Болезнь

Утро новой рабочей недели. Такое ленивое и уютное, что никуда не хотелось идти. Хотелось валятся в кроватке и продолжить свой выходной, но жаль, что так нельзя. Эклер давно собрался на работу. Всё таки история сама себя не изучить. Сейчас он просто напоследок решил умилится спящим Тия Кнайтом. Вчера вечером он вернулся со своих рыцарских обязанностей и теперь спокойно может отдохнуть дома. Чужое спокойное лицо так и грело душу историку. — «Пусть спит и набирается сил» — Эклер поцеловал Кнайта в лоб и, с улыбкой на лице, покинул дом. Погода на улице была солнечной и приятной, поднимая настроение на высь. Эклер знал, что его день может удатся. Но он был слишком уверен об этом. По пути в институт погода неожиданно стала хмурой. Серые облака закрыли солнца и начался, хоть и тёплый, дождь. Такую погоду Эклер точно не ожидал в такой уютный день, поэтому и не взял зонт. Придётся идти быстрее. *** В институт Эклер пришёл мокрешенький, но не так сильно. Поправляя себя в порядок, он заметил как к нему подходит Латте. — Эклер, ты весь мокрый, — произнесла она, обеспокоенно осматривая мужчину, — неужто не ожидал, что дождь пойдёт? — Не ожидал, — произнёс историк, — ну ничего, до учёбы я успею высохнуть. Если что-то нужно, я в кабинете. — Надеюсь ему не станет хуже. *** Но надежда Латте провалилась и в течении дня Эклер стал мучатся от чихов. На все беспокойства Эклер отговаривался тем, что это всего лишь чихи и всё скоро пройдёт, но как же сильно он ошибался. Историк решил не задерживаться на работе, как ему рекомендовала, а точнее втирала, обеспокоенная Латте. Он хотел с ней поспорить, но это было бы бесполезно. Дорога домой была долгой. Солнце на небе всё также было за тучами, из-за этого на улице будто стало резко холоднее. Соли на рану прибавлял сильный ветер. Эклера постигла резкая слабость, ноги не хотели никуда идти, а голова начала слабо гудеть. Неужто заболел? Он еле как дошёл до дома. На пороге его сразу же встретил Тия Кнайт, который сразу же заметил его состояние. — Родной, ты выглядишь слабо, — рыцарь подошёл к нему и положил на чужую щёку ладонь, к которой Эклер сразу же прильнул. — По дороге дождь начался, а я зонт забыл, — Эклер неловко улыбнулся, смотря на удивлённое лицо супруга, — там солнце просто было. — Ты не пойдёшь никуда, пока не выздоровешь, — Кнайт начал помогать Эклеру. — Да с чего ты решил, что я заболел?! — блондин нахмурился от такого заявления, — это временно и завтра утром я буду как новенький! — Ты то на ногах еле как стоишь, — произнёс старший, смотря на чужую недовольную мордашку, — и не надо со мной спорить. — Да я тебе говорю, это до завтра! — Эклер всё-таки продолжил свой спор, не смотря на слова Кнайта. И вот опять перед рыцарем стоит упёртый историк, который пытался доказать своё. Кнайт ничего не ответил и, взяв чужую руку в свою, осторожно повёл его в спальню. Без лишних слов Тия Кнайт уложил историка в кровать и накрыл одеялом. — Да я тебе говорю, это до — и тут послышался резкий чих, который заставил вздрогнуть и рыцаря, — мх… — Нет, ты завтра никуда не идёшь, — голубоглазый ушёл, но тут же мигом возвратился с чашкой горячего чая, — отдыхай лучше. — Спасибо, дорогой, — Эклер дальше спорить не стал и принял чашку от супруга. Тия Кнайт присел рядом на край кровати и устремил взгляд на часы. Время ещё не доходило до ночи, заставляя его вздохнуть и перевести взгляд на Эклера. Историк спокойно пил свой чай, пытаясь сдерживать свои чихи. — Почему меня не разбудил? — поинтересовался Кнайт. — Ты вчера вернулся, я и подумал, что лучше пусть отдохнёт, чем, — ответил историк, допивая чай, — а теперь, слягу больным и отдохнуть тебе не дам. — Отдохну — не отдохну, мне без разницы, главное что рядом с тобой, — Кнайт ласково улыбнулся и забрал у супруга пустую кружку, — с тобой у меня уже покой. Так что ложись спокойно и отдыхай. — Дурачки мы, — Эклер улыбнулся ему в ответ и удобно принял положение лёжа, — не засиживайся… — Да куда я уйду, — произнёс Кнайт, проводя рукой по чужой голове, — сладких снов, родной. — Спасибо, рыцарь мой, — на щеках Кнайта появился лёгкий румянец, а его улыбка стала больше. Он хихикнул, наблюдая за тем, как Эклер медленно засыпает. *** На следующий день Эклер встал очень поздно, где-то к часу дня. Проспал он очень долго, из-за чего головая боль, вызваная температурой, стала ещё больше. Горло першит и так же ужасно болит, а тело ломило. Но даже не смотря на свою сильную слабость, блондин всё-таки встал с кровати и решил направиться первым делом в кухню, где как раз таки был Тия Кнайт. — Доброе утро, дорогой, — произнёс историк, подойдя и обняв чужую сильное спину, — мммф… — Ох, Эклер, иди обратно в спальню, — Кнайт отвлёкся от приготовления чая Эклеру и повернулся к нему, — тебе положен постельный режим. — Не хочу, — и вот опять упрямец прилип к супругу, чувствуя над собой переживающий взгляд. — Родной, присядь хотя бы, — Кнайт еле как подошёл к столу и выдвинул ближайший стул, чтобы Эклер на него сел, — я тебе щас налью супа. — Неет, — Эклер приторно драматично покачал головой, пока Кнайт пытался усадить его за стол. — Ради тебя, — старший усадил историка за стол и подвинул стул обратно к столу, — щас поешь, таблеток выпьешь и пойдёшь обратно в постель. Эклер ничего не ответил, пока его вдруг не разразил сухой сильный кашель, заставляя Кнайта быстро налить и подать ему воды. — Ужас! — произнёс почти возмущенно блондин, беря стакан воды в руки и говоря Кнайту спасибо. Рыцарь поцеловал его в лоб и… — Температуру померить надо, — произнёс он, начиная накладывать Эклеру поесть, — лоб горячий у тебя. Историк возражать не стал, лишь дожидаясь своего позднего завтрака… *** — А теперь, пора обратно в постель, — произнёс рыцарь, поглаживая Эклера по спине и забирая у него пустую кружку. — Я только встал, — произнёс историк, вновь начиная упрямить, — а ты меня обратно в постель. — Потому что твоё здоровье важно и тебе необходима постель, — произнёс Кнайт, — нужен отдых. — Я хочу быть с тобой, — Эклер вновь закашлял, заставляя Кнайта вновь налить воды. После того как историк выпил воды, он продолжишь свои возмущения, но Тия Кнайт слушать их не стал. Он выдвинул стул и ловкий, почти незаметным движением взял историка на руки, что тот от неожиданности вздрогнул. — Отпусти! — произнёс Эклер, обнимая шею супруга, — не хочу я спать. Тия Кнайт слушал чужой упрямый бубнёж и улыбался. Как он любил этого упрямца. Оказались в спальне, Кнайт с осторожностью, будто Эклер это очень хрупкая ваза, положил на кровать и хотел уже что-то сказать, как вдруг чужая рука потянула его вниз и он свалился на диван. Рыцарь не ожидал такого. Никто за долгие годы не смог свалить его полностью, а тут больной историк сделал это так, будто сдул пёришко. — Эклер, — Кнайт немного рассмеялся, но тут вновь услышал как супруг кашляет. Он принял удобное положение и притянул Эклера к себе под бок, укрывая его одеялом, — давай спи. — Нет, дай полежать с тобой, — блондин расположил свою голову на чужой груди как на подушке, расслабляясь в чужих объятиях, — да и как недавно я сказал, я уже спал недавно. — Хорошо, — Кнайт вздохнул, улыбнулся и покрепче обнял Эклера. Пока они лежали, Эклер лишь наслаждался объятиями. Как же ему хорошо было в них! Рыцарь, не смотря на свою суровсть и мощное телосложение, казался слишком мягким и тёплым, что Эклера тянуло почаще обниматься с ним и выразить свою любовь к нему. Пока историк кайфовал, он и не заметил как рыцарь уснул. Сладким спокойным сном. Эклер глянул на него и уставился на него как кот, внимательно немного с озорной ноткой. Рука медленно потянулась к чужому лицу и пальцы начали осторожно поцесывать белую и пышную бороду рыцаря. Улыбка на лице историка стала куда веселее и он уткнулся в чужую шею. Он тихо рассмеялся и, всё ещё чеща чужую бороду, стал потихоньку засыпать.