Выбери меня

Утром просыпаюсь в пять часов и никак не могу уснуть. В конце концов беру телефон, включаю сеть и проверяю сообщения.  Хисын:       - Пижама огонь)        Я снова открываю фото, которое отправила Ли, и да, точно, там видно рукав пижамы, а на нем маленькие Винни Пухи.       Когда мы с Эри доходим до школы, мое напряжение достигает пика. Она что-то мне говорит, но я почти не вникаю, отвечаю невпопад, молчу и ожесточенно верчу головой. Где он? Не знаю, зачем мне видеть Хисына и что я хочу прочитать на его лице, но я чувствую себя как на иголках. Мне точно необходимо его увидеть. Рассказал ли он все Джэюну? Может быть, просто воспользовался моей наивностью на выходных, чтобы закрыть долги по учебе, а потом просто посмеялся надо мной вместе с другом. Разозлился ли он на последнюю фотографию? Или посчитал забавной и спустил мне с рук? – Хаюн! – А? – Ты куда сегодня отлетела? – Никуда, – я переобуваюсь в любимые старые кеды, пока Эри надевает стильные туфли. – Выглядишь так, как будто тебя похитили инопланетяне и забыли вернуть. – Очень смешно. – Да я не шучу, у тебя реально такой вид.      Она косится на мою обувь, а я бурчу: – Это кеды, они должны быть убитыми.      Мы выходим из класса с нашими шкафами, доходим до лестницы, когда я начинаю обшаривать карманы брюк и говорю: – Черт, забыла телефон в куртке, встретимся в кабинете. – Как скажешь.      Я бегу обратно в класс, потому что скоро уже должен быть звонок, хватаю телефон из кармана. Так же быстро возвращаюсь, на ходу проверяя сообщения. Ничего. – Ай! – с размаху влетаю носом в чью-то широкую грудь. – Нет, правда, тебе стоит хотя бы попробовать ходить с открытыми глазами. Конечно, это Хисын. – Извини. – Не проблема, Винни, – он смотрит на меня, продолжая стоять в дверях.      Я снова чувствую себя практически немой. Отвечать ему в переписке гораздо проще, а вот открыть рот, стоя напротив, просто физически тяжело. Ну, по крайней мере, кажется, он не злится на фотографию.      Я потираю нос. Конечно, ударилась я не так уж сильно, но у Ли какой-то парфюм, который сбивает меня с толку. Пахнет тепло и терпко.      Не контролируя себя, выпаливаю: – Ты же знаешь, что ты козел? – Солнышко, я в курсе. Но я не знал, что ты такая дерзкая, как показали твои сообщения. Это даже интересно.      Он улыбается только одним уголком губ, глаза смотрят все так же колюче, но с примесью чего-то нового. Похоже, ему действительно интересно. Отлично, Хаюн. Теперь кот не просто сожрет птичку, а будет играться, прижимая лапой и проверяя, сколько она протянет. – Хисын, дай ключи, свои забыла! – тонкая ручка бесцеремонно хватает парня за плечо и разворачивает к себе, – ой, а что это ты тут делаешь?      Девушка смотрит на меня такими же колючими глазами, и ее губы растягиваются в улыбке. – Держи, – он протягивает ей ключи, просунув указательный палец в кольцо. – Кто это? – Не твое дело, Минджон, – тут Ли сжимает ключи в кулаке, – прогуливать собралась?      Она кривится и передразнивает: – Не твое дело, Хисын.      Я стою истуканом и молча наблюдаю за ними. Кажется, это его сестра. Младше меня на класс, всегда одета с иголочки, волосы идеально вытянуты утюжком и блестящей золотистой волной следуют за хозяйкой. Просто оживший персонаж из сказок.      Хисын отдает сестре ключи, но она не торопится уходить. Стоит и буквально ощупывает меня взглядом.      И когда звенит звонок, я отмираю, отодвигаю Ли и проскальзываю в дверной проем. С колотящимся сердцем бегу к лестнице. Ну почему Джэюн дружит с ним?      На уроках я присутствую только физически. Отмалчиваюсь, ничего не записываю, постоянно себя контролирую, чтобы ничего не рисовать. В итоге на полях во всех тетрадях вывожу квадраты. Так жирно прочерчиваю линии, что почти разрываю страницы. В какой-то момент Эри касается моей руки: – Юн? Ты в порядке? – Угу, – мычу я.      Почему я не рассказываю ей про шантаж Хисына? Не знаю. Просто не могу вытолкнуть из себя слова. Не могу избавиться от гнетущего ощущения. Что-то между нами не так. Не знаю. Может быть, это со мной что-то не так. Чувствую себя так, будто сижу в глубокой бочке.       Когда на большой перемене Эри затаскивает меня в столовую, я сажусь за стол с кружкой чая и кошусь в угол, где всегда сидят Джэюн и Хисын. Ли рассказывает какую-то историю, отыгрывая каждую фразу мимикой под гогот одноклассников. Там же сидит Ким Чэвон с подружками и аж повизгивает от смеха. Я хмуро смотрю на нее. Не секрет, что подавляющее большинство девчонок нашей школы влюблены в Джэюна. Остальные, вероятно, в Хисына. Я часто видела Чэвон с ребятами, но теперь практически уверена, что она в команде Ли, так сказать. Она взвизгивает очередной раз, и я морщусь. – Как гиена, – говорит Эри, глядя в тот же угол. – Угу. – Как звали самую придурковатую из «Короля льва»? Эд? – Ага.      Эри бросает на меня быстрый взгляд, вздыхает и склоняется над тарелкой фруктового салата.      Хисын сидит на столе, поставив ноги на лавку. Улыбается и фыркает от смеха вместе со всеми. Как будто не хочет смеяться, но не выдерживает. В такт его движениям в ухе болтается серебряная сережка с подвеской-крестиком. Не знала, что Сатана может носить такие украшения, ему должно быть больно.      Внезапно парень поворачивается и смотрит прямо мне в глаза. Улыбается снова только одним уголком губ и подмигивает. Я отворачиваюсь. Хоть бы этот крест прожег ему ухо!      Весь день Эри пытается меня развеселить, и, когда после уроков мы идем домой, а я по пути пинаю камни, она хватает меня за локоть и говорит: – Ну все, хватит. Я немного утомилась быть клоуном. – В смысле? – В коромысле, Юн. Я же вижу, что-то случилось. Весь день перед тобой выплясываю, ты мне и двух слов не сказала. – Я не просила передо мной выплясывать, – огрызаюсь я и подпинываю очередной камень.      В кармане вибрирует телефон, и я нехотя достаю его. Если Эри сейчас со мной, значит это сто процентов мой новый друг. Да, это он.      Эри подлетает ко мне и выхватывает телефон из рук. – Эй Ты что делаешь?! – кричу я. – Я вижу, что ты расстроена. Если ты не хочешь рассказывать, я все узнаю сама. Ты меня вынуждаешь! Ли Хисын? Вы переписываетесь? Юн, он тебе нравится?      Она почему-то приходит в полный восторг и по своему обыкновению орет на всю улицу.      Это злит меня еще сильнее. Я отбираю телефон и говорю: – Да! Я от него в восторге. Мой новый лучший друг. Взамен тебя. – Если он тебе нравится, это же замечательно! – С чего вдруг? Ты только недавно называла его отморозком.      Эри смущается: – Любое чувство – это прекрасно, знаешь ли. Просто со стороны он не кажется, ну, дружелюбным.      Не выдержав, я смеюсь: – Эта деликатность тебе не к лицу, лучше и дальше зови его отморозком. – Ну вот, это моя Юн вернулась! – Эри обнимает меня, – так что, этот отморозок тебе нравится? – Нет, мы просто общаемся. На тему современной музыки.      Дальше мы идем под руку, но скоро ко мне возвращается знакомое беспокойство. Наверное, надо просто рассказать обо всем Эри, и она придумает, что можно сделать. Но я молчу. На губах будто печать, а я снова потираю нос, вспоминая терпкий аромат парфюма.