Межсезонье. Сезон сухого ветра | Autumn Dryness | 秋燥

Экстра 6. Мир Да Инь. Продолжение следует Чэнь Цзянь сидел на ресепшене, одной рукой листая бронирования на компьютере, а другой поглаживая Могу, который устроился у его ног. Половина номеров была занята. В этих данных не было ничего нового, но он любил пересматривать их — это дарило чувство удовлетворения и уверенности. Уверенности в том, что дело приносит доход. Сегодня у Чэнь Цзяня был выходной, но он всё равно проводил его в отеле. Когда ты «винтик» системы, ты готов вкрутиться туда, где нужно. Сейчас он подменял Ху Пань, пока та завтракала. Но Пань вернулась быстрее обычного, дожевывая на ходу. — Давай я, — сказала она. — Скоро заедет небольшая группа, семь номеров. Звонили, сказали, будут к восьми с копейками. — Думаешь, я не справлюсь? — Чэнь Цзянь уступил ей место. — Я быстрее, — отрезала она, проглотив последний кусок. — Кстати, Лю У прислал готовый тизер. Я кинула в чат, глянь. — Тизер? — удивился парень. — К короткому сериалу на пару минут еще и тизер нужен? Не слишком ли пафосно? — По-моему, это просто трейлер. Остальное еще монтируется, но скоро будет. Лю У любит модные словечки, вот и назвал тизером. Сейчас все так делают. Вчера даже звонили, спрашивали, кто наш «курирующий менеджер». Я не сразу поняла, о чем речь. — Ты — курирующий менеджер ресепшена, — усмехнулся Чэнь Цзянь. — Тогда Эрху — курирующий менеджер по пожарной безопасности, — подхватила Ху Пань. — Саньбинь — по общественному порядку, Лао У — по клинингу, а Лао Сы... — Силовой блок, — закончил Чэнь Цзянь. Ху Пань громко расхохоталась. В этот момент мимо прошел «силовик» Лао Сы с пакетом молока. Он хмуро посмотрел на них: — Чего ржете? — Сказали, что ты у нас вышибала, — пояснила Пань. — У нас босс Шань любого вышибет, — буркнул Лао Сы. — Он — мастер боевых искусств, — возразила Ху Пань. — Это другой ранг. Лао Сы хмыкнул и ушел, потягивая молоко через трубочку. Чэнь Цзянь хотел остаться помочь с группой, но тут к стойке подошел Саньбинь. Управляющему пришлось уйти. Около восьми утра, когда он поправлял доску объявлений во дворе, в отель зашла группа молодых людей. Чэнь Цзянь замер. Это были студенты, но совсем не такие беззаботные, как Лю У. Помимо рюкзаков, у каждого в руках или на плече был странный ящик... — Это кто такие? — спросил он проходящего мимо Лао У. — Эх ты, деревня, — отозвался «менеджер по клинингу», размахивая метлой. — Это художники. Приехали на этюды. В ящиках — их краски и кисти. — Ого, — Чэнь Цзянь посмотрел на него. — Разбираешься? — Тинтин рассказывала. Она когда-то очень хотела рисовать, но возможности не было... — Лао У проводил студентов тоскливым взглядом. — Интересно, как она там. — Она тебя заблокировала? — спросил Чэнь Цзянь. — Нет, — вздохнул Лао У. — Но на мои сообщения почти не отвечает. — Скрыла сторис? Лао У сердито посмотрел на него: — Нет. — И? — Она устроилась на работу, — сказал Лао У. — В маленький магазин одежды. — Ну вот и отлично. У нее всё налаживается. — Ты не понимаешь, — Лао У глубоко вздохнул, его взгляд затуманился. — Я не про работу... я про... — Когда жизнь налаживается, всё остальное тоже придет в норму, — отрезал Чэнь Цзянь. — Наверное, — пробормотал Лао У. — В следующей серии попроси Пань дать тебе другую роль, — посоветовал Чэнь Цзянь. — А то ты из образа никак не выйдешь. Заходя в дом, он чуть не столкнулся с выходящим гостем. — Простите, — Чэнь Цзянь быстро отступил. — Ничего. Вы ведь хорошо знаете окрестности? — спросил мужчина. Чэнь Цзянь узнал в нем Коу Чэня — того самого «друга-неумёху», который приехал с капитаном Хо. Судя по экипировке (которая, по словам Наны, стоила целое состояние), он был готов к покорению Эвереста. Но вот незадача: Хо Жань со своей группой ушел в горы еще два часа назад. — Господин Коу, — сказал Чэнь Цзянь. — Вы разве не с капитаном? — Проспал, — Коу Чэнь зевнул. — Да и вещи полчаса собирал... Сегодня у них последний маршрут, знаете какой? «Знаю, но тебе не скажу, — подумал парень. — С твоими-то сборами ты там точно в неприятности влипнешь». — Ну... я примерно представляю... — Не парься, просто скажи, где вход на тропу, — отмахнулся Коу Чэнь. — Хо Жань оставляет метки, я по ним дойду. — Там не всё так просто, — замялся Чэнь Цзянь и огляделся. — Саньбинь! — Здесь! — Саньбинь подбежал к ним. — Помоги Эрху с заселением, — распорядился Чэнь Цзянь. — А потом отвези господина Коу к началу тропы капитана Хо. Туда, где лес за домом Чэнь-Массажиста. — Сделаем. — Саньбинь подбросит вас на мотоцикле, — сказал Чэнь Цзянь. — Да ладно, не стоит беспокоиться, — Коу Чэнь посмотрел на Саньбиня. — Пустяки, — Саньбинь достал ключи. — Десять минут — и вы на месте. Сэкономите время. Коу Чэнь окинул взглядом видавший виды байк Саньбиня и не удержался от вопроса: — Ты его когда-нибудь мыл? — Через десять минут в лесу вы будете грязнее этого моцика, — хохотнул Саньбинь. — Погнали. Коу Чэнь вздохнул и сел сзади. Когда они выезжали со двора, байк подпрыгнул на кочке, и из сумки Коу Чэня выпал фонарик. «Да уж, полчаса сборов коту под хвост». Чэнь Цзянь хотел крикнуть, но Коу Чэнь махнул рукой: — Оставь себе! У меня есть запасной! Когда они уехали, Чэнь Цзянь всё же решил перестраховаться и позвонил Хо Жаню. — Твой друг только что выехал к вам, — сообщил он. — Метки я оставил, — ответил капитан. — Дойдет. — Угу, — Чэнь Цзянь осторожно добавил: — Он будет у входа минут через десять. Рассчитайте время. — Спасибо, — Хо Жань усмехнулся. — Не за что. — Управляющий Чэнь очень занят? — голос Шань Юя раздался прямо над ухом. Чэнь Цзянь вздрогнул и обернулся. Шань Юй стоял с чашкой кофе в одной руке и фотоаппаратом в другой. — Что такое, босс? — Хочу съездить к твоему дому, — Шань Юй показал камеру. — Сделаю снимки на память. Через пару дней приедут строители, начнут снос и перестройку. Пусть останется что-то на память о старом. «Твой дом». «Мой дом». «Дом Чэнь Цзяня». Эти слова парень не слышал очень давно. Раньше, когда говорили «твой дом», имели в виду его самого и отца. А сейчас слова Шань Юя окутали его теплом, словно солнечные лучи. — Поехали. — Он кивнул. От отеля до старого дома было рукой подать, но он почти не заглядывал туда, разве что навестить могилу матери. Ветер, бивший в лицо, когда он вез Шань Юя на мотоцикле, казался теплым. По пути им встретились несколько односельчан. Все спрашивали одно и то же: — Домой едешь? — На старую усадьбу глянуть решил? — Чэнь Цзянь домой возвращается? Да. Именно так. Он с улыбкой кивал каждому. Старый дом за зиму еще больше обветшал, но весна уже раскрасила его стены и фундамент ярко-зелеными побегами. Шань Юй долго стоял у ворот, рассматривая руины. — Иди внутрь, — сказал он, поднимая камеру. — Я поснимаю. — Откуда у тебя фотоаппарат? — спросил Чэнь Цзянь, заходя на участок. — Купил на нужды компании, — ответил Шань Юй, нажимая на спуск. Чэнь Цзянь зашел в дом. Дверная рама перекосилась, окон не было, зато внутри было светло. Он подошел к проему окна и выглянул наружу. Шань Юй снова щелкнул затвором. — Не похоже на фильм ужасов? — спросил парень. Старый дом на опушке леса, человек в пустом окне... — С другим актером — может быть, — отозвался Шань Юй, глядя в видоискатель. — А с тобой — чистый артхаус. Чэнь Цзянь рассмеялся. Пока Шань Юй увлеченно фотографировал каждый угол, Чэнь Цзянь устроился на полуразрушенной ограде. — Вид здесь отличный, — заметил Шань Юй, поднявшись на второй этаж. — Можно сделать ресторан на опушке. Первый этаж — зал, второй — жилые комнаты. — Если получится... отец точно сможет вернуться, — сказал Чэнь Цзянь. — Конечно получится. Это не так уж дорого. Мы же делаем маршрут к Южным горам, почему бы не сделать и здесь? — рассуждал Шань Юй. — Организуем в деревне несколько тематических точек: «У воды», «У горы», «У леса». Красота! Можно еще партнеров привлечь. — Кого? — удивился Чэнь Цзянь. — Хэ Ляна? — Угу, — Шань Юй спустился вниз. — Они как раз ищут подходящие объекты. — Он сам не договорится, — отрезал парень. — Деревенские не доверяют чужакам. Им подавай директора Лу или крупную корпорацию. Мелким заезжим бизнесменам здесь не рады. — Вот именно. Поэтому мы сможем диктовать свои условия. — Какие еще условия? — Чэнь Цзянь насторожился. Шань Юй не стал бы рисковать по-крупному, но насчет мелких проектов его фантазия не знала границ. — Не бойся, я теперь законопослушный делец, — усмехнулся Шань Юй. — Немного жесткий, но в рамках приличия. — Ну-ну. — Чэнь Цзянь достал телефон. Пришло сообщение в группу. Ху Пань выложила ролик. — О, готово! Будешь смотреть? — Что там? — Шань Юй подошел ближе. — Тизер от Лю У. — Чэнь Цзянь нажал на «плей». Они привалились к старой стене. Видео началось с черного экрана, на котором проступал загадочный силуэт Шань Юя в маске и кепке. Лю У, переполненный любовью к брату, так обработал его глаза в кадре, что те сияли неземным светом. В заставке Могу мчался по тропе, садился и сладко зевал, а картинка в этот момент сжималась в круг, оставляя только его морду. Внизу всплыли буквы: HYDY. — «Ну-ка, давай-ка»? — предположил Шань Юй. — Что это за аббревиатура? — «Хунъе Да Инь» (Красный Лес Да Инь), — пояснил Чэнь Цзянь. — Это Лю У на скорую руку придумал. Поменяем потом. Заставка сменилась вспышкой молнии. Под раскаты грома в кадр вбежал человек в белой... простыне. Лицо Саньбиня внезапно выплыло из темноты, подсвеченное фонариком. Появились титры: Шпион: Чэнь Саньбинь. — Именно здесь, — сурово произнес Саньбинь. — Информация верна. Он обернулся, камера взмыла вверх, и на экране вспыхнула вывеска «Да Инь». Под музыку зазвучали голоса: «Добро пожаловать в Да Инь!» «Сколько вас? Переночевать или перекусить?» Саньбинь картинно взмахнул «плащом» и засеменил во двор. В этот момент грохнул очередной гром, Саньбинь вскрикнул и рухнул замертво. — Его что, в первой же сцене молнией убило? — удивился Шань Юй. — Понятия не имею, — Чэнь Цзянь давился смехом. На экране появились трое: один с простыней на голове, другой — с простыней на поясе, третий — с наволочкой на руке. Начальник охраны: Чэнь Эрху. Левый страж: Лю Лао Сы. Правый страж: Чэнь Лао У. — Хм! — выдал Эрху с простыней на голове. — Сразу видно — шпион! — Как он это понял? — спросил Шань Юй. — В овраг его, закопать, — скомандовал Эрху. — А добить? — вставил Шань Юй. Лао Сы и Лао У подхватили Саньбиня за руки и за ноги и потащили со двора. Саньбинь при этом забавно дрыгал ногами — то ли изображал муки, то ли просто помогал друзьям его нести. — Живьем закопали? — хмыкнул Шань Юй. Чэнь Цзянь уже не мог сдерживать смех. Кадр сменился интерьером отеля. — Пожалуйста, ваш соевый сок! — Ху Пань появилась в кадре с подносом, на котором стояла чашка кофе. Титр: Бармен: Ху Мяньбао (Хлебушек). Она поставила кофе перед гостем — тем самым ворчливым дагэ. Тот принюхался и хлопнул себя по колену: — Хороший сок! Внизу мелким шрифтом пробежала надпись: Все гости, попавшие в кадр, дали свое согласие. — Очень предусмотрительно, — заметил Чэнь Цзянь. Ху Пань в роли «Хлебушка» выглядела куда наряднее стражников: на голове у нее была шаль, скрученная в форме цветка, похожая на фату. Камера последовала за ней к дверям кухни. — Сегодняшнее блюдо просто восхитительно, — прошептала она. — Хвалить дважды запрещено, — из кухни вышла женщина с косынкой на голове и двумя тесаками в руках. — Ты третья по счету, я записываю. Белые титры окрасились в кроваво-красный цвет: Повар: Чжао Фанфан. — Единственное настоящее имя, — заметил Шань Юй. — Они идут сюда, — прошептала Ху Пань. — Не сбежать, — пафосно ответила Фанфан, кладя зеленый перец на поднос. — Рано или поздно этот день настал бы. Похоже, мне не суждено исполнить мечту... — В этом перце есть какой-то скрытый смысл? — спросил Шань Юй. — Он символизирует тоску Лю У по родине, — ответил Чэнь Цзянь. — Он же не ест острое, о ком он тоскует? — Нет! — Ху Мяньбао с размаху ударила кулаком по перцу. В следующем кадре овощ разлетелся в пыль. — Это символизирует мощь внутренней энергии Ху Пань, — поправился Чэнь Цзянь. — Мы обязательно исполним твою мечту! — воскликнула Пань. — Кто здесь?! — Фанфан вскинула ножи, глядя на вход. Камера резко развернулась. Чэнь Цзянь зашел в холл, одарил объектив ледяным взглядом и вышел из кадра. Титры вернулись к белому цвету: Хозяин: Чэнь Дяньдянь. — Почему «Дяньдянь»? — возмутился парень. — Стильно, — лаконично ответил Шань Юй. — Когда вы это снимали? — Не знаю, — признался Чэнь Цзянь. — Пань заставляла меня заходить раз семь или восемь, и днем и ночью. Не знал, какой дубль она выберет... — Он в курсе? — спросила Фанфан на экране. — Не волнуйся, — ответила Пань. — Пока он здесь — мы в безопасности. — Ого, — выдал Шань Юй. Картинка снова сменилась: ночь превратилась в день. Камера плавно скользила по тропинке к отелю. Саньбинь, очнувшись после «захоронения», выполз из-за ограды. — Его же закопали? — напомнил Чэнь Цзянь. — Ожил. Сценарист не любит прощаться с персонажами, — ответил Шань Юй. — Меня так просто... — Саньбинь, пошатываясь, поднялся на ноги. — ...не убить. Он эффектно взмахнул «плащом» и снова зашагал к дому. Внезапно в кадре появилась черная тень — черное пальто, черная маска, черная кепка... В отличие от остальных, у этого героя не было титров. Чэнь Цзянь подумал, что там могло быть: «Загадочный Шань», «Черный Шань» или просто «Человек в черном». Черный человек не проронил ни слова. Он просто замахнулся на камеру бейсбольной битой. Бита со свистом полетела вперед, экран потемнел под звук глухого удара, и бита вернулась в руку таинственного воина. Послышался крик Саньбиня: — А-а-а-а! — Опять убили? — спросил Шань Юй. — Кажется, у Лю У к Саньбиню личные счеты. На экране вспыхнули крупные буквы: МИР ДА ИНЬ. ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ. Вот и всё. Наша история подошла к концу, но их жизнь продолжается где-то там, наполненная счастьем и новыми приключениями. Спасибо, что были с нами. До встречи в новых историях!