Госпожа Сова или Тщеславие - мой самый любимый грех

Непозволительно долго я откладывала разбор самой главной чародейки Ложи и ее основательницы – Филиппы Эльхарт. Некоторым извинением тому может послужить лишь то, что это, пожалуй, самый трудный для моего понимания персонаж из всех прекрасных дам. По многим причинам. В книгах о ней сказано многое и многое сказано ею самой, читатель довольно часто без всяких прикрас и оговорок видит ее активные действия, но еще больше оказывается о ней несказанным и остается за строками. В этом паззле все же не хватает изрядного количества деталей, причем именно тех, которые могли бы помочь логическим путем проследить становление ее характера и мотивы, побуждающие ее столь упорно стремиться к власти. Вынуждена признать, что по характеру своему я не понимаю стремления к власти ради самой власти, и если природа действий Филиппы такова, то все равно, у этого должны быть какие-то причины. Впрочем, обо всем по порядку и начнем как всегда со внешности. Итак, то, что мы знаем точно, - так это то, что Филиппа – темноволосая и темноглазая. — Еще ближе, — повторила темноволосая и темноглазая женщина, которую Цири знала, помнила по острову Танедд. Относительно глаз уточнения есть – «бездонные черные озера». Не карие, карие – это коричневый, а карие настолько, чтобы казались черными. Зато волосы просто темные. Почему? Ну, может потому что черный цвет уже отдан Йенифэр, Фрингилье и Сабрине? Таким образом, у Филиппы волосы темные, но не брюнетка, и с точки зрения женщины оно содержит в себе массу вариантов))) При этом, прямо сказано, что обычно Филиппа оставляет волосы распущенными, в стратегическом беспорядке. Темные волосы чародейки, обычно распущенные и пребывающие в художественном беспорядке, сейчас были зачесаны назад и перевязаны на затылке тесемкой. Ага, том самом «беспорядке», чтобы создать видимость которого требуется охреллион усилий, спросите любую девушку с этой ее копной а ля натюрель))) Ну и вот собственно и все, что мы относительно точно знаем о внешности Филиппы с первого описания до последних страниц книг, и тут тоже есть над чем поразмыслить. Потому что, - и это обязательно нужно отметить, - первую характеристику Филиппы дает такой знаток, как Лютик в 5 главе книги «Кровь эльфов», и это от него мы узнаем, что Филиппа - женщина весьма привлекательная, но по классификации Лютика, очень неприятная, т.е. такая, в отношении которой одна мысль о постельном предложении вызывала дрожь и слабость в коленках. Судите сами, исчерпывающая характеристика от очень наблюдательного и эмпатичного человека, а через него – прямое авторское противопоставление мерзкого внутреннего содержания и красивой внешности. Поскольку сейчас мы говорим о внешности, то просто держим в уме, что Филиппа была красива. Но… не кажется ли вам, что красива она как-то обобщенно? Смотрите, - Кейра щуплая с прямыми волосами, у Сабрины крючковатый ведьмин нос, у Трисс каштановые кудри и тонкая талия, у Йен тонкие губы и маленькая грудь, Фрингилья коротко стрижется, а даже у Кантареллы кукольные губки и т.д. Филиппа – просто красивая, как будто у ее внешности нет отличительных особенностей в росте, размере груди или чего-то еще. Такая, парадоксально среднестатистическая красавица, как инстаграмщицы, которые все будто у одного пластического хирурга оперировались. Может ли быть такое, что внешность Филиппы - искусственно подогнанная под пропорции красоты? Почему нет, тем более, что наставницей Филиппы тоже была Тиссайя де Врие. Тиссайя – перфекционистка, она и сама до последних дней поддерживала свой безупречный облик, и, судя по Йеннифер, - запросто могла прививать ученицам толику своего ОКР хотя бы в плане внешности. У Йеннифер это сказалось в цветах одежды, а у Филиппы в поправке физических данных до эталона. Что же касается вкуса в одежде и аксессуарах, то тут информации хватает, и при взгляде, более внимательном, чем позволяет себе Ведмак-Вики, становятся легко заметны особенности Филиппы, которые не нуждаются в приставке «обычно предпочитает». Обычно, идя на какое-то активное дело, Филиппа переодевается в мужской костюм, - короткую куртку, обтягивающие штаны и высокие сапоги. И это – логично для удобства. И так делают другие чародейки, Кейра например. Только одно «но» - Филиппа носит не просто камзол или пурпуэн, а вамс, а вамс отличает глубокий вырез, который открывает грудь в складках нижней      сорочки. Не очень эффективно, - не правда ли, зато эффектно. Вся грудь как на выставке. Ну а в прочих случаях Филиппа вполне себе шуршала юбками, демонстрировала кружева и декольте, а если того требует писк магической моды – то и голое платье с аппликациями в нужных местах, как на приеме перед Танеддским бунтом. — На вкус и цвет… — презрительно скривился чародей. — У тебя чудесные аппликации на платье, Филиппа. Если не ошибаюсь, бриллиантовый горностай? Вкус — на высоте. Ты, я думаю, знаешь, что этот вид, учитывая его изумительный мех, полностью истребили двадцать лет назад? — Тридцать, — поправила Филиппа, кладя в рот последнюю креветку из тех, которые Геральт так и не успел съесть. — Знаю, знаю, этот вид незамедлительно воскрес бы, прикажи я модистке оторочить платье очесами льняной пакли. Я подумывала об этом. Но пакля не подходила по цвету Филиппа Эйльхарт встала, стараясь не слишком демонстрировать бижутерию, кружева и декольте. На Филиппе — что случалось с ней исключительно редко — не было никаких драгоценностей, кроме приколотой к киноварного цвета платью большой камеи из сардоникса. Фрингилья уже успела ознакомиться со сплетней и знала, кто подарил Филиппе камею и чей профиль на ней вырезан. Поэтому довольно забавно читать в Викки о том, что Филиппа-де предпочитала платья в теплых тонах, а украшения из черного агата. Это синий вамс – а он был синий – теплый цвет? Или киноварь? Киноварь – это наоборот, очень яркий красный! Что касается агатов – опять же привязанность к ним обозначена в первоначальном описании Лютика, что чародейка любила такие украшения. «Филиппа Эйльхарт, видимо, прибыла в Оксенфурт недавно либо собиралась вскоре уехать, потому что была не в платье, не в привычном ярком макияже и без любимой бижутерии из черных агатов. Но как мы видим из прочих цитат, любимое украшение не означает, что она носила его всегда, и отказывала себе в других. Наоборот, более поздней цитатой подчеркивается, что Филиппа обычно любила украшать себя драгоценностями, ведь даже камею из сардоникса она надела только из-за любовницы – «В огромном замке Монтекальво спорхнула с дамастовых простыней чародейка Филиппа Эйльхарт, не став, однако, будить супруги графа де Ноалье.» Между прочим, тут есть некоторые непонятки, потому что граф де Ноалье – это третий по счету шеф реданской разведки, тот самый, которого подсидел Дийкстра. Вот только Дийкстра написал свою эпохальную докладную записку ровно 20 лет назад, поэтому либо в 1267 году Филиппа спала с очередной и молодой супругой графа Ноалье, либо это был уже следующий по счету в семейном табеле граф. Сомнительно, что Филиппа предавалась запрещенной на территории РФ связи с тетенькой возрастом годов так за 50т! Но вернемся к украшениям. Эти два камня, агат и сардоникс, - наверное же не просто так упоминаются? Ну, помимо того, что сочетаются с глазами или платьем? Не знаю, в курсе ли был пан Сапковский таких подробностей, но сардониксу современные доморощенные маги приписывают свойства такие: Сардоникс — защита от любовных приворотов, от неверности и предательства. Минерал идеологии и информации, связан с властью над временем, поэтому его употребляли для оздоровления, для продления жизни. Используется для астральных передвижений во времени, для ясновидения. Благоприятствует отрешенному размышлению, философии, интеллекту, рассудочному постижению необъятного, сильной устойчивой эйдетике, развитию воображения, буквально пребыванию в воображаемом мире. Способствует исцелению от страхов перед будущим. «Но основное качество сардоникса — обеспечивать будущее. Человек, который стремится обезопасить свое будущее, избавиться от страхов перед грядущим, должен носить этот камень.» (с) Средневековая минералогия, насколько она тогда существовала, сардоникс тоже относила к агатам, между прочим, а не к халцедонам. А уж черные агаты с точки зрения магии для чайников из тех же газет 90х, которые наверняка читал и пан Сапыч, обладали и вовсе выдающимися свойствами. Черный агат – это магический камень ведьм, колдунов и магов из ближайшего ларька. Таковой агат - всю жизненную энергию фокусирует и приводит в положительный тонус! Помогает сохранять спокойствие в сложных ситуациях и принимать верные решения ибо «способствует концентрации, аналитическим способностям, логическому мышлению». Он же отвечает за привлечение успеха и процветания, притягивает удачу и благополучие и т.д и тп. Однако мне больше нравится такая пометка: Стабилизация психики. Чёрный агат помогает уменьшить тревогу, депрессию и страхи, дарит умиротворение и покой. Что агат, что сардоникс – помогают избавляться от страхов, тревоги и прочего. Не знаю, намеренно ли пан Сапковский выбирал камушки для украшения этой своей героини, но получилось иронично. Будто Филиппа так переусердствовала с зарядами на жизненную энергию и интеллект, что подсела на них, чтобы глушить неизбежный отходняк... Что она так успешно глушила амулетами тревожность и страхи, что попадала в просак как раз из-за своей самоуверенности… Бывает. Пока что же мы видим, что не зря Филиппа обладает познаниями в полиморфизме – сохраняя свою суть, она небрежно меняет не столько наряды и украшения в зависимости от ситуации. Она не Сова, - она натурально хамелеон. Так же как она переодевается сообразно новому действию, - так же она играет словами, смыслами и собственными лицами, оставаясь при этом вещью в себе. И никаких жидких косиц, как у школьницы, перьев и полосатых типовых платьев, как в играх. Итак, внешне Филиппа – красивая женщина лет 30ти в драгоценностях и ярких нарядах, с ярким макияжем. У нее темные глаза и волосы, которые она обычно носит распущенными, но иногда собирает в хвост на затылке. Есть у нее и свои духи – корица и нард. Резкий и, как по мне, тяжелый аромат, - как пахнет корица все мы знаем, а нард еще называют мускусным корнем. Но вкусы у людей бывают разные, поэтому само по себе такое сочетание мало о чем говорит. Не развивать же снова символическое значение нарда, иначе мы совсем в конспирологию скатимся вместо разбора. Занятно только, что что корица, что нард – продукт Востока, нард так вообще еще в библейские времена считался драгоценным благовонием, и нынче не сильно-то подешевел. У нас в магазине индийских товаром крохотная баночка в 5 мл нардового масла стоит 2000 р, так что может быть в этом кроется принцип, по которому пан Сапковский подобрал аромат для этой магички? Что она не только душная и весьма тяжелая особа, но и выбирает для себя самое статусное, самое дорогое. Хотя, при желании в таком сочетании все же можно усмотреть намеренно заявленное противоречие, двойственность, когда одно маскирует другое. Ведь аромат корицы – это что-то про уют, тепло, праздник, вкусняшки, а нард в свою очередь нечто пафосное и претенциозное. Претенциозное поскольку претендует на особую уникальность, а пафосное, поскольку считалось благовонием для царей и богов, не хуже ладана и сандала. Так что, не знаю, должны ли мы рассматривать это сочетание ароматов, как еще один способ раскрытия характера персонажа, но имеем полное право придавать ему самое глубокое значение. Впрочем, в одном случае так точно, хотя дело там не в самих духах. …Запомнил аромат корицы и нарда. Сейчас этот аромат смешивался с запахом соды. Геральт категорически исключал возможность своего участия в каком-либо перевороте или путче, но подумал: а стал бы он сначала чистить зубы, а уж потом поднимать мятеж? Занятный вопрос, правда? Бедняга Геральт, он просто действительно так далек от путчей и переворотов, и прочей политики, и так старательно старается держаться от нее подальше… Что отношение к подобным вещам некоторых других людей его удивляют, если не шокируют. Но мы не Геральт, мы современные читатели, а потому не настолько наивны, и сравнение с такой бытовой привычкой, как чистка зубов, - это не просто подсказка, это разве что не по слогам, прямо черным по белому характеристику чародейке написали. Филиппа перед разборкой на Танедде не то что не волнуется, не то что продумала свои действия до мелочей, распределила время и т.д., нет, даже не в том дело. Для нее этот заговор и попытка переворота – повседневность, работа, часть рутины, в которой она живет! Вот учитель готовит план урока, а потом проводит урок. Юрист готовит иск, потов выступает в суде и т.д. и т.п. Забудут ли они из-за этого сходить на семейный юбилей или корпоратив? Конечно нет, потому что это в каком-то смысле тоже привычная обязанность. Забудут ли они из-за этого помыться или почистить зубы? Тем более нет! Это банальные навыки самообслуживания. И для Филиппы планируемый ею переворот на Танедде – это настолько НЕ стрессовая экстраординарная ситуация, что с чего бы ей забывать об элементарной бытовой гигиене? Ушла с приема, приняла душ, переоделась и пошла совершать спецоперацию. Однако, в отличие от Геральта, я говорю это вовсе не для того, чтобы демонизировать Филиппу. В ее характере и без того хватит негативных черт. Я подвожу к тому, что такое ее отношение всего лишь… выдает профессионала. Дийкстра тоже вряд ли так сильно нервничал, что забыл побриться. Вернон Роше и тот нервничал только тогда, когда что-то начинало идти не по плану. Вот и с Филиппой ремарка, разумеется, очень выразительная, но сама по себе она не выставляет Филиппу в черном свете холоднокровной сукой и не награждает ее какими-то специфическими заскоками в духе Тиссайи. Вместе с тем, это спокойствие делового человека все-таки характеризует Филиппу весьма специфическим образом, заставляя задуматься об ее жизненном опыте. В целом о том жизненном направлении, которое она всеми силами пыталась осуществить. Но вот тут, - относительно такого важного персонажа – читателей подло поджидает огромный провал в биографии. Что тоже удивительно. Смотрите, в Саге есть 4 более-менее антагониста, которые хотят причинить вред главным героям. - Вильгефорц, он бесспорный Главгад. - Эмгыр и Нильфгаард, поскольку Император тоже хочет использовать Цири в своих интересах и до последнего показывает, что ни перед чем не остановится. - Ольхи скопом. Они не причиняют Цири физического вреда, среди них нет явного злодея, но все равно они намереваются использовать ее и явно не будут испытывать угрызения совести, устраняя преграды. - Филиппа и ее Ложа. Из перечисленных, мы знаем историю становления Вильгефорца и Эмгыра, читателю довольно ясно рисуют, какая дичь творится у эльфов, вплоть до таких подробностей, что именно Авалакха продинамила в свое время Лара Доррен ради крепкой и регулярной эрекции Крегеннана, а король Ауберон приходился ей папой и вот у него со стояком не очень, особенно со стояком на пра-пра-пра-пра-внучку… А вот откуда взялась Филиппа и что движет ею в жажде власти – мы не знаем. Не знаем, откуда она вообще взялась и сколько ей лет на самом деле. Да, подсказки из книг есть. Например, воспоминание о детстве, которое вдруг посетило ее вовремя встречи с Цири. «Дно бассейна выполнено из разноцветной мозаики, плитки играют всяческими цветами и кажутся подвижными. Вода дрожит, переливается. Под огромными, как блюда, листьями кувшинок, среди зеленых водорослей мелькают караси и ельцы. В воде отражаются огромные темные глаза девочки, ее длинные волосы касаются поверхности воды, плавают по ней.» Девочка, которая играет с рыбками у бассейна – совершенно точно Филиппа, а дорогой голос, который ее окликает – видимо, папа, потому что видении накрывает взрослую магичку в момент, когда решается вопрос, отпустить ли Цири попрощаться с Геральтом. Когда чуть раньше шел разговор о материнстве Йеннифер, о материнской фигуре Тиссайи – у Филиппы наоборот было только раздражение, а вот когда зашла речь о Геральте, то тут-то Филипу при попытке «прочитать» Цири и накрыло. Не воспоминаниями Цири, это точно, а ее собственными. Однако можем ли мы на основании этого воспоминания сказать, что Филиппа была как минимум из семьи богатой, ведь фонтан с рыбками – дорогое удовольствие? Увы, нет. Почему бы фонтану с рыбками не стоять просто на городской площади или в саду чужого поместья. Сам отрывок построен так, что девочка сильно увлеклась игрой, а ее настойчиво окликают. Но ведь подобное могло случиться, если ребенок просто увидел впервые такое чудо, фонтан не обязательно должен был принадлежать семье Филиппы. Может ли быть такое, что как и в случае с Вильгефорцем, - Филиппа у нас парвеню? Причем парвеню полное. Не только без близких магических родственников, которые могли бы составить девушке протекцию, но и без обычного, магловского, как сказали бы в Поттериане, титула и денег? Ну, в таком случае будет не удивительно, что с ее-то способностями, у нее на достижение существенного результата ушло 300 лет. Это была шутка, если что, но да, перейдем к возрасту. Триста лет Филиппе от щедрот насыпал Лютик. Выглядела она лет на тридцать. В действительности же ей было никак не меньше трехсот. Что ж, по датировкам оно все совпадает, не поспоришь. Филиппа училась в Аретузе? Аретуза основана в 836м году, почему нет. Ученица Тиссайи? Тиссайя – была старейшей из живых магичек: Вот длинная история триумфа женственности и постепенной феминизации профессии: Йянна из Мурривеля, Нора Вагнер, ее сестра Августа, Жейд Глевиссиг, Летисия Шарбоннэ, Илона Ло-Антиль, Карла Деметия Крест, Виолента Суарец, Эйприль Венхавер… И единственная из ныне живущих — Тиссая де Врие… Хотя, как видим, список уже вызывает вопросы из-за бабушки Маргариты. Ведь как мы помним, бабушка Илона всего 100 лет назад была живой и блудила с Амаветом. Так почему на портрете какая-то Илона, а не Филиппа, которая уж 200 лет как чародейка, а чародейка она неслабая? Так сколько лет Тиссайе и когда она учила Филиппу? Нет ответов, только общие слова. Ты была моей лучшей ученицей, Филиппа Эйльхарт. Я всегда гордилась тобой. Но теперь я тебя презираю. Даже даты, когда именно Тиссайя занимала пост ректора Аретузы, ничего не могут подсказать, ведь практиковалось в том числе индивидуальное наставничество. Школа это школа, а личный ученик магистра – это уже совсем другое, как научный руководитель кандидатской. «Я займусь тобой», - сказала когда-то Тиссайя Йеннифэр, потому что заметила в той силу воли, и стала для той наставницей. Тоже самое могло иметь место с Филиппой веком раньше. Что же это получается? На основе всех этих оговорок легко впасть в искушение и выстроить теорию о том, как жила -ыла бедная девочка Филиппа. Она очень любила своего папу, но однажды почувствовала в себе магию и приняла решение (см.Нимуэ). Увы, мир магии не ждал ее с распростертыми объятиями, поэтому девочке пришлось много учиться всякому, а еще сталкиваться с несправедливостью. Поэтому девочка научилась не только магии, но еще изворачиваться, врать, подставлять, использовать постель для достижения целей и даже убивать. Научилась вообще не испытывать по этому поводу никаких душевных терзаний, если они когда-либо были вообще. Постепенно, выросшая в очень неприятную тетеньку, девочка добилась успеха, стала членом Капитула и советницей короля Редании. Вот только бывшая девочка, а нынче неприятная тетенька никак не могла остановиться. Она же считала себя лучше и достойнее других, ведь другие бы прозябали и дохли, а она вон какая умная, выкарабкалась на самый верх, значит, она умнее всех. Поэтому и рулить что магами, что маглами должна она. Как-то так. Правда же, складно получается? Вот только это чистой воды фантазия без малейшей опоры, кроме воспоминания с рыбками и мнения Лютика о возрасте. В который я, кстати, не верю. Во-первых, Лютик источник необъективный, ему самому всего около 40ка годиков и вряд ли он заглядывал в паспорт Филиппы, чтобы точно утверждать, что ей за 300ста. Во-вторых, у Сапковского все имеются довольно четко обозначенные возрастные ограничения. 650 лет – очень много даже для короля эльфов. Хен Гедымдейт он же Герхард из Аэлле, старейший из ныне живущих, он из первого поколения детей-Истоков, - приближается к 500ста. Как и Ортолан из «Сезона гроз» и это древние старцы, на глазах читателя благополучно помершие наконец. И уже на это стоит обратить внимание. Ведь чародеи мужского пола не хуже женщин имеют возможность продлять себе жизнь и физический тонус магическими средствами, и разумеется, такими возможностями пользовались с некоторыми поправками. Геральт ненавязчиво посматривал на него и пытался сообразить, сколько же чародею может быть лет. Он знал, что наиболее способные умели затормозить процесс старения перманентно в любом возрасте. Мужчины ради репутации и престижа предпочитали возраст более преклонный, зрелый, говорящий о знаниях и опыте. Женщины — типа Йеннифэр — меньше заботились о престиже, а больше о привлекательности. Однако случай Ортолана и Гедымдейта – это уже не про престиж, это про глубокую дряхлость, с которой не справляется никакая магия. А триста лет – триста лет это много даже для эльфов Aen Seidhe! Геральт в книге «Кровь эльфов» объяснял маленькой Цири, что эльфы долгожители и живут в среднем в 3 раза дольше людей. Учитывая, что обычно продолжительность человеческой жизни в этом мире не достигает 100 лет, можно сделать вывод, что и срок жизни Aen Seidhe не превышает примерно 300 лет. Ха! Триста лет мы даже Францеске не насчитали, если кто помнит, - почти, где-то близко, примерно, но все-таки. Теперь возьмем за отсчет Тиссайю, раз уж Филиппа была ее ученицей, и что мы видим? Что Тиссайя, хотя и считается одной из старейших магов мира, но до дряхлости ей далеко. Цветущая активная женщина. Кроме того, ее возраст никак не может равняться с Гедымдейтом (привет Ведьмак-викки, не опять а снова, да), поскольку Тиссайя де Врие… сама была выпускницей Аретузы! Взгляни на следующее очень удачное полотно. На нем тоже изображена Клара Ларисса, открывающая академию для девушек. В здании, в котором мы сейчас находимся. А портреты — прославленные выпускницы Аретузы. Вот длинная история триумфа женственности и постепенной феминизации профессии: Йянна из Мурривеля, Нора Вагнер, ее сестра Августа, Жейд Глевиссиг, Летисия Шарбоннэ, Илона Ло-Антиль, Карла Деметия Крест, Виолента Суарец, Эйприль Венхавер… И единственная из ныне живущих — Тиссая де Врие… Так что, я бы сказала, что это Тиссайе было где-то в районе трехсот, а Филиппе соответственно еще меньше. Ну а для того, чтобы поставить окончательную точку в вопросе возраста Филиппы, я бы обратила внимание не на домыслы Лютика, а на поведение и слова коллег Филиппы, которые варятся с ней на одной кухне и уж точно знают кто кому приходится. Да, речь идет о заседании Ложи – уже полноценном, на котором присутствуют все, включая Йеннифер и рассказывается о планах на Цири и Ковир. И вот там-то, перед тем как звучит имя Цири, Маргарита Ло Антиль сомневается: — И как ты думаешь, кого изберет не «нажимаемый» нами Ковир? Девушку из королевского рода, в жилах которой из поколения в поколение течет королевская кровь. Девушку молоденькую, соответствующую юному принцу. Девушку, которая сможет рожать, ибо речь идет о династии. Установленная на такой высоте планка исключает тебя, Филиппа, исключает меня, исключает даже Кейру и Трисс, самых младших среди нас. Почему она сказала именно так? Почему перечислила только эти имена и в таком порядке? Давайте попробуем представить себя Маргаритой, - эльфки и нильфгаардки для такого брака отпадают из-за политических трудностей, про бесплодие Йен Маргарита наверняка знает как подруга. Остаются не названными Шеала и Сабрина, и по крайней мере про Сабрину мы знаем, что она ровесница Йеннифер, т.е ей около 90 лет… Так не значит ли это, что Филиппа по возрасту ближе к Маргарите? А той, как мы насчитали через бабушку Илону, максимум 70 лет! Максимум. Скорее всего Маргарита помоложе. Но для чародейки разброс между 90 и 70десятью – уже не принципиален. Только и остается сказать, что для рождения детей мы с тобой, подруга, опоздали, а впрочем, опоздали даже Кейра с Трисс, а ведь им и 50ти годков не стукнуло. Как-то так. И такой возраст Филиппы прекрасно вписывается в общую картину, где она такая амбициозная, такая резвая и боевая. Почему она на равных лается с Сабриной, но слегка сдает по сравнению с Шеалой или эльфками, и т.д. Тиссайя и Шеала на фоне остальных магичек-северянок человеческого происхождения – реально дамы другого поколения, и Филиппа однозначно молода по сравнению с ними. Может быть, где-то в районе 100 лет, возможно, - опять же потому что в том смысле, как говорит об этом Маргарита 20 и 30 лет в возрасте между чародейками разницы уже не делают, - но я настаиваю, что по возрасту Филиппа ближе к Вильгефорцу, к Сабрине и Йеннифер, чем к поколению Тиссайи.