Созвездие сумасшедших

1971 г. "Дорогой Джеймс, надеюсь, это письмо дойдёт до тебя и не потеряется по дороге. (Папа сказал, что совы — умные животные, и они смогут пролететь такое расстояние, но я всё равно сомневаюсь). Мы остановились в поместье Поттеров на берегу. Тут так красиво, и море такое-такое, ну прям сложно это описать. Сюда также приехала тётя Марисоль, миссис Кесада. Ты наверняка её помнишь, ты ведь уже был тут. Это папина троюродная сестра. Она приехала сюда с детьми и мужем, со всеми, кроме своей старшей дочери — Алонды, она в местной волшебной школе. Ты представляешь, они в школе всего 5 дней, а на субботу и воскресенье приезжают домой. Так что я и с ней познакомилась. Тётя Мари сказала, что им одиноко тут одним, поэтому они живут ближе к магической части страны и приезжают только, когда кто-то приезжает. А ещё ты представляешь, я видела водопад, и не один. И я посетила целых 3 города уже. Тут так волшебно, мне так нравится. Я бы осталась тут жить. Мы также решили задержаться тут почти до Рождества, вернёмся за 2 недели до твоего приезда из Хогвартса. А ещё мама и папа сказали, что мы все вместе с тобой, тётей Эффи и дядей Монти сможем приехать сюда следующим летом. А ещё мой испанский стал уже прямо как у носителя, не зря папа и дядя Монти постоянно на испанском со мной говорили. Маме тут сложнее, но она уже очень хорошо говорит по-испански, хоть и с сильным акцентом, в отличие от меня. Как ты поживаешь? Как погода в Шотландии? Как Хогвартс? Расскажи мне всё, мне не терпится узнать. Твоя любимая сестра Френа." — Cariño, ¿terminaste la carta de tu hermano? Tenemos que ir a la playa. Pronto será el atardecer. (— Дорогая, ты закончила письмо для своего брата? Нам нужно на пляж. Скоро будет закат.) — услышала девочка голос своей тёти. — Sí, tía, ya voy. (Да, тётя, уже бегу.) — крикнула Френези и, запечатав письмо быстрым движением руки, передала его сове, а затем побежала вниз по лестнице, на ходу надевая тапки. На улице уже ждали её родители, тётушка Марисоль и трое её детей: Тьяго, Химена и Гаэль. — Vamos al mar, hijos míos. (Ну что, пойдёмте к морю, дети мои.) — усмехнулась тётя Марисоль. *** Письмо Джеймса пришло через неделю. "Здравствуй, Френа. Я так рад, что тебе там нравится, и хочу услышать больше о твоих путешествиях. Как ты себя чувствуешь? Как твоё здоровье? У меня всё прекрасно, у нас тут уже холодно, скоро буду доставать зимнюю мантию. О, Хогвартс просто волшебный, мы плыли на лодках, и этот замок просто огромный. Я поступил на Гриффиндор, а ещё Питер и Марлин (надеюсь, ты их помнишь, они живут чуть дальше нас, и я часто звал тебя с ними гулять, но ты всегда с братьями Беннетами). Но я всегда знал, что буду на Гриффиндоре, как папа, мама и твой папа. Тут, в Хогвартсе, круто, жду не дождусь, когда ты тоже приедешь сюда. Я подружился почти со всеми на своём факультете, но у меня есть трое лучших друзей — Сириус, Ремус и Питер. Они все такие классные, но Сириус — боги, он буквально вторая часть меня, я не представляю, как жил так долго без него. Ремус тихий, но начинает постепенно раскрываться, он очень умный, а ещё у него есть шрамы на лице, это так круто. Про Питера ты и так всё знаешь. А ещё тут есть преподавательница, профессор Макгонагалл, мы называем её Минни. Она анимаг, представляешь! Настоящий! Она может превращаться в кошку, я бы тоже так хотел. А ещё я встретил девочку — Лили, она такая красивая, она мне нравится. Но я ей не особо, но я не сдаюсь и не расстраиваюсь. Безумно скучаю по тебе и не могу дождаться, когда мы уже увидимся. Жду твоих писем. Твой старший братец Джейми." *** Несколько недель спустя Гринготтс представлял собой могущественное здание, где люди старались говорить на тон тише и не отвлекать от работы вечно хмурых гоблинов. Но есть одна важная деталь: Гринготтс — это не исключительно место гоблинов, для волшебников тут также найдётся много работы. Просто не каждый волшебник сработается с молчаливыми гоблинами. К счастью, Карлус и Дорея Поттер работают в Гринготтсе уже много лет и прекрасно сработались с гоблинами. Карлус был главным заведующим в отделе магической безопасности Гринготтса, именно он и его команда были ответственны за безопасность Гринготтса и хранилищ волшебников. Дорея — эксперт по древним хранилищам и родовым сейфам. Она работает исключительно с чистокровными или богатыми семьями, вместе с гоблинами, представленными к каждой семье, она контролирует линию наследственности, постоянно обновляет и следит за имуществом, находящимся в банках, ведёт контроль посещаемости хранилищ, создаёт отдельные хранилища для каждого члена и тщательно отслеживает не только галлеоны, но и следит за сохранностью и безопасностью артефактов, защищает их от краж, а также от того, чтобы они навредили кому-то. Сейчас она работает с хранилищами таких семей, как Блэки, Краучи, Поттеры и Розье. Благодаря работе Карлуса и Дореи их уважают в чистокровном сообществе больше, чем Флимонта и Юфимию, несмотря на то, что глава рода Флимонт. Маленькая Поттер с маленького возраста видела, какая сложная работа у её родителей, и каждый раз восхищалась ими. Способность отца улучшать защитные чары и способность матери считать так много цифр одновременно и держать всё в голове всегда поражали её. Френези сидела в Гринготтсе рядом со своим любимым гоблином — сэром Аззинаксом и ждала своих родителей, пока те решали свои рабочие вопросы. Семья Поттеров вернулась в Англию несколько дней назад, все загорелые и счастливые. Френези, будучи больным ребёнком, редко расставалась со своими родителями, и те старались не водить дочку по людным местам, но порой случались экстренные ситуации, и Френези сидела в Гринготтсе на работе у своих родителей в окружении гоблинов. Обычно отчуждённые от волшебников гоблины души не чаяли в маленькой ведьме и часто сидели с ней. Так и сейчас Френези сидела напротив Аззинакса и слушала историю про войну гоблинов и волшебников. Через какое-то время Френези позвала мать и сказала, что им пора идти, а папа ещё задержится. — До свидания, сэр Аззинакс, было очень интересно, спасибо! — воскликнула девочка и пошла вслед за матерью. — Пока-пока, маленькая ведьмочка, — усмехнулся старый гоблин и вернулся к работе. Мать и дочь вышли из банка и трансгрессировали на опушку леса. Дорея повела дочь по еле заметной тропинке вглубь леса, к дому её брата — Бартемиуса Крауча-старшего и его сына — Барти. Около года назад в семье Краучей произошло горе: Корнелию Крауч — жену и мать — забрала драконья оспа. После этого отец и сын долго восстанавливались и до сих пор не восстановились. Старший Крауч ещё больше уткнулся в работу, оставляя сына на попечении домового эльфа Винки. Дорея постучала в дверь, и спустя пару секунд Крауч-старший открыл дверь. Его глаза комично расширились. Бартемиус Крауч — человек средних лет, у него каштановые волосы, небольшие усы и большие уши. За годы сидячей работы появился небольшой выпирающий живот, но в целом мужчина выглядел неплохо для вдовца с 10-летним сыном. — Дорея, ты не предупреждала, что придёшь, — сглотнул он. — Да просто, братец, я совсем забыла, мы недавно вернулись. И я тут привезла тебе и Барти кое-что, можно зайти? — она приобняла брата, и тот неохотно обнял её в ответ. — Да, конечно, — сказал он и впустил сестру и племянницу в дом. — Винки! Проводи Френези в детскую комнату к Барти и оповести его, что пришла тётя Дорея. И приготовь нам чай. Взрослые прошли на кухню, а Френези отправилась вслед за эльфийкой наверх. Дом Краучей представлял собой небольшой двухэтажный загородный коттедж, он находился на довольно большом расстоянии от ближайших поселений, глубоко в лесу, тем самым лишая Барти общения со сверстниками. Бартемиус также наложил множество защитных заклинаний на дом, так что трансгрессировать прямо к крыльцу дома невозможно, и приходится идти небольшое расстояние через лес. Френези любила Барти, не так, как Джеймса, но любила. Барти был громким, чудным и озорным. Вместе они всегда находили какие-то приключения, им никогда не бывало скучно. После смерти Корнелии Френези стала реже его видеть, а письма до него не доходили. Когда она поднялась на второй этаж, то увидела Барти. Он был чуть ниже её ростом, с короткими тёмными волосами и острыми чертами лица. Внешне он был больше похож на мать, нежели на отца. Уже намереваясь обнять его, девочка сделала шаг в его сторону, но тот просто прошёл мимо, будто не видел её, и спустился вниз. Френа стояла в ступоре, она не понимала, почему он не отвечал на её письма и почему ведёт себя так отстранённо сейчас. Через минуту Барти вновь пошёл наверх и сухо поздоровался. — Здравствуй, Френези, — он пошёл к себе в комнату, и Френези, не выдержав, взяла его за руку и развернула к себе. — Барт, всё в порядке? — спросила она чуть ли не со слезами на глазах. Тот несколько раз моргнул, нахмурился и будто очнулся ото сна. — Френези, что ты тут делаешь? — удивился он. — Я думал, ты ещё в Коста-Рике. — Мы вернулись пару дней назад. У тебя всё хорошо? Ты только что прошёл мимо меня, будто не видел, и не ответил ни на одно письмо. Барти нахмурился и оглянулся на календарь, что стоял у него в комнате. — Не знаю, задумался, видимо, — пробормотал он. — А письма я так и не получил, отец мне ничего не передавал. Наверное, забыл просто. Барти замер на секунду, а потом потянул Френу в свою комнату. — Раз уж ты приехала, пойдём, расскажи мне всё, что произошло с тобой в Коста-Рике, а я потом покажу тебе паука, он приполз ко мне и с тех пор живёт у меня под кроватью. — Фу, Барти, — поморщилась она, а потом улыбнулась. — Показывай давай. Как назвал? Несколько часов пролетели незаметно, и когда Френези уходила, она не заметила, как Барти обвёл пером с чернилами сегодняшний день в календаре и с подозрением взглянул на отца. *** За бытовыми делами прошли недели, и вот уже пришло Рождество. Несколько дней назад вернулся Джеймс и долго сжимал Френези в своих объятиях. Также вернулись братья Беннеты с Дурмстранга, и все привезли девочке подарки на Рождество: три разных красивых магических браслета — один должен оберегать, другой делать сильнее, а третий отпугивать злых духов. Поттер также уже передала им подарки, она купила каждому шапку и перчатки, а потом с помощью матери перекрасила их в разные цвета и подписала каждую пару. Сейчас Френези в красивом белом платье и мантии поверх несла подарки для Джеймса и его родителей. Они всегда праздновали Рождество вместе, и это не исключение. Чуть позади неё шли её родители и тихонько подсмеивались над дочкой, что корячилась и спотыкалась о собственные ноги, но была твёрдо намерена донести все подарки сама. Поместье Поттеров было в двух кварталах от дома Френези. Это был большой двухэтажный белый дом с большим садом перед домом и квиддичным полем на заднем дворе. В доме было целых 3 крыла, и при желании можно вместить около 5 семей по 5 человек. Поместье после смерти Генри Поттера — отца Флимонта и Карлуса — досталось старшему сыну, как и должность главы рода. Флимонт часто предлагал младшему брату жить вместе, добавляя, что в таком огромном доме им всё равно одиноко втроём, но Карлус слишком сильно любил свой небольшой двухэтажный домик, который когда-то купил сам. — Френези, крестница и племянница моя любимая! Как я скучал по тебе, — Флимонт Поттер забрал её, а потом крепко обнял. Флимонт "Монти" Поттер — это высокий смуглый мужчина лет 40, с бородой, что начала понемногу седеть, и непослушными волосами, как у сына. — Дядя! Я у тебя единственная племянница и крестница, — усмехнулась девочка. — Ты права, Френа. Такая же умная, как и твоя мать, — усмехнулся он. — Что ты там про меня сказал, Монти? — усмехнулась подошедшая Дорея и обняла своего деверя. Из кухни выглянула высокая женщина со светлой кожей и кудрявыми светло-каштановыми волосами. Юфимия Поттер была женщиной удивительной красоты, с очень понимающим и мягким взглядом. — Френези! Дай обниму, — женщина крепко прижала девочку к себе и поцеловала её в лоб. — Какое платье у тебя красивое. Добавила женщина, тем самым заставляя девочку ещё сильнее улыбаться. Эффи мягко потрепала племянницу по голове и направилась в прихожую поздороваться со взрослыми. — Френези, позови, пожалуйста, моего сына, уже пора за стол садиться, — попросил Флимонт, и девочка направилась за кузеном. В доме Поттеров горел камин, разносился смех и звуки уплетания еды. Тепло этого дома распространялось на всю округу, и все знали, что Поттеры празднуют Рождество.