Ферма магических зверей

**Глава 16. Вкус молока** Днём Рашель снова поднялся на верхний этаж — в комнату особого отдыха. Грудь уже заметно налилась и приятно ныла, требуя внимания. Тяжёлая, горячая, она покачивалась при каждом шаге, а чувствительные соски тёрлись о тонкую ткань туники, посылая по телу сладкие, тянущие разряды. Он едва успел устроиться на широком мягком диване в полутени, как к нему подошёл мощный медведь. Высокий, широкоплечий, с густой тёмно-коричневой шерстью, которая блестела в приглушённом свете. Золотистые глаза смотрели с откровенным, почти звериным голодом. — Можно к тебе, красивый? — низким, рокочущим голосом спросил он. Рашель кивнул, чувствуя, как жар приливает к щекам. Медведь сразу притянул его ближе, жадно целуя и большими сильными руками обхватывая налившуюся грудь. Туника быстро оказалась задранной до шеи. Когда медведь наклонился и взял в горячий, влажный рот один сосок, он вдруг замер и шумно втянул воздух. Из набухшего соска медленно вытекла густая, белая капля молока. Запах был сладким, насыщенным, с лёгким цветочным, почти медовым оттенком. — Молоко… — хрипло прорычал медведь, глаза его вспыхнули. — Ты уже даёшь? Можно… попробовать? Рашель почувствовал, как лицо вспыхнуло жаром. Щёки горели, сердце колотилось. Он смущённо кивнул, едва слышно прошептав: — Д-да… если хочешь… Медведь издал довольный низкий рык и сразу приник к груди. Губы плотно обхватили твёрдый сосок, язык жадно облизнул его, а потом медведь начал сильно, ритмично сосать. — Мммм… — глубокий, вибрирующий стон вырвался из его груди. Первая мощная струя молока брызнула прямо ему в рот. Медведь заурчал ещё громче, глотая жадно, почти яростно. Его большой шершавый язык продолжал жадно массировать сосок, выдавливая всё новые и новые густые, сладкие струи. Каждая сильная тяга заставляла Рашеля выгибаться и громко стонать — будто сосок был напрямую связан с членом и репродуктивной полостью. — Боги… — прошептал медведь, на секунду отрываясь, губы блестели от молока. — Это самое лучшее, что я пробовал за всю жизнь. Сладкое… насыщенное… с таким богатым, бархатным послевкусием. Ты просто сокровище, дракончик. Рашель стонал, выгибаясь дугой. Вторая грудь тоже начала течь. Медведь переключился на неё, жадно присосавшись, и продолжал сильно сосать, одновременно сжимая тяжёлую плоть сильными руками. Молоко текло ручьём, капая на его шерсть и на разгорячённую кожу Рашеля. Ощущение было невыносимо приятным. Каждый глоток посылал жаркие, электрические волны прямо к члену. Рашель дрожал, хвост бился по дивану. Медведь обхватил его твёрдый, мокрый член большой лапой и начал уверенно, умело дрочить в такт своим глоткам. Рашель кончил резко и сильно — с громким, дрожащим стоном, брызгая густыми струями себе на живот и на грудь медведя. В этот момент молоко хлынуло особенно обильно. Медведь удовлетворённо зарычал, вытер губы тыльной стороной ладони и, не давая Рашелю опомниться, резко перевернул его на четвереньки. Толстый, тяжёлый, уже полностью стоящий член вошёл одним мощным толчком, растягивая горячую, мокрую полость до предела. Он трахал Рашеля жёстко, глубоко, рыча и шлёпая тяжёлыми бёдрами по ягодицам. Большая ладонь снова обхватила грудь и сильно сжала, выдавливая остатки молока, которое капало на диван. Рашель стонал, почти кричал от переизбытка ощущений, пока медведь не кончил в него мощными, горячими толчками, заполняя до краёв. --- Вечером, во время обычной дойки, смотритель внимательно посмотрел на показатели аппарата и слегка нахмурился. — Количество сегодня немного уменьшилось, — спокойно отметил он, записывая данные в журнал. Грудь Рашеля всё ещё тяжело вздымалась, соски блестели от остатков молока. Он снял чаши, аккуратно вытер мокрую кожу и провёл пальцами по чувствительным, набухшим соскам. — Правила фермы не запрещают делиться молоком с другими зверями. Но как только начнётся официальная автоматическая дойка, сильное снижение надоя будет считаться нарушением продуктивности. В таком случае будет применена дополнительная стимуляция. — Так что если хочешь продолжать… делиться — делай это умеренно. Твоё молоко теперь ценный ресурс. Он мягко провёл пальцами по чувствительному соску Рашеля, от чего тот тихо всхлипнул. — Ты же хочешь быть хорошим производителем, правда, Рашель? Рашель, всё ещё тяжело дыша, только смущённо кивнул. Внутри разливалось сладкое, стыдливое тепло. Кажется, он действительно хотел этого...