Я теперь буду вместо него

— Я принял решение: я извинюсь! И расскажу ей всё как есть, — Дима решительно захромал в сторону двери. Он уже много раз пожалел о том, что решил завести разговор с Олей об Олеже. — Даже не думай, она не поймёт! — Олежа подорвался с кровати, сжав кулаки. — Она меня всегда поймёт, — заверил его Дима и подобрал костыли. — Дима, я лучше её знаю, — призрак перегородил Диме дорогу, выставив руки вперёд. — Не смей! — Да? — недоверчиво спросил Побрацкий. — Уверен, что вообще её знаешь? — Он прошёл в коридор прямо сквозь Олежу и почувствовал пронизывающий могильный холод. Разозлённый Олегсей не мог позволить Диме рассказать всё Оле. Он решил прибегнуть к крайним мерам. Свет в коридоре и комнате резко погас. Дима почувствовал странные ощущения в теле, голова гудела, а ноги подкосились, заставив Диму упасть на колени. Побрацкий пытался подняться, но тело будто перестало подчиняться ему. Дима не смог дотянуться до костылей, поэтому пришлось ползти на руках по коридору. Олежа перехватывал контроль над руками, мешая передвигаться. Тогда Дима ударил себя по лицу и ненадолго смог получить больше власти над телом. Побрацкий пытался позвать девушку, но рот будто был склеен и не мог издать ни звука. В итоге Олежа оказался сильнее. И вот Дима уже совсем перестал чувствовать тело, а после он со стороны увидел как оно лежит без сознания. — Твою ж мать! — Дима уставился на свои полупрозрачные фиолетовые руки. Матерясь, он пытался попасть обратно в своё тело, но его руки просто проходили насквозь. Из-за угла показалась Оля. Она подбежала к телу Димы и, с обеспокоенным: «Дима, ты в порядке?», помогла ему подняться. С трудом, опираясь на сестру, Олежа доковылял до кровати и сел, держась за голову. — Не могу поверить, что тебе настолько плевать… — жалобно произнёс Олежа, решив высказать всё Оле в лицо. — Я… он о тебе всю жизнь заботился, старался быть примером, а тебе даже «не грустно», — на последнем слове у него вырвался истерический смешок. — Да что с тобой сегодня такое? — вспылила Оля. Вокруг неё, размахивая руками, парил Дима с криками: «Оля, это не я! Не слушай его!», но девушка его, конечно же, не слышала. — У меня к тебе тот же вопрос! Ты под Дашу Васнецову теперь косишь?! — Олежа небрежно одёрнул подол Олиной юбки. — Что за одежда? Что с твоими волосами? — Раньше тебе нравилось, как я выгляжу, — Оля держалась изо всех сил, чтобы снова не расплакаться. — Тупой был! — Олежа взбешённо развёл руками. — Думал, что это твой единственный недостаток, потому что не знал, какая ты… бессердечная, — последнее слово он процедил сквозь зубы. Тут Оля не выдержала. Она замахнулась на Олежу, желая отвесить ему пощёчину, но сдержалась. Вместо этого она послала его куда подальше и выбежала из комнаты. — Нет-нет, Оля! — в панике закричал Дима и полетел за ней. — Пожалуйста, постой! Чем дальше Дима летел от комнаты, тем слабее он становился. Неведомая сила тянула его назад, но он изо всех сил сопротивлялся. Когда он оказался у лестницы, силы окончательно его покинули, и Дима отключился.