Кончики Пальцев.

Лёша давно засматривался на одного парня. Конкретно - его лучший друг, ставший таким за два года. Ему нравится он, его движения, его склад ума. Витя учился на литературном курсе, желающим стать журналистом или хотя бы с тем, с кем можно связать письмо. Несмотря на постоянные уговоры родителей идти на ту работу, к которой у Виталия неприязнь. Алексей многое что знает о своём друге. Он не любит информатику, обожает запах корицы, не выносит сладкие пироженые. Листков любил его, глубоко не как просто лучшего друга. Он посвящал ему сладости, называл "упрямая корица" кексы, которые не очень сладкие, но с терпким кофе самое то. Искренне любил его, несмотря на огромный барьер в видео ориентации Вити. И сам Листков знал о его ориентации. Грамотин был ароэйс, его не привлекали ни девушки, ни парни, ни остальные гендеры. Он просто любил быть, существовать в мире и спокойствии. Лёша не знал, как завести своего друга. И в подворотню, и просто завести его. Спрашивал его о интересах, что он делает, рукоблудит ли он. Услышав ответ «я давно не маленький мальчик, чтобы рукоблудить.» Лёша покраснел от стыда. Ему хотелось закрыться на всё четыре стороны, дабы не идти в упор неловкости самой ситуации. Сам он, конечно, рукоблудил. Имея друга, с длинными, заплетенные обычно в слабый хвоста пепельного коричневого цвета, идеальные черты лица, бледные цвета глаз... Он был прекрасен, обычной внешности, но прекрасен. Лёша был готов упасть в колени друга, лишь бы умолять его о небольшой касании. Взяться за руки было бы достаточно. И это сбылось! «Вить... Возьми меня за руку, пожалуйста.» краснея, говорит Лёша, отводя взгляд. Виталий, немедля, взял его за руку, осматривая. «царапина.» бормочет бархатный голос Вити. «ах, да? » Витя почуял, как щеки горят, как сердце начинает биться чаще. «у меня в сумке есть пластыри. Цветные. Твой любимый цвет зелёный? Он тебе подходит... Да, прости, твой цвет глаз, но в нём ты выглядишь идеально.» улыбаясь, сказал Витя, обработав руку Лёши, накрыв царапину пластырем. Вокруг царапины были покраснения. Дальше они гуляли по парку, держась за руки. ... Это не любовь. Это Чёртова одержимость.