zatoichi

Чонгук первым заходит в квартиру и крича, зовет Тэхена. Он буквально за ухо затягивает Джина на порог и толкает его вперед к брату.  – Давай бля, говори. – Чон все еще находится на эмоциях, до сих пор не может остыть от этого притворства.  Младший подходит с максимально виноватым лицом, ведь думает, что из-за него Джин сейчас получил по шапке. Не был бы он таким.. ему бы не пришлось подставлять своего старшего брата.  – Тэхен, я хочу перед тобой извиниться. Я понял свою ошибку по отношению к тебе, еще через год, после того как ты признался мне. Но я просто не мог через себя переступить в тот момент. Я за тебя переживал каждый день, но после всего того что сделал, мне попросту было стыдно перед тобой извиниться. Я заставлял тебя сидеть в комнате, когда пацаны к нам приходили, говорил что родители до сих пор в Японии когда они на самом деле приезжали. Я просто надеюсь что ты когда то, сможешь меня все таки простить. – Сокджин наконец то поднимает свои глаза, которые выглядят как пятирублевая монета, и из его склер начинают сочиться слезы. Это не притворство. Он сказал правду.  Тэхен не отвечает. Он молча подходит и влепляет старшему смачную пощечину. У самого от этого, начинает неприятно щипать ладонь. Но оно того стоило. В тот же момент он срывается и загребает его в объятия, сжимает так сильно, будто боится что это сон, что его брат, который был так холоден к нему все эти года - просто шутит, и скоро все станет как прежде. Он все это время жил в страхе. Стеснялся себя самого.  – Кнопка… прости меня. Поехали завтра домой? Родители должны приехать сегодня в страну… – Джин мягко и осторожно целует его в макушку, он сам до конца не понял, почему так долго тянул, ведь в его руках было все, что бы изменить между ними такие отношения. Ему бы не пришлось нагло пиздеть в глаза своим друзьям, не пришлось бы маленького Тэхена выгонять из дома, лишь бы пацаны не засекли. И не пришлось бы врать Розане.  – Всё-всё. Семейное воссоединение прошло, ахуенно-классно. У МЕНЯ БЛЯТЬ ВОПРОС НАХУЙ. – Намджун стоит с широко разведенными руками на уровне пояса и пытается обратить на себя хоть какое-то внимание. – У МЕНЯ ПОД ПАДИКОМ СОТКА ЧУВАКОВ И ТЯНОК СТОИТ МНЕ ЧЁ НАХУЙ ДЕЛАТЬ.  – Отставить панику. Все спускайтесь кто поедет на хату к пахану. Джин, без обид за неждан на лавочке. КТО ПРИБЕЖИТ ПОСЛЕДНИЙ БУДЕТ В БАГАЖНИКЕ! – Чонгук выхватывает Тэхена и бежит с ним вниз по лестнице, он открывает водительскую дверь, уваливается первым, и с неким ступором на лице смотрит на младшего. – Хули стоишь, укладывай свою жопу. – Чон хлопает рукой по своим коленям и не дождавшись согласия сам тянет Кима на себя. Старший мостится по удобнее, снимает тачку с ручника и начинает выруливать, что бы когда все наконец-то расселись по своим местам, он мигом стартанул.  Из подъезда выбегают запыханные Чимин и Юнги, они не теряют времени, и открывают переднее пассажирское, Мин садится первым, а Чимин так же как Тэхен, садится к своему Мину на колени. Следом выбегает Намджун, Сокджин и Розана, они втроем прыгают назад, оставляя место для Сохи и Чанёля, Розана, подсмотрев за ребятами, тоже садится к Джину на колени. Сохи бежит к машине первая, запрыгивает к Намджуну на руки и устраивается по удобнее, а следом, прямиком за ней садится ее брат - Чанёль.  – Если ты, мудила ебаная, случайно на кочке присунешь свой похотливый хуёк моей сестре, блядью буду, но кастрирую нахуй. – Чанёль, подтверждая свои слова тянет пахана за ухо, от чего тот начинает визжать и молить о пощаде.  – ВЫ ЧЕ БЛЯТЬ. – Хосок, на котором оставили закрытие квартиры приходит самым последним. У него не остается выбора, и он открывает багажник. Разгребает все вещи, и еле как пытается уместиться в это максимально тесное пространство.  – Крышку закрой, индюк! – Кричит ему Чонгук и срывается с визгом шин.  Право управления музыкой он передает Юнги. Тот, в своем репертуаре включает трек Коржа, как раз эффект ламповости будет присутствовать. 

«Боже, как хотел я увидеть свет

И как посчитал бы нужным жить — мечтал

И вот однажды, как обычно, я летал во сне

И вдруг увидел солнце и тогда себе сказал:

Я выбираю — жить в кайф!»

Все подпевают, и на сколько позволяет ситуация поддтанцовывают. Чон аккуратно кладет свою руку на бедро Кима. Для себя старший уже давно все понял. Ну практически. Просто не хотел признавать то, что чувствует. Однажды встретив эту принцессу, оторваться не представляло возможности, и особого желания. Они останавливаются на светофоре, Хосок что-то не внятное кричит, те кто сидел сзади, прекрасно его услышали, и передали остальным. Весь салон заливается смехом. Они проезжают центр города, Чимин и Тэхен поймав вайб, полностью открывают передние окна и садятся на дверную раму. Наизусть зная слова в песне они подпевают крича на всю улицу, им машут проходящие по пешеходному переходу такие же подростки как они. Машина начинает двигаться с места, поэтому они залезают обратно на свои места. Ощущение свободы в роли ветра гуляет по автомобилю, Тэхен с ним общается на «ты». Сегодня он одет в черный худак трешер, скинни джинсы и ориг вансы в шашечку. Точно так же, как и в первую их встречу с Чонгуком. Он прижимается к нему спиной и запрокидывает голову на его плечо, запускает руку на загривок и слабо ерошит волосы. Мягкие. Пахнут ментолом и табаком. Для Кима это уже стало родным запахом.  Подъезжая на свой район, музыка постепенно стихала, Чон всё внимательней следил за дорогой и обстановкой вокруг. В его до потолка забитой машине, можно найти дохуя и еще чуть-чуть нарушений. Поэтому он выключает фары, говорит всем заткнуть свои пиздаки, и они едут максимально тихо. Остановившись под домом Намджуна, все буквально вываливаются от того, на сколько было тесно. Хосок напоминает о себе яро стуча в закрытую крышку багажника. Чон и Мин решают угарнуть над ним, они с переднего сиденья достают бутылку с водой, делают в крышке пару отверстий, и перед тем как вызволить Хосока с заточения, Гук расстегивает ширинку, просовывая туда свой указательный палец. Чимин откидывает багажник вверх и отскакивает в сторону. Намджун и Тэхен все снимают на телефон, а Юнги начинает давить на бутылку. Все содержимое летит прямо Хосоку на лицо, от чего он взвизгивает и выпрыгивает начиная стряхивать с себя этот пиздец.  – Вы долбоебы ебаные. – Хосок злится но все равно ржет со всеми. Ладно, он так же мог пошутить, если бы была возможность.  Намджун проталкивается через огромную толпу на входе, и бегом поднимается к своей квартире. Люди везде. Под падиком, на лестничных клетках и ступеньках, в лифте и даже на крыше. Ждут пахана. Он мигом отрубает всю дорогую технику и прячет ее в шкаф, надеясь что в этот раз, гости на вписке ему ничего не разобьют.  Юнги останавливает Чонгука и ведет его в глубь дворов на разговор.  – Чувак, хули яйца мнешь? Мы все видим что между тобой и принцессой не все гладко. Че происходит? – Юнги подкуривает свои  мятные ротманс и в знак уважения выпускает дым в другую сторону от Чона.  – Бля не хочу пидором казаться, но Тэхен сасный очень. Я не знаю что мне делать. Я в ауте перед ним. – Гук садится на кортаны, и зажимает свою голову в собственных ладонях, немного потягивая волосы что бы кровь отлила и мозги стали лучше работать.  – Я не гей. Просто однажды, я увидел Чимина. Я его полюбил как человека, а не просто как какой то объект. И мне стало совсем не важно что у него там между ног: член или волосатая пизда. Я полюбил его всего. Все привычки, все его траблы которые по итогу стали нашими общими, ведь я готов каждому размотать еблище в щепки если кто-то на него позарится. Мы рассказали это родителям, они полностью приняли это, практически не возражали. Ну ток если не хотели долго Чима отпускать ко мне на хату. Чувак, это твой выбор. И только ты решаешь, рискнуть тебе, или продолжать жить по правилам ебаного общества. – Он заканчивает свой монолог, переводит взгляд на Чона, а тот уже все решил, на этот раз - окончательно. –  Юнги смеется и ведет его обратно ко всей тусовке.  – Бля а может сегодня ему сказать тогда? Типо давай поговорим… Все дела… – Гук теребит в руках край своего анорака, и его глаза округляются когда Мин произносит роковую фразу.:  – На последнем вписоне, братан,  ты сосался не с тянкой, а с Тэхеном. – Он ему подмигивает и с усмешкой на лице подталкивает к дверям падика.  Разгар тусовки происходит спустя три часа, вся молодежь уже вдоволь пьяная, все опять, как по прошлым сценариям разбились на маленькие компании и сидят в разных углах большой квартиры. Тэхен же, не пил и вовсе. Как то желания не было. Особенно после последнего случая. Он не хотел повторять ошибку вновь. Младший часто думал о том, что между ним и Чонгуком. Почему старший себя так ведет? То впускает к себе, то делает вид что ничего не было. А может и впрямь ничего не произошло? И это просто пьяные галюны Тэхена?  К нему подходит Чонгук, вновь берет его за руку и уводит в сторону выхода. Они покидают подъезд, и как только оказались на улице, Чон с силой садит его на лавочку, сам спускается на корточки и зарывается лицом в его ноги. Тэхен робко, практически невесомо касается его волос, зарывается пятерней в них начиная поглаживать. Они сидят в тишине минут пять, а потом Чон подает свой голос, хриплый, дрожащий и немного испуганный.  – Тэхен, может мутить начнем? – Гук поднимает на него свой взгляд, глаза наливаются слезами. Они оба понимают всю абсурдность ситуации, и то, как это выглядит. Но пути назад уже нет. Он сопоставил все пазлы после последнего вписона у пахана, не без помощи Юнги, и понял что тянка о которой он думал не меньше недели, оказалась Тэхеном? Чон думал об этом без малого весь день, выискивал везде, бродил по школе в омуте своих мыслей, а в итоге объект его воздыхания оказывался все время под боком. –  Я не ебу просто как это все начинать… Я не особо силен в этих делах и…  Чонгуково признание прерывается, и Тэхен без каких либо объяснений мягко целует его в губы. Он еле прикасается к ним, как и в прошлый раз. Рискованно? Определенно. Стоило ли оно того? Стопроцентно. Будет ли он об этом жалеть если это окажется пранком? Точно нет.  Младший мягко сминает то нижнюю, то верхнюю губу, проходится языком между стыков двух и у Чона срывает башню. Старший подрывается с корточек и опять, точно так же как в тот вечер на лоджии, заводит руку за шею, еще больше впечатывая в себя. Поцелуй снова получается смазанным, нелепым и до жути детским. Они оба так долго молчали. Особенно Тэхен. По Чонгуку он сохнет уже без малого три года, но из рациональных побуждений и боязни быть осужденным в лице общества засунул свою симпатию в глубь очка, и достал ее только тогда, когда оказался с ним в одной компании. Они нехотя отрываются друг от друга, прижимаются лбами и нервно начинают смеяться, будто на ментальном уровне говоря «теперь мы вместе, теперь нам можно.»  – Принцесса, я совсем о тебе ничего не знаю. Мне страшно начинать мутить. – Чон краснеет.  Ахуеть.  О. Боже. Мой.  Гроза района, который всем дает просраться только от одного взгляда - сейчас краснеет потому что он вступает в неизвестность, но с таким порывом? Ким сидит в ахуе.  – У меня есть одна небольшая игра на такие случаи. Я поставлю таймер на шестьдесят секунд, и за это время, мы оба должны рассказать любые факты о себе. Будь то даже воспоминание из детства или черта характера. Может так мы сможем отвлечься и узнать друг друга чуточку лучше? – Младший выговаривает это на одном дыхании, будто он сказал сейчас какую то немыслимую хуйню.  Чон соглашается. Тэхен достает свой старенький айфон 5s, включает таймер и начинает первым.  – Я боюсь темноты, вообще не могу спать без малейшего лучика света. Я люблю чапман с вишней. – Чонгук на последнем слоге слабо прыскает себе в кулак. – Еще мне очень нравиться фотографировать закаты, я люблю шмотки от Гоши Рубчинского, вишневый блейзер и лимонный гараж, я сплю постоянно в обнимку с мягкой игрушкой, и еще… Три года назад я полюбил гопника с района, но никак не мог признаться.  Гук сидит все так же напротив округлив свои черные как смоль глаза.  – Хорошо, так… – Чонгук включает вновь таймер на одну минуту, и начинает свой сказ. – Я все свои бабки сливаю на тачку и сигареты, родители перед смертью завещали мне свой дом но моя тетка его отобрала и поэтому я живу со своей бабушкой, я умею вкусно готовить, хочу поступить в медицинский, я знаю четыре языка поэтому много путешествую, и месяц назад мне в душу запала одна принцесса, и теперь кажется… я хочу провести с ней всю свою жизнь. – Старший все это время смотрел прямо в глаза, он все так же краснеет, ведь буквально открыл свою душу нараспашку.  – Почему тебя кликуют затойчи? – Кима этот вопрос интересует уже долгие года.  –  А потому что в массажке работаю по выходным, и линзы ношу. Так меня прозвал Хосок. – Чон пожимает плечами. Глупая кличка, которая попала с точностью до ста процентов.  – Давай так: я дам тебе свой ответ на выпускном. Если я пойду с тобой на медляк, значит я согласен. Если нет - ты в пролете, дружок. – Тэхен язвит. Конечно он руками и ногами за! Но хочет выдержать паузу. До мероприятия которое имеет определенно звучащее и подходящее название «последний звонок» осталось меньше двух недель, а поэтому, у младшего будет время проследить за намерениями Чона по отношению к нему.   – Базару нет, принцесса. – Чон оставляет последний поцелуй на его щеке, это было самым мягким и подтверждающим его чувства действие. Старший садится на лавочку, перебрасывает свои ноги и ложится к Тэхену на колени. Свет фонаря как раз падает к нему на макушку, от чего блондинистые волосы со скрытым синим окрашиванием подсвечиваются.  Младший так же запустил пятерню в его волосы, так же начинает чесать кожу головы своими короткими ноготками. Чон от этого знатно кайфует, прикрывает глаза и начинает издавать звуки похожие на… Мурчание блять? Гроза района прямо в эту секунду лежит у Тэхена на бедрах и мурчит? Похоже Ким оказался пьяным даже без крышесносного пойла.  Гук приоткрывает свои глаза и начинает рассматривать черты лица своей принцессы, в свете уличных фонарей и звездного неба. Нос у Тэхёна прямой с высокой переносицей, мягким кончиком и родинкой на нём. Розоватые пухлые губы с чуть оставшимся бальзамом выступают вперёд, линия челюсти острая. Он еле, почти невесомо до касается своим пальцем к его родинке на носу. Щенячьи глаза, выглядывающие из-под прядей, обычно такие язвительные и наглые, оказываются сейчас почти закрытыми, у него устало дрожат ресницы, густо растущие вниз. На щеках выступает еле заметный румянец, а кожа оказывается немного загорелой. Адамово яблоко на шее изредка вздрагивает. Из под худака выглядывают острые ключицы, а ниже… Чон понимает что Тэхен больше похож на худощавую Албанскую школьницу, но ничего, как говорится: тесто на хороших яйцах быстро растет. Из окна высовывается Хосок, свистит им приговаривая:  – Голубки, хули съебались? Заскакивайте на хату быром! – получая кивок согласия в ответ, засовывается обратно и переставляет окно в режим форточки.  Они неспешно поднимаются с лавочки, Чон берет младшего за руку и останавливается, он с большой нежностью и трепетом целует его в уголок губ и только потом уволит его в сторону многоквартирного дома. Оба останавливаются на лестничном пролете третьего этажа, прямо там, под светом единственной лампочки Чонгук достает связку своих ключей, и прямо по недавно выкрашенной стене начинает выцарапывать сингл: «T+J=LF» Тэхен тихонько хихикает и за руку тянет его в самое жерло тусовки. На колонке играет пошлая молли, пьяные подростки нелепо дрыгают телами, где то собралась компания играющая в бутылочку, кто-то как и они ранее курит на лоджии, Юнги с Чимином в своей привычной манере о чем то мило щебечут на диване, Хосок зажимает тянку на столе, Чанёль кадрит новую училку младших классов. Стоп что? Об этом случае Чон его с утра обязательно спросит… Джин и Розана сели по ближе к членам семьи, к Мину и Паку конечно же. Сохи готовит закуски а Намджун прижимается к ней сзади обвивая руками ее талию. Кажется, назревает новая тема для обсуждения. Неужели их так сплотила совместная поездка в полностью забитой машине? 

🐱🐱🐱 

До выпускного осталось четыре дня. Чимин и Тэхен бегают по бутикам с одеждой пытаясь выбрать себе подходящий костюм. Конечно же он с них слетит в первую же секунду как только они покинут место праздника. Мин ходит за ними по пятам, ведь если булка сказал что ему обязательно надо помочь с выбором, то значит надо. Только вот Чонгук сегодня на смене в массажном салоне, запись перед летом у него забита в прок, с тем условием что выходит он туда только по выходным. Старший специально поставил свой телефон на режим звуковых оповещений, ведь обещал Тэхену помочь, хоть даже так, с выбором костюма. В каждом новом комплекте он делает по одной фотографии, позже после всех примерок, младший отсылает это Чонгуку. На каких то он стоит с супер серьезным лицом, на каких то корчит рожицы и выстраивает женоподобные позы. Принцесса: – Я совсем не знаю что выбрать ;( может послать это все к хуям и прийти в костюме с принтом пива? XD Чон сию же секунду берет свой телефон в руки, и пока есть время отвечает, ведь следующая клиентка должна приехать с минуты на минуту. Затойчи: – Пятый варик не плохой. Ты в нем прям сас. <3 Чмок! А Тэхен смотрит на его сообщение и начинает улыбаться. Он быстро делает скриншот и заливает себе в сохры. Юнги стоит уже с двумя большими пакетами на кассе, Чимин выбирает им парные бабочки и носки… С трешером? Да. Он выбрал именно пятый костюм. Чонгук же кажется, забыл как дышать, ведь он уже без малого пять минут листает фотографии присланные Тэхеном и давит свою уже фирменную лыбу. Конечно же. Быстренько закидывает все фотографии в сохры с отдельным альбомом подписанным «принцесса» и в кабинет как раз таки заходит его следующая головная боль на ближайший час. Тэхен видимо, забыл как дышать. Новая страница в его жизни постепенно окрашивается в яркие цвета, он надеется что тусклые и мрачные краски листа не коснуться. А Чон попросту и не позволит этому случиться.