Катар стал их отправной точкой

Губы Макса на вкус как шампанское, волосы на его затылке всё ещё влажные, а дыхание тяжёлое и горячее после гонки. Джордж с рвением сцеловывает этот вкус адреналина с него, вжимая Макса в стену позади. Руки блуждают по всему телу голландца, оживляя в памяти тепло и мягкость его кожи. Джордж сильнее прижимается к Максу всем телом, нависая над ним и заставляя выше поднять голову, целует глубже, играясь языком и прикусывая нижнюю губу. Макс тихо стонет в поцелуй и крепко сжимает в ладони его волосы, немного оттягивая их. — Джордж... Джордж усмехается на слегка недовольный тон Макса и спускается поцелуями по его челюсти вниз. Целует за ухом и легко прикусывает мочку, вновь срывая с губ Макса вздох. Макс поднимает голову ещё выше, открывая больший доступ к своей шее, чем Джордж благодарно пользуется, сразу же впиваясь в кожу. Пространства не сильно много, гоночный комбинезон застегнут наглухо до самого верха, закрывая большую часть всего самого интересного, но Джордж довольствуется и этим, кусает кадык Макса, слушая его громкое прерывистое дыхание прямо себе в ухо. Руки удобно устроились на талии Макса, сжимая и поглаживая, иногда спускаются до бёдер, мягко сжимая его ягодицы, и возвращаются обратно. Джордж не может перестать обводить эти линии, желая навсегда запечатлеть их в своей памяти, как нечто, достойное восхищения. Макс не твёрдый и сухой, он мягкий и поддатливый, очень приятный в прикосновениях, натренированный и выносливый, его крепкие мышцы перекатываются от каждого движения под ладонями Джорджа, оставляя его без возможности остановиться. Джордж снова возвращает поцелуи на губы Макса, прикусивает и обводит языком ряд ровных зубов, распаляя их двоих ещё больше. Но сейчас не время и не место. Гонка только закончилась, они едва спустились с подиума, его команда ликует где-то там внизу от победы, пока он зажимает Макса между собой и стеной в тёмном помещении здания боксов. Ему бы идти и праздновать с остальными, но он не может оторваться, лишь сильнее прижимая Макса к себе и слушая его тяжелое дыхание в поцелуи. Джордж убирает одну руку и тянется к молнии своего костюма, расстёгивая её и доставая из складок ткани ключ-карту, которую успел забрать у помощницы в той суматохе подготовки церемонии награждения. Он отцепляет от себя одну руку Макса и вкладывает ему в ладонь карту, чувствуя лёгкое замешательство, когда тот пальцами ощупывает предмет. — От моего номера. Джордж прерывает поцелуй, но не отстраняется, всё ещё касаясь губ Макса на каждом слове. Глаза в глаза, когда Макс открывает веки. — Ребята скорее всего заберут меня праздновать, но потом... Он оставляет быстрый целомудренный поцелуй на чужих губах, не разрывая зрительного контакта, но он почти сразу же перерастает в более глубокий. Джордж с большим трудом отрывается от Макса и делает шаг назад, создавая между ними пространство, надеясь, что хотя бы так сможет себя сдержать от соблазна вновь прижаться к нему. Вид перед его глазами совсем не помогает его выдержке, Макс глубоко дышит, восстанавливая ровный ритм, его грудь тяжело поднимается на каждом вдохе, волосы в беспорядке торчат в разные стороны, губы опухли и покраснели. Джордж ещё секунду наблюдает, как Макс разрывает их зрительный контакт и опускает глаза на ключ в руке, разглядывает его, но молчит, и британец решает, что сейчас самое время. Джордж не понимает, что значит это молчание, он так и не научился его читать, он делает ещё шаг назад и разворачивается, покидая помещение. Возможно ему лишь кажется, но он чувствует чужой взгляд на своей спине, когда за ним закрывается дверь.

***

Джордж не знает, на что надеялся, когда просил второй ключ от своего номера, и когда позже отдал его Максу. Он чувствует себя немного глупо, слишком рано возвращаясь с вечеринки в свою честь, почти трезвый и немного уставший. Он абсолютно ничего не ожидает, открывая дверь своей картой, поэтому очень удивляется, когда видит в темноте комнаты приглушенный свет от экрана телефона. Огни города из панорамных окон подсвечивают фигуру Макса, расположившегося на диване и закинувшего босые ноги на кофейный столик, он что-то листал в телефоне, но теперь его голова повернута в сторону, а глаза прикованы к Джорджу, замершему на пороге. Они просто смотрят друг на друга, в тишине, не включая свет. Несколько секунд покоя, пока оба осознают проиходящее. Макс первым прерывает зрительный контакт, убирая куда-то телефон и поднимаясь с дивана, направляется прямо к Джорджу, всё ещё стоящему у двери. — Сначала приглашаешь, а потом заставляешь ждать. Джордж скользит взглядом по нему, по спокойному лицу, футболке, не ред булл, хорошо, шорты выше колена. Просто, но в этом весь Макс. И возвращает взгляд к глазам. — Прости. Макс усмехается и качает головой. Его рука поднимается и касается предплечья Джорджа, сжимая. — Я наверное должен поздравить тебя с победой. Почувствовав, что шок уже окончательно ушёл, Джордж кладёт руки на чужую талию, притятивая Макса ближе к себе. — Да, но я знаю, что ты очень хотел её себе. Совсем чуть-чуть не хватает для полной коллекции. Макс смеется. Вибрация его тела отдаётся и Джорджу, заставляя его тоже улыбаться. Он ещё немного слушает этот смех и впивается поцелуем Максу в губы, прерывая его веселье. Совсем немного надо, чтобы этот поцелуй стал страстным и глубоким. Джордж легко распаляется, для него слишком много всего смешалось, алкоголь, радость победы и горячее тело Макса рядом, его мягкая кожа под пальцами, шумные вздохи и губы. Руки снова блуждают по всему Максу, без стеснения забираясь под свободную футболку, ближе к коже. Макс выгибается ему на встречу, прижимаясь к груди Джорджа, его руки снова цепляются за плечи и шею. Джордж отпускает немного измученные губы Макса, они опухли и покраснели, он секунду смотрит на них и опускается поцелуями на шею, широкий ворот футболки позволяет открыть доступ и к плечам, в этот раз Джордж не останавливает себя. Поцелуи перемешались с укусами и лёгким посасываем. Следы слабые, но они есть. Ему нравится их видеть. Одна рука, блуждающая по спине, спускается достаточно низко, прямо к резинке шорт. Джордж круговыми движениями поглаживает поясницу, иногда цепляя пальцами кромку шорт, и запускает руку внутрь, минуя ткань трусов, кожа к коже, и сжимает ягодицы. Макс громко выдыхает в поцелуй, немного приподнимаясь на носочки от давления и лишь сильнее прижимаясь к Джорджу. Джордж крепко обнимает Макса за спину, расположив ладонь на рёбрах под футболкой, ласкает кожу, буквально вжимает Макса в себя, не оставляя ни миллиметра между ними. Поцелуями поднимается по шее, по линии челюсти выше, снова находит губы Макса, втягивая его в очередной поцелуй. Страстный, шумный, влажный. С зубами и языком. С тихими звуками Макса между ними. Не оставляющий ни капли разумного для них. Вторая его рука отпускает ягодицы и скользит ниже, между бёдер, ощущая почти обжигающее тепло чужого тела. Пальцы чётко помнят нужный маршрут, обводя самые чувствительные места, пока губы глотают самые громкие вздохи Макса. В конечной точке пути своей руки под одеждой Макса, Джордж пальцами оглаживает по кругу сжатое колечко, разминая напряженные мышцы и проникая внутрь. Макс почти без сопротивления пускает его, заставляя Джорджа удивлённо выдохнуть. — Макс!.. — Ты должен знать, что я не люблю ждать. — Макс... Макс внутри горячий и мягкий. Стенки влажные и приятные на ощупь. Палец Джорджа легко входит и выходит, лаская вокруг, заставляя Макса тяжело дышать. Они уже почти не целуются, Джордж просто замер, все ещё касаясь его губ, наблюдает за Максом, как из его приоткрытого рта вырываются такие хорошие звук, когда его палец ритмично двигается внутри. С Максом, вот таким, в своих руках, Джордж понимает, что тоже не может больше ждать. Он останавливает движения внутри и вынимает пальцы, но далеко руку не убирает, цепляется ладонью за бёдра, прижимая их к своим, ощущая твёрдую эрекцию Макса. — Джордж... Почти жалобно на выдохе, заставляет всё в Джордже вибрировать от предвкушения. Джордж, не отпуская Макса, ведёт его в спальню, спиной вперёд, ориентируясь по памяти в слабо освященном пространстве. Когда он успешно доводит их обоих до кровати, он немного отстраняется, убирает руки с тела Макса и цепляет пальцами край его футболки, Макс послушно поднимает руки, позволяя снять её с себя. И пока Джордж таким же способом расправляется со своей рубашкой, даже не удосужившить расстегнуть пуговицы, чувствует чужие ладони, скользящие вверх по его торсу, обводящие напряженные мышцы пресса и груди. Макс завороженно обводит его тело взглядом и руками, и прижимается губами к ключицам, оставляя несколько лёгких поцелуев, прежде чем впиться зубами в тонкую кожу. Джордж тихо стонет ему прямо в ухо, вызывая дрожь в теле Макса, и прижимается поцелуями к мочке его уха, слегка цепляя чувствительную кожу зубами. Макс отпускает несколько тяжёлых обрывистых вздохов ему в шею, обжигая горячим воздухом, и позволяет Джорджу продолжить начатое, зацепить пальцами кромку шорт вместе с трусами и спустить их достаточно низко на его бёдрах, чтобы они сами упали на пол. Джордж не останавливает себя от порыва обвести руками всю обнажившуюся кожу на теле Макса, чувствуя, как он покрывается мурашками и вздрагивает от прикосновения. Макс такой горячий, мягкий и поддатливый. Такой невозможный. Его губы так хороши в их поцелуях. Его кожа так хорошо запоминает следы, оставленные от лёгких укусов. Джордж не может поверить самому себе. Он сильнее давит на Макса в поцелуе, проникает глубоко языком в его рот, крепче сжимает его в своих руках, чтобы убедить себя в правдивости происходящего. Вот он. В его руках. Настоящий и распаленный. Готовый принять всё, что Джордж ему даст. Джордж прерывает поцелуй, оставляя последний короткий на чужих губах, и легко толкает Макса назад, заставляя его лечь на кровать. Макс понимает и опускается на простыни спиной. Его глаза жадно прикованы к Джорджу, в спешке снимающему с себя брюки и туфли. Избавившись от одежды, Джордж быстро берет с тумбы нужный тюбик и возвращается к Максу, ложится на него между разведённый бёдер, сразу же прижимается к губам поцелуем. Руки Макса быстро находят себе место в волосах Джорджа, притягивая его ещё ближе, целуя глубже. Джордж руками обводит линии тела Макса, по груди и бокам, вниз, к бёдрам и коленям. Поцелуями переходит на шею и плечи, слегка посасывает кожу, оставляя слабые следы, чувствуя как сжимаются пальцы Макса в его волосах. Прижимается губами к ключицам, и идёт дальше по груди. Сосок быстро попадается ему на пути, Джордж не упускает момента слабо прикусить его, от чего Макс тихо стонет и выгибается в спине. Джордж усмехается и следует дальше. Он оставляет несколько более сильных укусов под рёбрами, в мягких местах, в извинениях прижимаясь нежными поцелуями к пострадавшим местам. Джордж с трудом заставляет себя отстраниться и сесть, расположившись между разведёнными бёдрами Макса. Он не удерживается и оставляет несколько быстрых поцелуев на коленке, поглаживая кожу на бедре. Макс отворачивается и прячет лицо в локте, когда Джордж берёт забытый тюбик и смазывает пальцы. Такой вид Макса заставляет Джорджа смеяться. Он слышит возмущённое пыхтение и ловит чистой рукой ногу Макса, поднятую с явным намерением ударить его пяткой в плечо. Пальцы крепко обхватывают стопу, не давая Максу отдёрнуть её обратно, и Джордж наклоняется, прикасаясь губами к лодыжке, несколько мягких поцелуев по косточкам, и до ушей доносится обрывистый вздох Макса, ещё больше отвернувшего голову в сторону. Джордж напоследок легко кусает тонкую кожу и разжимает пальцы, но не позволяет Максу убрать ногу, устраивая её у себя на плече. Такое положение ещё больше открывает Макса для Джорджа, представляя отличный вид, на место их соединения, когда Джордж проникает пальцами глубоко в него. Макс слегка дёргается, от неожиданности, но быстро расслабляется, его мышцы мягкие, встречают пальцы Джорджа без сопротивления, значительно ускоряя процесс. — Джордж... Макс не выдерживает, с очередным стоном выдыхает его имя и легко толкает ногой в плечо, напоминая о себе, когда Джордж уже некоторое время просто двигает пальцами внутри него, каждый раз задевая чувствительное местечко. Джордж снова хватает чужую ногу за лодыжку и оставляет ещё один немного грубоватый укус на коже. Макс дёргает ногой, чтобы вырвать её из плена тонких пальцев британца, но абсолютно безуспешно, тот держит только крепче. Когда их небольшая борьба заканчивается безоговорочной победой Джорджа, Макс в отместку ещё раз пинает его в плечо пяткой, получая в ответ лишь смех. Джордж улыбается и опускает его ногу на кровать, устраивась ближе к его бедрам. Он быстро смазывает свой член, делая несколько движений по всей длине, и наклоняется к Максу, располагаясь между его разведенными бёдрами. Джордж тянется рукой к его лицу, убирая локоть Макса в сторону, и прижимается поцелуями к его губам. Нежные, неторопливые. Макс обнимает его за плечи, полностью отдаваясь его губам, принимая каждое прикосновение. Джордж расслабляется, низко опускается к Максу, прижимается к горячей кожей, практически ложится на него сверху. Макс только этого и ждал. Его хватка на плечах Джорджа становится почти каменной, ноги плотно обхватывают талию британца, когда он без проблем меняет их местами, и теперь он нависает над Джорджем, слушая его восхищенные вздохи и смотря сверху вниз прямо в эти удивлённые голубые глаза. — Я же говорил, что не люблю ждать. Макс быстро наклоняется вперёд, оставляя целомудренный поцелуй на приоткрытых губах Джорджа, и выпрямляется. Голландец практически сидит на его паху, руками упираясь в торс Джорджа, чтобы удобнее расположиться на нём и иметь ещё какую-то опору. Руки Джорджа снова тянутся к Максу, находя отличное место низко на его талии, помогая Максу приподняться, чтобы он мог просунуть руку между ними и направить член Джорджа прямо в себя. Долго не церемонясь, Макс на выдохе опускается вниз, без задержек и остановок, пока полностью не садится на него, только тогда замирая. Его глаза закрыты, ресницы трепещут, грудь размеренно поднимается с каждых глубоким вздохом, но внутри он дрожит, Джордж чувствует, как пульсируют и сжимаются горячие стенки Макса вокруг него, привыкая к растяжению. Джордж успокаивающе поглаживает его кожу ладонями, опускаясь к бёдрам и поднимаясь к рёбрами. Не торопит, лишь отвлекает от ощущений. Макс сидит вот так ещё несколько секунд, глубоко дышит и напробу двигает бёдрами по кругу, резко сбиваясь с ритма дыхания, но не останавливаясь. Медленно со вкусом он вырисовывает восьмёрки на бёдрах Джорджа, сводя его с ума. Джордж не предпринимает попыток прервать его, с благодарностью принимая всё, что Макс ему даёт. Руки Макса, до этого просто лежавшие на торсе Джорджа сильнее упираются в него, создавая точку опоры, когда Макс решает приподнять бёдра и снова опуститься вниз по его члену. Вид Макса, сидящего на нём, с прямой спиной, закрытыми глазами, дышащего через приоткрытый рот и скользящего по его члену вверх-вниз стирает последние остатки разума в голове Джорджа, полностью сосредотачивая всё его внимание лишь на этом. Макс тихо стонет, каждый раз опускаясь под нужным углом, доставляя себе удовольствие. Джордж продолжает руками гладить его по всему телу, сжимая в ладонях мягкие места на боках и бедрах, обводит пальцами следы поцелуев на его груди и цепляет ногтем сосок, отчего Макс стонет громче и прерывает свои движения, останавливаясь в самом низу. Джордж пользуется небольшой заминкой и сгибает ноги в коленях, что заставляет Макса больше наклониться вперёд, нависая над ним. Джордж руками зарывается в его растрёпанные волосы, притягивая Макса ближе и впиваясь в его губы поцелуем, страстным, изголодавшимся по прикосновениям за то время, что они были вне его досягаемости. Макс быстро приходит в себя, возобновляя движения в своём темпе, пока не чувствует, что Джордж тоже двигается в этом ритме ему на встречу. Их бедра со звонким шлепком встречаются на середине пути, и Макс стонет, громко и без стеснения. Джордж, ощущая эту заминку, помогает ему руками продолжать двигаться, толкаясь бёдрами в такт его движениям. Макс долго не выдерживает, он полностью опускается вниз, ложась на грудь Джорджа, отдаваясь его рукам и принимая каждый глубокий толчок. Его член теперь плотно зажатый между их телами, практически обделенный вниманием, изнывает от лёгких стимуляций, готовый в любой момент излиться. Джордж крепко обнимает Макса за спину, прижимая его к себе и руками поглаживая его горячую кожу. Его губы мягко касаются виска Макса, что резонирует с тем, как жестоко толкаются бёдра. От такого контраста Макс в шоке стонет ему в ухо на каждом глубоком проникновении. Кажется, много ему и не надо, чтобы излиться между их телами. Джордж чувствует тепло на животе, и как Макс обмякает в его руках, потеряв все силы. Он целует Макса в висок, ниже по щеке, как бы извиняясь, что продолжает толкаться в него, от чего тот весь сжимается внутри, с трудом принимая его член. — Джордж... Джордж!.. Стоны Макса с его именем всё, что Джорджу требуется, чтобы наполнить его. Он находит губы Макса, впиваясь поцелуем, кусает и посасывает, пока всё ещё остаётся глубоко внутри. Оба горячие и уставшие, полностью удовлетворенные. Макс пытается перевести дыхание, делая глубокие вдохи и медленно выдыхая, лежа на его груди. Джордж чувствует, как быстро бьётся его сердце за рёбрами. Он продолжает медленно поглаживать спину Макса, успокаивая их обоих этими нежными прикосновениями. Макс не шевелится, просто лежит, полностью обессиленый и выжатый. Джордж не спорит. Время не замедляет свой ход, пока они вот так отдыхают, крепко прижатые друг к другу. Когда Джордж решает, что кажется пора двигаться, он поднимает руку к волосам Макса, гладит и напоминает о себе. Тихо на ухо зовёт его. — Макс? — Мг... Реакция слабая, почти сонная. Джордж аккуратно переворачивает их на бок, приподнимаясь над Максом, его глаза закрыты, дыхание ровное, конечности слабые, поддатливые. Он уже почти спит. Джордж аккуратно, чтобы не потревожить его, поднимается. Глаза цепляются за расслабленное спокойное выражение лица, и рука сама тянется чтобы убрать светлую чёлку со лба, пальцами зачесывая волосы назад. Взгляд опускается ниже по светлой коже, где она полностью усыпана бледными метками, его пальцы невесомо обводят их, практически не касаясь кожи. Джордж не сдерживает порыв и наклоняется, оставляя несколько мягких поцелуев на плече Макса, перед тем как встать и уйти в ванную. Джордж быстро справляется с уборкой, вытирает следы с кожи Макса, который уже заснул в его постели, и направляется в душ, чтобы ополоснуться. Возвращаясь, он видит Макса всё там же. Слабый свет из окна обрамляет его расслебленный силуэт, подвечивая все мягкие изгибы под светлой кожей. Завораживает. Джордж закрывает шторы и забирается к нему на кровать, расправляет одеяла и притягивает Макса за талию к себе, накрывая их обоих. Он тёплый и мягкий, легко поддающийся рукам, позволяет Джорджу удобно устроить его в своих объятиях. Джордж прижимается к его спине, обнимая за талию, и утыкается лицом в короткие волосы на затылке. Сон быстро настигает и его.

***

Солнце проникает в небольшую щель между шторами и подает ему прямо на лицо, вырывая Джорджа из сна и заставляя морщиться. Он закрывает глаза рукой и отворачивает голову, медленно приходя в сознание. В теле всё ещё чувствуется лёгкая усталость после тяжёлой гонки, но он хорошо отдохнул. В голове приятная пустота. Постель тёплая после сна, контрастирующая с прохладным воздухом от кондиционера. Джордж открывает глаза, прощаясь с остатками сна. Его взгляд быстро находит фигуру на другой половине кровати. Макс всё ещё спит, расположившись на животе, засунув руки под подушку и прижимаясь к ней щекой, отвернувшись лицом в другую сторону. Одеяло накрывает его по пояс, открывая вид на крепкую спину. Джордж обводит глазами редкие родинки на светлой коже и заворожено наблюдает, как ложится свет на рельеф мышц. Рука сама к нему тянется. Джордж едва касаясь ведёт пальцами вдоль позвоночника, от лопаток до самой поясницы и обратно. Медленно вырисовывает неизвестные узоры на плечах. Слабо гладит по волосам, медленно массируя голову. Макс полностью расслаблен. Дышит глубоко. Ничто не в силах потревожить его крепкий сон. Джордж аккуратно двигается со своего места и наклоняется к нему, оставляя летящие поцелуи на коже. Просто лёгкое прикосновение губами. По плечам, лопаткам, вниз по пояснице. Зарывается носом в растрепаные волосы, оставляя и там свой поцелуй. Макс слабо шевелиться под ним, сильнее жмурит глаза и отворачивается от солнца. Джордж усмехает, наблюдая, как тот обижено надувает губы на то, что его сон так нагло потревожили. Не прижаться к нему очередным поцелуем просто невозможно. Джордж целует его в висок, скулу и щеку, медленно добираясь и до губ. Даже во сне Макс охотно принимает поцелуи. Когда Джордж отстраняется, достаточно насытевшись, чтобы оставить его ещё немного поспать, Макс раздражённо стонет. — Мг... время? — Не знаю. — Мм... И зачем ты меня тогда будишь? — Не знаю. Джордж уже практически смеётся. Недовольное сонное лицо Макса с утра, его хриплый ото сна голос, звуки которые он издаёт. Джордж в восторге. Он снова накрывает его губы поцелуем, и в этот раз Макс сам поворачивает голову, насколько это позволяет его положение, чтобы было удобнее, полностью отдаваясь этим ощущениям. Он вялый, всё ещё на границе сна и сознания, ленивый большой кот, позволяющий себя ласкать, неосознанно подставляющийся под мягкие прикосновения губ и рук. — Джордж... — Что? Джордж отвечает, не отрываясь от плеча Макса, на которое перешёл с поцелуями. — Я сплю... — Хорошо, я не мешаю. Но даже не пытается прервать свои ласки, спускаясь по спине к лопаткам. — Мешаешь... Джордж улыбается на то, как Макс двигает, пытаясь уйти от настойчивых прикосновений. И это совершенно не мешает ему снова заснуть, через несколько секунд его дыхание снова ровное и тихое. Джордж оставляет последний поцелуй в его волосах и поднимается, уходя, чтобы найти телефон и одеться. Спустя полчаса, когда все сообщения проверены, ответы на поздравления отправлены, а новости просмотрены, Джордж наконец замечает движения со стороны Макса. Тот тихо недовольно стонет в подушку, всё ещё не желая отпускать последний сон. — Доброе утро? Вопрос на отказ Макса просыпаться. — Мг... — Хорошо спалось? — Да, пока ты не решил это испортить. Джордж улыбается на это и смотрит, как он сначала жмурит глаза, и только потом принимает попытки их открыть. Макс, растрёпаный и немного помятый, просыпается в его постели, весь такой расслабленный. Джордж не может оторвать взгляд, наслаждаясь этим зрелищем. Шторы теперь плотно закрыты, чтобы свет не мешал Максу досыпать последние минуты, но Джордж вспоминает, как красиво лежали лучи на его светлой коже, заставляя её практически сиять. Максу бы не помешало хоть иногда выходить из симулятора, чтобы немного познакомить свою кожу с солнцем. — В ванной есть полотенца. Но Макс не двигается, лишь кивает в ответ и смотрит на него, прямо в глаза. Джордж тоже смотрит. В эти голубые глаза, глубокие как мировой океан и синие как ясное небо. Такие открытые сейчас перед ним, как книга на другом языке, которую он едва ли может понять по картинкам. — Джордж. Тихо, насколько, что Джордж думает, не показалось ли ему, но он точно видел, как двигались губы Макса. — Да? Продолжения не следует, Макс снова лишь молча смотрит на него. Всего несколько секунд, которые ощущаются как несколько лет. И встаёт, обходя кровать по направлению к ванной, обсолютно не стесняясь своей наготы, потягивается, разминая мышцы. Джордж прослеживает каждое его движение. Как напрягаются его руки, поднятые за голову, как вытягивается спина, как покачиваются его бёдра с каждым шагом. Макс крепкий и натренированный, но не сухой, мягкий в местах, куда хорошо ложатся ладони Джордж, и упругий везде, где хочется его сжать. Джордж не отрывает взгляд, пока дверь не закрывается за спиной Макса. Телефон в его руках больше не представляет интереса, но Джордж всё равно пытается чем-то себя занять, пока слушает, как начинает литься вода за стеной. На долго его не хватает. Он бросает телефон куда-то в простыни и встаёт, бесцеремонно следуя за Максом. Дверь не запрета, и его глазам открывается совершенно неописуемое. Макс стоит спиной к двери, под струями воды, подняв руки к волосам и массируя голову. Вода стекает по его коже, обводя каждый изгиб, который Джордж исследовал руками, и полностью обволакивает его тело. Он совершенно не обращает внимание на неожиданное вторжение, продолжая свои действия. Только лишь, когда Джордж избавляется от одежды и наконец заходит к нему под воду, прижимаясь грудью к нему сзади, Макс поворачивает голову, чтобы посмотреть на того, кто его так нагло прервал. Джордж не даёт ему сказать и слова, обхватывает ладонью его челюсть и целует. Жадно, пылко, глубоко. Они начинают задыхаться от воды, но не отрываются. Макс одной рукой цепляется за локоть руки Джорджа, которой тот держит его лицо, а второй упирается в стену, чтобы сохранять равновесие. Холодная плитка под его ладонью немного отрезвляет Макса, но Джордж не даёт ему прийти в себя, второй рукой гладит по всему телу, по груди, животу, вниз в паху и бёдрам. Когда Джордж задевает его чувствительное место, Макс разрывает поцелуй и откидывает голову назад, на его плечо, тяжело дыша. Рука Джорджа перемещается на шею Макса, где он пальцами чувствует его быстрый пульс. Они просто стоят так, Джордж водит рукой по всему Максу, каждый раз натыкаясь на его растущее возбуждение, пока он не двигает Макса ближе к стене. Вода больше не льёт им на головы, её тяжёлые струи теперь лишь слегка касаются спины Джорджа. Макс прислоняется предплечием к стене и упирается в него лбом, когда Джордж создает между ними небольшое пространство, чтобы просунуть руку Максу между бёдер. Пальцы Джорджа быстро находят нужное место и убеждаются, что колечко мышц всё ещё мягкое и открытое после ночных приключений. Джордж не медлит, тянется куда-то в сторону полки и берет нужный тюбик, быстро увлажняя пальцы и делая несколько быстрых движений по своему члену. Стоит крепко и бескомпромиссно. Его тонкие длинные пальцы снова возвращаются внутрь Макса, двигаясь медленно, со вкусом, ощупывая стенки со всех сторон и находя нужную точку, от которой Макс весь вздрагивает и сжимается. Несколько точных попаданий и Макс наконец тихо стонет, пока Джордж ласково целует его в шею и по плечам. Когда Макс полностью расслабляется, Джордж убирает руку и одним плавным движением входит до упора, практически прижимая Макса к стене. Макс пытается отдышаться, но Джордж сразу начинает двигаться, не давая ему времени привыкнуть. Макс стонет и пробует двигаться ему на встречу, поставляясь под его прикосновения, но Джордж не позволяет, он крепко обхватывает его поперёк груди, прижимая к себе, заставляя оторваться от стены и привстать на носочки. Макс практически полностью отдаётся рукам Джорджа, позволяя удерживать себя, лишь одной рукой цепляясь за стену, чтобы не терять хоть какое-то ощущение контроля над собой и сохранять равновесие. Не замечая небольшого кризиса Макса, Джордж продолжает глубоко толкаться, покрывая всю доступную ему кожу поцелуями-укусами. Он слушает громкий несдержанный стон Макса, когда прикусывает мочку его уха и кладёт вторую руку на его член, мягко двигаясь по длине, что противоположно тому, как его бёдрах сталкиваются с Максом с другой стороны. На таком сильном контрасте Макс не выдерживает и изливается, с его губ срывается долгий протяжный стон, который он глушит ладонью, закрывая лицо. Джордж практически сразу следует за ним, не выдерживая давления внутри Макса. Оба тяжело дышат, прижимаясь друг к другу. Джордж первым приходит в себя, немного отстранясь, затаскивает Макса под воду, смывая с него все следы, и разворачивает его в своих руках, сразу втягивая в поцелуй. Макс лениво отвечает, крепко держась за плечи Джорджа. Его ноги все ещё не совсем уверено стоят на полу, поэтому он упорно ищет сторонней поддержки, и Джордж её даёт. Обнимает его за спину, снова прижимая к себе. Их поцелуй медленный и затяжной, мягкий и ласковый, какой бывает, когда оба уже удовлетворены и просто ищут спокойствия и тихого присутствия рядом. Джордж не может сдержать улыбку, он еле слышно смеется Максу прямо в губы, заражая своим весельем. Его рука снова тянется к полкам, он берет баночку с шампунем и выливает в ладонь, немного вспенивая, и наносит на волосы Макса, равномерно распределяет. Пальцами Джордж нежно массирует его кожу головы, пока тот просто стоит, закрыв глаза и держась за талию Джорджа. Дальше бальзам для волос, и когда Джордж снова пальцами прочесывает его волосы, Макс непонимающе смотрит на него. Всё что может сделать Джордж, это немного наклониться и игриво чмокнуть его в нос, снова заливаясь смехом. Намыливание переходит в сплошные поцелуи. Джордж нежно ласкает губы Макса, играется с его языком, изредка прикусывая, пока ладони снова и снова обводят каждый участок тела Макса. Вода смывает последнюю пену, а Джордж все никак не может от него оторваться. Он прижимается носом куда-то за ухо, полной грудью вдыхая свой запах с тела Макса. Его шампунь, его гель. Всё в Максе пахнет как Джордж. Дальше просто, полотенца и одежда. Джордж передаёт Максу вещи, которые заранее приготовил для него, с сожалением наблюдая, как тот прячет в ткани всё ещё влажную, немного покрасневшую от жара кожу. Его футболка не сидит на Максе так же свободно, как на нём самом, слегка обтягивает грудь и руки, а шорты облепляют бедра почти как вторая кожа. Джордж смотрит, не отрывая глаз, даже когда Макс вопросительно поднимает бровь, смотря в ответ. — У меня самолёт через пару часов, думаю, мне пора идти. — Хорошо. Джордж проходит за ним по комнатам, наблюдает, как Макс собирает вещи, телефон, ключи, обувь, и проклинает себя за ужасный выбор одежды для него, потому что в таком виде Макс собирается добраться до своего отеля. Пока он нещадно распекает себя в мыслях, Макс уже направляется к двери. — Тебя подвезти? Уже взявшись на ручку, Макс замирает и оборачивается. Он несколько долгих секунд смотрит на Джорджа, и просто отворачивается. — Сам доберусь.