Мне Нравится Только Твое Лицо

За всю ночь воду в ванне меняли дважды. Каждый раз, когда Мо Мин почти засыпал в постели, Хань Шаочжоу с волнением укладывал его обратно в ванну. Мо Мин понятия не имел, где Хань Шаочжоу научился этим новым трюкам. Раньше Хань придерживался традиционных взглядов в этом вопросе и полагался исключительно на грубую силу и выносливость, но недавно он словно открыл для себя целый новый мир, полный постыдных приемов, с которыми Мо Мин не мог справиться. Мо Мин был рад, что на следующий день у него не было запланированных съемок. В таком состоянии он точно не смог бы встать с постели. Ему казалось, что его спина прижата к теплой твердой печи. Все тело болело и онемело, но это тепло подсознательно успокаивало его, достаточно чтобы погрузить его в сон. Если бы он мог просто полежать неподвижно хотя бы тридцать секунд, то мгновенно уснул бы... «Ну как, я хорош?» Бесстыдник за его спиной тихо усмехнулся, коснувшись губами шеи Мо Мина. «Ну как, малыш? Поставь мне оценку…» За свои двадцать семь лет Хань Шаочжоу был только с Мо Мином. Весь его сексуальный опыт был связан только с Мо Мином. Только он мог судить о том, хорош он в постели или нет. Раньше Хань Шаочжоу считал, что ему достаточно того, что он сам доволен, ведь он платит. Но со временем он понял, что истинная мера мужского мастерства — это умение доставить удовольствие тому, с кем он проводит время. Он не был таким неразборчивым в связях, как Чжао Чэн, который без труда делился своим богатым опытом, и даже не таким несведущим, как Ян Гуань, который только учился. Но Хань Шаочжоу это не волновало. Было достаточно того, что Мо Мин считает его впечатляющим. У Мо Мина не было сил отвечать. Хань Шаочжоу, одержимый идеей получить пятизвездочный отзыв, снова начал его подначивать. «Ну как? Хм? Недоволен?» Голова Мо Мина была тяжелой, как будто свинцовой. Он едва сдерживался. Его губы едва шевелились, когда он пробормотал почти шепотом: «Хорошо… доволен…» Хань Шаочжоу почувствовал, как его грудь наполняется гордостью, и притянул Мо Мина к себе. «Ты был таким очаровательной сегодня на съемках…» Хань Шаочжоу хрипло прошептал Мо Мину в волосы. «Когда у меня будет время, я приду посмотреть. Не волнуйся, я постараюсь держать себя в руках…» Мо Мин уже спал, но Хань Шаочжоу еще какое-то время разговаривал сам с собой. «Иди спать…» Хань Шаочжоу поцеловал Мо Мина в макушку. Мо Мин проспал весь следующий день и проснулся только вечером. У Хань Шаочжоу была ранняя утренняя встреча в офисе, поэтому он ушел пораньше, но вернулся около полудня, чтобы проведать Мо Мина, и принес обед из ресторана. Увидев, что Мо Мин всё ещё крепко спит, он не решился его будить, поэтому оставил еду на кухне и отправил Мо Мину сообщение. В тот вечер у него было другое мероприятие — благотворительный гала-концерт в соседнем городе, — так что он не вернется допоздна. Когда Мо Мин наконец включил телефон, он увидел сообщение от Хань Шаочжоу и несколько пропущенных звонков от Сяо Суна и его агента Си Нань — все за последние полчаса. Мо Мин сразу почувствовал, что что-то не так. С трудом приподнявшись на кровати, он перезвонил Си Нань. «Прости, Нань Цзе, я только что включил телефон и увидел твои звонки, — сказал он сонным голосом. — Что-то случилось?» «Ты только что проснулся?» «Э-э…» — Неважно, это не имеет значения, — быстро перешла к делу Си Нань. — Ты видел видео, которое только что слили в сеть? Мне нужно знать, какие именно отношения связывают вас с Хань Шаочжоу, чтобы я могла разработать нашу PR-стратегию. Мо Мин был ошеломлен. «К-какое видео?» «Ты не заходил в интернет? Ах да, ты же только проснулся. Около получаса назад в сеть слили видео с тобой и Хань Шаочжоу, и оно уже стало трендом на всех крупных социальных платформах». После паузы Си Нань со смешком добавила: «Мо Мин, ты хранил секреты. Быть с таким человеком, как Хань Шаочжоу, и не проболтаться…» Си Нань была строгой и решительной, но всегда снисходительно относилась к Мо Мину, главным образом потому, что Xingci предоставил ему свободу выбора работы. Она всегда считала, что Мо Мин — просто богатый наследник во втором поколении, который познает с жизнь в индустрии развлечений, и даже представить себе не могла, что за ним стоит Хань Шаочжоу. Видео поразило не только всю индустрию развлечений, но и даже такого опытного человека, как Си Нань. “…” Возможно, из-за того, что он слишком долго спал, в голове у Мо Мина слегка помутилось. Он помассировал виски и тихо произнес: «Хань... Мы с Хань Шаочжоу просто друзья». Вероятно, это произошло, когда Хань Шаочжоу пришел к нему на съемочную площадку вчера вечером. Это казалось наиболее вероятным объяснением. «Друзья? Вы уверены?» «Да, просто друзья, — спокойно ответил Мо Мин. — Нань Цзе, не переживай за меня. Я никогда не планировал надолго задерживаться в индустрии развлечений. Этот скандал меня не особо касается, так что поступай с ним по своему усмотрению». В индустрии развлечений всегда было много слухов о знаменитостях, и подобные слухи были настолько распространены, что редко оказывали какое-либо долгосрочное влияние. Мо Мин не была суперзвездой, а у современных пользователей интернета короткая память — через день-другой этот скандал полностью забудется на фоне нового. «Мо Мин, честно говоря, здесь особо нечего пиарить. Образ Хань Шаочжоу в глазах общественности чище, чем у большинства знаменитостей, и любое сотрудничество с ним может пойти тебе только на пользу. Не стоит этого избегать». Несмотря на то, что Мо Мин шокировал ее связью с Хань Шаочжоу, Си Нань не могла не признать, что было бы позором не воспользоваться огромным трафиком, который это могло бы обеспечить. Если бы такое случилось с любым другим амбициозным новичком, которого она взяла под свое крыло, ей вообще не пришлось бы заниматься пиаром. Благодаря своему опыту она могла бы использовать эту возможность, чтобы вознести актера на вершину славы. Но поскольку это был Мо Мин, все ее маркетинговые стратегии оказались бесполезны. «Нань Цзе, у нас с Хань Шаочжоу не такие отношения, как ты думаешь». Си Нань рассмеялась: «Мо Мин, может, тебе стоит посмотреть то видео в интернете. Дай мне знать, что ты об этом думаешь». «…» У Мо Мин вдруг возникло нехорошее предчувствие. «Да, и еще кое-что, — продолжила Си Нань. — Я должна напомнить тебе, что вместо того, чтобы поддаваться иллюзии любви, тебе следует воспринимать ее как трамплин, короткий путь. Успех — это не о золотой возможности, а об умение ею воспользоваться. Кроме того, ты должен точно знать, как много ты значишь для Хань Шаочжоу…» И Вэнь Ци, и Мо Мин были ее подопечными. Си Нань знала индустрию вдоль и поперек и могла ясно видеть ситуацию. «...Я понимаю, Нань Цзе. Спасибо, что напомнила». Повесив трубку, Мо Мин быстро зашел в интернет, чтобы посмотреть видео, о котором говорила Си Нань. Искать его не пришлось — его имя уже было в топе поисковых запросов. Увидев видео, которым поделились десятки тысяч раз, Мо Мин почувствовал, как у него закружилась голова. Он думал, что видео, о котором говорила Си Нань, — это просто ролик, на котором его и Хань Шаочжоу видят вместе, но оказалось, что это запись с камер наблюдения, на которой они целуются в раздевалке прошлым вечером. Мо Мин тут же почувствовал себя идиотом. Он вдруг вспомнил, что в раздевалке установлены камеры наблюдения. Несколько дней назад один из актеров потерял там браслет стоимостью более двадцати тысяч юаней. Учитывая, сколько людей было задействовано в съемках такого масштабного проекта, в комнате установили круглосуточную камеру. Камера была направлена прямо на ряд туалетных столиков. Временные раздевалки у стены находились в слепой зоне камеры, иначе были бы засняты и кадры, на которых они один за другим заходят в одну и ту же раздевалку. От этого видео у Мо Мина от стыда мурашки побежали по коже. Хотя Хань Шаочжоу стоял спиной к камере, когда они целовались, и полностью закрывал лицо Мо Мина, их действия были явно страстными и пылкими. Качество видео было высоким, и когда они наконец вышли из раздевалки вместе, их лица были хорошо видны, и ошибиться было невозможно. Отрицать это было невозможно... Он только что уверенно заявил Си Нань, что они с Хань Шаочжоу просто друзья, — Си Нань, должно быть, решила, что он считает её за дуру. Секция комментариев уже взорвалась, но никто не возмущался по-настоящему, все были просто в шоке. Было очевидно, что Хань Шаочжоу — более известная личность. Короче говоря, именно Хань Шаочжоу внес Мо Мина в список трендов. [Ааааа! Моя молодость закончилась! Мой брат Хань на самом деле влюбился в кого-то другого !!] [Несмотря на то, что Брат Хань уже три года не в центре внимания, ему все же удалось взорвать интернет своими отношениями! Вот что значит настоящий топ-уровень!] [Ох, мой бедный брат Хань наконец-то не один. А ведь я так плакала из-за его безответной любви.] [О боже, это же мой новый кумир, Мо Мин! Он мне так нравится. Посмотрите его фото из *этой дорамы — какое красивое лицо! {Изображение}] [Этот поцелуй длился так долго, что на него неловко смотреть. Боже, у меня слюнки текут.] Мо Мин просмотрел несколько комментариев к видео, а затем бросил телефон на подушку. Он подпер рукой пульсирующий лоб и откинулся на кровать… Хань Шаочжоу был чужаком*, а Мо Мин — не суперзвездой. Шумиха вокруг этих слухов, скорее всего, скоро уляжется. T/L: Думаю речь про чужака для их круга шоубиза Возможно. Вспомнив о Сяо Суне, Мо Мин взял телефон и перезвонил ему. «Брат Мо, ты наконец-то ответил!» Сяо Сун, казалось, вот-вот расплачется. «Ты видел сообщения, которые я отправил вчера вечером? И видео в сети?» «Я видел это». Мо Мин потёр виски. «И что…» Настойчивый тон Сяо Суна внезапно стал тише. «Что ты думаешь?» «Просто оставь всё как есть. Нань Цзе сама разберётся. Не волнуйся». Иногда лучше всего позволить событиям идти своим чередом. Сколько бы ни было сплетен в интернете, это никак не повлияет на его реальную жизнь. Возможно, время от времени это будет немного раздражать. Когда он наконец уйдет из индустрии и вернется в театральную труппу своего учителя, ему, вероятно, придется терпеть насмешки друзей. «Я не это имел в виду, — сказал Сяо Сун. — Я имел в виду сообщения, которые отправил вчера вечером… Брат Мо, ты ведь понимаешь, что я хотел сказать? Этот Хань Шаочжоу просто использует тебя…» — Это мое личное дело, — перебил его Мо Мин. — Сосредоточься на своей работе. Мо Мин редко говорил так серьезно, и Сяо Сун не осмелился настаивать. — ...Хорошо. — О, и еще кое-что, — быстро добавил Сяо Сун. — Компания предоставила тебе трейлер и водителя специально для него. — Трейлер? — Да, я его проверил. Его доставили сегодня днем. Можешь воспользоваться им завтра на съемочной площадке. “…” Конечно, он знал, кто это устроил. Было ясно, что Хань Шаочжоу предпочел спрятать его в трейлере, а не в обычной раздевалке. “Понял, — сказал Мо Мин. — Пользуйся, когда нужно”. “Хорошо, увидимся завтра, брат Мо”. Сяо Сун заметил, что тон Мо Мина был не таким спокойным, как обычно, и проглотил слова, которые хотел произнести. Он переживал, что Мо Мин пострадает в своих отношений с Хань Шаочжоу, но в то же время чувствовал, что Мо Мин не такой хрупкий, каким кажется. Проработав с Мо Мином год, Сяо Сун понял, что Мо Мин, хоть и был мягким и добродушным, обладал ясным умом и рассудительностью. — Да. Повесив трубку, Мо Мин встал с кровати и, придерживаясь за больную поясницу, медленно направился в ванную. На кухне он разогрел еду, которую Хань Шаочжоу принес в обед. Сидя за обеденным столом и попивая чай, он проверил сообщение, которое только что пришло на его телефон. Это был Ся Цин. [Ся Цин]: Вы с Хань Шаочжоу, похоже, очень близки [загадочная улыбка] [Мо Мин]: Ты пришел посмеяться надо мной? [грустное лицо] [Ся Цин]: С чего бы мне смеяться? Разве это плохо? [Мо Мин]: [плачущее лицо] [Ся Цин]: Да ладно тебе, я знаю, почему ты ему нравишься [гладит по голове] [Мо Мин]: [грустное лицо] [Ся Цин]: Не волнуйся, Цин Гэ здесь ради тебя [ухмыляется] Мо Мин посмотрел на сообщение, и на его губах заиграла легкая улыбка. [Мо Мин]: [счастливое лицо] … В роскошном зале звенели бокалы, а свет отражался от блестящих поверхностей. Хань Шаочжоу оживленно беседовал с бизнесменом, когда к нему подошел его помощник и что-то прошептал ему на ухо. «Извините, я отойду на минутку», — сказал Хань Шаочжоу, слегка кивнув, и направился к выходу. Выйдя в коридор, Хань Шаочжоу достал телефон. Имя Мо Мина было в топе поисковых запросов, но большая часть контента была посвящена Хань Шаочжоу. Помимо 40-секундного видео с камер наблюдения, в сети не утихали споры о том, как три года назад он настойчиво ухаживал за Вэнь Ци. Это была не негативная реакция. Напротив, Хань Шаочжоу получал немало похвал в интернете. Когда его преследование Вэнь Ци было у всех на слуху, Хань Шаочжоу было все равно. Человек, которого он добивался, был звездой первой величины, а звездам первой величины приходится быть готовыми к повышенному вниманию. Но теперь, глядя на всю эту чепуху, Хань Шаочжоу испытывал лишь скуку. Особенно теперь, когда он решил пойти по стопам своего деда и залечь на дно, его раздражало, что СМИ продолжают использовать его личную жизнь для развлечения. Раньше он не особо следил за этим, но теперь ему казалось, что СМИ относятся к нему как к артисту, развлекающему публику. Если бы Мо Мин когда-нибудь стал звездой первой величины, Хань Шаочжоу хотел бы быть лишь закулисным персонажем, оставляя все внимание своему прекрасному возлюбленному. «Подавайте на них в суд». Хань Шаочжоу отложил телефон и поднял глаза. «Выбирайте самые агрессивные СМИ. Никаких извинений, никаких компенсаций». «Да, брат Хань», — быстро ответил помощник. Судебные иски о клевете, поданные его боссом, могли бы легко разорить эти медиакомпании. «И не допускайте, чтобы подобное снова стало трендом». «Понял». После того как помощник ушел, Хань Шаочжоу уже собирался вернуться в зал, но вдруг вспомнил, что вчера вечером обещал отправить Мо Мину красный конверт. Интересно, малыш уже чувствует себя лучше. Хань Шаочжоу снова достал телефон и быстро открыл чат с Мо Мином. Сумма, которую он мог отправить в красном конверте, не имела ограничений. Несколько быстрых нажатий — и он отправил ярко-красный конверт с 5,2 миллиона юаней.* T/L: По нашему курсу апреля 2026 года это 761289$ или 404 768 000 рублей или 2,5 миллиарда тенге Хань Шаочжоу, конечно, не был романтиком. Когда он хотел сделать кому-то приятное, то действовал импульсивно, без каких-либо утонченных или вычурных жестов. Даже в те годы, когда он ухаживал за Вэнь Ци, его способы проявления чувств были простыми и прямолинейными до неприличия. Гао Чэнь пел для Вэнь Ци песни, которые сам для него сочинил, а Хань Шаочжоу тратил целое состояние на поддержку фильмов Вэнь Ци, в одиночку увеличив кассовые сборы на миллиарды. В конце концов, вместо того чтобы тронуть Вэнь Ци, его обвинили в оскорблении искусства. Вэнь Ци однажды пошутил в разговоре с Хань Шаочжоу: «Брат Хань, разве ты не заметил? Наши духовные стремления находятся не на одном уровне…» Это была шутка, но она долгое время причиняла Хану Шаочжоу боль. Он сожалел, что не прислушался к планам деда и не стал аристократом с художественным вкусом. Теперь, как бы он ни старался, он был всего лишь бизнесменом, который умел только зарабатывать деньги… Одна секунда, десять секунд, тридцать секунд… Динь! [Ваша милашка получила ваш красный конвертик] Хань Шаочжоу усмехнулся и продолжил смотреть в телефон. Десять секунд, тридцать секунд, пятьдесят секунд… Но даже после того, как он пялился в экран до тех пор, пока не заслезились глаза, ответа не последовало. Он даже не был уверен, на какой ответ надеется, но любой ответ заставил бы его почувствовать себя лучше. Просто молча принять красный конверт было... холодно. Но если бы он напрямую напомнил об этом Мо Мину, могло бы показаться, что он ведёт себя высокомерно только потому, что отправил ему красный конверт, и ждёт, что Мо Мин будет его горячо благодарить. Немного подумав, Хань Шаочжоу отправил еще один красный конверт с такой же суммой. Три секунды спустя… [Мо Мин]: [Спасибо, босс.jpg] Хань Шаочжоу наконец-то почуствовав удовлетворение, улыбнулся, глядя на мем с плачущим котом. [Хань Шаочжоу]: Давай продолжим игру в ванной завтра вечером [крутые солнцезащитные очки] [Мо Мин]: [Кот молит о пощаде.jpg] Черт. Хань Шаочжоу стало туго внизу живота. Он был уверен, что Мо Мин нарочно присылал эти мемы, которые были одновременно милыми и кокетливыми, — нет, он не просто догадывался, он был в этом уверен. Хань Шаочжоу уже собирался напечатать дразнящий ответ, как вдруг почувствовал, что кто-то похлопал его по плечу. «Эй, Хань, как дела?» Хань Шаочжоу вздрогнул и чуть не выронил телефон. Он инстинктивно заблокировал экран и повернулся, чтобы посмотреть на ухмыляющегося Чжао Чэна. Чжао Чэн был одет в бордовый бархатный костюм, его волосы были зачесаны назад и намазаны гелем, что придавало ему более респектабельный вид, чем обычно. «Может, перестанешь подкрадываться к людям?» — рявкнул Хань Шаочжоу. «Я просто поздоровался, да ладно. Не нужно так напрягаться». Хитрые глазки Чжао Чэна расплылись в озорной усмешке. «С кем это ты так увлеченно переписывался?» Хань Шаочжоу сунул телефон в карман. «По работе». Чжао Чэн явно ему не поверил, но не стал настаивать. Он положил руку на плечо Хань Шаочжоу и со смехом повел его в более тихий уголок коридора. «Я видел это видео в сети. Черт, Хань, ты и правда не удержался и поцеловал Мо Мина прямо на съемочной площадке». «Каким глазом ты увидел, что это было насильно?» Хань Шаочжоу был явно недоволен. На видео Мо Мин крепко обнимал его. «Ладно, ладно, не насильно, — сказал Чжао Чэн, подняв руки в притворном жесте капитуляции. — Но что теперь? Об этом знает весь интернет». «Ну и что с того? Это не первый раз, когда СМИ нападают на меня. Все это уляжется через пару дней». «Я имею в виду, что теперь все знают... в том числе Вэнь Ци, который вот-вот вернётся в Чуаньхай». Хань Шаочжоу посмотрел на Чжао Чэна. «Что именно ты пытаешься сказать?» «Ты всегда говорил, что держишь Мо Мина рядом с собой просто для того, чтобы скоротать время, и что ты никогда на нём не женишься». «Да, так я и говорил. И что с того?» «Мо Мин всегда был заменой Вэнь Ци. Я ведь не ошибаюсь? Хань Шаочжоу нахмурился еще сильнее. Он не мог этого отрицать. Когда он только начал встречаться с Мо Мином, то представлял его в образе Вэнь Ци. Он даже одевал Мо Мина так, чтобы он на восемь десятых походил на Вэнь Ци. В то время он сильно обижался на Вэнь Ци. Боль и сожаление о неразделенной любви смешивались с разочарованием и гневом. Когда он видел, что Вэнь Ци публикует милые фотографии с Гао Чэнем после их свадьбы, его охватывала ярость. А когда он был с Мо Мином, то зажимал ему рот, чтобы тот не издал ни звука, и полностью проецировал на него Вэнь Ци, выплескивая собственную боль и разочарование. В то время Мо Мин был очень послушным. Он безропотно выполнял все, что просил Хань Шаочжоу. Но теперь, оглядываясь назад, Хань Шаочжоу понимает, каким невротичным он был — одержимым, нестабильным, переживавшим разрыв отношений так, будто весь мир был против него. Только Мо Мин мог его успокоить. «Да», — признался Хань Шаочжоу со сложным выражением лица. «Значит, тебе всегда нравился Вэнь Ци... Хань, ты даже не пытался. Откуда ты знаешь, что у тебя не будет шанса, если ты не попробуешь?» Логика Чжао Чэна была проста: если Хань Шаочжоу все еще любит Вэнь Ци, он должен немедленно отпустить Мо Мина. Но сейчас казалось, что Хань Шаочжоу, возможно из-за травмы прошлого разбитого сердца, стал немного трусоват в вопросах отношений. Хань Шаочжоу выслушал слова Чжао Чэна, и его нахмуренные брови постепенно разгладились. «Значит, у меня точно нет шансов». «...Я правда тебя не понимаю, Хань. Настоящая любовь вот-вот вернется, а ты все еще цепляешься за ее замену. Если ты не прекратишь, то потеряешь Вэнь Ци и превратишь Мо Мина в посмешище. Чем Мо Мин заслужил такое отношение? Он отдал тебе все своё сердце, а ты три года относился к нему как к замене другого человека». Хань Шаочжоу охватила волна раздражения. Ему не стоило обсуждать это с Чжао Чэном, так называемым «экспертом по любви», который ничего не смыслил в настоящих отношениях. Этот парень, который менял женщин как перчатки, ничего не понимал. Хань Шаочжоу давно утратил силы заботится об отношениях. Он тщательно и терпеливо анализировал свою работу, но когда дело касалось любви, предпочитал действовать по наитию. Пока ему было комфортно с Мо Мином, он не хотел его отпускать. С чего бы ему отпускать его только потому, что кто-то ему это посоветовал? Если Мо Мин пострадает, Хань Шаочжоу всегда сможет загладить свою вину. В конце концов, он мог себе это позволить. Что касается Вэнь Ци… «Зачем я вообще с тобой об этом говорю?» — рявкнул Хань Шаочжоу на Чжао Чэна и, развернувшись на каблуках, направился обратно в зал. Ещё минуту назад у него было такое хорошее настроение, а теперь Чжао Чэн всё испортил! Чжао Чэн быстро догнал его. «Хань, не злись. Я просто пытаюсь позаботиться о тебе, Вэнь Ци и Мо Мине. — Мне это не нужно. Я сам могу позаботиться о Мо Мине. Подписывайтесь на тгк переводчиков: Жертвы BL новелл (https://t.me/BLnovelsVictims) и читайте другие наши переводы❤️