к дивану и, скрестив руки на груди, сказал ему, что если он, Пакин, не пойдет, то и он никуда не пойдет. Он тряхнул головой - жест, который беспокоил не кого иного, как Пакина. -Если ты не пойдешь, то и я не пойду. — твердо настаивал Граф, по-прежнему с ненавистью глядя на женщину, лежащую на кровати. Потом он увидел букет ярко-красных роз у изголовья кровати. Брат Пакин не собирался приводить его на перевязку, как он думал вначале, а всего лишь лично намеревался навестить эту женщину. Когда Граф подумал о себе как о замене кого-то, то крепко сжал кулаки. -О, этот младший... о, я поняла, это тот человек... Посреди неловкой атмосферы, повисшей между двумя молодыми людьми, хозяйка комнаты заговорила и кивнула, глядя на появившегося красавчика. Затем она повернулась и улыбнулась Пакину. Хотя Граф задавался вопросом, чем он стал известен, ответ Пакина заставил его сердце болеть ещё больше. -Никто не считает меня помехой. Только Пи. ...Внезапно -Если ты уже знаешь, то почему показываешь свое лицо, чтобы только досадить мне?! – закричал на него Пакин, повернувшись в его сторону, заставив парня вздрогнуть и широко распахнуть глаза, прежде чем из них полилось ещё больше слёз. Пакин поспешил прекратить обсуждение, чувствуя, что не сможет сейчас поговорить. Если я продолжу говорить, я обязательно заплачу. – это была мысль человека, который раздирал своё собственное тело, заставив его болеть, пока он не привыкнет к... плохим словам Пи'Пакина. ... Тук-тук-тук В этот момент в дверь комнаты постучали и вошла пожилая медсестра. -Пожалуйста, говорите потише, это реанимационная палата. Если вы будете продолжать издавать такой шум, мне придется попросить вас уйти. Вы мешаете другим пациентам. – произнесла она строго. Её лицо было свирепым, а голос хриплым, из-за чего создатель шума опустил голову, а сам Пакин повернулся, чтобы посмотреть ей в глаза. — Я скоро вернусь. — сказал молодой человек и повернулся к женщине на кровати. -Сестрёнка, я поеду, выздоравливай скорее. Затем, даже не взглянув в сторону мальчика, Пакин просто направился к двери и немедленно вышел из комнаты, тем самым заставив Графа вскочить. -Брат Пакин! -Шшшшш ...- только и шикнула медсестра на его крик, но ему было всё равно плевать на всё, кроме как бежать за человеком, который его не ждал, но в тот момент... -Нонг'Граф...- позвала его женщина лежащая на кровати, так что тот в недоумении обернулся. -Не произноси моего имени. Девушка еще раз улыбнулась и заговорила. -Да. Хорошо. Просто я хотела сказать тебе, что между мной и Пи'Пакином нет ничего общего. Ты можешь быть спокоен. -Почему ты говоришь это мне? - сухо спросил Граф, а затем продолжил свою погоню. В конце его фразы на лице Плайфы появилась легкая улыбка. -Не могу поверить, что есть человек, от которого может так кружиться голова у брата Пакина. – мелькнула у неё мысль. Мысль, из-за которой ей захотелось побыстрее выбраться из больницы. Время от времени вид Пакина как идеального мужчины немного раздражал ее, но вид Пакина с чувствами нормального человека, вызывал у неё… интерес. *** ... Бруумммммм... -Пи'Пакин! Эй, брат Пакин! Прежде чем Граф успел добежать, роскошная машина вылетела с парковки. Это произошло так быстро, что его глаза расширились от неожиданности. Хотя он и кричал так громко, как только мог, владелец роскошного автомобиля вдавил педаль газа в пол и даже не подумал подождать его. Поэтому Граф, озираясь, покрутил головой налево и направо, прежде чем вытащить свой телефон. Пи'Пакин, ты не можешь этого сделать! “___” - Пи'Пакин.. Хотя Пакин и принял звонок, ответа не последовало, и это указывало на то, что он был в ярости, при этом сам Граф пытался кричать. -Пи! Ты не можешь вот так бросить меня одного! -Ты обещал моему отцу. Ты должен отвезти меня домой, иначе, я пожалуюсь на тебя своему отцу! Было очень эгоистично упоминать отца, но он был эгоистом и не задумываясь громко кричал в телефон. [Перед больницей...] - раздался в телефоне низкий голос. После этого звонок был немедленно прерван и парень посмотрел в сторону больницы. Обеими ногами он пытался бежать так быстро, как только мог. Внутри него кипели разные чувства. Он был злой и довольный одновременно, но в основном… ему было больно. «Ты не можешь оставить меня вот так…» Эта мысль заставила его гнаться за ним, а когда он увидел, что машина припаркована у обочины, уголки его губ приподнялись. «Он все еще ждет» Брууумммм... В тот момент, когда он как раз почти дошел до машины - Пакин умчался, оставив его в молчаливой растерянности. -Пи... А потом остановился в нескольких метрах. Графу снова пришлось вытащить телефон, чтобы позвонить. [Ту, Ту, Ту] (гудок телефона) На этот раз он не только не принял звонок, но и отключил мобильник, отчего Граф стиснул зубы. -Ты будешь так играть, да?! – воскликнул Граф, после чего торопливо пошел к автомобилю. Торопясь, как возможно, вымотанный и уставший, когда он почти добежал до машины… Брууууммм... Пакин снова отъехал, заставляя молодого человека чувствовать себя все более и более униженным. На самом деле, Критти не нужно было ещё больше усложнять ситуацию. С таким же успехом он мог развернуться, поймать такси и удобно доехать до дома. Но всё же он стиснул зубы и побежал за машиной, как сумасшедший, в то время, как злой сатана двигал машину дальше, как будто это конфеты, чтобы заманить ребенка. Но это была приманка, которая заставляла Графа ощущать боль как физически, так и морально. Его раны, казалось, разошлись. Но всё же он стиснул зубы и в изнеможении побежал за машиной. -Пи'Пакин! О нет, я не могу больше…Ты не можешь так поступить со мной, ты не можешь так сделать! — завопил молодой человек, не заботясь о том, что его увидят прохожие. Он просто смотрел на заднюю часть роскошного автомобиля, который на мгновение остановился, а из его прекрасных глаз текли слёзы. «Я больше не могу… я больше не могу бежать» - была мысль человека, который перешел с бега на ходьбу и задыхался до боли в груди. Сквозь завесу своих слез он мог видеть только задние фары суперкара, пока… (Хлоп…) Его рука ухватилась за заднюю часть машины, что заставило его чуть ли не счастливо улыбнуться, но… Брууумммм... Роскошный автомобиль взревел, как разъяренный бык, прежде чем вылететь на дорогу с такой скоростью, что предыдущая могла казаться пешей прогулкой по тротуару. Он промчался на красный свет, а Критти мог только стоять на месте … Спустя мгновение... он небрежно сел, почти рухнув на тротуар, не обращая больше ни на что внимания. А потом закричал. -Ненавижу тебя!!!!!!! Я ненавижу, что ты даешь мне надежду, а потом снова и снова ее разрушаешь!!!!! *** Пакин смотрел на фигуру мальчика, который с трудом бежал за машиной. У многих этот образ вызвал бы жалость, но не у него… он был доволен. Все это время Граф следовал за задней частью автомобиля. Пакин смотрел на него в зеркало заднего вида и видел бегущего в изнеможении и тяжело дышащего молодого человека. Но, тем не менее, тот не сдался, не стал ловить такси, чтобы доехать до дома, а продолжал следовать за его машиной, пока Пакин, когда мальчик добежал до места, не сдвинул машину и не уехал. То, что сделал Пакин, было не ради шутки. Он хотел наказать этого мальчика. Когда он что-то делал, он не делал это жестоко, он никого не оскорблял, но смотрел прямо в глаза, вызывая раздражение. Он так действовал. «Давайте посмотрим, есть ли у Кхун Чай Критти чувство юмора и насколько хватит его терпения». Однако, мальчик не сдавался и продолжал следовать за автомобилем, пока… не разочаровался. Поскольку, в конце концов, когда Граф подбежал и коснулся багажника машины, Пакин подумал, что игра окончена, и уехал. Он не считал себя плохим человеком. Скорее, Граф должен был понять, что больше ему мешать не стоит. Каждый раз одно и то же. То, что Пакин ненавидел больше всего, так это тот факт, что кто-то проявляет собственность, а особенно такой собственнический ребенок, как Граф. Ещё ему не нравилось, что он приходит и кричит, как маленький ребенок, когда не имеет на это права. Это потому, что такого человека, как он, никогда никто не заставлял. Если он хотел что-то сделать - он это делал! Ну уж нет! Да кто он такой, чтобы приходить и говорить ему что делать? Это то, что Пакин ненавидел больше всего, и Граф заставлял его ненавидеть это вместе с собой. Даже если человек, с которым он находился, не Плайфа, а его друг, брат или подчиненный, ему не нравилось то, как вёл себя Граф. -Он просто ребенок, который требует внимания. — сказал себе Пакин, глядя в зеркало заднего вида, которое лишь отражало изображение улицы, полной автомобилей. Никакого ухмыляющегося мальчика, прикасающегося к багажнику его машины. -Если ты дурак и не можешь вернуться один, просто позвони кому-нибудь из домашних. — сказал молодой человек, при этом решительно крутанул руль, резко разворачивая машину, даже не включая сигнал, чтобы не тратить время, подрезая несколько машин… -Псих!!! Брррммм... Пиииииииииииииии... (звук автомобильного гудка) Его внезапные действия вызвали хаос и возмущение на дороге, но Пакина не интересовало ничего, кроме как развернуться и разочарованно вздохнуть. - Только ради твоего отца. — сказал себе молодой человек. Он был уверен, что разбил машину, возвращаясь ради этого; и к тому же, он не хотел иметь проблемы позже из-за простого удовлетворения своего эго. Когда Пакин развернул свою машину, он хотел, чтобы мальчик сам нашел дорогу назад, но, увидев фигуру в школьной форме, сидящую на обочине дороги, которая спрятала лицо в коленях, его сердце немного затрепетало. Немного... -Дурак! Да, на ум пришло только одно слово, после того как он припарковался у обочины и вышел. -Хм... Подходя, он понял, что жалкое свернувшееся тело так дрожит, что ему пришлось встать перед ним, чтобы тот обратил на него внимание. Носок обуви, замеченный краем глаза, заставил человека, который сидел обняв колени, медленно поднять голову и показать Пакину своё заплаканное лицо. Его лицо выглядело расстроенным, было заплаканным, но он не мог не признать его привлекательным. Но... он выглядел удивлённо. -Угх... Пи, вернулся... почему... иди. Вали, куда ехал. Иди! Жаль, что вся привлекательность исчезла после того, как он произнес первое предложение. -Как мило с твоей стороны, сказать это. – пробормотал Пакин, развернувшись, намереваясь вернуться к машине. Хвать... Человек, который пусть и говорил с отвращением и тревогой, потянулся и крепко схватился за край его брюк. -Пи... мелочный... плохой, плохой. -Я никогда не говорил, что я хороший. – сказал он, скрестив руки. Мальчик, который громко всхлипывал от рыданий, но всё ещё проклинал его, уцепился левой рукой за правую руку Пакина. Тот тяжело вздохнул. — Садись в машину. — спокойно сказал Пакин, схватив его за руку, удерживая так, чтобы поднять Графа. Избалованный мальчишка встал и с разбитым сердцем сел в машину, потому что думал, что тот собирается оставить его там. Он думал, что брат Пакин уйдет не оглядываясь, и знал, что этот человек может это сделать, совершенно не задумываясь. -Пи, почему ты вернулся... почему ты вернулся? — спросил человек, пытавшийся сдержать слезы. На что водитель просто закатил глаза. -Если кто-то узнает, кто твой отец, что ты будешь делать? ... Сын известного политика, сидящий на обочине дороги и просящий милостыню...- только и ответил Пакин. Но Граф всё понял. Если появятся такие новости, человек, который пострадает, будет его отец. А тот, кто бросил его, Пи'Пакин, вообще окажется в беде. Вот и всё, не более того. Он просто думал о выгоде. Это ему совсем было не нужно. Такие были мысли у человека, склонившего голову в машине. В его сердце еще было то чувство бега за машиной, которую, как ему казалось, он уже догнал, но в то же мгновение она снова была далеко, так, что ему пришлось снова бежать до нее, хотя он знал, что устал от этих попыток. Очень устал. Но он продолжал пытаться, как дурак. - А почему? Ты хочешь, чтобы я сказал, что забочусь о тебе? -Да. Внезапно повисла тишина. Пакин, который молча склонил голову, услышав слова молодого человека, сидящего в машине, внезапно замер, повернулся и посмотрел на него. Но увидел только маленькую голову, склоненную так, что было не разглядеть его лица. Раздался только его дрожащий голос. — Я просто хочу, чтобы ты беспокоился обо мне. Он привык, что время от времени Граф спорил, хвастался, вёл себя тихо, но..., сейчас он это так легко признал, так что собеседник на мгновение лишился дара речи. Но потом Пакин сел и завёл машину. Действие, которое сказало, что Пакин озадачен, потому что Граф ожидал, что Пи'Пакин скажет ему, пусть даже если это будет просто фарс. Но тот просто сказал... -Не жди того, чего у меня нет. После этого весь салон погрузился в молчание, но они оба хорошо знали, что за этой тишиной стоял громкий всхлип, исходящий от Критти, который не кричал в голос... Но это не значило, что сердце... не может плакать.