Всего лишь игрушка

Весь день они смотрели друг на друга. На зельеварении — через парты, украдкой, когда Снейп отворачивался к доске. На трансфигурации — короткие взгляды, от которых у Лили горели щёки. В Большом зале — Драко сидел на своём обычном месте, с Пэнси, которая всё ещё дулась, но он даже не смотрел в её сторону. Он смотрел на Лили. Его взгляд раздевал её. Обещал. Нагревал. Лили сжимала вилку и чувствовала, как между ног становится влажно от одного только его взгляда. — Ты какая-то странная сегодня, — заметила Дафна. — Красная вся. — Жарко, — соврала Лили. Жарко ей было совсем по другой причине. После ужина Драко поймал её в коридоре. Схватил за локоть, притянул к себе, прошептал в ухо: — В Выручай-комнате. Через час. Пароль не изменился. — А если я не приду? — спросила Лили с вызовом. Он усмехнулся. Провёл пальцем по её щеке — медленно, почти невесомо. — Придёшь. Ты же хочешь меня так же, как я хочу тебя. Он ушёл, не оглядываясь. Лили прислонилась к стене, выдохнула. Она хотела. Очень. --- Лили пришла ровно через час. Выручай-комната встретила её полумраком и сотнями свечей. В воздухе пахло корицей и чем-то ещё — дымом, кожей, им. Посреди комнаты стояла огромная кровать с балдахином, на кровати лежали лепестки роз. «Сопли, — подумала Лили, — но красиво». Драко ждал у окна. Обернулся. На нём была только белая рубашка, наполовину расстёгнутая, и брюки. Босиком. Волосы влажные — только из душа. — Ты пришла, — сказал он. — Ты сомневался? — Нет, — он подошёл. Остановился в шаге. — Но надеялся. Он взял её за руку. Притянул к себе. Поцеловал — не жадно, как обычно, а медленно, смакуя. Язык скользнул по её губам, проник внутрь, нашёл её язык. Лили застонала. — Я ждал весь день, — прошептал он, отрываясь от её губ. — Не мог думать ни о чём, кроме тебя. — Я тоже, — призналась Лили. Он расстегнул её мантию. Уронил на пол. Потом — рубашку. Одну пуговицу за другой, не торопясь, целуя каждый открывшийся сантиметр кожи. — Ты красивая, — сказал он. — Самая красивая. Я говорил тебе это? — Нет, — прошептала Лили. — Зря, — он стянул с неё рубашку, отбросил в сторону. — Ты красивая. И я люблю тебя. Лили смотрела на него. Слова всё ещё звучали непривычно — после стольких месяцев грубости, приказов, наказаний. «Я люблю тебя» из его уст было как глоток свежей воды после долгой жажды. — И я тебя люблю, — ответила она. Драко впился в её губы с новой силой. Его руки скользнули по её спине, расстегнули бюстгальтер — кружево упало на пол. Он поцеловал её грудь — сначала одну, потом вторую, — проводя языком по соскам, заставляя её выгибаться и стонать. — Драко... пожалуйста... не томи... — Не буду, — он стащил с неё юбку, потом трусики — одним движением. Лили стояла перед ним полностью обнажённая, в полумраке свечей, и не пряталась. — Смотри на меня, — сказала она. — Я хочу, чтобы ты смотрел. Он смотрел. Глаза горели. Дышал тяжело. — Раздевайся, — приказала она. — Хочу видеть тебя. Он не заставил себя ждать. Рубашка полетела на пол, брюки следом. Его член стоял уже давно — твёрдый, пульсирующий, с капелькой влаги на головке. — Иди сюда, — Лили потянула его к кровати. Она толкнула его на спину. Забралась сверху. Приподнялась на коленях, нацелилась, глядя ему в глаза. — Смотри, — сказала она. — Только на меня. Она опустилась. Медленно. Дюйм за дюймом. Драко застонал, запрокинул голову, вцепился в её бёдра. — Лили... — Не закрывай глаза, — потребовала она. — Смотри. Он смотрел. Она начала двигаться — сначала плавно, раскачиваясь, потом быстрее, жёстче, насаживаясь на него с такой силой, что кровать заскрипела. — Чья ты? — спросил он хрипло. — Твоя, — ответила она. — Скажи это. — Твоя, Драко. Только твоя. Он перевернул её одним движением — не выходя, оказался сверху. Вошёл глубже, сильнее, застонал ей в шею. — Я люблю тебя, — прошептал он, входя в неё снова и снова. — Люблю. Люблю. Не могу без тебя. — И я тебя... — Лили не могла говорить, только стонать, выгибаться, царапать его спину. Они кончили почти одновременно — Лили первой, с криком, Драко следом, с рычанием, уткнувшись лицом в её волосы. Они лежали, переплетённые, тяжело дыша. Драко поцеловал её в лоб. Потом в щёку. Потом в губы. — Ты меня убиваешь, — сказал он. — Ты тоже, — ответила Лили. --- Он лежал на спине, она — у него на груди, водила пальцами по его ключицам, по скулам, по губам. Молчали. Свечи догорали, бросая тени на стены. — Лили, — сказал Драко. — Мм? Он помолчал. Потом глубоко вздохнул, как перед прыжком в воду. — Будь моей девушкой. Лили перестала водить пальцем. Подняла голову. Посмотрела на него — на его серьёзное лицо, на сжатые губы, на то, как он напрягся в ожидании ответа. — Нет, — сказала она. Драко замер. — Что? — Нет, — повторила она с каменным лицом. Он сел. Смотрел на неё в шоке. Его глаза расширились, челюсть отвисла. — Ты... ты серьёзно? — его голос сел. — После всего... после того, что мы... после того, как я... Лили смотрела на него. На его растерянное лицо, на то, как он пытается понять, где ошибся. В груди распирало от смеха, но она держалась. — Лили, — Драко взял её за руки. — Я люблю тебя. Я бросил Пэнси ради тебя. Я поссорился с отцом. Я... я готов на всё. Что не так? Скажи, я исправлю. Она смотрела в его глаза. Там был страх. Настоящий. Ей стало почти жалко его. — Ничего не надо исправлять, — сказала она. — Тогда почему... Она рассмеялась. Громко, от души, запрокинув голову. — Твоё лицо, Драко! Ты бы видел своё лицо! Он моргнул. Потом моргнул снова. Потом до него дошло. — Ты... ты пошутила? — Да, — Лили всё ещё смеялась. — Конечно, да. Я буду твоей девушкой. Глупый ты Малфой. Она притянула его за шею, поцеловала — крепко, уверенно, вкладывая в поцелуй всё, что чувствовала. — Я буду твоей девушкой, — повторила она, отрываясь от его губ. — С одним условием. — С каким? — он всё ещё был бледным, но в глазах уже загорелся знакомый огонь. — Ты будешь моим парнем. Настоящим. Не тайным. Не «игрушкой». А парнем. Который держит меня за руку в Большом зале и танцует со мной на Святочном балу. — Ты торгуешься? — он усмехнулся — наконец-то расслабился. — А ты сомневаешься, что я стою того? Драко поцеловал её. Долго, медленно, нежно. — Ты стоишь всего, — сказал он. — И даже больше. Он зарылся лицом в её волосы, обнял, прижал к себе. — Ты моя девушка, — прошептал он. — Моя. Настоящая. Никто не отнимет. Лили закрыла глаза и улыбнулась. — Твой парень, — сказала она. — Тоже неплохо звучит. Они лежали в темноте, обнявшись, под догорающими свечами. Тик-так — часы в углу отсчитывали время. Но им было неважно. У них была целая ночь. И много ночей впереди. — Драко? — Мм? — Если ты когда-нибудь снова назовёшь меня шлюхой, я тебя кастрирую. Он замер. Потом рассмеялся — впервые за долгое время по-настоящему, свободно, без надрыва. — Договорились, — сказал он. — Но если ты называешь меня «милым» при посторонних, я делаю то же самое с тобой. — Идёт. Он чмокнул её в макушку. — Спи, моя девушка. — Сладких снов, мой парень. Они уснули, переплетённые, счастливые, впервые не прячась.