Такой родной

Это была последняя пара. На улице уже стемнело, учителя не было, поэтому ученики просто болтали между собой. — Так вы придёте сегодня ко мне на вечеринку? — обратился Хенджин к задней парте. — Хёнджин, ты серьёзно? Ещё спрашиваешь? — хихикнул Чонин, толкая соседа в плечо. — Хан, ты же пойдёшь к Хёну? — Да, Хан, пошли, я тоже сегодня приду, — поддержал блондин, кивая на своего соседа Хенджина. — Конечно, ты пойдёшь, ведь боишься, что кто-то захочет трахнуть твоего сладкого Хёнджина, — хихикнул Хан, наблюдая, как Феликс театрально закатил глаза. — Это он боится, что я дам другому, а не ему, — айкнул Феликс, получив удар в плечо. — Я боюсь? Это ты каждый раз дрожишь подо мной и хнычешь. Феликс хотел возразить, но Хенджин игриво подмигнул и перевёл взгляд на Джисона: — Так что, ты придёшь? — Я устал как-то, — выдохнул Хан, сложив руки под подбородок. — А если я скажу, что тебя ждёт сегодня один подарок? — Хенджин приподнял бровь, хитро улыбаясь и наблюдая за реакцией Хана. — Что ещё за сюрприз? — А вот придёшь — и узнаешь. — Эй, зачем ты так! — возмущённо выкрикнул Хан, глядя, как пухлые губы Хенджина растягиваются в хитрой улыбке. — Ну всё, малыш Джисон, жду тебя. — Хенджин дёрнул его за нос и развернулся обратно к парте, к Феликсу. Хёнджин всегда знал, как завлечь любого человека в свою ловушку, и не выпускал, пока не получал желаемого. Спорить с ним было бессмысленно. Феликс, Хан, Чонин и Хенджин были лучшими друзьями ещё с раннего детства. Вместе поступили в школу, закончили её, поступили в один университет — и с тех пор они не разлей вода.  Хёнджин всегда приковывал к себе всё внимание. Ещё в начальной школе девчонки передавали ему записочки, в старших классах пытались обратить на себя внимание заветного красавчика. А со временем к яркой внешности прибавилось рельефное тело. Его мускулистые руки и пухлые губы с пирсингом могли свести кого угодно с ума.  Но Хенджин создан только для… Феликс — его полная противоположность: скромный, с внешностью словно ангел. И только Хёнджин знает, каким тот становится от одного лишь прикосновения. Чонин — улыбка компании, постоянно подшучивает и сам может рассмеяться со своей же глупой шутки, заражая других смехом до слёз. Пара закончилась, и друзья разошлись по домам. Но через два часа нужно было быть уже у Хёнджина. Сил не было, но Хан знал: если Хёнджин что-то затеял, то это было нечто. Да и посидеть с друзьями, выпить он тоже был не против. Сходив в душ, одевшись, он вызвал такси и поехал, забрав по пути Чонина. Хёнджин из обеспеченной семьи, поэтому жил в коттедже. Они вошли внутрь двора и впали в ступор — в нос ударил смешанный запах сладкого кальяна и алкоголя. Во дворе было куча народу. Возле колонок танцевали девушки, подмигивая сидящим напротив парням, курящим кальян. Сам дворик был украшен гирляндами по периметру и на крыше дома, освещая тёплым светом ночной двор. Музыка играла фоном, заглушаемая разговорами и смехом людей. — Какого чёрта... — прошептал Чонин, выпучив глаза. — Я думал, что будем только мы вчетвером, — добавил Хан. — Боже, это же Хёнджин, на что мы рассчитывали? — разочарованно выдохнул Чонин.  Парни думали, что под «вечеринкой» подразумевался их обычный выходной, когда они собирались у Хенджина, ограничиваясь просмотром фильма, игрой в приставку и небольшим количеством алкоголя. Ну, конечно, иногда они могли бросить в бассейн проигравшего и прыгнуть за ним следом, обрызгивая друг друга водой, как беззаботные дети. — Вот они, наши малыши! — неожиданно крикнул уже подвыпивший Хенджин, выходя из толпы. — Что ты тут устроил, Хён? — возмущённо выкрикнул Чонин. — Да-да-да, сначала выпьем, потом будете орать. — Широко улыбаясь, Хенджин набросился на друзей с объятиями и повёл их за собой в самый центр вечеринки. Возле танцующих девушек стояли стойки с алкоголем и закусками. Чтобы к ним подойти, нужно было как-то протиснуться между танцующими.  Блять… Блять-блять-блять… Именно тогда произошло столкновение карих глаз, которые вмиг заглушили весь шум вечеринки. Кожа мгновенно покрылась мурашками, сердце ёкнуло и бешено забилось с какой-то болью, от которой на глаза навернулись слёзы. Перед Ханом стоял блондин с бокалом шампанского, который вмиг упал на землю, когда тот увидел перед собой те самые родные щёчки и глаза, от воспоминаний о которых сердце обливалось кровью. — Нет... — едва слышно прошептал Хан, выходя из состояния шока, и бросился в дом. — Хан, ты куда?! — недоумённо вскрикнул Чонин, оглядываясь по сторонам и встретившись взглядом с мужчиной, повергшим Хана в паническое бегство. Взгляд застыл, осмысливая происходящее. — Твою мать... Хёнджин, ты идиот! — гневно прошипел Чонин, дёргая за рукав Хенджина, увлечённого общением с приятелями. — Ну, что я опять сделал? — с лёгкой ухмылкой обернулся тот на возмущённый тон друга, но Чонин уже исчез. Чонин, расталкивая людей, забежал в дом, где уже два парня бежали по лестнице на второй этаж. Он следом бросился к ним и схватил самого последнего за футболку. — Минхо, не смей! — крикнул Чонин, но тот уже забежал в комнату следом за Ханом. — Может, опустишь меня? — Ты кто ещё такой? — Глаза Чонина наполнились злостью, он держался, лишь бы не набить морду незнакомцу, и, толкнув, отпустил футболку. — Я Бан Чан, друг Минхо, — спокойно ответил парень, стоявший на ступеньку выше младшего и наблюдая, как того трясёт. — Тогда какого чёрта ты пустил его к Хану?! — выкрикнул Ян, толкнув того в грудь. — Какого чёрта он побежал за ним? Скажи, какого чёрта?! — Крик перешёл в истерику, и за ударом в грудь последовали следующие. Бан Чан стоял смирно, позволяя младшему выплеснуть всю злобу на Минхо, который причинил боль его другу. — Успокойся, — прошептал Чан, прижимая Чонина к своей груди, останавливая в один миг крик и побои, которые превратились в слёзы. Не зная почему, но Чонин подался и уткнулся носом в грудь незнакомца, обвив руками его тело, и заплакал. Слёзы были не только у пары на лестнице, но и за запертой дверью на втором этаже. Зайдя в комнату, Минхо закрыл дверь и опустил взгляд на парня, сидящего на полу. — Эй... Это «эй» было таким мягким и родным, но одновременно самым острым лезвием в этом мире. Хан сидел в углу, прижав колени к груди, хныкал, уткнувшись носом в руки. — Хан... — тихий вздох вырвался из горла Минхо, медленно приближающегося к Джисону. — Не смей! — выкрикнул Джисон, резко вставая на ноги. Сердце билось словно в лихорадке, тело дрожало. — Заткнись! Минхо тяжело сглотнул, напрягая пальцы рук, превращая ладони в сжатые кулаки, готовый выдержать любую боль, и поднял взгляд на плачущего Хана. — Джисон... — вновь повторил Минхо сквозь накатывающий ком в горле и получил сильный толчок в грудь. — Я сказал, заткнись, — вскрикнул Джисон, глядя в глаза Минхо дрожащими зрачками.  Затем последовал ещё один удар, заставляющий Минхо отступать назад. Он не сопротивлялся. Он продолжал смотреть на дрожавшего всем телом парня, который в истерике бил его, что-то крича.  Удары Джисона были самым тёплым, что испытывал Минхо за последние три года. Это было как вернуться домой после тяжёлого дня или лечь в мягкую постель. Каждый следующий удар вызывал улыбку на лице Минхо. Почувствовать на своём теле руки того, кто тебе снится каждую ночь, того, кто овладел всеми твоими мыслями, было словно несбыточной мечтой.  И вот он стоит перед тобой — такой родной, такой свой — бьёт тебя в грудь, кричит, произносит твоё имя теми самыми губами, которые когда-то целовали с жадностью, не желая отпускать, и смотрит теми же самыми глазами, которые когда-то были первыми, что видел Минхо по утрам. Однако поток ударов становился слабее, уступая место эмоциям отчаяния и усталости. — Просто уйди отсюда! — беспомощно простонал Хан из последних сил и резко оказался заключённым в объятия блондина. — Я скучал, — тяжело дыша, прошептал Минхо, утыкаясь носом в волосы младшего, вдыхая его аромат с жадностью, чтобы никому не досталось. Джисон замер, ощущая прикосновение родного тепла. Закрыв глаза, он погрузился в тишину, мгновенно поглотившую звуки музыки, доносившиеся со двора. Теперь его мир состоял лишь из Минхо. Тишину комнаты нарушало только тяжёлое дыхание. Хан решился оторваться от груди мужчины, который крепко держал его в объятиях, и поднял голову, встретившись с глазами, сдерживающими слёзы. — Ми-Минхо... — тяжело выдохнул младший, и оба парня заплакали, скатываясь на пол. — Я так хотел почувствовать тебя рядом с собой, — прошептал дрожащим голосом Минхо, уткнувшись головой в плечо Хана. — Уходи... прошу... — Никогда не уйду, слышишь? Никогда... — Ты уже оставил меня... Так зачем ты вернулся? — глухо прохрипел Хан, борясь с нахлынувшими эмоциями и пытаясь выбраться из хватки Минхо, но тот всё сильнее и сильнее прижимал его к своему телу. — Ты ушёл так быстро из моей жизни. Почему ты не дал мне шанс поговорить с тобой? Почему ты просто исчез? — шептал Минхо дрожащим голосом, водя носом по шее Хана, пытаясь впитать в себя его аромат, оставляя мокрые следы слёз. — Я люблю тебя, всегда любил, Джисон..— Слова «люблю» обрывались мягкими, короткими поцелуями по шее. — Хочешь — кричи, хочешь — бей, но, прошу, больше не оставляй меня... — выдохнул блондин, рукой поднимая взгляд Джисона на себя. — Прошло три года. Что ты хочешь от меня, Минхо? — Как и тогда, так и сейчас хочу только тебя, — руки скользнули к рукам Хана, аккуратно сцепляясь в замок. — Зачем ты вернулся в Корею? — оторвав свои руки от рук Минхо, Хан встал на ноги. Вслед за ним поднялся и Минхо, вновь взяв его руки в свои. — Я уехал не потому, что этого хотел. — Ты даже сейчас мне врёшь?! Скажи правду, хотя бы сейчас! — выкрикнул Хан, заставляя сердце вновь биться сильнее. — Я не врал тебе. Никогда. — Боже, Минхо... — истерически рассмеялся Джисон. — Я всё знаю... — Твой отец соврал тебе, и мой мне тоже, — перебил Минхо. — О чём ты говоришь? — Им не были выгодны наши отношения, и, чтобы избавиться от нас, они решили рассорить нас, обманув тебя и меня. Я узнал это, когда уже был в США, но ты не давал мне связаться с тобой — даже своих придурков подговорил. — Голос дрожал: он наконец рассказал то, что держал в себе так долго, то, что хотел поведать своему Джисону. После услышанного внутри что-то ударило, перекрыв дыхание. Обида и ненависть, которые он держал все эти годы на Минхо, заставлявшие его мучить и себя, и того, вызвали новую волну эмоций — осознание, что его никто не бросал. — Джисон, я твой Минхо... я тут, — руки дрожали, а в один момент Минхо вовсе перестал дышать, почувствовав на своих губах единственные для себя на этом свете губы. Хан вцепился руками в шею Минхо, притягивая его ближе, чтобы тот больше никогда не ушёл. Старший замер, чувствуя табун мурашек по всему телу, но почти сразу же ответил на поцелуй. Поцелуи были короткими и осторожными, словно оба чего-то боялись. Отдаляясь на пару миллиметров, они обжигали губы друг друга горячим дыханием. Старший медленно провёл руками от бёдер, остановившись на талии, и прижал младшего к своему телу. — Минхо... — тихо проговорил Джисон, тяжело вздыхая. — М? — Я люблю тебя, — выдохнул Хан, прижимаясь лбом к груди блондина. Услышанное стало для Минхо сбывшейся мечтой, о которой он молил Бога снова услышать. Словно загорелся зелёный свет: язык ворвался внутрь, цепляясь за другой.  Ноги Хана дрожали и совсем не хотели его держать, но Минхо крепко держал младшего за талию, не давая упасть. Кислород перестал поступать в лёгкие. Этот момент, которого они ждали словно всю жизнь, настал, и теперь они стояли, чувствуя друг друга рядом. Минхо буквально втягивал его в себя, покрывая тысячи потерянных мгновений быстрыми, ненасытными поцелуями.  Губы тёрлись друг о друга, языки переплетались. Каждый вдох, каждое движение казались последними, необходимыми, обязательными, единственно возможным способом выразить накопившиеся чувства. Джисон вцепился в волосы Минхо, словно пытаясь проникнуть в него. Казалось, они пытались проглотить друг друга целиком, но младший оборвал поцелуй, отстраняясь на пару сантиметров. — Почему? — прохрипел Минхо, переводя дыхание, обжигая мокрые губы Хана. — Мне мало этого, Минхо, — оторвав взгляд от покусанных губ старшего, Джисон посмотрел в чёрные глаза. — Что ты хочешь? — Тебя. Не успев выдохнуть, Джисон уже оказался на кровати под пылающим телом Минхо. — Меня? — на лице появилась привычная ухмылка, которую так давно не видел Хан. — Можно, я кое-что проверю? — Я снова твой, Минхо, не спрашивай, — простонал Джисон, почувствовав мокрый поцелуй на шее. Минхо втягивал кожу шеи, слегка покусывая, и смотрел на младшего, который уже прогибался в спине, сжимая в руках одеяло под собой. Джисон беззвучно застонал, прикусив губу — низ живота приятно заныл. — Хотел проверить, до сих пор ли у тебя встаёт от моих поцелуев в шею, — ухмыльнулся Минхо, почувствовав стояк Джисона под своим телом. — Блять... какого чёрта... — приподнялся Хан, стыдливо закрывая глаза. — Не смущайся, — улыбка растянулась по всему лицу. — Мне нравится, что тебя до сих пор возбуждают мои прикосновения. Такой мой Джисон... родной. — Минхо привстал на локтях и прижался к волосам Джисона, вдыхая его аромат. Спускаясь через ухо к шее, старший шепнул что-то грязное, заставляя Хана дёрнуться и упереться своим стояком в ногу Минхо. Блондина только забавляла реакция тела младшего на свои прикосновения. Продолжая играть, он оставил влажный след языка на скуле, проводя по шее и слизывая выступавший от их близости пот. — У тебя был кто-то после меня? — прошептал Минхо, коротко поцеловав в пухлую нижнюю губу. — Ты был первым и п-последним... — запнулся Джисон, почувствовав руку на своём члене, которая медленно вела туда-сюда, периодически сжимая. — До сих пор мой, — всхлипнул Минхо, зарывшись носом в шею Хана. — А у тебя был кто-то? — дрожащим всем телом спросил Хан. Блондин оторвался от шеи, улыбнулся и поцеловал в нос. — Ты мой единственный и навсегда, — прохрипел Минхо. Сердце двоих заколотилось сильнее, когда оба убедились, что они чисты друг перед другом. Рука Минхо залезла под футболку, поглаживая талию. Вторая рука расстёгивала ширинку джинсов, чтобы освободить от боксёров ноющий член младшего. Блондин начал тереться своим бугорком, выпирающим из-под джинсов, заставляя того обвить его тело. — Прошу, трахни меня, — всхлипнул Хан, но Минхо не собирался так быстро выполнять просьбу младшего. Он хотел словно отомстить за все те годы, когда тот не давал ему связаться с собой. Старший не собирался долго мучить — просто хотел заставить его потерять рассудок, чтобы этой ночью все мысли Хана были только о Минхо. — Скажи ещё раз, что ты хочешь, чтобы я сделал? — прорычал блондин, снимая с Джисона футболку. Он взял в рот набухший сосок, заставляя Хана вцепиться руками в одеяло. Отпустив его, Минхо посмотрел на блондина, который стягивал с него джинсы и боксёры, полностью освобождая себе доступ к члену, который он так давно не видел. Минхо, отпустив сосок и оставляя нить слюны, поднялся к губам младшего, небрежно втягивая и прикусывая зубами его губы, одновременно водя рукой по мокрому члену, испачканному в собственном соке. Джисон прерывисто дышал, на рефлексах поднимая бёдра и проталкивая свой член в овладевшую им руку, но продолжал этот грязный возвратный поцелуй. Губы с жадностью мяли друг друга, отчего по спине побежали мурашки. Оба приостановились, припав к губам друг друга, чувствуя, как низ живота всё сильнее тянуло и пекло. — Блять... какой же ты сладкий, Джисон, — тяжело дыша, прорычал Минхо, обрывая поцелуй. — Я хочу тебя съесть. — Ты меня смущаешь, — хихикнул Хан, отворачивая голову от лица нависающего над ним. — Тогда какого чёрта ты засунул сейчас свою руку мне в трусы? — в насмешке вскинул бровь блондин, рукой поворачивая обратно лицо Джисона к себе. — Я тоже скучал по твоему члену, — смущённо улыбнулся Джисон, целуя блондина в нос. — Ты такой мой, такой родной, Хан Джисон, — проскулил Минхо, когда младший сжал в своей маленькой руке его стояк, и упал всем телом на него, слегка придерживаясь на локтях, уткнувшись в шею Хана. Джисон спустил штаны Минхо и, помогая своей ногой, скинул их на пол. Тот замер, позволяя младшему немного поласкать его член в маленькой ладошке, давая почувствовать свою липкость. Джисон медленно водил рукой вверх-вниз, чувствуя укусы на своей шее, и уже не сдерживая стона, ускорил темп. Комната наполнялась звуками мокрых поцелуев вперемешку со звуками скользящей руки по члену старшего. Минхо хотел простонать — низ живота уже сводило, заставляя ягодицы непроизвольно сжиматься и толкаться в кулак Джисона, — но он не мог позволить младшему овладеть его рассудком, пока тот не кончит под ним. — Такой хороший, — прошептал Минхо в ухо Хану, отчего тот вздрогнул. — Почему... меня так сводит с ума твой голос? — простонал Хан, выпуская член старшего из рук и сжимая руками его ягодицы. — Меня сводишь с ума весь ты. Такой сладкий Джисон, такой чистый, до сих пор такой мой... — хихикал Минхо, носом втягивая запах шеи младшего, наблюдая, как тот поскуливал, прикусывая нижнюю губу. — Прекрати, прошу... — шипел Джисон, чувствуя, как щёки стыдливо горят, и боясь, что уже готов кончить от одних слов, лежащего на нём блондина. — Как скажешь, милый, — простонал Минхо. Его глаза хитро прищурились, когда младший закатил глаза, и его дыхание оборвалось, почувствовав сильную руку, которая полностью закрыла собой его член. Минхо медленно спускался вниз, оставляя короткие поцелуи — от самой шеи до паха Джисона. Ноги младшего подёргивались, чувствуя короткие чмоки на своём стояке. — И вправду сладкий, — тихо ухмыльнулся Минхо, наблюдая за каждой реакцией тела младшего на его медленные и короткие прикосновения. Хан судорожно прикрывал рот рукой, чтобы не показывать старшему, что уже готов кончить. — Убери руку, я хочу слышать тебя, — прохрипел Минхо, медленно смыкая губы на головке, упираясь ею в свою щёку. Джисон всхлипывал от каждого нового толчка своего члена в чужой полости рта. Минхо с лёгкостью помещал весь член младшего в свой рот, играя языком внутри. Медленно качая головой, он выпускал его с чмоканьем, поглаживая большими пальцами бёдра младшего. — Ммм, М-Минхо!.. — стонал Джисон, извиваясь, но Минхо крепко сжал его бёдра, не давая шевелиться, чувствуя, как собственный член подрагивает, упираясь в живот. — Такой нежный, — отстранился от члена Минхо, издавая влажный звук и соединяя их влажной нитью слюны. Он закатил глаза, когда руки парня коснулись его лица. — Хочу почувствовать тебя, — проскулил Джисон. — Я боюсь, что тебе будет больно, — прошептал старший, целуя руки, покрывавшие его лицо. Джисон хихикнул и достал смазку из-под кроватной тумбочки. — У Хёнджина они в каждой комнате. — Как Феликс его терпит? — рассмеялся Минхо, забирая гель у младшего. Щелчок крышки стянул всё внутри в предвкушении длинных пальцев Минхо. Старший раздвинул ноги Хана. Джисон всхлипнул, почувствовав холодный гель возле своего входа. Блондин рассмеялся и вцепился в пухлую губу Джисона, пальцами поглаживая его дырочку, и указательным пальцем неторопливо вошёл внутрь. Младший выгнулся, резко схватил его за плечи и уткнулся в шею, сдерживая всхлип. Минхо остановился, наблюдая, как Хана затрясло от чувства пустоты внутри. — Я хочу смотреть на то, как я доставляю тебе удовольствие, Джисон, — прошипел Минхо, заставляя младшего прижаться затылком в подушку. — Смотри на меня. Минхо проникнул внутрь двумя пальцами. — Д-да... да... Минхо, ещё, — скулил Джисон, смотря в хищные глаза старшего. — Ты скучал по моим пальцам? — словно издевался Минхо, наблюдая, как младший сходит с ума от каждого его прикосновения. — Да, д-да, да-а... Минхо-о! — последняя фраза вырвалась с криком, когда Минхо вынул свои пальцы. — Ты так сладко кричишь, — облизнулся Минхо, водя рукой по своему члену. — Скажи, что мне сделать дальше для тебя? — Трахни меня, Минхо... мой Минхо... — заныл Хан. — Боже... ты такой милый, даже сейчас, — возбуждённо хихикнул блондин, надавив головкой на дырочку. Сердце Джисона затрепетало, чувствуя, что вот-вот наконец в его задницу войдёт мускулистый член старшего. Минхо не собирался так быстро заполнять пустоту — он хотел немного подразнить скулящего под ним парня. Головка постепенно надавливала, почти входя, но сразу же выходила, продолжая кружить вокруг прохода. Джисон скулил, поднимая голову, чувствуя давление, и сразу же прижимался затылком к подушке, ощущая опустошение. — Минх... — не успел простонать Джисон, — М-ах! — выкрикнул он, почувствовав резкий толчок в свою задницу. Мускулистые руки сжали бёдра Джисона, толкнув его на свой член, и закинули его ноги себе на плечи, оставляя следы поцелуев на них, позволяя Хану привыкнуть к его члену. — Мой Минхо... — выдохнул Джисон, запрокидывая голову и хватая ртом воздух. — Только мой... — Блять, Джисон... — прорычал Минхо, закатив глаза, и снова толкнулся в него. Джисон выгнулся, сжав задницу вокруг члена блондина. — Ты готов? — простонал Минхо. Джисон невинно закивал. Минхо ускорил темп, чувствуя, как его член сжимается в узком пространстве. — Ты такой сладкий... сводишь с ума, — судорожно выдохнул Минхо, нагнувшись к шее Джисона и укусив её. Младший схватился за мускулистые плечи, прижимая к себе, и подталкивал бёдрами в такт толчкам. Бёдра Минхо начали втрахивать Джисона в кровать, тот не успевал набрать воздух, как следовал новый толчок, сопровождающийся рычанием блондина. — Д-да, д-да, Минхо, т-трахай меня, — судорожно стонал Хан. — Я тебя сейчас съем, милый, — замедлился Минхо, вытаскивая набухший член под сопровождающий всхлип Джисона. — Хочешь попрыгать на мне? — прошептал он, потянув зубами за мочку уха. — Очень. Минхо встал, позволяя младшему вылезти из-под него. Сев, оперевшись спиной к стене, блондин помог Джисону перекинуть ногу на другую сторону своего бедра, сжимая его задницу. Джисон потянулся к губам Минхо, обхватив своей рукой ободок его головки и водя пальцем по уретре. Поцелуй был тягучим: они втягивали в себя по очереди чужую губу. — Люблю тебя, Джисон... — прохрипел старший, поглаживая ягодицы Хана, который задрожал от его слов. Джисон сглотнул, прикусил губу, поднял взгляд на карие глаза, которые непрерывно смотрели на него. Хан положил руки на плечи Минхо и медленно начал насаживаться на стоящий член со шлепком. Минхо параллельно начал ласкать член Джисона, отчего тот прижался носом к его шее, хныкая и покачивая бёдрами вверх-вниз. Голова закружилась, по телу разлилась кровь. — Минхо... — захлебнулся Джисон, чувствуя приближение оргазма. Минхо сменил положение, прижав Хана обратно к матрасу, снова нависая над ним. — Я хочу вспомнить твой вкус. — Но... — не успев договорить, Джисон выгнулся, почувствовав, как мускулистая рука снова захватила весь его член. Рука задвигалась вверх-вниз, периодически сжимая, заставляя того подёргивать ногами и стонать на всю комнату, чувствуя предвкушение долгожданного оргазма. — Такой послушный и громкий, — ухмыльнулся Минхо, облизывая головку ноющего члена. Он замедлил темп, сжал основание, провёл рукой вверх, надавливая большим пальцем на покрасневшую головку. Две руки легли на живот, слегка надавив, и губы сомкнулись на головке, резко двинувшись глубже. Нос Минхо прижимался к паху, в глазах Джисона темнело, напряжение внизу стало невыносимым.  Пульсация распространилась по всему телу. Были слышны влажные звуки старшего, проглатывающего член младшего. Джисон запустил руки в волосы блондина, боясь, что тот может отстраниться. Дыхание Хана сорвалось в стонущий, рычащий крик. Тело металось по всей кровати, сжимая одеяло.  Головка упиралась в самое горло, заставляя трястись. Минхо быстро двигал головой, заглатывая член полностью, пока нос не ударялся о пах, и смотрел из-под лба, как младший сходит с ума.  В ушах зазвенело, по телу пробежала та самая сладкая дрожь, и Джисон излился в чужой рот, подёргивая бёдрами. Минхо со стоном проглотил белую жидкость младшего. — Какого чёрта... — простонал до сих пор дрожащий Джисон, переводя дыхание. — Мой сладкий, такой вкусный мальчик, — с удовольствием облизал губы Минхо и лёг рядом с Ханом, обнимая его за талию. Джисон, ещё не отошедший от сумасшедшего состояния, повернулся на бок лицом к Минхо и взял член старшего в свои руки. — Я хочу, чтобы ты кончил, смотря в мои глаза, — невинно похлопал он своими глазками, глядя на словно пылающего Минхо. — Такой милый, а говорит такие грязные вещи, — прохрипел тот, чувствуя, как маленькая рука начала ласкать его ноющий член. — Не отводи взгляд, — грубо проговорил Джисон, ускоряя темп своей руки. Минхо непроизвольно начал подёргивать бёдрами, толкаясь в кулак младшего. — Мой Минхо, твой член свёл меня с ума, — прошептал Хан, глядя, как блондин тяжело дышит, кусая нижнюю губу до крови. Минхо руками схватился за шею Джисона. — Черт... — В глазах начало темнеть, внизу живота забился пульс. На руках младшего выступили вены, ускоряя бешеный темп. Другой рукой Джисон держал блондина за голову, чтобы тот не отвёл взгляд. — Что ты д-делаешь со мной... — выдохнул Минхо с громким стоном, не отрывая взгляда от потемневших ещё сильнее глаз Джисона, которые не сводили с него взгляда, и обильно излился прямо в руку младшего. Минхо со стоном закатил глаза, перевернулся на спину, переводя дыхание и чувствуя лёгкую дрожь по всему телу. Рядом послышалось хихиканье парня. — Почему ты смеёшься? — приоткрыв глаза, посмотрел на Хана, который улёгся на его грудь. — Я просто счастлив. Минхо ухмыльнулся, поглаживая голову Хана, который чуть ли не мурчал на нём. — Счастлив? — с удовольствием спросил Минхо, уточняя причину сияющих глаз младшего. — Ты заставил меня чувствовать себя счастливым, — хихикнул Хан, носом зарываясь в упругую грудь Минхо, скрывая свои покрасневшие щёчки. — Я снова твой Джисон? — Эй, ты всегда был моим... моим Джисоном, — пробормотал блондин, чувствуя накатывающий ком в горле. Услышав странную дрожь в голосе, Джисон поднял голову и встретился с покрасневшими глазами Минхо. — Ты... ты чего?! — удивлённо вскрикнул Хан, поднимаясь с тела, на котором лежал, чтобы утешить парня, но сразу же оказался обратно прижатым к нему мускулистыми руками. — Ты просто слишком милый, всё хорошо, — посмеялся Минхо, перестав сдерживать слёзы, скопившиеся в глазах. — Но почему ты плачешь? — Ты меня тоже сделал сегодня счастливым. Минхо укрыл два обнажённых тела одеялом и прижал маленькое тело Хана к своему, поглаживая волосы младшего. Джисон прижался щекой к груди старшего, крепко обнимая его за плечи, словно боясь, что тот снова уйдёт.        ☀️☀️☀️☀️ — Блять, вставайте, две голые задницы! — Хенджин возмущённо стоял у двери, глядя на Минхо и Джисона. — Да чего ты раскричался с утра пораньше? — сонно прохрипел Джисон, приподнимаясь с Минхо, но тот крепко обнимал его, не позволяя уйти. — Не слушай его, давай ещё поспим, — прошептал Минхо, поглаживая спину младшего. — Я вам сейчас дам «ещё поспим»! — Хенджин шлёпнул по голой заднице Джисона, торчащей из-под одеяла. — Хёнджин, какого чёрта? — дёрнулся Хан. — Конечно, вы же потрахались в моей комнате, вам хорошо, — возмущённо ответил брюнет, садясь на край кровати. — Так почему вы не пошли в другую комнату? — Я тоже хотел спросить, какого чёрта там лежит голый Чонин с другом Минхо! — Чего? Джисон и Минхо выпучили глаза друг на друга и через мгновение соскочили с кровати, натягивая разбросанную по комнате одежду. — Вот-вот. Знаете, как я испугался, увидев эту картину! — наигранно крикнул Хёнджин, сдерживая смех, наблюдая, как два парня в спешке, как попало, натягивают трусы и футболки. Минхо выбежал из комнаты, направляясь в ту самую. — Э-э, а подожди меня! — крикнул вслед Джисон, спотыкаясь на каждом шагу, натягивая футболку. Открыв дверь, взгляд упал на двух голых спящих парней, обнимающихся друг с другом. — Вот это доброе утро... — прошептал Минхо. — Бан Чан, какого хрена? Пара медленно приоткрыла глаза от крика, доносящегося из двери. Разглядев двоих удивлённых и одного смеющегося парней, Чонин резко соскочил, а Бан Чан лениво привстал на локти и раздражённо выдохнул, почувствовав резкий холод на теле, которое согревал Чонин. — А-а, ребята... — попытался оправдаться Чонин, но Хенджин перебил: — Спрячьте свои члены и спускайтесь на завтрак. — Посмеявшись, брюнет шлёпнул по заднице до сих пор стоящих в ступоре Джисона и Минхо. — Мои сладкие, я вас тоже жду, — промурлыкал Хенджин и спустился вниз. Из кухни струился сладкий аромат свежей выпечки и терпкий запах сваренного кофе. Яркое утро осветило кухню, заливая её солнечным светом. На столе уже стояли дымящиеся кружки горячего кофе, ароматные горячие блины, покрытые тонкими каплями топлёного масла. Рядом с плитой хлопотал Феликс в фартуке и с собранными на затылке волосами, ловко управляясь со сковородкой и жаря последние блины. Трое парней спустились вниз, оглядывая завтрак, который приготовил им друг, пока двое последних тоже заняли места за столом. Четверо парней облизывались, рассматривая стол, накрытый Феликсом. — Я хочу тебя съесть вместо завтрака, — прохрипел Хенджин, подкрадываясь сзади к Феликсу и помогая ему снять фартук. — Да прекрати ты, — хихикнул блондин, чувствуя, как Хенджин уткнулся носом в его шею, вдыхая аромат. — Сладкий... — прошептал брюнет, втягивая в себя мочку уха. Феликс прикусил губу, сдерживая стон, чувствуя, как длинные пальцы Хёнджина сжимают его талию. — Эй, ну давайте не сейчас! — возмущённо крикнул Джисон, наблюдая, как те словно уже готовы заняться тем, чем не смогли этой ночью. — Теперь ваша очередь смотреть на нас, — лениво отстранился Хёнджин, поворачиваясь к ребятам за столом. — Я вообще не планировал этой ночью слушать ваши стоны. — Выдохнув, он сел за стол. — Я знал, что если Хан и Минхо помирятся, то чего ждать от них, но Чонин... что устроил ты? — возмущённо покачал головой, засовывая блин в рот. — Ну... просто... — вздрогнул Чонин, почувствовав, как чужая рука взяла его в свою. — Мы теперь вместе, — положив две руки на стол, уверенно ответил Бан Чан. На кухне на миг повисла тишина, прерываемая кашлем подавившегося кофе Джисона. — Вот это доброе утречко... — прошептал Хёнджин, уронив блин изо рта.