Испытай меня / Try me (Пакин/Граф)

Если бы у Критти был выбор между болезнью, потерей сознания и выздоровлением с помощью наилучшего лечения, он действительно выбрал бы... быть больным!!! -Еще болит? -Больно... что больно? Когда Граф открыл глаза и проснулся, единственным, кто рядом с ним находился в комнате, был Пакин, одетый только в спортивные штаны, без колебаний демонстрируя широкую грудь и сильные мускулы настоящего мужчины. Пакин обернулся на звук движения на кровати и сделал несколько шагов вперед… озвучивая вопрос, на который Граф не хотел отвечать. Где ещё может болеть... там, где болит, да ... Хотя у него всё ещё была небольшая температура, мальчик, который чувствовал себя намного лучше, чем вчера, мог только бормотать себе под нос. Потому что, когда тело поправилось, позавчерашние события неудержимо заполонили его разум. Да, у него была связь с Пи'Пакином, так что, смысл спрашивать, болит ли еще. Жгучая боль в его заднице до сих пор не утихла и каждый раз, когда он двигался, ему приходилось хмуриться от боли. Боль... Граф никогда не ощущал так много боли в своей жизни. Стиснув зубы, он почувствовал, как пульсирует многострадальный вход. К счастью, Критти только сейчас пришел в сознание. Если бы он пришёл в себя, когда инцидент только произошел, то почувствовал бы, что точно умрет от боли. Пока Граф задавался вопросами и отвечал сам себе, владелец комнаты, который сходил за одеждой, выглядел довольно хорошо. Граф собирался сесть. Он стиснул зубы, нахмурился, лицо его было мокрым от пота, а руки, крепко сжимавшие одеяло, слегка дрожали. При этом… слезы навернулись на глаза. -Ой. Как и ожидалось, Пакин только протяжно вздохнул, не морщась, что заставило Критти стиснуть зубы еще сильнее. - Лихорадка прошла? - снова спросил молодой мужчина, бросив полотенце в корзину и подойдя к кровати. Граф не решался пошевелиться и натянул покрывало на подбородок. -Пи беспокоится обо мне? Поскольку он привык отвечать, хриплый ответ немедленно привлек внимание Пакина. Он так болен и всё еще притворяется. -Нет, мне просто лень тебя поднимать. Услышав эти слова, паршивец, который любил пререкаться, уставился в его блестящие глаза, как будто он собирался заплакать или начать истерить, что разозлило Пакина. Хотя, одно и то же выражение уже давно использовалось им, чтобы продемонстрировать обиду. Одно дело, когда он использовал это, чтобы показать свое состояние… Теперь же, в сочетании с видом крепко обнимающего одеяло ребёнка, как будто он использовал талисман, чтобы защитить своё тело и лицо, на котором отражалось, как он боится показать маленький квадратик тела - совсем другое дело. Раньше это выглядело... смешно. Теперь это было немного жалко. Высокий мужчина слегка покачал головой и продолжил: -Если ты знаешь, что я так отвечу, не спрашивай в следующий раз... Короче говоря, я не позволю тебе легко умереть. Сказав это, он сделал шаг вперед и сел на край кровати, а лицо Графа покраснело и побелело одновременно. Как ни странно, но он не осмелился поднять глаза. Пакину было приятно, что болтливый мальчик наконец-то заткнулся и стал милым. Как вы думаете, почему этот паршивец такой милый? Пакин медленно покачал головой и... -Не трогай... Шлёп... Как только большая рука задела лоб, мальчик вздрогнул, а затем поднял руку и энергично оттолкнул противника. Когда он впервые столкнулся с глазами Пакина, который был немного ошеломлен, его лицо побледнело и он увидел, что глаза мужчины полны гнева, потому что он осмелился так прямо отказаться. Однако, он сделал это не от отвращения, он стеснялся. Только вспомнив, что произошло позавчера, Граф не знал, с каким лицом ему придётся столкнуться. Вдобавок к тому, что он связал Пи'Пакину руки, он также активно целовал и лизал его, и что еще хуже, плакал перед ним, умоляя. -Я не думаю, что ты принц какой-либо страны, что я даже не могу прикоснуться к тебе. Сразу же после этого рука Пакина энергично схватила юношу за плечо, и заостренное лицо приблизилось, издав низкий голос, говорящий, что сейчас он очень зол. Паршивец, который стонал под ним прошлой ночью, похоже теперь вёл себя так, как будто его никогда не трогали. Пакин даже не осознавал, что его раздражало сопротивление мальчика... и то, что он вел себя как господин. Он вцепился в плечи юноши, а другую руку положил на его лоб. -У тебя всё ещё есть небольшая температура. - сказал мужчина, который давно привык измерять мальчику температуру, приложив руку ко лбу, немного грустно нахмурившись. -Убери... Щёлк... -Почему я не могу прикоснуться к тебе? – проговорил более низким голосом Пакин, когда юноша сделал жест, чтобы освободиться и отдалиться от него. В его сердце снова зародились подозрения. Граф медленно поднял голову, встретился взглядом с собеседником, слегка прикусил губу и хрипло сказал: -Мне больно... Только тогда Пакин понял, как сильно он сжал плечо юноши. Он отпустил руку и посмотрел на Графа, глаза которого были полны застенчивости, боли и гнева, но среди всего этого он ясно увидел что-то ещё... хрупкость. Его тело уже достаточно слабое, но теперь ему приходится терпеть боль, и даже его сердце... ранено. Если это продолжится, я даже не знаю, к чему это может привести... Но хрупкий мальчик всё же проговорил сквозь стиснутые зубы: -Отпусти меня, ты уже измерил температуру. Может быть из-за того, что Граф был все еще болен, или может быть потому, что он чувствовал вину за то, что сделал с ним, а может быть, ему было стыдно, что он спал с мальчиком, которого знал десять лет… Пакин должен был быть зол, но он в недоумении замолчал, когда увидел бледное лицо Графа, выглядевшее изможденным и ему стало ещё больше жаль его. Затем Пакин опустил руку, позволил Графу лечь, и встал. -Хорошо, что ты проснулся. Подожди, пока кто-нибудь принесет еду и прими лекарство после еды. Пакин никогда не болел, но он видел, как Граф заболевал бесчисленное количество раз. В глубине души он не мог не чувствовать... Ты, должно быть, много страдал. Неудивительно, что он был к нему добрее, чем обычно. — Просто скажи тете Кео, чего ты хочешь, — сказал Пакин. У него сегодня была назначена встреча, но даже если бы этой договоренности не было, он не собирался больше сидеть и наблюдать за молодым господином. Состояние Графа сегодня было намного лучше, чем вчера, так что он не должен был чувствовать себя виноватым из-за того, что оставит его спать. Несмотря на то, что Пакин был немного раздражен реакцией Графа, он подумал, что это хорошее предзнаменование для его выздоровления. Граф ничего не просил... это было именно то, чего он хотел. Однако... -Пи'Пакин! Парнишка на кровати вскрикнул и в то же время резко сел. Пакин не мог не повернуться и не посмотреть, нахмурившись, как будто спрашивая, о чем он только думает? «____» Граф, позвав его, замолчал, опустил голову, сильно прикусил губу и еще сильнее вцепился руками в одеяло. Пакин не смог сдержать раздражения. -В чем дело? Мне нужно быстро принять душ. — Я… — начал было мальчик, подняв покрасневшее лицо. -...думаю... -Что? Он увидел, что этот неуклюжий медвежонок стал красным как рак от лба до шеи, отчего наблюдавший за ним Пакин ещё больше нахмурился. -Просто скажи уже что-нибудь, быстро, я не хочу терять время... -Я хочу в туалет!!! – громко воскликнул мальчик, прежде чем Пакин закончил говорить, а затем покраснел. -Хм? Услашав это, Пакин нахмурился и у него практически сорвался вопрос с губ... «Зачем мне это говорить?» Мальчик подавил смущение и прошептал: -Мне так больно… до такой степени, что я не могу встать. «_____» -Помоги мне, пожалуйста. Неожиданный поворот заставил Пакина замереть, когда чертов больной заговорил с ним с мольбой в голосе. Он уже слышал этот умоляющий голос однажды, когда забирал его из школы. В то время Граф был болен, но теперь он, должно быть, был серьезно болен, потому что говорил таким голосом. -Пи'Пакин, я не шучу! Хотя Граф старался говорить тихо, для Пакина это было самое смешное за сегодняшнее утро. Дерзкий мальчишка с опущенной головой и его красные уши. Злобный человек, который так думал, шагнул вперед своими длинными ногами, приблизился и... -Эй! Отпусти меня!!! — Ты хочешь в ванную, не так ли? Здоровяк обнял его худощавое тело, а Граф вскрикнул, упираясь руками в обнаженные плечи. Широкая грудь Пакина напоминала ему о той ночи и его даже пробил пот, поэтому Критти хотел отдалиться от него как можно дальше. Взгляд Графа, пытающегося вырваться на свободу, заставил Пакина, держащего его, нахмуриться. -Если ты еще раз дернешься, я обязательно тебя вышвырну. Дзинь... Его холодный голос указывал на то, что молодой мужчина был зол. Больной тут же отказался от сопротивления и в панике повернул голову, чтобы посмотреть на него, боясь, что Пакин швырнет его на землю и он повредит себе позвоночник. Мужчина, державший мальчика, больше ничего не сказал, он взял его на руки и пошел прямо в ванную, и даже посадил его на крышку унитаза. -На что ты смотришь? Я отнесу тебя обратно после того, как ты закончишь свои дела, а потом пойду приму душ. -Выйди ненадолго. – произнёс мальчик, тут же обернувшись к нему. Он поднял голову и посмотрел на мужчину, стоящего со скрещенными на груди руками, хотя в его пронзительном взгляде мерцали озорные огоньки. Можно сказать, что этот паршивец застенчив, но какое это имеет отношение к его настойчивости делать то, что он говорит? -Какого черта ты стесняешься? Не похоже, чтобы я не видел этого раньше. – произнёс Пакин и усмехнулся, приподняв уголок рта. Глядя вниз, мальчик кусал губы и скрипел зубами: -Пи, для начала выйди. Он не только не хотел, чтобы Пакин видел, как он мочится, но и не хотел, чтобы кто-нибудь видел, как он выгибает спину и в панике встает. Даже если его несли, то все равно все так болело, что даже копчик дрожал. Но... -Так говорят со старшими, Критти? Ублюдок Пакин играл с ним. Ему было интересно видеть его таким слабым и беспомощным, не так ли!!! Граф очень хотел поругаться, но из-за того, что он только что проснулся и больше не мог терпеть, этот паршивец, который никогда ни перед кем не опускал головы, смог только прошептать: -Я прошу тебя. -Я не слышу. – сказал Пакин с суровым лицом, все еще скрестив руки на груди. Граф глубже вдавил ногти в ладонь. Если я оправлюсь от своей болезни, я должен отомстить! -Я прошу тебя. -Не слышу. -Я прошу тебя!! - Не слышу... -Я тебя умоляю!!! Убирайся! Я тороплюсь, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Ты доволен!!! - громко закричал, наконец, Граф и поднял голову так рассерженно, что был готов заплакать. Он был так рассержен, что ему было всё равно, будет ли Пакин его ругать. Но когда он посмотрел вверх... -Хм, вот и всё. Ты должен практиковаться в том, как хорошо просить других, и ты должен выработать привычку, - нежно сказал Пакин, касаясь большой рукой головы мальчика и ласково поглаживая её. Самым трогательным была… улыбка. Счастливая улыбка, но не та, которая выводила каждый раз Графа из себя, и ему хотелось его убить. Это была улыбка, которую Граф никак не ожидал увидеть, а смех Пакина заставлял трепетать маленькое сердце. Улыбка, которая заставила его забыть о боли, что он перенес. Ее обладатель только что ушёл, оставив мальчика удрученным и бормочущим себе под нос: -Пи такой чертовски плохой. Сердце настолько болело, что чуть не убило его, но... это сделало его таким счастливым. Может ли это быть иллюзией? После этого все будет хорошо... можно мне такую ​​мечту, Пи'Пакин? … -...Я же тебе говорила, что всё видела, Кхун Граф продолжает отказываться. -Он сделал это впервые вчера, но не признался в этом. -Почему Кхун Граф такой непослушный? -А… Когда два женских голоса достигли ушей Пакина, он просто вышел из комнаты и остановился в углу. Имя, всплывшее в разговоре, заставило его сжать кулаки, потому что этот молодой господин всегда мог всё испортить. Было кое-что, что нужно было решить в спешке вчера, но дело будет решено. Пакин не проверил физическое состояние Графа, занимающего его комнату, а предпочел спать в другой комнате. Кто же знал, что первое, что он услышал проснувшись, было имя молодого юноши. -Что случилось? – сделал он шаг вперёд и медленно спросил. Хотя он не хотел заботиться об этом, но в конце концов, он был опекуном мальчика. Горничная, держащая поднос с едой, испугалась и быстро обернулась. — Он не поедет в школу? -Да. – ответил Пакин и те, кто это услышал, не были удивлены. В конце концов, было бы здорово, если бы он ещё мог ходить в школу. -Что такое? - Всё хорошо... Но когда он спросил о чем они говорили, служанки как воды в рот набрали и неловко смотрели на него. Пакин кивнул и сказал: -Ну же…. Первой заговорила одна из служанок: -Кхун Граф не хочет принимать лекарства. -Хм… Пакин слегка сузил глаза, другая служанка была удивлена ​​и поспешно сообщила: — И дело не только в том, что он не хочет его принимать. Кхун Граф спрятал лекарство. Я сначала не знала, но когда вчера вечером убирала остатки, то обнаружила таблетки в миске с оставшейся кашей. Я видела, как мастер Граф тайком выплюнул лекарство и спрятал его под апельсиновой коркой. Без дальнейших слов другая служанка указала на апельсиновую корку. При ближайшем рассмотрении можно было рассмотреть несколько таблеток смешанных с кусочками апельсиновой цедры, спрятанных под салфетками. Увидев это, Пакин тяжело вздохнул. -Иди за новым лекарством. -Что? -Принесите его мне в комнату, — сказал Пакин, прежде чем повернуться и пойти к своей комнате, где находился упрямый мальчишка, который умирал от боли и отказывался принимать лекарство. Я действительно хочу превратить тебя в 7-летнего... взять и отшлепать по заднице, пока она не покраснеет!* (П/П:* куда уж больше того, что ты сделал!?) Пакин, думая так, открыл дверь в свою комнату и подошел к краю большой кровати, где мирно лежал стройный бледный мальчик. -Граф. — Э-э… э-э… — сонный парень медленно открыл глаза, и тут ему захотелось посмотреть, кто это рядом с ним… Что?! Пакин стоял, скрестив руки на груди, и его глаза были полны гнева. — Что Пи... Пи? Как ты сюда попал? Графу было намного лучше... но Пакин достаточно видел, чтобы оценить, какой он худой и бледный, но при этом пытается показать, что все хорошо, так же, как он делал в течение многих лет. Когда на него смотрели, он был похож на человека с ментальной болезнью, поэтому изо всех сил старался отводить взгляд. -Что ты сделал? -Я ничего не делал... Если не считать заговора с Пи'Вином, чтобы напоить Пи'Пакина, но он же не был пьян. Это... Граф не хотел думать о том, что произошло в тот день. Он опустил глаза, потому что, честно говоря, боялся, что Пакин упомянет об этом. Граф боялся, что все усилия будут напрасны, поэтому старался не упоминать об этом и пытался уйти от реальности. Но похоже, что Пи'Пакин был готов вот-вот заговорить о проишествии. Поэтому мальчик крепко сжал одеяло. Что бы ты ни говорил, ты отвечаешь за меня... но это очень плохо. Я умру! – подумал Граф -Я сказал, что тебе нужно поесть и принять лекарство, верно? Юноша, мысли которого уже забежали далеко вперёд, испугался и беспокойно посмотрел на собеседника, чувствуя облегчение от того, что он понял, о чем говорил Пакин. -Да. Пи сказал, что хочет, чтобы я поел и принял лекарство… Но… Он что, нашёл? Мальчик, который уже было выдохнул с облегчением, повторил слова Пакина и его глаза медленно расширились, когда он взглянул в лицо, выражающее раздражение мужчины, хоть он и не смел смотреть на него. -Я сделал то, что сказал Пи. Ты считаешь, что я сделал что-то не так? Пфффф… - фыркнул Граф. Однако! Он был уверен, что не боится брата Пакина, но на прошлой неделе, увидев, что вспыльчивость Пи может обжечь его, как пламя свечи, одним только взглядом, мальчик не мог не опустить голову от смеха, как будто тот видел его насквозь давным-давно. Он был похож на ребенка, который тайком разбил тарелку и никому ничего не сказал. -Я сказал... -Ешь и… принимай лекарства. Закончив говорить, Граф не удержался и тайком сглотнул, утешая себя тем, что ничего страшного, если он не хочет есть, то не ест. Тук-тук. В этот момент в дверь постучали и вошла горничная. Хозяин комнаты даже не взглянул на неё, он только смотрел на больного, затаившего дыхание на кровати. -Новое лекарство. -Дай это ему. Затем на колени Графа положили несколько круглых штук ненавистного “врага” вместе со стаканом воды. -Критти. Голос Пакина был ужасно низким. Если использование Пакином местоимения «Пи», для Вина, означало, что он достиг предела своего терпения, то же самое можно было сказать и о том, что он назвал настоящее имя Графа. Критти сделал глубокий вдох, пытаясь сказать себе, что Пи'Пакин не страшен, как будто он много лет преследовал этого человека. - Не БУДУ пить! Казалось, служанка уже все рассказала хозяину дома, поэтому мальчик решил вообще не пить лекарство. Слова и действия ребёнка, который с трудом принимал лекарство, заставили уголки губ Пакина изогнуться в хитрой ухмылке.. -Мне напомнить тебе, как я буду кормить тебя, если ты не будешь принимать лекарство. Граф отмахнулся. Хотя, при мысли о последнем приеме лекарства Граф моментально ощутил волну жара, поднимающуюся к лицу. Но все равно... -Пи не посмеет, Пи просто пугал меня. Тот, кто всегда ускользал от меня, не может поцеловать меня на глазах у всех в доме. Однако, Пакин, который должен был просто напугать его, подошел к кровати и медленно приблизился. Его большая рука крепко схватила мальчика за подбородок, мужчина посмотрел на него и произнёс голосом, в котором сквозили опасные нотки. — Я сказал, прими лекарство. — Я… я не буду принимать! Хотя и начал бояться, Граф все же настаивал на своём. Это полностью разозлило Пакина. -Я не люблю людей, которые не подчиняются приказам. -Подчинюсь я приказу или нет, всё равно никогда не понравлюсь Пи. - возразил упрямо молодой человек намного более серьезным тоном, чем когда он был болен. Пакин на мгновение замолчал, а затем повернулся к служанке, которая смотрела на них с широко раскрытыми глазами. -Иди и созови весь дом. -О, хорошо. -Эй!!! - тут же закричал Граф. Он резко повернул голову и посмотрел на Пакина, который с ухмылкой вернул ему взгляд. - Ты хочешь, чтобы я принял вызов… что ж, на этот раз я это сделаю, — сказал Пакин, наклонившись так, что его глаза встретились с глазами, которые были настолько заполнены паникой, что не могли реагировать, а потом прошептал, - Ок, возможно ты хочешь, чтобы тебя поцеловали на глазах у всех. -Нуу… Пи сказал, что у меня очень плохие навыки!!! — громко возразил Граф. А красивый мужчина с лукавой улыбкой ответил: -Я научу. Его глаза явно говорили, что это не страшно, но... серьезно. Нужно применить практические действия, чтобы проучить упрямца! Не пытайтесь провоцировать таких, как Пакин, а главное - не злите его! Рывок... Пых-пых. Подросток взял таблетку и забросил её в рот, после чего быстро запил водой. Наблюдавший за ним мужчина ослабил хватку на его челюсти и смотрел на него, пока Граф с перекошенным лицом не допил свой стакан воды. -И это. Подросток обиженно посмотрел в другую сторону, но ему ничего не оставалось, как повернуться к тумбочке и выпить ещё один стакан воды. -Бля, такое ощущение, что она застряла в горле. – выругался Граф, хватая себя за шею, как будто там застряла таблетка. -Ты что ребёнок? Это всего лишь лекарство. Из-за того, что его заставляли принимать лекарства, пока он был маленьким, когда Граф вырос, стал отказываться или прятаться, но даже если он глотал, то всегда чувствовал лекарство застрявшим посреди горла. Так что это ему действительно надоело. Ему говорили, что он слишком много думает и не стоит заморачиваться, но он реально ненавидел принимать лекарства и ненавидел людей, которые заставляли его принимать их. Но тут Пакин поднял руку... Чёрт! … и положил ему на шею, нежно погладив по ней. — Оно прошло? — Нет… я не знаю. Кто бы мог подумать, что брат Пакин на самом деле будет массировать шею Графа. Критти не мог не покраснеть и вопрос о таблетке, застрявшей у него в горле, давно бесследно исчез. Когда он видел, как большая ладонь ласкает его шею, скользит через кадык, а затем снова поглаживает его, ему казалось, что в горло осторожно впихивают пилюлю. Но, честно говоря, это выглядело как-то нереально… Однако, похоже Пакин не собирался сдаваться, и человек, который был хорошим меньше секунды, выдал приказным тоном: -Если кто-нибудь сообщит, что ты по-детски неохотно принимаешь лекарство, в следующий раз… Пакин убрал руку и не стал продолжать, но его опущенный взгляд ясно говорил, что он не потерпит повторения. Больной не мог не почувствовать холод, исходящий от него. Пока никто не узнает, все в порядке, верно? Такие мысли отразились на его лице, и наблюдающий за ним Пакин покачал головой: -Если ты выздоровеешь, я выполню любую твою просьбу, какую захочешь.* (П/П:* ну, Пакин..ты сам сказал ☺) -Я уже не ребенок! — Значит, ты не хочешь? – спросил Пакин, бросая на него взгляд. -Да! Хочу! Хотя он злился на то, что с ним обращаются как с ребенком, кто бы отказался от такого предложения. Граф посмотрел на Пакина широко раскрытыми глазами, не веря своим ушам. Он смотрел на человека, который сказал, что выполнит его просьбу, его пересохшие губы растянулись в счастливой улыбке. Это была искренняя и счастливая улыбка от такого маленького предложения. Пакин, смотря в эти глаза, не мог не смягчить свое сердце и потянулся, чтобы коснуться его волос. - Так что прими лекарство и поправляйся поскорее, хорошо? - произнёс он с притягательным взглядом. Граф поднял голову, чтобы встретиться с ним глазами и сердце в его груди запульсировало от вида злодея перед ним, но в этот момент... Тук-тук. В открытую дверь тихо постучали, поэтому он повернулся и посмотрел. Теперь, когда большая часть слуг прибыла в соответствии с приказом хозяина, Пакин легонько погладил неуклюжего медвежонка по голове и пошёл к дверям. - Что-то случилось, Кхун Пакин? - встревоженно спросила кухарка, беспокоясь, что что-то случилось с мальчиком в комнате. На что хозяин дома лишь спокойно сказал голосом, который был слышен всем в комнате: -Я просто хочу сказать, что если кто-нибудь узнает, что Граф не принимает лекарство, я выдам особую награду, как только они сообщат мне об этом, а если нет – то все получат наказание. Он разговаривал со всеми слугами, но взгляд его был устремлен на кухарку, охранявшую ребенка. Тетя Кео не могла не опустить глаза. -Понятно? -Да, да… Конечно. -Это всё. Возвращайтесь к работе. -Эй, Пи! Как ты мог отдать такой приказ!!! Пакин не обращал внимания на протесты мальчика и только кивнул остальным. А потом... РРРРррррррр Громко зазвонил телефон и все переглянулись, однако, человек, держащий телефон быстро доложил суровому хозяину: -Это не мой, это телефон Кхун Графа. Я услышал звук, поэтому нес его к Кхун Графу и тут он просто зазвонил, - сказав это, он быстро передал его владельцу дома, чтобы тот посмотрел на экран телефона. «Чанчао» - Возвращайтесь к работе. - сказал Пакин, беря мобильник и закрывая дверь. Таким образом, вместо того, чтобы вернуть телефон первоначальному владельцу, следующим действием молодого мужчины было... нажатие кнопки ответа. - Алло. Он прижал телефон к уху. [ Граф! Учитель сказал, что ты болен! Что случилось? Что происходит? О, я была напугана до смерти, каждый раз, когда Граф пропускал занятия, но ты просто пропускал уроки и вдруг учительница в классе заговорила, что Граф неважно себя чувствует, и опекун звонил и спрашивал разрешения. В чем проблема? Опять лихорадка? Или…] - Это не Граф. Это Пакин. [….] Пакин немного разозлился, услышав про лихорадку. Девушка на другом конце провода тоже знала, что упрямый мальчишка мог легко заболеть, а это значило, что не только он это знал. Поэтому Пакин прервал её... [О, Пи'Пакин...?] -Да. [Почему телефон Графа в доме Пи! О, нет, нет, я ничего не имела ввиду! Просто… О, да, что не так с Графом?] Пакин почувствовал, что голос собеседника звучит взволнованно. Но когда он услышал следующее предложение, то сразу выбросил эту мысль из головы. - У него просто небольшая температура, и он сможет пойти в школу через несколько дней. — спокойно сказал Пакин. Хотя его привлекали женщины, и особенно ему нравились девушки с внешностью Чанчао, сейчас Пакин не был намерен излучать свое обаяние, а просто хотел поскорее повесить трубку. [Мм, могу я поговорить с Графом?] Мужчина некоторое время смотрел на дверь, а затем усмехнулся уголком губ. -Сейчас неудобно, Граф сможет нормально ходить в школу через день или два. Если ничего другого нет, я отключаюсь... [ Подождите минутку!!!] -Хм? Его брови невольно нахмурились и он постепенно почувствовал недовольство. [Это... в смысле,… о, да. Да-да, у меня есть очень важные задания для Графа. Они решающие для оценок, очень, очень важные. Это так важно, что Граф должен получить их сегодня!!] -Хе-хе-хе. Сразу же, услышав это, Пакин рассмеялся. Все, кто стояли у двери и разговаривали, одновременно замолчали, вероятно потому, что почувствовали мощную ауру человека, разговаривающего по телефону. Сейчас Пакин мог повесить трубку, но он хотел посмотреть, какие шутки этот ребенок сыграет с ним. Играть? Стоит ли это слово использовать по отношению к 17-летнему подростку, чтобы немного запугать маленькую девочку? Он должен узнать, как ребенок хочет с ним играть? -Тогда Пи пошлет кого-нибудь за отчетом, который очень важен для моего Нонга, Чанчао. [Нет, нет, нет. Не только отчета не хватает!! Чанчао нужно подробно объяснить всё самому Графу. Да. Объяснить, иначе Граф не сможет этого сделать... серьезно.] Из-за давящего ощущения, исходящего от телефона, голос девушки к концу стал мягче. И Пакин ответил: - Хорошо, я попрошу кого-нибудь забрать Нонг'Чанчао, чтобы она навестила Графа. Я также очень обеспокоен тем, что домашняя работа, по её словам, очень… важна. – его голос звучал очень добродушно и дружелюбно, но между словами пряталось ощущение давления. Девушка затаила дыхание, а в динамике был слышен только звук глубокого дыхания, и она осторожно сказала: [Хорошо, это действительно очень важно. Итак, я буду ждать перед школой в 16:30. Большое спасибо, Пи'Пакин.] Отключив звонок, Пакин медленно положил трубку, а его глаза были полны… раздражения. Он знал, что мальчик несчастен, но все же сделал что-то, что сделало несчастным и его... незримо Граф и его друзья разозлили его. Поэтому он планировал преподать ему урок, чтобы Граф понял, кто он, и больше не смел ослушаться его приказов. Хорошо, я также хочу знать, какие ещё трюки у вас есть. Может быть, Пакин забыл, что такому мужчине, как он, не нужно беспокоиться о старшекласснице. Но так как она была связана с паршивцем, ему нужно было пообщаться с ней... вот и все. ... - Черт! Чанчао, ты совершаешь самоубийство! На другом конце города девушка по имени Чанчао размахивала своим мобильным телефоном, вертя им, как будто это была ее собственная шея, и брыкала ногами, как будто хотела проснуться... Это безумие! Верно, ей не терпелось подразнить этого босса мафии, который был таким же красивым, как Люцифер. -Я умру! Умру! Кажется болтушка попала в беду. Как бы мне не хотелось знать, что там соучилось с Графом, телефон в руках Пи'Пакина. Ой, не стоит так переживать за своего друга, а то умрёшь! Die!! DIE!!!* (П/П:* die – умри, с англ. Прим. Ив) Девушка с хвостиком могла жаловаться только небу и земле, но вставать на колени и молить о пощаде она точно не будет. Однако, когда она настояла на том, чтобы поехать к мафии из-за своего друга и дала смелое обещание, она смогла только сделать долгий глубокий вдох, а затем, сдерживая дрожащие руки, позвонила кое-кому. -Пи'Чин! Ага, это лучший друг брата, и никто не знал, насколько хорошо он знал крутую мафию. -Пи'Чин, послушай меня... Если со мной что-то произойдёт, пожалуйста, скажи Пи'Сану, что ему нужно найти человека по имени Пи'Пакин, чтобы отомстить. Чанчао сейчас поедет в дом мафии. [Эй, эй, подожди минутку. Что ты хочешь этим сказать?] Когда друг ее старшего брата задал вопрос, сама не зная почему, девушка, которая не осмелилась сказать это прямо старшему брату по телефону, потому что старший брат определенно запретил бы это и примчался бы сразу за ней, пробормотала себе под нос: -Я иду навестить друга, он плохо себя чувствует. Сейчас Граф находится в доме этого Пи'Пакина. Честно говоря, Пи'Чин, я чувствую себя так, будто вот-вот умру... [Значит, ты решила использовать меня в качестве щита?] Щёлк… Пока девушка изо всех сил старалась убедить лучшего друга своего брата, что сесть в машину к неизвестному человеку не опасно, сзади раздался чей-то голос. Обернувшись назад, девушка нахмурилась, потому что... -Пи'Нит. Красивый старший широко улыбнулся ей и предложил: -Я хорошо знаком с домом Пи'Пакина. Могу отвезти тебя в гости к Графу. Хотя твой брат и не доверяет мне, но это лучше, чем садиться в чью-то незнакомую машину, верно? Старший Нит изобразил на лице дружелюбную улыбку, заставив девушку понять, что садтиться в машину незнакомца, даже если это машина, посланная кем-то, не хорошо… лучше поехать со старшеклассником из той же школы. Девушка глубоко вздохнула и сказала человеку по телефону, который всё ещё ждал на линии: -Пи'Чин, я думаю, что проблема решена. Да будет так. Затем она повернулась, чтобы посмотреть на красивого старшего. -По крайней мере, я уже год знакома с Пи'Нитом, - произнесла она, как будто вспомнив. Это от души рассмешило собеседника, а девушка втайне чувствовала себя виноватой, даже не зная, почему... По крайней мере, у неё тоже был щит для защиты. Если Чанчао собирается умереть, Пи'Нит должен умереть первым!