Into your world / В твой мир

Финальные экзамены должны быть вне закона. Последние несколько недель они пытались разобраться в программе, зная, что поражение не вариант. Они не могли себе этого позволить, не тогда, когда Изуку всё ещё был безрассудным и по-прежнему склонным привлекать неприятности. Серьёзно, можно было подумать, что он усвоил урок после Стейна. Но сейчас это не имело значения. — Я просто отчислюсь из Юэй и решу это по-мафиозному, — заявил Рюноске, закрывая учебник по алгебре. Ацуши смотрел, как старший лёг лицом на журнальный столик, тихо постанывая. Затем он повернул голову к Ацуши, хмурясь. — Только попробуй меня остановить, герой. Ацуши усмехнулся, но быстро отвернулся. (Почему-то у него возникло желание погладить его по голове. Это было нелепо.) Решив, что пришло время сделать перерыв, потому что он явно был не в себе, он потянулся и встал. — Ладно, я выхожу. Я больше не могу сосредоточиться, — объявил Ацуши, закрывая книги одну за другой. — Тебе что-нибудь нужно? Рюноске, как всегда тактичный, показал ему средний палец. Ацуши добродушно закатил глаза. Затем он схватил первую попавшуюся куртку, взял бумажник и вышел. Был солнечный субботний день. Небо было голубым, птицы щебетали. Ветер нежно дул, семьи гуляли. Это был идеальный день, чтобы беззаботно отдыхать на улице, а не зубрить предметы, которые даже не помогут ему в будущем. (Он чувствовал себя таким обиженным. Возможно, финальные экзамены станут его историей происхождения злодея.) Отогнав эту мысль, он сосредоточился на поиске приличной кофейни, чтобы купить угощения и напитки. Мафиози был привередлив в еде, поэтому нужно было убедиться, что еда была хотя бы среднего качества. Ацуши не мог его винить. Конечно, после жизни в трущобах другой хотел бы только самого лучшего. Потерявшись в мыслях, он не заметил подозрительную фигуру, которая следила за ним последние пять минут. Он рассеянно шёл вперёд, как вдруг его потащили сзади в ближайший переулок. Мгновенно сработали инстинкты, и он сильно ударил преступника локтем в живот. Тот сразу отпустил его. Ацуши обернулся, чтобы посмотреть, кто это был, и увидел Тоую, небрежно сидящего на корточках. — Ты не шутил, когда сказал, что можешь сбежать в любой момент, — прохрипел он. Ацуши застыл. С одной стороны, ему было жаль, что он ранил мужчину. С другой, Тоуя не должен был вести себя так, будто собирался его ограбить. Он вырос на улицах Йокогамы. Чего тот ожидал? — Извини? — сказал он. Затем он наклонился, чтобы помочь мужчине встать, но Тоуя отмахнулся. — Всё в порядке, парень. Я ещё не настолько стар, — сказал он, вставая. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что Тоуя появился перед ним через несколько недель после инцидента в Хосу и был здесь, в Мустафу. — Ты что, следил за мной? Тоуя уставился на него ничего не выражающим взглядом. — Не совсем. Ты ученик Юэй. Я подумал, что ты живёшь где-то здесь, — ответил он, не звуча убедительно. Не было никакой возможности узнать точное место, просто зная его школу. Тем не менее, он решил сохранять спокойствие. Если Тоуя замышлял что-то нехорошее, он сможет постоять за себя. Если нет, всегда есть Рюноске. — Ладно. Допустим, я в это верю. Что ты хочешь, Тоуя-сан? — спросил Ацуши. Тоуя прислонился к стене, пытаясь выглядеть круто. Он создал синий шар пламени, не для устрашения, а потому что не знал, что ещё делать. Вздохнув, он продолжил. — Слышал, ты не дал Старателю получить признание за поимку Стейна. Зачем ты это сделал? Ацуши посмотрел на него недоумевая. Не было никакой возможности, чтобы обычный гражданин имел доступ к такой информации. Учитывая, что Тоуя не был образцовым гражданином, он мог заключить, что это стало известно через другие, менее законные каналы. Но... Ацуши не особо волновали такие вещи. По крайней мере, теперь. — Всё просто. Он ничего не делал, поэтому не заслужил признания. К тому же, он — причина существования таких людей, как Стейн. Было бы иронично отдать ему славу, — ответил он. Он почувствовал вибрацию в кармане. Решив, что ему нужно время, он достал телефон. Рюноске Можешь взять мне американо со льдом? Он фыркнул. Затем ответил утвердительно и поднял взгляд от телефона, удивлённый, увидев, что Тоуя всё ещё переваривает услышанное. — Ты в порядке? — спросил он. Это вывело мужчину из ступора. Он погасил пламя и выпрямился. — Ты действительно выступил против него. Разве это не было тревожно? Был буквально незнакомец, который выглядел так, будто видел лучшие дни, в полном благоговении от того, что кто-то выступил против человека, которого он ненавидел. Как будто другие люди снова и снова подводили его, пока он не привык думать, что никто этого не сделает. Но это означало, что он достаточно часто контактировал с Старателем, чтобы разочаровываться в бездействии других. Он посмотрел в глаза мужчины, пытаясь понять, какая эмоция на его лице. Он видел гнев, смешанную болью, облегчением, счастьем — всё в одном. Каким-то образом он увидел сходство с кем-то знакомым. С тем, у кого был точно такой же оттенок синего в глазах. (Он был похож на Шото.) Тоуя замер на долю секунды, затем снова призвал пламя. Он приблизился к Ацуши. Ацуши, с другой стороны, был крайне сбит с толку. Что именно он сделал, чтобы вызвать такую реакцию? Перебирая воспоминания, он с опозданием понял, что произнёс свои мысли вслух. Это не должно было быть проблемой, если только... не было. Почему ещё Тоуя вдруг стал таким враждебным? — О боже. Ты его двоюродный брат, что ли? Что у вас за семья такая — передавать семейные травмы, — пошутил он. Тоуя посмотрел в ответ, затем обработал услышанное. — Подожди, двоюродный брат? — недоверчиво переспросил он, гася пламя. Накаджима наклонил голову. — Не знаю. Просто твои глаза похожи, я подумал, вы родственники... Разве нет? — спросил он. — Ты... не знаешь? Ацуши нахмурился. — Чёрт, я даже не знал, что Старатель — герой, пока не получил от него предложение, — пожаловался он, хотя Тоуя услышал. — Как? Ацуши пожал плечами, не желая рассказывать свою историю незнакомцу, который дважды угрожал ему. Ему повезло, что Тоуя пока только угрожал. — Тебе нужно достичь 10 уровня дружбы, чтобы открыть мою трагическую предысторию, — ответил Ацуши. — Что на самом деле ты о нём знаешь? — спросил Тоуя. Ацуши задумался. — Он кусок дерьма и ужасно обращается со своей семьёй. Я знаю только Шото. И Рей, но это Шото рассказал. Он упоминал о братьях и сёстрах, но я не помню имён. При упоминании этих двоих, казалось, переключатель щёлкнул. Тоуя подался вперёд и сузил глаза, но в них не было враждебности. Казалось, это была почти защитная реакция. — Почему вы с Шото на «ты»? Ацуши растерялся. — Потому что мы друзья? Мужчина усмехнулся. — Друзья, да. Видимо, теперь это так называется. Насколько знал Ацуши, они всегда назывались друзьями. Тоуе стоило купить словарь. Парень закатил глаза. То, что должно было быть быстрой поездкой в кофейню, превратилось в полуконфронтацию с горячим мудаком, который любил задираться в переулках. — Ладно, Тоуя-сан. Как скажешь. Мне пора. Увидимся, — сказал он, развернулся и вышел из переулка. Он услышал, как Тоуя двинулся за ним, но остановился, когда новая фигура приблизилась к переулку. — Вот ты где. Что так долго? Почему не отвечал на сообщения? — спросил Рюноске, блокируя выход. Ацуши неопределённо указал на раздражённого мужчину позади. Рюноске, всё больше недоумевая, посмотрел на него. — Он не слишком молод для тебя? Тоуя закашлялся. — Я не... Рюноске поднял руку, заставляя его замолчать. — Я не с тобой разговаривал. Ацуши застонал. — Рюноске, мы примерно одного возраста. Не делай это странным, — ответил он. — Ты что, встречаешься с моим братом? Ацуши замолчал на полуслове. (Что? Он что?) — Встречаюсь? С твоим братом? Кто вообще... В этот момент всё встало на свои места. — Ты брат Шото? Он ещё раз внимательно посмотрел на мужчину. Теперь, когда он знал, что искать, он видел явное сходство. Глаза, нос, губы, челюсть. Даже черты лица были похожи. Как он мог быть таким слепым? Ацуши повернулся к Рюноске, который выглядел так же шокированным. Мафиози пожал плечами. Тоуя приблизился. — Да. Теперь скажи, ты встречаешься с ним и с этим эмо-парнем? Ацуши покачал головой. — Я не встречаюсь с Шото! Он мне как брат. К тому же, мне кажется, ему нравится Изуку, — выпалил он. Тоуя остановился. Он сузил глаза, посмотрел на Рюноске и Ацуши. Убедившись, что он говорит правду, он наконец перестал сверлить его взглядом. — Значит, ты не встречаешься с моим братом. Ты встречаешься с ним? Ацуши посмотрел на него. Похоже, правильного ответа не было. — Тоуя-сан, при всём уважении, я ни с кем не встречаюсь... — Что, если мы встречаемся? — вмешался Рюноске. (Что. За. Чёрт.) Ацуши так быстро повернулся к нему, что чуть не вывихнул шею. Мафиози упорно игнорировал его. Вместо этого он свысока уставился на Тоую. Тоуя просто поднял руки вверх. — Ацуши-кун. У тебя действительно есть тип, да? Сначала я, потом он. Тебе нужна помощь, — сказал мужчина. Ацуши неловко рассмеялся. Настала его очередь избегать взгляда Рюноске. — Ладно. Теперь, когда мы это прояснили, я пойду... — Подожди. (Сколько раз его уже прерывали?) — Теперь я знаю, на чьей ты стороне. Я присоединюсь к твоему движению, — сказал Тоуя. Даже Рюноскэ выглядел сбитым с толку. — Что ты имеешь в виду? — спросил он. Тоуя вздохнул. — Ты олицетворяешь цель Стейна больше, чем эти ублюдки из Лиги Злодеев. Ты уже сделал ход против общества героев. Я хочу участвовать. — С тех пор как ты ослушался на Спортивном Фестивале, это было предрешено. Твой отказ от финала, твоя речь против Стейна, твоё неповиновение Старателю. Нравится тебе или нет, но ты зажёг искры революции, — объяснил он. Ацуши потребовалось несколько мгновений. — Вот чёрт. Я и есть Китнисс Эвердин этого поколения. Как-то так вышло, что после похода в кофейню они пригласили Тоую к себе. Мужчина был впечатлён, присвистывая каждый раз, когда замечал качественную мебель. — Чёрт, Ацуши-кун. Я могу поверить в этот бред о том, что тебе за двадцать. У подростка не может быть такого без наследства. Ацуши давно перестал скрывать, что на самом деле он взрослый. Хотя его возраст не давал ему такого роскошного жилья. — Ладно, перейдём к делу, хорошо? Что-то насчёт революции? — сказал Рюноске. Тоуя усмехнулся. — Не ревнуй, парень. Я не виноват, что Ацуши привлекают плохиши, — поддразнил он. — Так... революция? — спросил Ацуши. Тоуя кивнул и сел на диван. — Что ты хочешь знать? И тут они узнали о эффекте бабочки. Всё началось со вступительного экзамена. Другие участники писали не об экзамене, а о неизвестном студенте, который победил почти половину роботов. Были и те, кто говорил о студенте, уничтожившем три четверти. Оба были беспрецедентными достижениями. Тоуя сделал глоток кофе и начал объяснять. — Форумы не поняли связь, пока не увидели вас на Спортивном Фестивале, — объяснил Тоуя. Нападение на НСПЦ также широко обсуждалось. Никто не удивился способностям Сотриголовы. Однако были удивлены двое будущих героев, которые пришли ему на помощь. Мелкие злодеи рассказывали, как их победили парень-тигр и обладатель демонической одежды. Опять же, истории не придавали значения до Спортивного Фестиваля. — Я знал, что Спортивный Фестиваль — плохая идея. Всё, что нравится Мори-сану, — красный флаг, — прокомментировал Рюноске. — Как я и говорил, вы привлекли внимание. Ацуши укрепил свою позицию в Хосу. Твой друг известен как клинок. По крайней мере, так говорят, — закончил Тоуя. Только тогда Ацуши осознал серьёзность. Всё началось не со статьи, всё было запущено раньше. Всё, что они делали, было для продвижения сюжета. — Нас не тащат за собой, мы силой меняем поток, — заключил Ацуши. — С каждым решением мы на шаг ближе к концу. Дело было не в решении проблем, — добавил мафиози. — Дело в достижении финала. Воцарилась тишина. — Вы такие странные. Но я всё ещё хочу участвовать. Что дальше? — спросил Тоуя. Ацуши задумался. Что-то случится в тренировочном лагере. Они должны быть там. И судя по тому, как часто появлялось название «Лига Злодеев», они будут иметь к этому отношение. — Тоуя-сан, ты знаешь что-нибудь о Лиге? — спросил Ацуши. Мужчина кивнул. — Не много, кроме того, что они набирают людей. Ах да, Шигараки — псих. — У лидеров преступных организаций обычно есть ум. Судя по Шигараки, он не обладает этим качеством. Твой друг может быть прав, — сказал Рюноске. Теперь, когда они установили, что есть настоящий лидер, скрывающийся в тени, им нужно поговорить с Айзавой. Но чтобы пойти в лагерь, нужно сдать экзамены. — Думаю, Лига может напасть на лагерь. Вопрос к тебе: можешь подтянуть нас по учёбе? — Я? — спросили Тоуя и Рюноске одновременно. — Слушай, Тоуя-сан. Я знаю, что это не то, чего ты ожидал. Мы думаем, что общество героев несовершенно, и мы планируем что-то сделать, но всё, что случилось до этого, было незапланированным, — сказал Ацуши. Тоуя нахмурился. — Я этого не говорил. Просто... давай сначала разберёмся с лагерем. А потом займёмся Старателем. С того дня Тоуя стал часто бывать у них. Сначала это раздражало Рюноске. Со временем, однако, Тоуя стал скорее благословением. Сначала он был осторожен, никогда не засыпал и не ел их еду. Но потом что-то изменилось. Тоуя оказался очень умным и отличным учителем. Иногда Тоуя приносил еду. В общем, он был не таким, как при их первой встрече. — Ты такой странный, Тоуя-сан, — начал Рюноске. — Ацуши сказал, что ты был враждебен при первой встрече, а теперь ты здесь уже в пятый раз за неделю. Ацуши кивнул. Тоуя рассмеялся. — Наверное, ты прав. Если бы я не встретил Ацуши, я бы, наверное, даже не был бдительным. Возможно, присоединился бы к Лиге. — Общение с вами напомнило мне, каково это — быть старшим братом. Фуюми устроила бы сердечный приступ. — Когда я пошёл убивать людей, убивших моих друзей в трущобах, Гин пыталась меня остановить. К счастью, Дазай-сан убил их первым, — открылся Рюноске. — Он сказал, что если бы я убил их, он бы не взял меня, но взял бы Гин. Тоуя выглядел так, будто у него вот-вот случится приступ. — Что? Рюноске кивнул. — Я рад, что не убил их. Мы всё равно убили много людей позже. Ацуши согласился. — Вы убивали людей? И вы будущие герои? — спросил Тоуя. — Айзава-сенсей знает. Я никого не убивал уже много лет, — сказал Рюноске. — Прости, что не могу быть твоим типом. Я только поджигал, — сказал Тоуя. — Рад, что ты сказал. Должно быть, было нелегко, — сказал он. Акутагава покраснел. Он заслуживал комплиментов. Затем они продолжили занятия. Ацуши думал о разговоре. О предателе, об Изуку, о семье Тодороки. Он надеялся, что Тоуя и Шото встретятся. Его мысли прервал зов на ужин.