Путь сновидца

— Константин Сергеевич, ваш кофе. Фыркаю, качая головой, но стаканчик с ароматным американо беру. Всё ещё шутник года, чрезмерно пафосно поклонившись, вальяжно плюхается на стул и нарочито громко отсёрбывает из своего стаканчика. Стабильность. Та самая, которая приятная и комфортная. — Внимательно слушаю. Поднимаю указательный палец кверху, мол, подожди, любезнейший, осторожно переливаю кофе из бумажного стаканчика в термокружку, так же медленно отпивая кофе, и отставляю стаканчик, а затем ставлю термокружку и начинаю раскладывать привычные бумаги. Листик к листику. Времени, к счастью, хватало, чтобы никуда не торопиться и насладиться этим утренним рабочим моментом, когда ещё не вписался в бесконечную гонку. Превратив листы в идеальную стопочку, откладываю их на край стола и вновь отпиваю кофе. И только после этого приступаю к пересказу сна, стараясь не упустить ни одну важную деталь. Особое внимание уделяю моменту с отражением, ибо остальное как будто бы давно стало привычным. Хотя разницу ощущений всё же упоминаю. Ну а как промолчать, когда вместо вечного липкого страха наконец-то почувствовал спокойствие и уверенность? Да и не бегал за мной никто, не уводил в неизвестном направлении, не приглашал к странным личностям. Это ли не победа? — В общем, проснулся наконец-то выспавшимся. — Отпиваю ещё кофе. — Даже кошка не поверила и смотрела на меня как на инопланетянина. — О как… — Он садится нормально, явно о чём-то сильно размышляя. — А кто гонялся-то в итоге? — А кто ж его знает. — Пожимаю плечами. Да и не сильно интересно, если честно, что или кто это был. Может, я сам. Может, какая другая хтонь, отчаянно желавшая завладеть моим прекрасным телом. Последнее всё же более вероятно, по моему скромному мнению. Наличие параллельных миров хоть и не доказано, но чисто теоретически существовать может. Как бы мы ни развивались, а наше виденье всё равно крайне ограничено трёхмерным пространством. А есть ведь и черырёхмерное. И больше, но даже так — мы слишком многого просто не можем воспринимать. Это как двумерному человечку из компьютерной игрушки сказать, что предметы — объёмны. Ему просто не хватит органов чувств, чтобы это понять и ощутить. Так и мы. Видим многое, но явно далеко не всё. И кто знает, что может скрываться в других пространствах… И если соединить ограниченность видимости в пространствах с путешествием по другим мирам или параллельным вселенным… О, тут можно долго ломать голову над происходящим и так и не понять, а что же всё-таки это было. — Пойдём. Время уже. — Допиваю кофе, встаю со своего места, ставлю термокружку с личной надписью и беру стаканчик, отправляя его в прекрасный полёт до мусорки. Пам! Трёхочковый! Кто молодец? Я молодец! Офис практически проснулся, заполняя всё пространство ароматом кофе, выпечки, чая и сонными переговорами с пока ещё редким клацаньем клавиш. И всё равно находятся подчинённые, которые даже ещё толком не проснувшись, но здороваются, честно пытаясь улыбнуться и не показывать вот прям с утра своего искреннего желания оказаться сейчас дома с зарплатой, а не вот это вот всё. Респект им за это. И всё ещё смотрят в спину, тихонько перешёптываясь. Возможно, с надеждой, что их горячо любимый начальник внезапно решит, что работы на сегодня нет, и отпустит гулять. Возможно, с восхищением, какой я всё-таки молодец. Оба варианта, в общем-то устраивают. Уж лучше верить во что-то хорошее, пусть и не сильно реальное, чем знать, что всё тлен. К тому же, вероятность никогда не бывает нулевой. Когда-нибудь и им повезёт. Перед переговорной привычно выставляю на себя мысленную защиту. Мне лишняя гадость и вытягивание из меня энергии совершенно не нужны. Внутрь захожу, уверенно здороваясь со всеми. Уставшие они какие-то… Прям хоть домой всех отправляй чай пить. Честно закончив со своей частью, сажусь обратно и вновь вспоминаю ту серую массовость из сна. Здесь ведь тоже она есть. С утра встал, приехал на работу, которую ненавидишь, отработал, большую часть времени попивая кофе и перемывая кости всем и вся, уехал, поужинал под незатейливый сериал с абсолютно нулевой интеллектуальной нагрузкой, лёг спать и опять по новой. В выходные диван, возможно, уборка, редкие выходы куда-нибудь в парк. Как будто бы под описание можно сразу почти всё население планеты отправить, но… Серая массовость не думает. У них есть план и они его придерживаются, как говорится. Из проблем — дорогая курица, растущая коммуналка и кредиты. Они следуют привычным маршрутом, даже не задумываясь о том, что в мире может существовать что-то ещё кроме ненавистного будильника по утрам. Они не видят красоты этого мира, когда перемещаются по улицам. Они никогда не создают. Лишь потребляют и жалуются на то, что это не бесплатно. Им не понятны картины, классическая музыка, не интересен космос. Их сознание словно помещено в коробку. Причём не закрытую. Казалось бы, высунись хотя бы немного, но им такое даже в голову не придёт. Ловлю взгляд Сани Владимировича и искренне сожалею, что нельзя сейчас сделать из ручки плевалку бумажками. Ка-ак залепил бы по плечу, чтоб лишний раз не глазел, зараза такая. Но даже не подаю вида, что меня это как-то трогает, со всей серьёзностью кивая начальнице, которая решила, что она одна здесь живой человек, а все остальные бессмертные пони и их можно нагружать максимально абсурдными и бесполезными отчётами, которые исключительно жрут время, никак не влияя на остальную работу. Впрочем, на этом планёрку сворачивают. И даже никого не оставляют на разговор, который высосет последние силы. Вот это везение! Ура! Пусть и дальше так оно будет. Выхожу из переговорной и окунаюсь в рабочий шум. Ну молодцы, какие. Даже шоколадки надёжно попрятаны. Может, и отчёты в этот раз не в последний момент принесут. Но на лице всё равно сохраняю стальное хладнокровие. В этом деле главное не перехвалить. Тем более, заранее. Вот сделают всё, что нужно, тогда и поговорим. А пока пусть думают, что на планёрке все нервы вымотали и лучше лишний раз не косячить. Ай да я! Как круто придумал, а. — Я знаешь, что подумал? — Саня равняется со мной. — А вот эти вот сущности не могли просто усыпить таким образом твою бдительность? — Передумай. — С улыбкой киваю проходящей сотруднице. Да прибудет с ней продуктивность и отсутствие больничных. — Ну подозрительно всё хорошо, не находишь? — Он заходит в мой кабинет, куда я его любезно пропустил. — Во-первых, — сажусь за стол, вновь разбирая бумаги, — вряд ли они настолько эволюционировали за одну ночь. Во-вторых, себя от не себя я отличить в состоянии. А в-третьих… — Глубоко вдыхаю, раскладывая всё по кучкам. — Даже если это очередная передышка, я знаю, что справлюсь со всей хтонью. Теперь-то точно. Беру телефон, чтобы проверить сообщения, и слегка улыбаюсь короткому «ты великолепен!» в подружеском чате. Да. Соглашусь, пожалуй. Собираю нужные бумаги и красноречиво смотрю на своего посетителя, который, кажется, уходить не собирался, внимательно за мной наблюдая. — Для зарплаты вроде рано. — Он многозначительно смотрит на меня и кивает на телефон. — А для остального ты слишком любопытный. — Смотрю на часы и встаю. — Всё. Кыш работать. — Ла-адно… — Закатив глаза, он всё же встаёт и идёт на выход. — Но потом расскажешь. — Да-да-да. — Делаю рукой «кыш» и, осмотрев всё, выхожу вслед за ним и запираю дверь. А дальше снова череда «здравствуйте», охрана, машина, снова охрана и, наконец-то, свобода. Выезжаю на дорогу и, пока встал на светофоре, набираю маме по громкой связи. Надо ж планы-ураганы согласовать. Загорается зелёный, и я трогаюсь, выезжая в соседний ряд. Мама начинает рассказывать про соседей, планы на огород, про родственников… Я слушаю, изредка вставляя «угу», потому что большего в данный момент от меня не требуется, и чувствую какую-то… правильность, что ли. И приятный вздох между рабочими задачами. А ещё мне определённо нравится моё выспавшееся состояние. Работы, в общем-то, не меньше, чем обычно. Домой точно приеду настолько поздно, что вновь буду выслушивать от кошки много недовольства и осуждения. Но чувствуется это всё не как что-то непосильное. Скорее крутой челендж, с которым я совершенно точно смогу справиться, ещё и силы останутся. Договариваюсь с мамой встретиться на выходных, помочь по дому и просто поболтать, и отключаю вызов, погромче включая музыку. Забавно, но начинает звучать то, что обычно пролистывал, ибо слишком энергично, весело, аж бесило. А сейчас — в самый раз. С удовольствием барабаню пальцами по рулю в такт песне. И искренне кайфую от всё ещё сероватого Питера. Он сегодня какой-то объёмный, живой и спокойный. Интересно, когда я в последний раз настолько наслаждался дорогой? Уже и не помню даже… Усмехаюсь сам себе и паркуюсь. Бросаю привычный взгляд в зеркало, а оттуда на меня смотрит вообще ни разу не привычное отражение. Красавчик с отблеском умиротворённых глаз, в которых так и читается «я позабочусь о нас». И внутри сразу становится ещё спокойнее, приятнее и все моря по колену. Подмигиваю этому красавчику и выхожу из машины, поправляя пиджак. На парковке спокойно, вокруг ничего лишнего, а значит, всё пройдёт максимально легко. Окунаюсь в работу с головой, спокойно выслушивая очевидную некомпетентность, и так же спокойно объясняю как нужно. Со всеми мельчайшими подробностями, чтобы вопросов больше ну точно не оставалось. И их действительно не осталось после моих прекрасных разъяснений. То ли действительно поняли, то ли хотя бы попытались, что тоже хорошо. Со спокойной душой и совестью ухожу оттуда, вновь осматриваясь по сторонам. Из-за вечно серых туч скромно выглядывает солнышко, осторожно играясь с влагой на поверхностях. И мир словно становится ещё ярче и приятнее. Улыбаюсь миру, сажусь в машину и осознаю, что те тёмные сущности не имеют ничего общего с моим отражением. Всё же это было что-то инородное, которое почуяло слабость. А теперь… Ухмыляюсь сам себе. Теперь мне даже сопротивляться не придётся. Сила-то полностью со мной! А дальше совершенно точно. Всё будет. Ярко.