Созвездие сумасшедших

1 сентября 1972 года Френези шла по магловскому вокзалу, с любопытством рассматривая людей, поезда и всю станцию. Мать держала её за руку и смеялась над какими-то словами, сказанными ей Юфимией Поттер. Карлус шёл чуть впереди, толкая тележку с чемоданами дочери, рядом со своим братом и племянником. — Папа, почему я сам свою тележку толкаю, а за Френези всё делает дядя Карлус? — проныл Джеймс, раздражённо пиная тележку, когда та вновь застряла в какой-то ямке. — Потому что ты мужчина, Джеймс, и будущий глава рода. Ты должен не только со своими проблемами справляться самостоятельно, но и помогать другим членам семьи. Френези — девочка, ей позволено быть мягкой. На лекцию отца Джеймс закатил глаза, а Флимонт тихо добавил: — И она просто любимый ребёнок у всех. — Папа! — возмутился Джеймс. Он обернулся на Френу, которая громко рассмеялась после реплики дяди. Когда она заметила Джеймса, что, прищурившись, смотрел на неё, она показала ему средний палец и тут же вернулась к разглядыванию окружающего пространства. Джеймс вскинул руки в её сторону, пытаясь показать: «Вот, смотрите на неё!» Но никто не обратил внимания. Монти лишь похлопал сына по спине и подтолкнул его идти дальше. — Смотри вперёд, Джеймс, — насмешливо протянул Флимонт. — Да и тем более, ты когда-нибудь видел, чтобы Эффи что-то таскала? Самое тяжёлое, что она носила, — это цветочки в своём саду. Явно гордясь собой, Монти повернулся к жене. Та одарила его озорной улыбкой. Между ними прошёл молчаливый разговор, и в конце концов Эффи фыркнула, хотя улыбка не сходила с её лица. Мужчина, всё ещё улыбаясь, поцеловал жену в щёку и не мог отвести от неё глаз — настолько, что даже споткнулся. Это вызвало у Юфимии громкий смех. Наконец, добравшись до места назначения, обе семьи остановились. Френези огляделась, пытаясь понять, зачем здесь остановка. Но всё, что она видела, — обычная кирпичная стена с вывеской «Платформа 9¾». — Младшие вперёд, — насмешливо протянул её кузен, махая рукой в сторону стены и наслаждаясь растерянной реакцией девочки. Френа выпучила глаза, пытаясь понять, куда он указывает. — Куда? В стену? — Так точно. Главное — хорошенько разбегись. А то знал я одного парня, который застрял в стене. Он посмотрел вверх, будто вспоминая того несчастного, и тут же получил мягкий подзатыльник от матери. — Не издевайся над Френези, Джеймс, — отчитал его Эффи. — Давай, Френези. Тут нет ничего страшного. Просто возьми тележку, разбегись и пройди сквозь стену. Словам тёти Френези доверяла куда больше, чем Джеймсу. Заняв место отца у тележки, девочка глубоко вздохнула и побежала в стену, зажмурившись. Осознание того, что она цела и не размазана по стене, пришло не сразу. Поттер открыла глаза — и перед ней предстал целый мир, наполненный гулом и разговорами. Повсюду были семьи с детьми: кто-то смеялся, кто-то плакал. Платформа была переполнена магией — казалось, достаточно протянуть руку, и ты почувствуешь её в своей ладони. Френези, не обращая внимания на родителей, уже прошедших сквозь стену, продолжала рассматривать платформу. Внешне она была похожа на обычный вокзал, но атмосфера и даже запах были другими, а сам поезд казался в разы больше и старее. Перед девочкой пробежал высокий светловолосый мальчик, гоняясь за своей убежавшей жабой. Это заставило её отвлечься и обратить внимание на родителей, зовущих её. Сдав багаж (что было непросто — Френези отказывалась отдавать свою новую сову мадам Лусию, будучи уверенной, что с ней что-то случится), обе семьи Поттеров стали прощаться со своими детьми. Дорея, чуть отойдя от Флимонта и Юфимии, которые трепали сына за щёки, опустилась на корточки перед дочерью. — Какая же ты уже взрослая, Френези. Уже в Хогвартс идёшь… — Мам, пап… А что если я не попаду на Гриффиндор, как Джеймс? Что если я попаду на Слизерин? Джейми сказал, что там учатся злые волшебники. — Иногда нужно меньше слушать Джеймса, — твёрдо сказал Карлус. — Френези, мы будем любить тебя вне зависимости от твоего факультета. Даже если ты будешь на Слизерине. На этом факультете учился сам Мерлин. Разве он плохой волшебник? Девочка покачала головой. — А я, Френези, училась на Когтевране, — добавила Дорея. — И у меня было множество друзей со Слизерина. Все они прекрасные люди. Неважно, на какой факультет ты попадёшь. Главное — чтобы тебе было там комфортно. — Спасибо. Френези обняла родителей. — Я буду скучать по вам. — Мы тоже будем скучать по тебе, принцесса. Пиши нам каждый день! Они крепко обняли дочь и поцеловали её в лоб. Семейную идиллию прервал гудок поезда. — Пойдём, Френези. Нам уже пора, — потянул её за руку Джеймс. Она успела лишь помахать на прощание дяде и тёте. *** Оба Поттера поднялись в поезд. Будучи любознательным ребёнком, Френа хотела осмотреть всё вокруг, но Джеймс быстро и целенаправленно куда-то вёл её, не обращая внимания на гневный взгляд, прожигающий его затылок. Они дошли до вагонов, преимущественно заполненных гриффиндорцами. — Это неофициально названный вагон Гриффиндора. Запоминай, тебе часто придётся ездить в нём, — поучительным тоном произнёс он. Джеймс был уверен, что его сестра попадёт вслед за ним на львиный факультет. Френези ничего не ответила, лишь закатила глаза. Они дошли до какого-то купе, и Джеймс резко открыл дверь, едва не влетев внутрь. Он отпустил руку сестры и тут же обнял сидевших там мальчиков. — Питер! Ремус! — воскликнул он. Френези тихо продолжала стоять за его спиной, рассматривая обоих мальчиков. Питер Петтигрю — полукровка, который тоже жил в Годриковой Лощине. Поттер видела его пару раз гуляющим с Джеймсом или с девушкой по имени Марлин. Питер был довольно неприметным мальчиком: немного пухлым, с лёгким румянцем и светлыми веснушками на носу. Френези запомнила его как тихого паренька с неброской внешностью. В отличие от Джеймса он не привлекал лишнего внимания и умел оставаться незамеченным. Второй мальчик, как поняла Френези, был Ремус Люпин — тот самый, кого Джеймс описывал в письмах как очень умного мальчика с «крутыми шрамами». И это, на удивление, оказалось до безумия точным описанием. Ремус сидел с книгой на коленях, которую отложил в сторону. На его лице было несколько глубоких шрамов, будто от когтей. Его волосы были русыми, но темнее, чем у Питера, а карие глаза притягивали взгляд. Он был одет в свитер, который был ему немного великоват. Ремус слабо улыбнулся, увидев Джеймса, и первым заметил девочку, стоящую в дверях. — О, Рем, познакомься. Это моя кузина — Френези. Но я считаю её своей сестрой. Мы росли вместе, — будто вспомнив о ней, произнёс Поттер. — Привет, Питер. Рада познакомиться с тобой, Ремус. Я много о тебе слышала, — Френези протянула руку. Ремус с радостью пожал её. — Я тоже рад знакомству, — немного неуверенно произнёс он. — Привет, Френези. Как прошло твоё лето? Я почти тебя не видел, — вежливо поинтересовался Питер. — Всё в порядке. Большую часть времени я была с Беннетами. А как твоё лето? Как поживает миссис Петтигрю? Питер уже собирался ответить, но дверь купе вновь открылась. Теперь Френези сидела на кресле рядом с братом. — Сириус! — воскликнул Джеймс и набросился с объятиями на только что вошедшего мальчика, будто тот был его женой. Френези повернулась к вошедшим и внимательно осмотрела их с ног до головы. Сириус, которого обнимал Джеймс, был довольно высоким для своих одиннадцати лет. У него были тёмные волосы до ушей, немного волнистые. Он выглядел бледным и болезненным, под глазами лежали тёмные круги, из-за чего его серые глаза, почти голубые, ещё сильнее выделялись. Френези показалось, что она заметила синяк на его руке, который он тут же прикрыл рукавом. Но переведя взгляд за спину обнимающихся мальчиков, она заметила ещё одного. Кучерявого темноволосого мальчика, до безумия похожего на Сириуса, но немного меньше. Лишь присмотревшись, можно было понять, насколько они разные. Мальчик, который несомненно был родственником Сириуса, неуверенно стоял в дверях и рассматривал купе. Он был меньше Сириуса во всём. Его волосы были короче и сильнее кудрявились. Кожа была бледной, на носу была небольшая горбинка, придававшая лицу характер. Его тяжёлый взгляд скользил по купе, пока серые глаза не встретились с мягко-карими глазами Френези. Девочке потребовались все силы, чтобы не уронить челюсть. Он долго смотрел на неё, осматривая с головы до ног, а потом мягко улыбнулся. Впервые в жизни Поттер была благодарна своим латинским корням, подарившим ей смуглую кожу, скрывшую румянец. По мнению Френези, он был из тех людей, которых хочется посадить на пьедестал и любоваться ими целыми днями. Даже несмотря на детские черты лица, младший Блэк притягивал её взгляд. От его улыбки ей захотелось опустить глаза и выводить носком ботинка круги на полу. Все звуки вокруг стали приглушёнными. Она чувствовала лишь его взгляд. Громкий голос Сириуса решил всё за неё. — Парни, это мой брат — Реджи! — гордо сказал он, притягивая брата к себе. — Регулус, — тихо поправил тот. Но почти никто не обратил на это внимания. Теперь Сириус заметил девочку. — Ты не говорил, что у тебя есть сестра-близнец, Джеймс. — Боги, Сириус, конечно нет. Это моя кузина Френези. Я рассказывал о ней. Просто иногда называю её сестрой. — Можно просто Френа, — быстро добавила девочка. — Рад познакомиться. Джеймс много о тебе рассказывал, — сказал Сириус, садясь напротив и усаживая рядом брата. — Взаимно, — коротко ответила она, стараясь не слишком заметно поглядывать в сторону младшего Блэка. Наступила неловкая тишина, которую не ощущали лишь Джеймс и Сириус, смеявшиеся над какой-то глупой шуткой. Поезд тронулся. Френези посмотрела в окно и увидела родителей, стоящих в обнимку и машущих ей. Когда поезд начал набирать скорость и родители исчезли из вида, её сердце на мгновение сжалось от тоски. Но долго грустить ей не дали. — На какой факультет вы хотели бы попасть? Регулус, Френези? — спросил Ремус. Заметив нерешительность Блэка, Френа решила ответить первой. — Почти три поколения Поттеров были на Гриффиндоре, но я не думаю, что мне там место. Думаю, я хотела бы попасть на Когтевран, как мама. Или, может быть, на Пуффендуй. Она задумалась на секунду. — Я бы хотела попасть на один факультет с Барти. Он мой кузен со стороны мамы и тоже поступает в этом году. — Френа, ты прекрасно смотрелась бы на Гриффиндоре! — возразил Джеймс. Она лишь закатила глаза. — Честно говоря, я не знаю, куда хочу попасть, — тихо сказал Регулус. — Вся моя семья, кроме Сириуса, училась на Слизерине. И моя кузина Цисса тоже там. Он немного подумал. — Но, думаю, я мог бы попасть на Когтевран. — Я согласен, Реджи. Тебе туда прямая дорога. Иногда ты ничем не лучше Ремуса, — усмехнулся Сириус. Остальная часть поездки прошла незаметно за разговорами. Второкурсники рассказывали всё, что знали о Хогвартсе и профессорах, младшим ученикам, а те впитывали каждое слово, словно губки. В какой-то момент все разошлись, чтобы переодеться в мантии. У старших они были с красными нашивками, в то время как у Френези и Регулуса — просто чёрные. — Так, ну на этом мы прощаемся. Вам — к лодкам, нам — к каретам, — сказал Джеймс. Он приблизился к сестре и крепко обнял её. — Увидимся на распределении. Сириус потрепал Регулуса по голове и пошёл за остальными к каретам. — Первокурсники сюда! — раздался громкий голос. Френези обернулась и увидела великана, стоявшего в стороне. Вместе с Регулусом они молча направились к нему. Но вдруг младший Блэк остановился, пристально разглядывая что-то вдалеке. Через секунду он сорвался с места, быстро проходя между учениками и явно преследуя какую-то цель. Френези поспешила за ним. — Эван! Пандора! — крикнул он. Двое светловолосых детей обернулись на его голос. Когда Френези наконец догнала Блэка, она заметила рядом с ними ещё одного знакомого. — Барти! — радостно воскликнула она. — Френа! — он быстро подошёл и крепко обнял её. — Я не мог найти тебя в поезде! Где ты была? — С Джеймсом, в вагонах Гриффиндора. Оглядевшись, Поттер снова посмотрела на светловолосых близнецов, рядом с которыми стоял Регулус. — О, Френа, это Эван и Пандора Розье. Они двойняшки. Просто отпадные, тебе понравятся, — сказал Барти. Он шагнул вперёд. — Эван, Пандора — это моя кузина, Френези Поттер. — Рада познакомиться, — сказала она и протянула руку. Эван был чуть ниже сестры. Его короткие светло-русые волосы были аккуратно уложены. Глаза — ярко-голубые, а уши слегка торчали, как у эльфов. Пухлые розовые губы гармонично сочетались с остальными чертами лица, а на носу и щеках виднелись лёгкие веснушки. Пандора была милой девочкой, немного выше брата, но при этом очень миниатюрной. В отличие от него, у неё не было веснушек, а волосы были ещё светлее. Нос, губы и уши у близнецов были почти одинаковыми, но глаза Пандоры — необычные, смесь голубого и зелёного. Когда близнецы протянули руки в ответ, Френези обратила внимание на их длинные, тонкие пальцы — почти как у пианистов. Переведя взгляд, она заметила, что у Регулуса руки точно такие же. — Я не знал, что у Флимонта и Юфимии есть дочь, — сказал Эван. — Я дочь Дореи и Карлуса, — спокойно ответила Френези. Брови Эвана удивлённо поднялись. — Я знаком с твоими родителями и видел их пару раз на званых вечерах. Но тебя не встречал. — Родители не берут меня на такие мероприятия. Они считают, что это не место для детей. Они собирались продолжить разговор, но великан, который звал их раньше, внезапно появился рядом и начал подгонять первокурсников к лодкам. Вскоре Френези оказалась в лодке вместе с Эваном, Пандорой, Регулусом и Барти. Она познакомила Барти с Регулусом, а затем узнала о родственных связях Блэков и семьи Розье. Но вскоре произошло нечто, заставившее всех замолчать. Перед лодками постепенно вырастал Хогвартс. Замок стоял на высокой скале прямо над чёрным озером и казался невероятно огромным. Его каменные стены поднимались вверх ярусами, а над ними тянулись высокие башни и тонкие шпили, словно пытаясь достать до облаков. В окнах горел тёплый золотой свет, и издалека казалось, будто весь замок усыпан маленькими огоньками. Некоторые башни были круглыми, другие — острыми и узкими. Все они выглядели по-разному, словно их строили в разные эпохи. Каменные мосты соединяли части замка, а тёмные стены отражались в спокойной воде озера. Чем ближе подплывали лодки, тем величественнее казался замок. Он выглядел древним и таинственным, будто хранил тысячи историй и секретов. Огромные стены, высокие башни и светящиеся окна делали Хогвартс похожим на настоящий волшебный город, выросший прямо из скалы. Лодки мягко причалили к берегу, и первокурсники один за другим начали выбираться на каменную пристань. Великан помогал тем, кто неуверенно ступал на мокрые камни, и подгонял остальных вперёд. Их провели по узкой тропе, ведущей вверх к замку. Каменные стены возвышались над ними, становясь всё ближе и всё внушительнее. Френези невольно подняла голову. Отсюда Хогвартс казался ещё больше, чем с озера. Огромные двери открылись, и детей встретила женщина в зелёной мантии и остроконечной шляпе. — Меня зовут профессор Макгонагалл, — строго произнесла она. — Я буду преподавать у вас трансфигурацию. Также я являюсь деканом факультета Гриффиндор. Она внимательно оглядела детей. — Через несколько минут вы войдёте в Большой зал, где состоится ваше распределение. Я буду вызывать вас по фамилии. Когда услышите своё имя, подойдите к табурету, сядьте и наденьте распределяющую шляпу. Она определит, на какой факультет вы будете зачислены. Макгонагалл развернула свёрток с именами. — После распределения вы пройдёте к столу своего факультета. Старосты помогут вам добраться до гостиных, где вы получите дальнейшие инструкции. Она на секунду замолчала. — А теперь выстройтесь в колонну по двое. Дети быстро начали перестраиваться. Эван встал рядом с Пандорой. За ними оказались Барти и Френези. Последним в колонне стоял Регулус, оставшийся без пары. Двери Большого зала распахнулись. Перед первокурсниками открылось огромное помещение, освещённое тысячами свечей, парящих под потолком. Над головой раскинулось тёмное небо, усыпанное звёздами. Со всех сторон раздались восхищённые вздохи. Четыре длинных стола тянулись вдоль зала, над каждым висели знамена факультетов. Слева направо располагались столы Слизерина, Когтеврана, Пуффендуя и Гриффиндора. В конце зала находился учительский стол. Перед ним стоял высокий пожилой мужчина с длинной серебристой бородой — директор школы, Альбус Дамблдор. Он мягко улыбался новым ученикам. Френези, подняв голову, снова посмотрела на потолок. Свечи медленно парили в воздухе, освещая зал мягким золотым светом. Первокурсники остановились перед маленькой табуреткой, на которой лежала старая, немного помятая шляпа. Френези огляделась. За столом Гриффиндора она заметила Джеймса. Он сидел рядом со своими друзьями и, увидев её, радостно замахал рукой. Немного дальше она увидела Марлин МакКиннон — девочку из Годриковой Лощины, хорошую подругу Джеймса и Питера. Рядом с Марлин сидела рыжеволосая девочка. Френези быстро сложила два плюс два. Это, должно быть, Лили Эванс. Она почти перестала обращать внимание на происходящее вокруг, пока не услышала имя: — Блэк, Регулус. Регулус медленно вышел вперёд. Он сел на самый край табурета и напряжённо сжал руки, когда Макгонагалл опустила шляпу ему на голову. Он тихо разговаривал со шляпой, так тихо, что никто не мог услышать его слов. Его взгляд был направлен не вперёд, а на стол Гриффиндора, где сидел Сириус. Прошло почти пять минут. Наконец шляпа будто вздохнула и громко объявила: — Слизерин! Зал взорвался аплодисментами. Блондинка со стола Слизерина радостно замахала Регулусу рукой, но он почти не обратил на неё внимания. Его взгляд был прикован к Сириусу. Единственному человеку в зале, который не хлопал. Он даже не смотрел на своего младшего брата. Регулус медленно направился к столу Слизерина. Когда аплодисменты стихли, Макгонагалл продолжила: — Крауч, Бартемиус. Барти поморщился от полного имени, но уверенно подошёл к табурету. Шляпа опустилась на его голову. Он что-то прошептал. Прошло несколько минут. — Слизерин! Барти ухмыльнулся и сел рядом с Регулусом. Френези сглотнула. Она рассчитывала, что окажется на одном факультете с Барти, но теперь это казалось маловероятным. Прошло ещё несколько человек. — Поттер, Френези! Сердце забилось быстрее. На слегка дрожащих ногах она подошла к табурету и села. Шляпа опустилась ей на голову. Френези зажмурилась. Внутри её головы раздался тихий старческий голос: — Так-так… что тут у нас… Поттер… Шляпа на мгновение задумалась. — Интересно… очень интересно… Тебе не место на факультете твоей семьи. Если быть честной, только на одном факультете ты найдёшь свою настоящую семью. И через секунду она громко крикнула: — Слизерин! Френези никогда ещё так широко не раскрывала глаза.Да и не только она. Половина Хогвартса сидела, раскрыв рты, и смотрела то на неё, то на Джеймса.Сам Джеймс выглядел не менее ошарашенным. Неловкую тишину прервал Барти. Он вскочил со своего места и начал громко хлопать.Френези никогда ещё не была так благодарна ему. Она оглянулась через плечо на всё ещё шокированного Джеймса, затем снова посмотрела на Барти и невольно улыбнулась. С этой улыбкой она подошла к столу своего факультета. Взволнованная. Но счастливая. Дальше распределение шло быстрее, лишь иногда задерживаясь на отдельных учениках. К примеру, шляпа задумалась на несколько секунд над Эваном и куда дольше — над Пандорой. Пандора сидела со шляпой довольно долго. Её взгляд метался между двумя столами, словно она сама не могла решить, куда хочет попасть. В конце концов шляпа объявила: — Слизерин! Пандора облегчённо выдохнула и последовала за братом к столу зелёного факультета. Ужин прошёл быстро и шумно. Новички пытались рассмотреть всё вокруг, старшие ученики оживлённо переговаривались, а столы ломились от еды. После пира первокурсников повели в гостиные их факультетов. Слизеринцев сопровождали старосты — семикурсники Люциус Малфой и Нарцисса Блэк. Френези сразу заметила, как Регулус немного напрягся, услышав фамилию кузины. Когда они дошли до каменной стены в подземельях, Нарцисса остановилась. — Пароль от гостиной — «Василиск», — произнесла она. Каменная стена медленно отъехала в сторону. Перед ними открылась гостиная Слизерина. Помещение было просторным, но освещено мягким зеленоватым светом. Высокие окна выходили прямо в чёрную воду озера. Иногда за стеклом проплывали тени — возможно, рыбы… а может, и что-то куда крупнее. Первокурсников встретил полный мужчина средних лет с добродушным лицом. — Профессор Гораций Слизнорт, — представился он. — Декан факультета Слизерин и преподаватель зельеварения. Он коротко рассказал им о правилах школы, затем раздал расписание на первый триместр. После этого старосты повели учеников к спальням. В комнате девочек первого курса стояли три кровати. Они предназначались для Френези, Пандоры и их третьей соседки — Версилии Булстроид. Френези попыталась познакомиться с ней. Но девочка лишь одарила их холодным взглядом и продолжила распаковывать свои вещи, уже доставленные в комнату. Попытка разговора на этом закончилась. День был слишком долгим и насыщенным. Френези молча переоделась и легла в кровать. Через несколько минут она уже спала. *** Барти был слишком взволнован, чтобы уснуть. Он не мог поверить, что сумел уговорить шляпу не отправлять его на Когтевран. Крауч лежал на кровати и смотрел в потолок. В какой-то момент он услышал тихие шаги и скрип двери. Барти осторожно выглянул из-за ширмы. Кровать Регулуса Блэка была пустой. Любопытство оказалось сильнее. Барти тихо вышел из комнаты, затем из гостиной Слизерина. Через некоторое время он оказался у старого заброшенного кабинета в конце подземелья. Изнутри доносились тихие всхлипы. Барти медленно приоткрыл дверь. Перед ним сидел Регулус Блэк. Он устроился на полу, уткнувшись лицом в колени. Когда дверь скрипнула, он резко поднял голову. Глаза были красными от слёз. Он быстро вытер лицо рукавом. — Проваливай отсюда, Крауч, — тихо сказал он. Барти, конечно же, не послушался. Он закрыл дверь и подпер её стулом. Затем просто сел рядом на пол так, что их плечи соприкоснулись. Он ничего не говорил. Просто сидел рядом. И ждал. Через какое-то время Регулус заговорил сам. — Шляпа предложила мне Гриффиндор. Он говорил тихо, почти шёпотом. — А я испугался. Как трус попросил отправить меня на Слизерин. Он горько усмехнулся. — И теперь уже ничего не изменить. Регулус замолчал на несколько секунд. — Сириус ненавидит меня. Он думает, что я такой же, как они. Ему больше не нужен брат. У него есть Поттер. Последнее слово он буквально выплюнул. И снова начал плакать. Барти повернул голову к нему. Несколько секунд он просто смотрел на него, а потом осторожно провёл рукой по его волосам. — Шляпа хотела отправить меня на Когтевран, — тихо сказал он. — Это единственный факультет, которым гордился бы мой отец. Он пожал плечами. — Но я попросил Слизерин. Регулус посмотрел на него. — Может, это была ошибка. Может, отец меня за это когда-нибудь уничтожит. Барти тихо усмехнулся. — Но это ведь наша жизнь, верно? Он посмотрел на Регулуса. — Я не хочу, чтобы мою судьбу решала какая-то шляпа. Регулус постепенно переставал плакать. — Твой брат — идиот, если откажется от тебя из-за факультета. Барти слегка толкнул его плечом. — И я уверен, найдётся куча людей, которые захотят стать твоими братьями. Например, Эван. Он сделал паузу. — Или я. Регулус тихо всхлипнул. — Ты знаешь меня всего пару часов. — И за эти пару часов я понял, что ты очень интересный человек, Регулус Блэк. Барти улыбнулся. — И какая разница, сколько времени мы знакомы? У нас есть вся жизнь, чтобы узнать друг друга. Он посмотрел прямо на него. — И я не хочу быть его заменой. У человека может быть несколько братьев. Он слегка усмехнулся. — Но я не против стать твоей родственной душой. Барти немного исковеркал фамилию. — Твоим Поттером. Регулус наконец улыбнулся. Слабо, но искренне. — Можешь называть меня просто Рег, — тихо сказал он.