Чуть больше чем подружки

В четверг я проснулась вся в поту. Во рту пересохло. Мне хотелось открыть окно, но оно уже было распахнуто. Я пошла выпить холодной воды, но нашла только тёплую — она казалась почти кипятком и пилась с трудом. Катя, как обычно, досыпала свой дежурный час. Было видно, что спит она чутко: раз в минуту она начинала ворочаться, что-то бормотать, а потом снова затихала.Я решила проверить шкафы и наткнулась на вентилятор. В комнате как раз нашлась свободная розетка. Вентилятор заработал, и дышать стало немного легче, но прохлады всё равно не хватало. Тогда мне в голову пришла другая идея: взять холодную воду со льдом, залить их в грелку и сделать мини-холодильник. Я точно знала, что у Кати есть грелка, но не помнила, где именно, так что оставалось только ждать её пробуждения.Пока я собиралась, Катя проснулась. Я тут же изложила ей свой план, и мы отправились в магазин. Внутри нас встретила приятная прохлада, которая нежно ласкала лицо и шею. Мы сразу же направились к отделу с мороженым и набрали его так много, что каждой пришлось нести килограммов по пять. Продавщица смотрела на нас и наши покупки с таким шоком, будто едва сдерживала крик.Мы побросали мороженое в рюкзаки и пулей полетели домой. Как только поднялись на этаж, я принялась спешно перекладывать его в морозилку, отчего мои руки мгновенно заледенели. Катя в этот момент пошла доставать грелки (их оказалось целых четыре!) и наполнять их ледяной водой.Потом я нашла уплотнители и фиксаторы для трубок, и мы начали мастерить систему, которая циркулировала воду между грелками. Причём грелки должны были охлаждать не только нас, но и мороженое. Мы возились очень долго и в процессе поймали вайбы сериала «Во все тяжкие», поэтому и решили его включить. Когда-то давно мы его уже смотрели, но на какой именно серии остановились — хоть убей не помнили. Пришлось выяснять методом тыка.Сериал шёл, мы постепенно уничтожали запасы мороженого. И тут на экране начинается легендарный момент. Катя решила воспользоваться моментом: она достала голубиный пломбир и выдала: — Какого хрена он синий? Последний сливочный пломбир, который я ела, был от той же фирмы, поэтому я с самым серьёзным лицом подыграла: — Нам пришлось изменить химический процесс, но пломбир чистый. — А потом добавила: — Этот синий прёт как белый!Катя эффектно завершила сцену — надкусила пломбир и закричала: — А-а-а, прёт! Прёт! Синий, белый, да хоть розовый — тащи любой! Мы посмеялись над этим и продолжили просмотр. Нас не покидало ощущение постоянного подъёма Уолтера в плане варки и столь же стремительного падения в том, что касалось семьи и взаимоотношений. Что, впрочем, неудивительно, учитывая рамки, в которые его загоняло окружение. Пока мы смотрели серию за серией, даже не заметили, как постепенно остались в одном нижнем белье. Впрочем, это никого не смущало и ничему не мешало — нам было абсолютно не до «этого», уж слишком жарко. Наша система работала прекрасно. Мы даже специально переместились на пол, чтобы собирать весь холод снизу и эффективнее охлаждаться. Время от времени мы обсуждали сцены из сериала, рассуждали о героях, их мотивации, поступках и тонких деталях характера. Но в какой-то момент мы заметили, что температура снова поползла вверх. Решили включить вентиляторы — это немного помогло, но слабо. Тогда Катя пошла набрать свежей холодной воды. Я тем временем проверила стыки: протечек не было, так что дело и вправду было в том, что старая вода полностью прогрелась. Когда Катя вернулась, мы взяли воронку и залили воду в каждую грелку, которая в наших руках стала скорее «холоделкой». День тянулся медленно, но ближе к вечеру жара наконец спала, и мы, как обычно, решили отправиться на пробежку. Взяв с собой воды, мы пошли к старту. На улице было пусто. Мы шли и на ходу разминались. Я наметила себе дистанцию в 3,75 км, а Катя решила придерживаться своей привычной цели в 4 км.Мы побежали. В этот раз, по крайней мере мне, бежалось легче. Я идеально чувствовала своё тело: лёгкие, ноги, руки. Мне казалось, что я бегу гораздо техничнее, чем в предыдущие разы. После полутора километров стало тяжелее — лёгкие уже не так бодро качали воздух, но я старалась держать темп. Последние пятьсот метров дались очень тяжко: я буквально вколачивала стопы в грунт, из-за чего под конец они сильно разболелись.Преодолев свою дистанцию, я резко замедлилась. Идти быстро не получалось по двум причинам: лёгкие уже не тянули, а стопы отказывались держать. Я шагала, восстанавливая дыхание и терпя боль в ногах. В каком-то смысле это было даже к лучшему: уж лучше перетерпеть боль в мышцах, чем давать лишнюю нагрузку на сердце, если я сразу сяду на лавочку. Я медленно шла навстречу Кате, которая всё ещё бежала свою дистанцию. Мысленно я очень за неё болела — всё-таки ещё вчера её ноги, особенно икры, буквально горели от нагрузки. Минут через пять Катя закончила пробежку и направилась ко мне. Но тут мою ногу внезапно свело жуткой судорогой. Я едва удержалась, чтобы не упасть. Катя тут же подскочила, помогла мне добраться до лавочки и встревоженно спросила: — Ань, ногу сводит? Сильно? — Кать, я даже не знаю, смогу ли идти сама, — ответила я. — Левую ногу вообще нельзя напрячь, иначе всё, каюк. Катя на секунду задумалась и скомандовала: — Давай так: сейчас аккуратно приподнимись, опираясь на правую ногу, а я потащу тебя домой. — А ты точно меня донесёшь? — скептически поинтересовалась я. — Абсолютно уверена. Дотащу! — отрезала она. Спорить было бесполезно. Я осторожно поднялась, и Катя, слегка кряхтя, подхватила меня. Я старалась не шевелиться и не качаться, чтобы хоть как-то облегчить ей задачу. Катя держалась достойно до самого конца. Уже в лифте ей пришлось поставить меня на ноги — я была не против, тем более что боль к тому моменту немного утихла. Когда двери открылись, Катя вышла первой, а я поковыляла за ней. Эти несчастные двадцать метров до квартиры я преодолевала целую минуту, зато своим ходом. Едва мы переступили порог, Катя снова окружила меня заботой: — Слушай, Анечка, а ведь та система, которую мы соорудили, отлично охладит твои мышцы. Думаю, так станет полегче.Я согласилась. Всё ещё холодные грелки перекочевали мне под икры, и я наконец-то смогла расслабиться. Пока Катя собирала мою форму, чтобы закинуть её в стирку, я лежала на диване и отдыхала. А заодно «заказала» себе доставку мороженого прямо в руки: наш личный домашний курьер Катя сработала быстро, а главное — абсолютно бесплатно. Время было уже позднее, нужно было готовиться со сну и, следовательно, мыться. Я пошла в душ и наконец-то воспользовалась своим шампунем, по которому успела соскучиться. Мыться пришлось чуть тщательнее обычного, так как во время бега я неплохо пропотела. Моя кожа ощущала интересный контраст между холодной первой половиной дня и тёплой второй: сначала мы усиленно охлаждались, а потом всё пошло самотёком.Я помылась и решила посмотреть на себя в зеркало. На самом деле мне нравилась моя фигура. Да, было чуть-чуть жирка на животике, но он особо не выделялся — не было даже складки, просто небольшая выпуклость. Я оделась и вышла из ванной, уступив место Кате.Устроившись в кровати, я ради интереса решила проверить курс валют — давно этого не делала. Многие валюты упали относительно рубля, но буквально на один-два процентных пункта, что для обычных смертных, в общем-то, мелочь. Пока я лежала, почувствовала лёгкую жажду и пошла попить воды. Проходя мимо ванной, я краем глаза заметила странную картину: Катя вынюхивала мою потную футболку. Буквально вдыхала её запах сверху вниз, и взгляд её при этом стал невероятно томным. На это реагировало не только лицо — при каждом вдохе Катя приподнималась на носочках и сводила ноги вместе. Я задержалась на секунду и уловила забавный градиент: сначала её щёки были бледными, но ближе к концу сцены полностью залились румянцем.Я слишком увлеклась этим зрелищем, но быстро взяла себя в руки и тихо, не спеша, вернулась к себе. Мне было жутко интересно, почему она так реагирует. Это же просто футболка! Пускай и человека, которого ты любишь, но зачем нюхать пот? Уже в постели я решила по-быстрому загуглить этот феномен. Первый же ответ нейронки гласил: «Это показатель высокой биологической совместимости и действие немногочисленных, но редко проявляющихся феромонов...» Феромоны? Вроде мы не муравьи, но они правда действуют? То есть всё настолько серьёзно? Может, мне тоже как-нибудь понюхать её футболку ради эксперимента? В любом случае — не сегодня, пора спать. Я успокоила разыгравшиеся мысли и вскоре крепко заснула.