zatoichi

Прошло три дня с момента вписки у Намджуна. Они всё так же гуляли большой компанией. Продолжали сидеть у Хосока на хате и курить на «пяточке». Но по сути, сам то «пяточек» был просто стыком автобусной остановки которая оказалась давно заброшенной, гаражным кооперативом и продуктовым магазином. Чонгук писал Тэхену, звал его на личные встречи, но Ким либо находился дома, а сообщения Гука с посылом «через пять минут буду»  не давали младшему надежду что он за это время успеет добежать до соседнего двора, либо же он находился на занятии с репетитором. Родители заставили подготовиться перед началом выпускных экзаменов, но  они изредка поддерживают с ним общение, всю ответственность оставили на старшем брате, а сами укатили в другую страну для поиска лучшей жизни. Тэхен напоследок попросил Сокджина не рассказывать родителям о его истине, он не хотел стать позором и для них. 

Групповой чат: «БДСМ и мы» 

Кот:  – Соберемся сегодня у нас? Мы с Чимом сокучились за всеми, а Одиссея оставить одного не можем. Этот гандон заболел.  Пахан:  – Блохастый, ты конкретизируй, кто заболел. Я могу подумать что гандоном ты назвал Мини.  Булка:  – Ким Намджун.  Пахан:  – ЧИМИН ПОЖАЛУЙСТА НЕ ЕБИ МНЕ ГЛАЗА. МНЕ СТРАШНО ТОЛЬКО ОТ ТОГО ЧТО ТЫ НАПИСАЛ МОЕ ИМЯ ПОЛНОСТЬЮ!  – Как удалиться из этой группы?  Принцесса:  – Я на уроке сижу. Нудятина полная. Эта старая кляча, не собирается отпускать даже на две минуты раньше.  Затойчи:  – Сиди на жопке ровно, ща подлечу к тебе, вытащу из лап ужасного дракона.  Кунчик винишко-тян:  – Чонгук, ты каблук внатуре.  Затойчи:  – Принцесса, дай мне буквально десять минут, я сейчас наебашу по чердаку одной ахуевшей морде, и сразу приеду.

«Кунчик винишко-тян покинул чат» 

Тэхен от бурно развитой переписки, и тем как ему повезло с друзьями прыскает в кулак. Сразу же это замечает учительница, и явно не с благими намерениями вызывает его к доске. Но Ким не теряет надежды, авось она его похвалит, скажет какой он примерный ученик и что все предметы она ему закроет досрочно на отлично? На телефон начинают приходить уведомления, он знает что ему пишет Чонгук, но наглеть перед учительницей до такой степени, ему не хотелось и вовсе, поэтому он перевел телефон в беззвучный режим, и стал двигаться к учебной доске.  Чон пытался до него дописаться, вытянуть информацию о том, в каком кабинете он сейчас, но тот, откровенно его игнорировал. Не придумав ничего лучше чем пойти по всем кабинетам и разыскивать его, он двинулся к цели. Старого долбоеба охранника не было на месте и в помине, он то закидывал в себя стопарик в какой нибудь из кладовок, то уходил курить на задний двор. И по этому старший никак не мог узнать какое расписание уроков у Тэхена сегодня. Чон поднимается на второй этаж, обходит все кабинеты и туалеты для мужского пола, вдруг он сидит где-то на толчке и посасывает свои сигаретки? На лестничном пролете его встречает директор, сдержанно кивает ему головой, и уходит восвояси. На третьем этаже, все окна в коридоре оказываются распахнутыми, и поэтому, теплый майский ветерок прекрасно обдувает его лицо, он дает ему ощущение свободы от предстоящего выпускного, юношеской беззаботности, каникул и… подачи документов в новое жерло ада. В кабинете триста двадцать три он услышал голос своей любимицы из преподавательского состава - Пак Хёсоль, она кого-то яро отчитывала, и явно этому бедолаге не здоровилось. Он тихонько приоткрыл дверь, и успевает заглянуть только  на половину как слышит диалог повергнувший его в шок. Нет. В конкретный ахуй.  – Джин, вот ты вроде взрослый парень уже, одиннадцатый класс заканчиваешь, еще чуть-чуть и уедешь куда вздумается, но почему оценки стали хромать? С каких пор ты стал грубить учителям? Я совсем не узнаю тебя… Возьми пример со своего брата, хотя должно быть наоборот. Тэхен такой примерный ученик же. – Хёсоль снимает свои очки, и потирает большим и указательным пальцем переносицу. На её лице читалась безумная усталость. Выпускники - любят выебываться, ведь понимают что скоро их тут не будет, а какой никакой след от себя оставить стоит. Пойти раздать пизды за гаражами мелким которые слишком дохуя в себя верят на переменах, зажать девятиклассницу в туалете и залезть к ней под короткую юбчонку. В конце концов, в этом году,  на первое сентября ходил слух, что старшеклассник натянул учительницу по Английскому языку в каморке на первом этаже. И теперь конечно же, у всех появилась такая же цель.  – Да этот мелюзга не понимает ничего! Строит из себя хер пойми кого… Извините, Пак Хёсоль, такого больше не повторится. Я всё понял. – Джин собирает свои учебники и тетради, которые ему выдала Хёсоль. И совсем перед тем как развернуться в сторону Чонгука, который всё прекрасно слышал, но еще и видел, дверь моментально захлопывается и Чон, сверкая пятками летит прочь из здания на парковку. Лучше он там подождет принцессу.  Он облокачивается бедром о капот своей машины, минуты две у него занимает поиск зажигалки, еще полторы на то, что бы растрясти весь газ в кучу и наконец поджечь свои мальборо с кнопкой. И сделав длинную затяжку он начинает обдумывать то, что услышал. У Сокджина есть брат? Чего нахуй? За все пять лет дружбы с ним, ни разу не проскакивало в разговоре о каком то его брате. И почему Джин от него скрывал? Теперь это стало новым поводом посидеть дома и на досуге подумать об этом.  Принцесса:  – Ты на парковке? Я сейчас выйду, прости за ожидание! ^^  На телефон Гука приходит уведомление, прочитав, он давит свою фирменную лыбу во все тридцать два. Он поспешно включает трек на магнитоле, совсем перед тем, как приходит Тэхен. 

«О как же хорошо, что твой папаша не в курсе. Что ты поймала Бледного своим паки пуси. Пока он думает, что ты тусишь на уроках. Я обгоняю твою пуси в трахальных гонках. Еб твою мать.» 

Музыка играет на весь школьный двор, бас долбит по ушам, все девятиклассницы приковывают свой взор к Чонгуку. Тэхен уже на финишной прямой к своему спасителю в лице старшего. За ним, не спешно плетется Джин, надо что бы Чон его подбросил до хаты, а Тэхен пусть делает что хочет, и где хочет. Сокджину на него похуй. Их вдвоем обгоняет какая-то школьница, и на эйфории бежит к Чону, запрыгивает к нему на руки и обвивает его шею начиная целовать его в щеку. 

«Я люблю тебя, малышка

Киска – мяу, киска – мяу

Таких клевых в нашей школе

Не встречал, не встречал

Я сниму с тебя твой ебаный Суприм

Поспеши, твой влиятельный папаша возвращается в три» 

– Затойчи! Я так давно тебя не видела! Где ты пропадал? Я скучала… – девушка спускается с его шеи, начинает накручивать на палец свой белокурый локон и дуть обиженно губки. – Почему ты отменил прошлый сеанс? Я так тебя ждала.. а ко мне в итоге пришел не ты, а Чхве Суджин!  – Ну сорян куколка, дела были. На этой неделе у меня запись уже забита. Ты в пролете – он щелкает её по носу, и начинает по двору выискивать Тэхена. Тот, уже с полностью поникшей физиономией идет к Чону еле перебирая ногами. Старший списывает это на усталость, ведь отсидеть три урока подряд с Мин Сыльги сопоставимо с пожизненным заключением строгого режима, без возможности выйти по УДО. Знает. Сам плавал уже.  – Гук, салам. Подбросишь до хаты? Там родаки приперлись, надо шухер навести к их приезду. – Сокджин дает ему краба, отбивает в конце кулачок и начинает выискивать у себя по карманам пачку сигарет.  – Да базару нет брат, прыгай на заднее. Когда с нами принцесса, переднее место сразу запатентовано. – Чонгук ухмыляется. Чимин придумал Тэхену это прозвище, ведь младший долго не может заснуть, постоянно ворчит во сне и если повезет, засыпает только под утро. И прочитав в пятом классе «принцесса на горошине» это автоматически стало кликухой Кима.  Школьница, напоследок поцеловав Чона в щеку, уходит в сторону автобусной остановки. Обернувшись в последний раз, она показывает ему жест оттопыренного мизинца и большого пальца, говоря «набери мне вечером» Чон многозначительно кивает, и вытягивает выше головы открытую ладонь. Хоть бы та, по скорее отъебалась от него. Они докуривают и бросают бычки в рядом стоящие кусты. Рассаживаются по своим местам и выезжают со школьной парковки.  С плейлиста Гука снова включается ванильная хуйня. Благо Джину это слушать не долго, ведь до дома ехать буквально десять минут. А с Чоном, время сокращается до пяти. Ведь его стиль вождения, оставляет желать лучшего. Он быстро печатает Тэхену смс, с посылом «Предки хотят видеть тебя сегодня. Прикати часов в девять хотя бы на хату» 

«Эй, слышь, ты просто пуля. 

Самая спросовая чикуля. 

И я уже почти люблю её. 

Время для камеры поцелуев.» 

– Брат, под падиком тормозни. Мне еще в магаз заскочить надо. – Старший хлопает ему по плечу, и уже тянется к ручке двери, совсем позабыв о том, что изнутри она не открывается. Поэтому к нему на помощь приходит Тэхен, он открывает ему дверь, протягивая ему руку в помощь, но Сокджин с максимально мерзким выражением лица отворачивается от его помощи.  – Джин, я сегодня заскочу к тебе, надо мутки на районе порешать. – Чонгук снова, в своей привычной манере приоткрывает окно с водительской стороны, просовывает руку в это отверстие и дает Киму на прощание краба. Он с визгом шин выезжает со спального района и едет на другой конец города к Юнги с Чимином. Тэхен как раз давно хотел познакомиться и потискать Одиссея. Чон это знал, и поэтому специально подстроил свой день под расписание младшего. 

«Твои слезы смешались с моим дождем

Не хочу быть один, я хочу быть вдвоем

Не хочу быть собой, я хочу быть тобой

Я не чувствую боль, но я чувствую любовь» 

– Фейс? Блять я обожаю его! – Тэхен открывает окно со своей стороны, они подъезжают к центру города. Мягкий вечерний ветерок обдувает его лицо, ерошит волосы и дает ему силы жить. Он облокачивается спиной к двери, запрокидывает голову и ловит последние лучи солнца на себя.  А старший заворожен. Он опускает свою руку на икру Кима. Подтягивает его ногу вверх, и кладет к себе на бедра. Поглаживает щиколотку, забирается ладонью под кромку школьных брюк. Ахуеть. Он даже ноги бреет. Младший открывает маленький карман своего портфеля, достает оттуда свою любимую жвачку со вкусом персика, и сразу протягивает Чону, предлагая. Тот соглашается. На халяву всегда всё вкусное.  – Две. Как в рекламе. – он переключает коробку передач и протягивает открытую ладонь к нему. Закидывает две подушки в рот, и постепенно начинает наступать ахуй. Фекшбеки демострируются перед его глазами. Точно такой же вкус он ощущал на той вписке у пахана… А Тэхен совсем забывшись, открывает солнцезащитный козырек, смотрится в зеркало и повернувшись к Чону показывает ему язвительно язык.  – Куда мы едем? – он прикручивает звук, и начинает думать куда Гук держит путь. Мысленно для себя пытается угадать.  – Сначала заправимся, потом к Юнги на хату. У тебя прокол языка? – он на секунду отвлекается от дороги, и на светофоре, за мгновение до столкновения успевает притормозить.  – Года четыре уже. Тебя что-то смущает? – он тянет ногу на себя. Думает, что Чону стало от него тоже противно. Ебаная паранойя преследующая его везде. Но старший вовсе не отпускает его. Наоборот, еще крепче стал сжимать его худощавую лодыжку. – Если тебе вдруг противно стало, или что-то типо того… Скажи, я не хочу быть и для тебя позорищем.  – Ща быром заправлюсь и поедем уже к голубкам. – Гук глушит мотор, берет с собой последние купюры и идет в кассу. Он возвращается, вставляет пистолет с бензином в бачок и садится обратно в салон. Младшему протягивает молочный шоколад с вишневой начинкой и берет его руку для поцелуя в тыльную сторону ладони. – Может это… ну… я хотел спросить у тебя, а Джин…  Их прерывает телефонный звонок. Старший поднимает трубку и на его лице выступает многозначительный шок. Он выскакивает из машины, достает пистолет, на ходу закрывает бензобак и оставляет заправщику купюру номиналом в пятьдесят рублей на чай.  Машина начинает свистеть от резкого старта, но буквально через десять секунд этот скрежет прекращается. Они вылетают на встречную полосу, делают разворот на сто восемьдесят градусов и летят на окраину города.  – У Чима с Юнги чуть хату не обнесли. Надо быстро разнести еблеты ахуевшим, пока не съебались они. Я потом с тобой поговорю. – Чон летит прям на запрещающий сигнал светофора. В стрессовых ситуациях он придерживается правила: красный - наш, зеленый - общий.  Подъехав к подъезду, они видят всех из своей компании. Намджун с кем то базарит по мобиле, Сокджин успокаивает Чимина, а Хосок и Юнги зажимают, как понял Чонгук, как раз таки воришку. Оба вылетают из машины и подходят ко всем. Хосок видит Тэхена и начинает истерично смеяться. Он хватается за сердце и от приступа попавшей смехуинки в рот краснеет.  – Сука я хуею! – Хосок включает на телефоне трек Ноггано, и от всего абсурда ситуации начинает еще больше заливаться смехом 

«А там бешеный стаффорд, жёсткий ультиматум

Валили оттуда, как зебры галопом

Стаффорд вдогонку, сука быстрый жлоб

Слава Богу, не хлопнули копы,

А вот у Лёхи теперь нет куска жопы» 

Вся компания поддерживает его шутку, которая оказалась как никак кстати. Чимин стал спокойнее, но руки от стресса все равно до сих пор трясутся. Он хлопает по груди Сокджина и отходит к своему Юнги. Прижимается к нему всем телом и зарывается носом в ключицу ища поддержку. Голубки снова вместе. А Мин стал остывать к этой ситуации.  – Пацаны ну по братски, отпустите уже меня! Ну внатуре попутал… мне в больницу надо. – снизу подается голос и все переводят свой взгляд на его источник. Окровавленный парень держится за свое бедро и бегает глазами по лицам сверху. – Я на этот район ни ногой больше не ступлю!  – Вали пока я не запиздил тебя до конца. Считаю до трех. – Юнги, который все так же продолжал обнимать Чимина, пинает его напоследок под зад, и зарывшись носом в макушку Пака стал уводить его в подъезд. Ну а воришка быстро, на сколько это позволяла нынешняя ситуация и его травма убежал из их поля зрения.  – А че стало? – Чонгук подкуривает вишневый чапман который бережет специально для младшего. Делает первую затяжку… и перед глазами снова всплывают флешбеки с того вписона у пахана.  – Мы с Минни вышли в магаз за хавкой, в холодильнике аж мышь повесилась. Через пол часа возвращаемся обратно, и слышим как Оди ебануто гавкает, понимаешь брат, никогда он себя так не вел. Я отдал все пакеты Чиму и побежал на этаж. А там картина: чувак лежит на полу, держится за свою жопу и закрывает лицо от Одиссея. – Юнги подталкивает Чимина к падику, к нему сразу подходит Ким, и они спешно уходят.  – Бля, я теперь понимаю почему Хос так ржал над песней Ноггано. – Чон стреляет бычком на ближайшую лужайку, отряхивает подол своих спортивок и свистнув пацанам, стал двигаться к железной двери подъезда. 

🐱🐱🐱 

«Я роняю Запад — это правда. Я ебал жену Обамы. 

Мне сосала дочка Трампа, США в нокаут, у! 

Делаю то, что я хочу, кончил прямо ей в пизду. 

Ты сосал мне, если ты касался ее губ.»

На колонке, в привычной манере Тэхена играет Фейс, все расселись по комнате, посасывают тихонечко пиво и наслаждаются вечером в кругу семьи. Сохи и Чанёль готовят закуски на кухне, Розана устроилась на коленях Джина, Намджун и Юнги толкают друг друга под ребра пытаясь отбить лакомое место на диване. Ким чешет за ушком Одиссея, рассматривает его черты породы, а на его ногах расположился новый жилец этого дома - маленький котенок. Юнги придумал ему подходящую кличку, исходя из его окраса и темперамента.  – Ты понравился Маммону. Он любит нежных. Ко мне этот пидорас вообще не подходит! Сидит у Минни постоянно. – Юнги делает большой глоток виски, и целует выше названного в висок.  – А он просто не хочет от блохастого заразиться. Блошки это жутко.. – Намджун начинает угорать, а Мин со словами «я сейчас ему наебашу» начинает вырываться из хватки Чимина.  – Может в бутылочку поиграем? На желание. – Хосок разряжает обстановку своим предложением. Он как раз допил свою бутылку, и алкоголь в юном теле начал подвергать его на неоправданные и рискованные решения.  – А хули нет, когда да? – Чонгук полностью поддерживает эту идею, первый садится напротив Тэхена, уступая место другим.  Все садятся в круг, Чонгук кладет пустую бутылку со спиртным в центр, и делает первый прокрут. Пустая тара останавливается и горлышком указывает на Сокджина.  – Джин. Мое желание таково: зайди сейчас в семейный чат, и покажи всем ваши фотки. Мы никогда не видели твоих родителей. – Гук скрещивает руки на груди, это был его козырь в рукаве. Старший обязан признаться. Или же там, в кабинете Пак Хёсоль перепутала? И случайно назвала имя  принцессы.  – Бля ну ща. – Джин не хотя включает свой телефон, находит чат «семья» и начинает листать к тому дню, когда с ними не было Тэхена. Но старший даже не успевает что-то возразить, как Хосок выбивает из его рук смартфон и открывает первую фотографию которая высветилась на экране.  – Что нахуй? Тэхен твой брат? – Хосок тычит телефоном в лицо Джина, старший оказывается максимально потерянным. Он не думал что тайна, которую он хранил долгие пять лет, раскроется за жалкие две минуты. Там, на экране фотография из четырех человек, с подписью: «спасибо сыночки, что провели этот день с нами». Вся компания поменялась в лице, но Чимин, с лицом победителя еще удобнее стал устраиваться на груди Юнги.  – Тэхен просто пидорок. А Джину от него противно. – Чимин раскрыл все карты. Больше прятаться негде. – Знали бы вы, как принцесса ко мне прибегал ночью в слезах, потому что Джин его чмырил по черному.  Сохи с Чанёлем, которые были на кухне до этого момента, заходят в гостиную с максимально ахуевшими лицами, они бегают взглядами то к Тэхену, то к Сокджину. Розана, которая еще недавно прижималась боком к груди Джина, стала от него отдаляться.  – Любимый, как ты мог мне врать? За наши четыре года отношений, я ни разу  не слышала о том, что у тебя оказывается есть брат… И ты серьезно его гнобил за то, что он любит члены а не вагины? – У Розаны начинает трястись голос, она не может поверить, что человек, которому она доверяла, которого так любила, смог на столько нагло поступить со своей семьей. – Какой ты жалкий гомофоб натурал.  – Джин, пойдем-ка побазарим с тобой. Юнги, за мной. – Чон встает первым, тянет двух выше упомянутых за воротники свитшотов и уводит в подъезд, что бы их разговор оставался максимально конфиденциальным.  Сокджин натягивает на ступни свои потертые adidas spezial, быром хватает свой бомбер и выскакивает в подъезд. На нем кофта суприм, спортивки с левого рынка и мятные носки. Юнги не спеша выходит следом. Они спускаются на улицу, оба садятся на лавочку, а Чон, засунув руки в карманы своих джинс, продолжает стоять.  – Какого хуя? Ты внатуре так легко предал свою семью, только потому что твой младший брат покосился на члены, а не как все на волосатые пёзды? – Гук сплевывает на тротуар, от стресса, он раскусил уже нижнюю губу до крови, и протирая выступающую кровь большим пальцем руки, возвращает свой взгляд к Джину.  – Блять. Когда это произошло, пять лет назад, у меня ебанутое отвращение появилось к нему. А потом.. через год я все осознал, ведь в нашей компании появился Юнги с Чимином, я увидел как они друг другом дорожат, как они друг друга любят… И понял что Тэхен вовсе не плохой из-за этого. Но просто… мне уже стало просто стыдно за себя, за свое поведение перед ним, и я не смог извиниться, поэтому продолжал играть в жмурки и чмырить его. Хотя я каждый раз, когда он приходил с улицы где его отпиздела шайка малолеток, переживал за него. Но сказать ничего не мог… – Джин теребит в руках край своего бомбера, на его лице выступает краснота, ему и в прямь очень стыдно. Свою ошибку он понял уже давно, но признать ее, долго не получалось.  – Встань. – Чонгук обращается к нему, и не дождавшись сам тянет его вверх. Он не выжидает времени, не смотрит напоследок ему в глаза, а сразу сжимает свою руку в кулак и проходится по его наглой роже, заряжая точным ударом в челюсть. Джин пытается вырваться, освободить себя от хватки Чона, но попытки оказываются тщетными. Завязывается потасовка, старший Ким тоже начинает замахиваться, но удара не происходит, перед ними вступает Юнги.  – Харе петушары! – Мин разводит их руками поодаль друг от друга, берет лицо Чона в свои ладони и заставляет посмотреть себе в глаза. Гук начинает успокаиваться, дыхание постепенно выравнивается, а кровь на губе успевает запечься, от чего нарастает не приятная корка с привкусом металла.  – Если так стыдно, пошел бы сейчас и извинился. Ссыкло ебаное. – Чон больно режет словами по сердцу Сокджина, но ранее упомянутый, куда больше резанул по хрупкой душе Тэхена.