Любовь, голуби и фанфики 🎞🎬📽

Свет софитов в павильоне «Animals» был слишком ярким, почти стерильным, как в операционной. Я сидела на складном стуле с надписью «Сценарист», вцепившись в свой многострадальный ноутбук. Вокруг суетились осветители, гримеры и ассистенты, но для меня мир сузился до одной точки: центральной декорации, имитирующей заброшенное депо. — Автор-ним, вы опять побледнели, — раздался за спиной голос Ли Дон Ука. Я вздрогнула. Он уже был в образе Мун Джо: белоснежная рубашка, закатанные рукава, на которых виднелись пятна бутафорской крови, и этот взгляд — пустой, холодный, изучающий. Он не шел, он медленно сокращал дистанцию, словно хищник, который уже наметил жертву, но хочет еще немного поиграть. — Я просто… не ожидала, что декорации будут такими реалистичными, — пробормотала я, стараясь не смотреть на стоматологические инструменты, разложенные на столике в кадре. — В моем фике это выглядело менее… осязаемо. — В твоем фике, — Дон Ук наклонился к самому моему уху, и я почувствовала знакомый запах его парфюма, который теперь казался мне запахом надвигающейся катастрофы, — Мун Джо был слишком мягким. Ты дала ему чувства. Ты заставила его сомневаться перед тем, как нажать на курок. Мы здесь, чтобы исправить эту ошибку. Он выпрямился и щелкнул пальцами. К нам подошла Чеён. На ней была порванная в нужных местах майка, на скуле — мастерски наложенный грим в виде ссадины, а руки были плотно замотаны боксерскими бинтами. Она выглядела как падший ангел, который только что прошел через двенадцать раундов в аду. — Эй, не пугай нашего автора! — Чеён легонько пихнула Дон Ука локетм и подмигнула мне. — Она и так нас боится после той погони у реки Хан. Автор-ним, вы видели сценарий драки? Я добавила туда пару финтов от Лисы. Если я реально выбью ему зубы, вы же напишете, что это было ради искусства? — Если ты выбьешь мне зубы, Розэ, — Дон Ук хищно улыбнулся, обнажая свои идеальные резцы, — автору придется писать главу, где я вставляю себе золотые челюсти и становлюсь королем гетто. Вы этого хотите? — Это будет бестселлер! — хохотнула Чеён. — По местам! — рявкнул режиссер. Я замерла. Началась магия. Камеры поплыли по рельсам, свет приглушили до тревожного синего полумрака. В центре кадра стоял Мун Джо. Он медленно обходил Чеён, которая была привязана к стулу — точь-в-точь как в моей десятой главе. — «Ты думала, что свобода — это выбор, Чеён-а?» — его голос зазвучал в тишине павильона, и у меня по спине пробежал ледяной пот. Это был не Дон Ук. Это был Мун Джо. Тот самый маньяк, которого я породила в своих бессонных ночах. — «Но здесь выбор делаю я. Ты — моя лучшая работа. Мой идеальный трофей». Он протянул руку и медленно, кончиками пальцев, провел по ее шее. В мониторе режиссера это выглядело настолько интимно и жутко, что я перестала дышать. — «Я не трофей, Мун Джо», — прошептала Чеён, и в ее голосе не было страха. Только ярость. — «Я — твоя ошибка». — СТОП! СНЯТО! — крикнул режиссер. — Идеально! Перерыв десять минут, переставляем свет для сцены освобождения! Дон Ук тут же отстранился, его лицо мгновенно стало расслабленным, но взгляд… взгляд все еще оставался «тем самым». Он подошел к моему столику и без спроса взял мой латте. — Автор-ним, — он сделал глоток и прищурился. — В сценарии написано, что в этот момент Чеён должна плюнуть мне в лицо. Но я думаю… Мун Джо заслуживает чего-то более… тактильного. Как насчет того, чтобы она укусила меня за палец, когда я буду проверять ее «улыбку»? Я лихорадочно застучала по клавишам. — Пишу… «Она впилась зубами в его ладонь, чувствуя вкус его власти и своей свободы»… Так пойдет? — Грубо. Мне нравится, — Дон Ук кивнул. В этот момент двери павильона распахнулись, и внутрь ворвался шум. — ГДЕ ЭТА ЖЕНЩИНА?! ГДЕ НАШ СЦЕНАРИСТ?! Чонгук и Тэхён, одетые в одинаковые кожаные куртки, проигнорировали охрану и направились прямиком к нам. Чонгук размахивал свежей распечаткой сценария «Animals». — Мы прочитали каст-лист! — выпалил Чонгук, тяжело дыша. — Почему в сцене «Большого взрыва в депо» мы играем… полицейских на заднем плане?! Почему мы просто стоим и смотрим в бинокли?! Я могу сделать сальто назад! Я могу влететь в окно на тросе! — А я? — Тэхён трагично поправил челку. — Мой персонаж даже не имеет слов! Он просто кивает Намджуну! Автор-ним, это же преступление против эстетики! Мы требуем роль «спецагентов под прикрытием», которые спасают Розэ в последний момент! Дон Ук медленно поднялся со стула, возвышаясь над Вигуками. — Спасают? — переспросил он с опасной вежливостью. — Мальчики, вы ошиблись дверью. В этом фильме Розэ спасает себя сама, а я… я наслаждаюсь процессом. Если вы хотите «сальто назад», идите в соседний павильон, там снимают рекламу газировки. — Оппа, ну не будь таким занудой! — Чеён подошла к ним и приобняла Чонгука. — Автор-ним, а давайте реально добавим их? Пусть они будут официантами в финальной сцене в ресторане, где я праздную свою победу. И пусть они… ну не знаю… случайно прольют на Мун Джо вино! Глаза Дон Ука сузились. — Вино? На мою белую рубашку? За которую костюмеры трясутся больше, чем за свои жизни? Я почувствовала, что назревает новый раунд погони. Мои пальцы сами собой начали печатать новую сцену: «Глава 12. Хаос на съемочной площадке. Пока Мун Джо готовится к финальному удару, два безумных спецагента решают, что их время пришло. Они не знают, что автор уже готовит для них клетку…» — Так, все! — я захлопнула ноутбук и встала. — Если вы сейчас не разойдетесь по местам, я напишу главу, где Мун Джо ловит вас обоих и заставляет… — я сделала паузу, подыскивая самое страшное наказание для айдолов, — …заставляет вас чистить картошку в депо три часа без перерыва и без макияжа! В павильоне воцарилась тишина. Чонгук побледнел. Тэхён прикрыл лицо руками. — Без макияжа? — прошептал Тэхён. — Это жестоко, автор-ним. Это уже не искусство. Это военное преступление. — Тогда в кадр! — скомандовала я, чувствуя себя настоящим режиссером этой безумной реальности. — Дон Ук-ши, готовьтесь к укусу. Чеён, разогревай «двоечку». Вигуки… вы будете играть трупы в следующей сцене. Очень красивые, эстетичные трупы. — Трупы? — Чонгук просиял. — О, я могу так лечь, что все АРМИ будут рыдать! Тэ, пошли выбирать самую драматичную позу! Они убежали к декорациям, а Дон Ук посмотрел на меня с нескрываемым уважением. — А ты растешь, — сказал он, возвращая мне пустой стакан из-под латте. — Но помни: сцена с зубами должна быть идеальной. Потому что если мне будет не больно в кадре… я приду за тобой в следующую главу. И на этот раз метро тебе не поможет. Он ушел на позицию, а я открыла ворд. Перед моими глазами уже стоял финал. «Мун Джо лежал среди обломков, чувствуя, как его мир рушится вместе с выбитыми зубами. Розэ стояла над ним, тяжело дыша, и в ее глазах он видел свое отражение — такое же дикое, такое же свободное. Автор за монитором улыбнулась. Она знала: настоящая игра только начинается». Смена длилась уже четырнадцатый час. Павильон заполнился тяжелым запахом пыли, остывшего кофе и того самого напряжения, которое бывает только на съемках психологических триллеров. Техники работали на автопилоте, но в центре площадки, под прицелом линз, воздух буквально вибрировал. Дон Ук и Чеён сидели в углу декорации «депо», пока осветители выставляли свет для самой интимной и жуткой сцены фильма — момента, когда Мун Джо впервые проявляет не ярость, а пугающую «заботу» о своей жертве. — Ты дрожишь, — негромко произнес Дон Ук, не выходя из образа. Его рука, все еще в бутафорской крови, легла на плечо Чеён. — Это от холода, оппа, — ответила она, но глаза выдавали её. Это был тот самый момент, когда "роман на площадке '"начинает прорастать сквозь текст. Они проводили вместе по 16 часов в сутки. Они репетировали сцены в фургонах, обсуждали мотивацию героев за ночным рамёном и постепенно начали перенимать привычки друг друга. Чеён стала чаще прищуриваться, как Мун Джо, а Дон Ук начал неосознанно поправлять ей волосы, когда она не видела. — Внимание! Репетиция по точкам! — крикнул режиссер. Я придвинулась ближе к монитору, чувствуя, как внутри всё сжимается. В этой сцене Мун Джо должен был обработать рану Чеён. По сценарию — холодный расчет маньяка. Но то, что я видела на экране, выходило за рамки моего фика. — Камера! Мотор! Начали! Дон Ук опустился на колени перед привязанной к стулу Чеён. Он достал бинт. Его движения были медленными, почти благоговейными. Он обхватил её лодыжку своей ладонью, и я увидела, как у Чеён сбилось дыхание. Это не было прописано в сценарии. Она должна была ненавидеть его в этот момент, но в её взгляде читалось нечто иное — опасное притяжение к своему палачу. — «Почему ты не кричишь, Чеён-а?» — прошептал Дон Ук, затягивая бинт чуть сильнее, чем нужно. — «Тебе ведь нравится эта боль. Она делает тебя живой». Чеён наклонилась к нему, её лицо оказалось в сантиметрах от его. — «Мне нравится смотреть, как ты тратишь на меня своё время, Мун Джо. Ты ведь мог меня убить еще в первую ночь. Но ты здесь. На коленях». В павильоне стало так тихо, что было слышно, как гудит охладитель камеры. Это было оно. **Эмоциональное сближение**, о котором предупреждал первый троп. Их экранная химия начала отравлять их настоящую жизнь. — СТОП! — Режиссер выглядел ошарашенным. — Это было… мощно. Перерыв на ужин! Дон Ук не сразу отпустил ногу Чеён. Он задержал руку еще на пару секунд, глядя ей прямо в глаза, а потом резко встал и, не сказав ни слова, направился к выходу. Чеён осталась сидеть на стуле, тяжело дыша. Я подошла к ней, протягивая бутылку воды. — Ты в порядке? Выглядело так, будто вы сейчас… ну, не знаю, или поубиваете друг друга, или поцелуетесь. Чеён взяла воду, её пальцы слегка подрагивали. — Знаешь, автор-ним… иногда я забываю, что это декорации. Когда он смотрит на меня так… мне кажется, что Мун Джо — это и есть настоящий Дон Ук. А потом я вижу, как он улыбается тебе за кадром, и мне становится… — она замолчала, подбирая слово. — Ревностно? — подсказала я. Чеён горько усмехнулась. — Глупо, правда? Это всего лишь проект. Но эти ночные смены… они меняют восприятие. В буфете нас ждал новый сюрприз. Чонгук и Тэхён, которые теперь официально числились «самыми красивыми трупами в истории кино», оккупировали стол с закусками. — О, а вот и наши главные герои! — прожевывая кимбап, воскликнул Чонгук. — Мы тут видели ваш дубль на мониторе. Ребят, вы или реально встречаетесь, или вам нужно выдать по два Оскара прямо сейчас. Тэ даже плакал. — Я не плакал! — возмутился Тэхён, вытирая глаза салфеткой. — У меня просто аллергия на… на талант! Автор-ним, ты видела, как он на неё смотрел? Это же чистое «Я тебя съем, но сначала куплю тебе кольцо». Дон Ук, зашедший в буфет следом за нами, услышал это и замер у двери. Его лицо снова стало непроницаемым, но я заметила, как он сжал кулаки. — Вигуки, — произнес он своим низким голосом, — если вы еще раз прокомментируете мою актерскую игру, я попрошу автора переписать вашу сцену. Вы не просто будете трупами. Вы будете трупами, которые Мун Джо закопал в очень глубокой и очень грязной яме. Живьем. — Поняли, уходим! — Чонгук схватил тарелку с едой и потащил Тэхёна к выходу. — Тэ, бежим, у него сейчас глаза красным загорятся! Когда они скрылись, Дон Ук подошел к нашему столу и сел напротив Чеён. Между ними снова возникло то самое электричество. — Нам нужно обсудить финал в ресторане, — сказал он, обращаясь ко мне, но не сводя глаз с Чеён. — Я хочу, чтобы в этот момент Розэ не просто праздновала победу. Я хочу, чтобы она чувствовала пустоту. Потому что, убив Мун Джо, она убила часть себя. Ту часть, которая его любила. Я замерла с вилкой в руке. — Но в моем фике она просто отбивает ему зубы и уходит в закат… — Твой фик был сном фанатки, — отрезал Дон Ук, и его голос смягчился. — А это — наша жизнь. И в нашей жизни всё гораздо сложнее. Чеён, ты согласна? Чеён медленно кивнула, накрыв своей ладонью его руку на столе. — Да. Пусть она поймет, что свобода без него — это просто другая клетка. Я смотрела на их переплетенные пальцы и понимала: «роман на площадке»официально перестал быть просто слухом. Мои персонажи ожили настолько, что начали диктовать мне свои правила. — Ну всё, — я вздохнула и открыла ноутбук. — Пишу. Глава 13. «Смертельный поцелуй в депо». Но учтите: если вы реально начнете встречаться, я потребую процент с ваших свадебных фото! Дон Ук хитро улыбнулся, и в этой улыбке уже не было ничего от маньяка. — Пиши, дочка. А про свадьбу… спроси у Чеён. Кажется, она уже присматривает белое платье в перерывах между драками. Чеён покраснела и бросила в него салфеткой, а я начала печатать, чувствуя, как реальность окончательно проигрывает этому безумному сюжету. *** Пресс-конференция, посвященная завершению съемок Animals, должна была стать триумфом, а превратилась в поле боя. Зал забили до отказа: вспышки камер слепили так, что глаза начинали болеть уже через пять минут. Я сидела в первом ряду, сжимая в руках блокнот, и чувствовала, как в воздухе сгущается гроза. Дон Ук сидел в центре стола, безупречный, в черном костюме, который сидел на нем как влитой. Рядом — Чеён в элегантном платье, расшитом мелкими камнями. Они вели себя профессионально, отвечали на вопросы о сложности ролей, о том, как трудно было играть сцену в депо. Но журналисты — народ дотошный. Они пришли не за искусством, а за кровью. Все началось, когда репортер из крупного издания поднял руку и, дождавшись микрофона, прищурился. — Господин Ли Дон Ук, госпожа Пак Чеён, — начал он вкрадчиво. — Поклонники заметили одну странную деталь на последних кадрах со съемочной площадки и сегодня на этой встрече. На ваших безымянных пальцах... это ведь кольца из одной коллекции? Или это просто случайное совпадение реквизита, которое вы решили забрать домой? В зале повисла такая тишина, что было слышно, как работает кондиционер. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. В моем плане этого не было. Я не прописывала им одинаковые кольца. Это была их личная импровизация в реальности. Дон Ук даже не вздрогнул. Он медленно положил руку на стол, демонстрируя простое платиновое кольцо, которое тускло блеснуло в свете софитов. Чеён невольно коснулась своего украшения, и этот жест выдал её с головой. — Мы очень сблизились за время работы над этим сложным проектом, — начал Дон Ук своим фирменным низким голосом, от которого у половины зала перехватило дыхание. — Эмоциональные сцены требуют доверия. А что касается колец... Знаете, когда проводишь в депо по двадцать часов в сутки, пытаясь не убить друг друга по сценарию, хочется оставить себе какое-то напоминание о том, что мы все-таки люди, а не монстры. — Значит, вы подтверждаете свои отношения? — выкрикнули из глубины зала. Чеён перехватила микрофон. Её голос слегка дрожал, но она держалась стойко. — Мы здесь, чтобы обсуждать фильм Animals. Мой персонаж прошел через ад, чтобы обрести свободу. И если в реальной жизни я нашла поддержку в лице своего коллеги, разве это должно быть поводом для скандала? В этот момент двери в конце зала распахнулись с грохотом. На пороге стоял менеджер агентства с лицом человека, у которого только что сгорел дом. За его спиной маячили Чонгук и Тэхён, которые, видимо, решили, что без них шоу будет неполным. — Это катастрофа! — прошептал мне на ухо ассистент режиссера. — Акции агентства поползли вниз, фанаты в сети уже делятся на два лагеря. Одни шлют проклятия, другие — свадебные торты. Дон Ук встал. Он посмотрел прямо в камеру центрального телеканала, и в этом взгляде снова промелькнул Мун Джо. Тот самый хищник, который не боится никого. — Вы хотели скандала? — спросил он, и в зале снова стало тихо. — Вы его получили. Но помните: за каждым кадром, который вы увидите в кино, стоят реальные чувства. Мы не просто играли Animals. Мы ими стали. Он взял Чеён за руку, переплел свои пальцы с её — прямо там, перед сотней объективов — и повел её к выходу, игнорируя крики прессы. Я смотрела им в след и лихорадочно строчила в блокноте: Глава 14. Когда маски сброшены. Но на выходе меня перехватили Вигуки. Чонгук выглядел так, будто он сам этот скандал и спланировал. — Автор-ним! — прошипел он, хватая меня за локоть. — Ты видела? Они реально это сделали! Теперь нам точно нужно переписывать ту главу про Париж. Нам нужен экшн, нам нужно что-то более громкое, чтобы переплюнуть этих голубков! Тэхён кивнул, поправляя свои солнечные очки. — Напиши, что мы спасаем их от разъяренной толпы папарацци на вертолете. Это будет эпично. Я посмотрела на них, потом на закрывающиеся двери, за которыми скрылись Дон Ук и Чеён, и поняла одну вещь. Роман на площадке — это не просто троп. Это вирус, который заражает всех вокруг, и я, кажется, нулевой пациент. — Вертолет? — переспросила я. — Ладно. Но только если Намджун будет пилотом. — Идет! — хором ответили парни. Я вышла на улицу, где уже собирались толпы фанатов с плакатами. Реальность окончательно смешалась с моим текстом, и теперь мне предстояло решить: защитить своих героев от этого безумия или подлить масла в огонь в следующей главе. Лиса выглядела так, будто она только что сошла с ринга: взгляд колючий, на плече — спортивная сумка, а в руках телефон, на котором открыт график падения акций агентства. ​— Ну что, автор-ним, — Лиса сделала шаг ко мне, и я невольно вжалась в стену. — Твой «роман на площадке» только что обрушил серверы Dispatch. Чеён сейчас в истерике, Дон Ук включает режим мафии в реальности, а Чонгук... Гук-и, ты зачем ей посоветовал добавить вертолет? ​Чонгук виновато шмыгнул носом и приобнял Лису за талию, пытаясь умилостивить её своей фирменной улыбкой кролика. — Лис, ну это же драйв! Посмотри, как это выглядит в тексте! Мы там спасатели! ​— Спасатели? — Дженни, стоявшая рядом с Тэхёном, поправила свои солнечные очки и иронично изогнула бровь. Она выглядела безупречно даже в этой суматохе. — Тэ, ты мне обещал, что этот проект будет спокойным. А теперь я читаю, что вы с Чонгуком — «эстетичные трупы», а Дон Ук и Розэ носят парные кольца и собираются пожениться в депо. Ты хоть понимаешь, что завтра фанаты придут под наши окна с плакатами «Где правда?» ​Тэхён притянул Дженни к себе, нежно поглаживая её по плечу. — Детка, это всё ради искусства. Автор просто очень талантливо описывает наши сны. Помнишь, как ты мне рассказывала, что видела нас в Париже? Вот она это и записала. ​Я смотрела на эти две пары и понимала, что мой маленький мир фанфиков превратился в глобальную сеть интриг. Лиса и Чонгук — взрывная смесь спорта и драйва, Тэхён и Дженни — чистый люкс и грация. И посреди этого хаоса — Дон Ук с Чеён, которые только что подожгли индустрию своим признанием. ​— Так, слушайте меня все, — я открыла ноутбук прямо на весу. — Если мы не хотим, чтобы завтра нас всех депортировали из страны за нарушение общественного порядка, нам нужен новый план. Лиса, ты в Play with Fire учишь Чеён самообороне. Дженни, ты будешь тем самым «теневым боссом», который разрулит ситуацию с акциями через свои связи. ​Дженни заинтересованно прищурилась. — Теневой босс? Мне нравится. Это лучше, чем просто ждать Тэ со съемок. ​— А я? — Лиса ударила кулаком в ладонь. — Я хочу сцену, где я врываюсь в офис Dispatch и заставляю их удалить все фотографии колец, пока Чонгук отвлекает охрану своим сальто. ​— Сделаем! — я начала быстро печатать. — Глава 15. Групповой побег. ​В этот момент мой телефон завибрировал. Сообщение от Дон Ука: «Мы в убежище. Чеён плачет, но говорит, что кольцо не снимет. Привези нам рамён и свой ноутбук. Нам нужно переписать сцену свадьбы — теперь она должна быть настоящей, чтобы прессе не к чему было придраться». ​Я подняла глаза на ребят. — Режим «Animals» активирован в реальной жизни. Лиса, Дженни, по коням. Нам нужно вытащить этих двоих из осады, пока фанаты не нашли их по геолокации. ​Чонгук схватил ключи от своего кабриолета. — Я за руль! Лиса, навигация на тебе. Тэ, Дженни — вы прикрываете тыл на своей машине. Автор-ним, садись назад и пиши! Пиши так, чтобы завтра утром весь мир поверил, что этот скандал — величайшая история любви, а не ошибка продюсеров! ​Мы выбежали на подземную парковку. Визг шин эхом разнесся по бетону. Я сидела на заднем сиденье, ноутбук прыгал на коленях, но пальцы летали по клавишам. ​«...Они не были просто звездами. Они были командой, которая решила бросить вызов системе. Пока Мун Джо сжимал руку своей Розэ в темной квартире, четыре тени уже скользили по ночному Сеулу, готовые разнести в щепки любой компромат. Лиса проверяла бинты, Дженни отдавала приказы по телефону, а автор... автор просто фиксировала историю, которая больше не принадлежала бумаге». ​— Быстрее! — крикнула Лиса, когда мы пролетали мимо патрульной машины. — Если мы не успеем до полуночи, Дон Ук реально сам выйдет к прессе и объявит войну всему миру! ​Я нажала «Опубликовать». Уведомление разлетелось по миллионам телефонов. Битва за репутацию началась, и на этот раз у меня в союзниках были самые опасные пары Кореи. Операция получила кодовое название «Королевский гамбит», хотя Лиса, поправляя косуху, ворчала, что «Месть в стиле Blackpink» звучало бы куда эффектнее. Мы неслись по тоннелю, и свет желтых ламп ритмично разрезал салон кабриолета. Чонгук вцепился в руль с тем самым выражением лица, которое у него бывает перед финальным прыжком на сцене — смесь абсолютной концентрации и мальчишеского азарта. — План такой, — Лиса развернула планшет, на котором светилась карта города с красными точками. — Папарацци обложили дом Дон Ука со всех сторон. Там сейчас не протолкнуться. Дженни и Тэ уже на подходе к черному входу, они создадут «световой шум». Дженни выйдет из машины первой, ослепит их своей харизмой, а Тэ начнет картинно возмущаться нарушением личного пространства. В этот момент мы выдергиваем наших влюбленных через подземный паркинг. — А я? — спросила я, пытаясь удержать ноутбук, который подпрыгивал на каждом повороте. — А ты, автор-ним, пишешь пост в реальном времени, — Чонгук бросил на меня быстрый взгляд через зеркало. — Сделай так, чтобы фанаты переключились на нас. Напиши, что мы с Лисой только что видели Мун Джо в другом конце города. Нам нужно дезориентировать толпу. Я открыла страницу своего блога. Пальцы летали по клавиатуре, сердце колотилось в такт мотору. «Срочно! Кто-нибудь видел белый кабриолет у реки Хан? Кажется, Ли Дон Ук решил устроить ночной заплыв, а Чонгук пытается его отговорить! Бегите туда, пока всё не закончилось!» Уведомление улетело в сеть. Через тридцать секунд количество просмотров перевалило за миллион. Мы видели, как встречные машины начали разворачиваться, поддавшись массовому психозу. — Работает! — крикнула Лиса, ударив по приборной панели. — Чонгук, газуй! Мы влетели на парковку жилого комплекса именно в тот момент, когда Дженни, величественно выйдя из своей машины, поправляла воротник пальто под прицелом сотен вспышек. Она выглядела как королева, которой надоели назойливые подданные. Тэхён стоял рядом, картинно прикрывая её от камер, и эта сцена была настолько эстетичной, что половина репортеров забыла, зачем они сюда приехали. — Где они? — Лиса выскочила из машины, как только мы затормозили в тени колонн. Из лифта вышли двое. Дон Ук в надвинутой на глаза кепке крепко обнимал Чеён за плечи. Она была в его огромном худи, маленькая и напуганная, но стоило ей увидеть нас, как на её лице появилась слабая улыбка. — Быстрее, внутрь! — скомандовал Чонгук. Дон Ук буквально забросил Чеён на заднее сиденье рядом со мной, а сам прыгнул вперед, вытесняя Лису на пассажирское кресло. — Автор-ним, — он обернулся ко мне, и его глаза в полумраке парковки блеснули тем самым опасным огоньком. — Ты написала про реку Хан? Гениально. Но теперь нам нужно место, где нас не найдут даже спутники. — Едем в загородный дом моей семьи, — предложила Дженни, которая внезапно появилась из темноты, ловко запрыгивая в свою машину вслед за Тэхёном. — Там глушилки связи и забор в три метра. Мы сорвались с места. Погоня за пределами города напоминала кадры из боевика. Два автомобиля неслись по ночному шоссе, а за ними, вдалеке, виднелись огни тех немногих папарацци, которые не купились на мой пост. Чеён прижалась ко мне, её ладонь была ледяной. — Спасибо, что не бросили нас, — прошептала она. — Я думала, что после того признания на конференции всё кончено. Что агентство нас уничтожит. — Уничтожит? — Дон Ук хмыкнул, не оборачиваясь. — Розэ, посмотри на автора. Она уже сделала нас героями сопротивления. В её последней главе мы не просто нарушители правил, мы — символы свободы. Теперь агентству выгоднее нас поддержать, чем топить. Я кивнула, продолжая печатать. «Глава 16. Убежище. Когда мир требует ответов, тишина становится самым громким заявлением. Мун Джо смотрел на свою розу и понимал: эта ночь изменит всё. Рядом с ними были те, кто знал цену славе и цену дружбы. Лиса сжимала кулаки, Дженни отдавала приказы, а Чонгук и Тэ были готовы перевернуть этот город ради одной улыбки своих близких». Через час мы были на месте. Огромное поместье, скрытое в сосновом лесу, встретило нас тишиной. Мы зашли в дом, и только здесь, в гостиной у камина, напряжение начало спадать. Дженни сразу пошла на кухню варить кофе, Тэхён начал проверять периметр, а Чонгук и Лиса рухнули на диван, тяжело дыша. Дон Ук помог Чеён снять куртку и усадил её поближе к огню. — Значит так, — Дон Ук взял мой ноутбук и поставил его на кофейный столик. — Теперь пишем финал. Не тот, что в сценарии «Animals», и не тот, что в твоем фикрайтерском сне. Пишем правду. — Правду? — я посмотрела на него в упор. — Да. Напиши, что Мун Джо не умер. Что он нашел способ выжить, измениться и защитить ту, ради которой он готов был сжечь этот мир. И добавь туда нас всех. Лису, которая учит её не сдаваться. Дженни, которая строит империю в тени. Вигуков, которые всегда прикроют спину. Чеён подошла к нему и положила голову на плечо. — И напиши про кольца. Что это не реквизит. Что это обещание. Я начала писать. Это были самые сложные и самые легкие слова в моей жизни. Слова текли по экрану, соединяя вымысел и реальность в один неразрывный узел. Я писала о том, как айдолы и актеры, которых весь мир считал недосягаемыми богами, сидели в одном доме, ели один рамён и боялись одного и того же — потерять право быть собой. — Автор-ним, — Чонгук подошел сзади и заглянул в экран. — А добавь там, что в следующей части мы с Лисой едем на мотоциклах по Европе. Я всегда об этом мечтал. — А нас в Париж! — крикнул Тэхён из другой комнаты. — Дженни уже выбрала отель! Я засмеялась, вытирая набежавшую слезу. — Будет вам и Париж, и мотоциклы. Но сначала — Хэппи-энд для «Animals». Дон Ук взял мою руку и слегка сжал её. — Ты молодец. Ты не просто узнала это во сне. Ты создала это. И теперь, когда мы все здесь, я обещаю: Мун Джо больше не будет преследовать тебя в кошмарах. Теперь он твой союзник. Я нажала кнопку «Опубликовать». Последняя точка была поставлена. За окном начинал брезжить рассвет, окрашивая сосны в розовый цвет. На моем телефоне разрывались уведомления: фанаты рыдали от счастья, агентство выпустило официальное заявление о поддержке пар, а мир, кажется, стал чуточку добрее. Мы сидели в тишине, глядя на огонь. Грань между автором и персонажами стерлась окончательно. Мы были просто людьми, которые пережили эту безумную ночь. — Знаешь, — прошептала Чеён, засыпая на плече Дон Ука. — Я бы не променяла этот скандал ни на один идеальный релиз. Дон Ук поцеловал её в макушку и посмотрел на меня. — Спи, автор-ним. Завтра нам нужно будет придумать, как объяснить это всё Лисе, когда она увидит главу про мотоциклы. Кажется, она планировала вертолет. Я закрыла ноутбук и откинулась на спинку кресла. Сон медленно накрывал меня, но на этот раз он был спокойным. Я знала: что бы я ни написала дальше, они справятся. Потому что реальность, которую мы создали вместе, оказалась намного сильнее любого фанфика. В камине догорали дрова, за окном пели птицы, и в этом доме, скрытом от всего мира, начиналась новая глава. Глава, в которой маски были сброшены, зубы на месте, а любовь... любовь была единственным сценарием, который не требовал правок.