1
24 мая 2026 г., 20:48
Хёнджин придержал дверь колл-центра плечом и протиснулся внутрь. Обе руки были заняты: обед, заботливо разложенный на две порции – одна для себя, вторая для любимого; и кружка горячего кофе из кофейни напротив. Пиликнул пропуск, поздоровался с охранником и прошёл через турникет. Внутри уже всё гудело, как в пчелином улье: ночная смена сдавала посты, а дневная занимала свои места. Марта – женщина лет пятидесяти, которая собственноручно назвала себя рабочей мамой Хёнджина еще несколько лет назад, – помахала ему рукой.
Хван устроился за соседним от неё столом и приветливо улыбнулся. Оставил кофе рядом с собой – подальше, чтобы во время смены не смахнуть локтем, – и поудобнее устроился. Быстрыми движениями пошерудил мышкой по столу, и экран монитора мигнул, выходя из спящего режима. Хёнджин пробежался пальцами по клавиатуре, авторизуясь в системе. Прошлая смена только что закончилась, и компьютер оставался нетронутым недолгих несколько минут, ожидая следующего пользователя.
Брюнет надел лёгкую беспроводную гарнитуру, лично закрепленную за ним, и нажал на кнопку, чтобы подключиться к базе. В ухе раздался короткий привычный писк, и его профиль загрузился, каналы ожили. Впереди ожидала долгая смена плечом к плечу с этой самой гарнитурой, клавиатурой и мониторами, которые никогда не гасли, ожидая возможности кого-нибудь найти и помочь. Хёнджин сидел за этим столом не первый, но уже и не второй год, и каждая смена отзывалась в его груди и животе интересной неизвестностью. «Что же произойдёт сегодня?» – задавал то и дело себе вопрос он, надеясь услышать в ответ «ничего. Будет спокойно».
Он глубоко вздохнул, устраиваясь поудобнее в кресле. Офис жил своей привычной жизнью – той, что, войдя внутрь, так быстро заметил Хван, и той, которую он сейчас практически не слышал из-за наушников. Первый звонок не заставил себя долго ждать. Женщина лет пятидесяти взволнованно и, вероятно, размахивая руками пыталась объяснить, что в центре города нашла чуть ли не плачущего иностранца. Кореец, совершенно не говорящий по-английски, явно потерялся и очень растерян. Женщина паниковала: найти общий язык у них не получалось, а оставить парнишку, как она сама его ласково назвала, одного она не могла.
— Хорошо, передайте ему трубку, мэм, – спокойно произнёс Хёнджин и, дождавшись, перешёл на родной корейский: – здравствуйте, Вы меня слышите? Я оператор 911. Вы в безопасности. Вы прибыли сюда одни?
Мужчина – судя по голосу, действительно молодой парень – заикаясь объяснил, что приехал в Канаду со своими друзьями, но и они случайно разминулись, и теперь он не знает, как добраться до отеля. Никакой угрозы жизни, к счастью, не было. По протоколу следовало направить этот вызов на неэкстренную линию, но парень на том конце провода так расслабился, услышав знакомую речь, что Хван просто не позволил себе закончить звонок. Он быстро сверился с картой на мониторе и как можно внятнее объяснил дорогу.
— Спасибо Вам, спасибо! – затараторил парень, и Хёнджин почувствовал, как на его лице проявляется еле заметная улыбка.
— Будьте осторожны, – чуть более мягко ответил он и завершил вызов.
Подобные звонки он любил. Они приносили не только облегчение, что с человеком по ту сторону, скорее всего, будет всё хорошо, но и лёгкую радость. Иногда смены были наполнены исключительно такими вызовами, и после них брюнет возвращался домой полный сил и с хорошим настроением. В такие вечера обычно он залезал в интернет в поиске очередного нового рецепта и, коротая время за готовкой, ожидал своего мужа с работы. А когда сиял он, сиял и Сынмин. Его сильные, как подобает командиру отряда специального назначения, руки устраивались на талии, а губы скользили то по лбу, то по щекам, оставляя множество тёплых поцелуев. Хвана это заставляло растаять в чужих ладонях и тихо смеяться, жалуясь на щекочущие ощущения. Затем они садились за стол уже с приятно пахнущим ужином и…
Следующий звонок пришёл практически сразу. Хёнджин, до этого расслабленный в кресле, укутанный приятными воспоминаниями, тут же выпрямился в спине. Послышался пожилой голос: на том конце старушка вышла на улицу в одном халате, чтобы найти кошку и загнать её домой, а входная дверь захлопнулась. Никого из родных дома. Осенний воздух уже пробирался под тонкую ткань, и женщина мерзла, очевидно паникуя.
Хван задал несколько уточняющих вопросов и, поняв, что и её жизни угрозы нет, успокоил её, объяснив, что помощь уже в пути. Он сопровождал женщину прямо до приезда спасателей, продолжая говорить с ней ровным голосом, пока не услышал уверенный мужской голос и она не заверила, что к ней приехали на помощь. Хёнджин кивнул – для самого себя, очевидно, старушка этого не увидит, и дал отбой.
Ещё один вызов закрыт.
Он снова откинулся на спинку кресла и потянулся, вытягивая руки. Поправил гарнитуру, сделал глоток кофе. Утро шло своим чередом. Марта о чем-то перебрасывалась парой слов с коллегой рядом, тихо посмеиваясь. В другом конце зала новенький нервничал, путался в клавишах, переспрашивая абонента об одном и том же несколько раз, и старший на смене ободряюще похлопал его по плечу, проходя мимо. Где-то позади – Хёнджин услышал это, в перерыве между вызовами сняв гарнитуру, чтобы дать ушам отдохнуть, – вполголоса обсуждали вчерашний хоккейный матч. Открылась дверь, и из помещения вышел с картой в руках оператор, отлучившийся на пару минут за чашкой отвратительного кофе из автомата в коридоре. Экран с картой города показывал россыпь мелких точек, расположенных друг от друга в относительной дальности – бытовые вызовы, ничего срочного и криминального. Всё как обычно – и славно.
Хёнджин снова отпил уже остывающий напиток и бумажного стакана и, не отрывая глаз от монитора, нащупал на столе телефон. Перевернул его экраном вниз и рассмотрел под прозрачным чехол рисунок на маленькой бумажке. На нем изображена собака, вырисованная небрежно, с кучей кривых линий. Хван тут же улыбнулся. «Так, – скомандовал любимый мужчина, пихая в руки Хёнджину рисунок, – засунь его куда-нибудь, чтобы он тебе напоминал о том, что я хочу завести собаку, когда выйду на пенсию». Хван посмеялся, глядя на сейчас такого по-глупому забавного Сынмина, но приказ выполнил. Сынмин пока на пенсию не вышел, но эта собака уже греет душу и радует Хёнджина, стоит ему только заметить её – случайно, просто взяв телефон, или намеренно – под чехлом.
Он снова надел гарнитуру – и тут же принял следующий вызов. Он был… странный? Хёнджин напрягся всем телом.
Мужчина на том конце провода сбивчиво, задыхаясь, сыпал резкими словами: «Тут, в торговом центре… я не понимаю, что происходит… все куда-то бегут…», – и звонок оборвался.
Хёнджин нахмурился. Пауза. Он ожидал, что мужчина перезвонит, расскажет о произошедшем, но этого не случилось. Его окутывала только тишина, бьющая по ушам через наушники.
Он быстро перекинул карточку вызова на другой монитор и набрал номер снова. Его встретили только отчаянные гудки: второй, третий… сброс.
Он уже собирался снять гарнитуру и окликнуть старшего смены, но боковым зрением заметил движение на экране. Точки вызовов на центральном мониторе с картой города, ещё ранее разбросанные по всему периметру, стали группироваться в одном месте. Вызовов с одного адреса становилось всё больше.
Торговый центр на Робсон-стрит.
Хван замер. Он перевёл взгляд на Марту. Она сидела, вцепившись в клавиатуру, и что-то набирала, нажимая на кнопки напряжёнными пальцами. За соседним столом оператор говорил неестественно ровным голосом: «Пожалуйста, оставайтесь на линии, помощь уже в пути». Обсуждения в зале стихли. Больше никто не смеялся.
Брюнет снова проверил карту. Количество точек неумолимо росло: семь – и в ту же секунду восемь. Он принял вызов, и его гарнитура заполнилась женским голосом. Девушка всхлипывала, прося о помощи. Позади неё вакханалия из криков, топота ног и трескающегося стекла. Он не успел даже и ответить, звонок оборвался на: «Мэм…». Хёнджин сглотнул. Происходило что-то явно ужасное.
Следующий звонок от мужчины. Он кричал, перебивая самого себя: «Тут люди в масках! Они стреляют! Я…», – Хван услышал выстрел, вздрогнул от него же, и телефон звонящего с грохотом ударился о землю. Вызов завершился.
Хёнджин ощутил, как по его позвонкам, пересчитывая их своими длинными пальцами, пробегает холод. Где-то там, в том торговом центре, куда Хван любил иногда заглянуть и выбрать что-нибудь для их общего с Сынмином дома, случалось нечто страшное. Он сразу же пометил карточку как экстренную. К точкам стали стягиваться с разных концов города служебные машины спасательных служб – кто-то из его коллег уже передал вызовы в скорую помощь, полицию и пожарную часть.
Поступил новый звонок: девушка шептала дрожащим голосом:
— Я спряталась… я в торговом центре, тут…
Хёнджин шумно выдохнул.
